2 глава
Там, где не ждут
Утро пахло холодным чаем и тишиной.
Т/и открыла глаза, секунду полежала, глядя в потолок, а потом села на кровати. Никто не зашёл её разбудить. Никто не спросил, как спалось. Из коридора не доносилось ни звука — только слабое гудение из лаборатории за стеклянной стеной.
Мать была дома. Но дома — не значит «рядом».
Т/и собралась сама. Заправила кровать, нашла форму, налила себе хлопья. Проходя мимо кабинета Соры, заглянула в щель: мать сидела к ней спиной, чертила что-то на планшете, и отражение её лица в тёмном стекле казалось чужим.
— Я в школу, — негромко сказала т/и.
Ответа не было.
Девочка вздохнула и вышла.
---
Школа встретила шумом и запахом пирожков из столовой. Т/и уже почти зашла в класс, когда сзади раздалось:
— Нако-о-онец-то!
Долли стояла, уперев руки в бока, и смотрела так, будто ждала целую вечность.
— Я уже устала ждать! Чего ты так долго?
— Это ты рано встаёшь всегда, — т/и улыбнулась привычной, тёплой улыбкой — не той, дежурной, а настоящей. С Долли можно было не притворяться. — А я встаю нормально. Ладно, пошли на урок.
— Пошли. Кстати, — Долли подхватила её под локоть, — ты не забыла про ночёвку?
— Забудешь про такое. Ты мне каждые шесть часов напоминаешь, а в школе — каждую перемену.
— Ой… Ха-ха!
— Вот тебе и «ой».
---
К концу уроков голова гудела от формул и дат. Долли, свежая как огурчик, подлетела на выходе:
— Т/и, а поехали со мной? Мне надо на скрипку, потом на футбол, а потом на танцы!
— Ого, как много. А я хожу на вокал и фортепиано. И то много времени отнимает.
— Понятно. Вон, мама уже приехала. Побежали!
Они вылетели из дверей, чуть не сбив первоклашек. Долли на скорости оттолкнула Кори — тот охнул и схватился за рюкзак. Т/и просто юркнула между мальчишками, как кошка между ног.
— Быстрее, т/и! — крикнула Долли, уже забравшись в машину.
---
Мама Долли — миссис Пак — повернулась с переднего сиденья.
— Так, скрипка в четыре, футбол в пять, танцы ещё в силе?
— Да, мам. Давай сначала поедем перекусим, а?
— Ладно. Время есть.
Машина мягко покатила к дому. Т/и смотрела в окно на мелькающие столбы и вдруг сказала:
— Долли, зачем тебе столько хобби? Если что-то не получается и не нравится — можно же перестать. Не мучай себя. У тебя совсем нет времени на себя…
— Я ей всегда говорю, — вставила миссис Пак. — Отдыхать надо!
Долли помолчала, теребя лямку рюкзака.
— Ну ладно… Может быть, как-нибудь отдохну…
Она отвернулась к окну. Через пять минут её дыхание стало ровным — уснула.
В машине повисла тишина, тёплая и почти домашняя. Т/и закрыла глаза, чувствуя, как её укачивает.
А потом мир дёрнулся.
---
Резкий удар. Визг шин. Миссис Пак вскрикнула, вывернула руль, и машину закрутило, как игрушку.
Т/и ударилась плечом о дверь, голова мотнулась, перед глазами поплыли цветные пятна. Металлический скрежет, звон стекла — и глухой удар.
Тишина.
Густая, как кисель.
Т/и открыла глаза. В салоне пахло горелой резиной и бензином. Миссис Пак свесилась на руль, из её волос на приборную панель капало что-то тёмное. Долли лежала на заднем сиденье, прикрыв глаза, и не двигалась.
— Долли? — голос т/и прозвучал чужим, тонким. — Долли! Миссис Пак!
Никто не ответил.
Т/и потянулась к Долли, и машина опасно качнулась. Девочка замерла, судорожно соображая. Выходить нельзя — кузов висел на отбойнике, под ним, кажется, была канава.
А потом она услышала шаги по асфальту. Кто-то приближался.
Тень упала на разбитое стекло. Чья-то рука — большая, в перчатке — упёрлась в дверь и рывком открыла её.
— Живы? — голос низкий, спокойный.
— Долли… — выдохнула т/и.
Долли пошевелилась. Открыла мутные глаза.
— Т/и? Что…
И снова потеряла сознание.
---
Скорая, белые простыни, холодные руки врача.
— Что вы помните?
Т/и посмотрела на Долли. Та сидела на соседней койке, бледная, с пластырем на лбу, и сжимала край одеяла.
— Извините, — т/и отвела взгляд. — Я ничего не помню.
Она решила не говорить никому. Ни про шаги. Ни про руку в перчатке. Ни про то, что тот, кто их вытащил, даже не представился.
Долли опустила глаза.
— Я тоже… — тихо сказала она.
Миссис Пак лежала в другом конце палаты, прижав ладонь к виску.
— Ой… Мне нехорошо. Голова так болит. Я ничего не могу вспомнить…
Врач переглянулся с медсестрой.
«Странно, — подумала т/и. — Слишком странно».
---
На следующий день вечером они с Долли стояли у дома Райана и Кори.
— Ты уверена? — спросила т/и, глядя на тёмные окна.
— Уверена. Папа Райана и Кори чинит машины, может, поможет нам.
Дверь открыл Райан — взъерошенный, с красными ушами.
— О. Долли. Т/и. Как самочувствие?
— Ты о чём? А, про аварию узнал, — Долли махнула рукой. — Не переживай, мы в порядке.
— Нам очень повезло, — добавила т/и.
Долли замялась.
— Хотя… У меня странные воспоминания. Может, я и правда голову ушибла… А папа дома? Машину нужно починить. Хотели его попросить.
Райан шагнул вперёд, загораживая проход.
— Его тут нет… То есть он в мастерской. Очень занят. Может, в другой раз?
Он начал мягко, но настойчиво подталкивать их назад, к порогу.
— Не обижайтесь. Он работает сосредоточенно, не любит, когда отвлекают.
— Но мы приготовили специально для него! — Долли подняла пакет с едой.
— И мама немного помогала, — вставила т/и.
Она шагнула вперёд, обходя Райана.
— Брось, Райан. Мы просто хотим поздороваться с вашим отцом.
Долли уже направилась к двери в глубине дома.
— Нет, стой! Не ходи туда! — голос Райана сорвался. — Потому что… Нет, Долли! Нет!
Из-за двери раздался громкий механический лязг. Металлический шаг. Гудение сервоприводов.
Долли замерла.
— Мне не стоит мешаться… — медленно сказала она. — Попрошу маму ему позвонить. Съешь еду сам. Это полезно.
Райан выдохнул.
Но Долли резко дёрнула ручку двери.
И в ту же секунду чья-то рука легла на её плечо.
— Мы вчера испытали большой шок, — голос миссис Пак был мягким, но стальным. — Вы обе должны отдыхать. Особенно ты, т/и. Твоя мама нас по головке не погладит, если узнает, что с тобой что-то случилось.
Она взяла Долли за щеку — не больно, но крепко — и потянула к выходу.
Т/и пошла следом. И почти беззвучно, в никуда, прошептала:
— Я уже сомневаюсь… Не всё ли равно маме на меня…
---
Дома Долли злилась.
— Ну как я такое не люблю! Что это такое?! Мама вечно меня так таскает за щеку и вечно следит!
— Но маму нужно слушать… — тихо сказала т/и.
— Т/и, давай пойдём к мальчикам через некоторое время?
— Ох… Ладно. Правильно твоя мама говорит: на месте тебе не сидится.
Они встали и пошли снова.
Кори открыл дверь и сразу выставил руку:
— Не с места!
Из глубины дома раздался голос. Низкий, спокойный, такой же, как тогда, у разбитой машины.
— Кори. На друзей кричать нельзя — ты же знаешь. Скажи им, что я сейчас занят.
Долли опустила плечи.
— Оу… Ладно. Мы пойдём домой…
На улице т/и спросила:
— И почему они такие?
— Не знаю, что с ними делать. Они почти всегда так себя ведут.
— Ты останешься в стороне? А лучше побудешь дома…
— Нет, конечно. Сходим к ним чуть позже.
— Ох… Опять… Ладно.
---
Через час Долли резко вскочила с дивана.
— Т/и! Пошли!
Они вышли на улицу уже в сумерках. Подошли к дому мальчиков — и замерли.
В тусклом свете фонаря у гаража стояли две фигуры. Две человеческие фигуры — Райан и Кори. А рядом с ними — ещё две.
Металлические. Сервоприводы тихо гудели. Фотоэлементы глаз слабо светились алым.
Роботы.
Долли схватила т/и за руку.
— Так и знала! — прошептала она.
Т/и не ответила. Она смотрела на роботов, и где-то глубоко в груди что-то ёкнуло — не страх. Интерес.
Опасный, неправильный интерес.