Пустошь

Часть 4. Остановиться
Глава 24. "One more day" - "Ещё один день"

"The walls are closing in around us
We hold our silence like a gun
Your stare is empty and a scene that keeps repeating
And I just bite my tongue

They can't take this away, it's far from over
We can't stay in a place we don't belong
For one more day, I'm not afraid to fall
For one more day, we try to save it all"
10 Years - One more day

«Стены смыкаются вокруг нас,
А мы храним молчание, будто оно может стать нашим оружием.
Передо мной постоянно повторяющаяся сцена и твой пустой взгляд,
И всё, что остаётся, - только прикусить язык.

Этого не отнять, ещё далеко не конец.
Мы больше не можем оставаться там, где мы чужие.
Ещё один день я не буду бояться падения.
Ещё один день мы проведём в попытке всё спасти».

Машина Итачи остановилась под знаком, на котором белой краской был выведен номер трассы. Учиха вылез из машины, не глуша мотор, и огляделся. С одной стороны темнел лес, с другой стороны раскинулось поле, но дорога между ними была пустой.

- Саске? - на всякий случай позвал парень, отходя от машины и оглядываясь по сторонам на случай, если младший ожидал его под каким-нибудь деревом. Но никто так и не отозвался.

Итачи вытащил из кармана телефон, набирая последний принятый номер, и приложил трубку к уху. Длинные гудки, и нет ответа. Взгляд упал на что-то чёрное, лежащее в свете фар. Учиха подошёл и пнул это нечто ногой, но затем узнал в куске ткани рюкзак своего брата.
Сердце пропустило удар.

***

Внутри полицейского «бобика» было душно и пахло застарелым потом. Саске поморщился, когда его довольно-таки чувствительно приложило о стенку подпрыгнувшей на кочки машины.
Взгляд сам собой уткнулся в сидящих напротив мужчин. Кажется, лишь по их лицам можно было заметить, что они явно нечисты на руки. Один из них, обладатель широкой челюсти и низкого покатого лба, недобро смотрел на Саске и Наруто, как на выходцев из другого мира. Хотя они ведь и были из другого мира...
Сидящий рядом с ним худощавый мужчина с каким-то до того иссушённым лицом, что проглядывались скулы и морщины казались резкими вырезанными ножом линиями, что-то тихо прошептал на ухо первому. Глаза-буравчики остановились где-то на уровне лба Учихи, и мужчина косо улыбнулся, показывая золотые зубы.

- Они мне не нравятся, - тихо шикнул на ухо брюнету Наруто.

- Молись, чтобы ты им тоже не нравился, - буркнул Саске в ответ, догадываясь, что могут обсуждать с такими ухмылочками.

Наруто как-то сразу напрягся, выпрямился и уставился себе под ноги, вызывая невольную улыбку у Саске. Мальчику страшно находиться в замкнутом пространстве с двумя преступниками.
Придвинувшись ближе к стене, Учиха закрыл глаза, предпочитая скоротать время за недолгим сном. Что-то подсказывало ему, что сегодня ночью спать не получится.

***

- Орочимару, Саске у вас? - выпалил Итачи, придерживая трубку одной рукой, а второй выворачивая руль. Ехал он на приличной скорости, едва успевая тормозить на светофорах.

Получив отрицательный ответ, ругнулся, откидывая телефон на переднее сиденье. Куда мог запропаститься его брат...

***

- Что теперь? - шёпотом спросил Наруто, когда они с Саске стояли у стола полицейского.

- Я тут первый раз, - тихо ответил Учиха и почему-то улыбнулся. - Расслабься и получай удовольствие.

Узумаки нахмурился, недовольно скользнув взглядом по бесстрастному бледному лицу.
Саске было наплевать на всё происходящее. Какая разница куда судьба вильнёт в этот раз?

- Ремни, часы, шнурки, телефон - на стол, - тихо скомандовал сидящий напротив полицейский, что быстро писал что-то на каком-то бланке.

- Руки, - напомнил Учиха, помаячив наручниками перед взглядом усатого.

Тот недобро оскалился, пожимая плечами, мол, твоя проблема, а я пальцами не пошевелю.

- Сопротивление задержанию, - участливо подсказал полицейский, что выделялся внушительных размеров пузом.

Саске косо глянул на того, удовлетворённо отмечая, что затылком он всё-таки попал: нос мужчины слегка припух, и виднелась запёкшаяся кровь, которую сейчас тот пытался стереть влажной салфеткой. Поймав на себе взгляд Учихи, полицейский нахмурился, но промолчал.

– Саске, прекрати, – шикнул Наруто. – Нам и так влетит…

– Твой друг дело говорит, – кивнул усатый. – Влетит. Но уже вне зависимости от вашего поведения.

– Хоть ангелами будьте, – зло рыкнул пузатый.

Узумаки удивлённо посмотрел на заполняющего бланк. Парень, судя по лицу, не многим моложе их с Саске, был совершенно спокоен, когда эти двое только что сыпали угрозами. Его будто это всё не касалось, он просто делал свою работу.

– Ремни, часы, шнурки, телефоны, – заученно, как робот, повторил он, поднимая взгляд на парней. – Мне долго ждать?

Наруто раздражённо нагнулся, быстро распуская шнурки на кедах, затем вытащил из джинс ремень и положил на стол. Подумав, достал из кармана телефон и выложил туда же.
Саске же продолжал стоять упрямым истуканом, буравя взглядом стену над головой молодого человека.

– Эй, – помахал тот у него перед глазами. – Твой друг глухой или обдолбанный?

– Да он нарик, – со знанием дела каркнул усатый.

Молодой полицейский вновь окинул Саске бесцветным взглядом, поджимая губы. Он опустился обратно за стол, дописывая что-то в бланке.

– Вот, что нашли.

Флакон с таблетками звонко стукнулся о столешницу.

– Он болеет! – горячо выпалил Наруто. – Это не то…

– Все они болеют, – кивнул толстяк, вновь закидывая голову, чтобы кровь не заляпала воротничок. – Блядь. Урою…

Саске хмыкнул, всё же вытаскивая ремень и небрежно бросая его на стол. Следом полетели шнурки.

– Этого в КПЗ, а с этим мы поговорим, – заявил усатый, отлипая от стены и ненавязчиво опуская руку на плечо брюнета.

– Куда вы его? – выпалил Наруто, понимая, что друга уводят явно не для чаепития.

– Что ты так всполошился-то? – усмехнулся пузатый, не убирая салфетки от носа. – Мы его легонько…

– Да как вы…

– Наруто, – спокойно сказал Саске, глядя на блондина, – заткнись и сиди смирно.

Под ледяным взглядом Узумаки словно в ступор впал, забыв, что собирался протестовать до последнего. Он непонимающе следил, как эти двое ненавязчиво проталкивают Учиху дальше по коридору, а потом вовсе скрываются за тяжёлой железной дверью.

– Но…

– Вперёд, – скомандовал молодой человек. – И постарайся не рыпаться. Твой друг дело говорит…

– Но вы же знаете, что это незаконно!

– А где ты тут видишь закон? – грустно усмехнулся парень, проводя Наруто к так называемому обезьяннику.

***

– Поговорим? – мрачно спросил толстяк, закрывая за собой дверь и недвусмысленно глядя на Саске, замершего у массивного стола. Комната была просторной, но утопала в сизой дымке. Кажется, совсем недавно здесь кто-то заседал, выкуривая сигарету одну за другой.

Учиха скользнул взглядом по столу и заметил характерное багровое пятно, усмехнулся. Значит, это комната дознаний. Прекрасно.
Он обернулся к усатому, смерив того взглядом, покосился на второго и пожал плечами.

– Поговорим.

***

Наруто сидел в самом углу клетки и действительно чувствовал себя загнанным в ловушку зверем. Хотелось метаться туда-сюда, грызть прутья, шипеть и пытаться вырваться, но приходилось делать вид, что тебя здесь вовсе не существует.
Узумаки никогда не был трусом, но эта казённая обстановка давила на парня желтизной стен, толщиной решёток и мерцанием лампы дневного света. Нервы натягивались, дрожали от звука скрежета ручки о бумагу, когда сидящий за столом неподалёку полицейский заполнял очередной бланк.
Будучи тем ещё задирой и часто влипая в драки, Наруто никогда ещё не попадал в такие места, где жизнь, кажется, замирала. На душе стало как-то холодно и мерзко лишь от одного вида КПЗ. Захотелось хорошенько помыться, притом вывернувшись наизнанку, чтобы вся эта чужая грязь смылась вместе с водой.
Он обхватил себя руками, прислонясь плечом к холодной стене. Нужно было просто дождаться Саске… вдвоём не так неуютно.

– Эй ты!

Наруто скользнул взглядом по сидящим напротив хмурым «знакомым» из бобика, но окликали его не они. Рядом с ними вальяжно восседал на деревянной лавочке худощавый парень с выбеленными волосами. Он кривил тонкие губы в злорадной улыбке, словно видел перед собой что-то ужасно нелепое.

– Чего тебе? – не очень-то дружелюбно отозвался Наруто. Вести беседы с кем-то в этой клетке как-то не тянуло, как и заводить знакомства. Полезными они точно не будут, а вот проблем блондин нажить сможет себе легко.

Беловолосый поднялся с лавочки, подходя ближе к Узумаки и опираясь плечом о стену. Взгляд скользнул по Наруто, задержавшись где-то на лбу, а затем улыбка незнакомца стала ещё шире.

– Я Суйгетсу.

Он протянул худую руку и выжидающе замер.

– Наруто, – пожал оную блондин и тут же вновь убрал.

– Вас с другом за что сюда?

– Откуда ты знаешь, что я с другом? – удивился было Наруто, но потом осознал, какую глупость сморозил: клетка была как раз напротив письменного стола полицейского, рядом с которым Саске вздумалось разыграть очередной спектакль.

Суйгетсу усмехнулся.

– Буйный он у тебя.

– Он не у меня, – фыркнул Узумаки, отворачиваясь. Взгляд упал на длинный тёмный коридор, куда увели Учиху.

– Долго они.

Суйгетсу проследил за взглядом парня и поджал губы.

– Да. Чувак влип.

– Влип? – выпалил Наруто, мигом оборачиваясь на нового знакомого. – В смысле?

Глаза беловолосого прищурились, и он стал напоминать… писца. Странно, но именно это животное так чётко прослеживалось в его облике.

– Ты думаешь, они туда с ним говорить пошли? Он же нос Борову сломал!

– Боров… – задумчиво проговорил Наруто, а потом всё-таки понял, что так Суйгетсу окрестил пузатого. Чёрт с ним. Боров так Боров.

– Но ведь мы защищались!

– И ты ещё влез? – округлил глаза парень. – Ну всё, парни. Хана вам.

– Ерунда, – упрямо шикнул Наруто. – Ничего нам не сделают.

– Это ты так думаешь. Подождём твоего друга.

Парень нагло уселся рядом с Узумаки, закидывая ногу на ногу и прислоняясь спиной к решётке.

– Ты сам главное не рыпайся, – уже тише посоветовал беловолосый, косо поглядывая на Наруто. – Боров псих тот ещё. Он в позапрошлом году парня забил насмерть.

Наруто невольно оглянулся на Суйгетсу, внутренне холодея.

– Врёшь.

– А смысл? – хохотнул тот. – Я тогда попался, и как раз парня того принимали, а потом уже выносили… Сказали, что сам повесился.

– Ты тут так часто бываешь? – чтобы хоть как-то унять волнение, спросил Наруто.

– Бывает, – хмыкнул беловолосый.

– За что?

– Беру всё, что плохо лежит. Клептомания у меня, – озорно сверкнул глазами собеседник.

– Воруешь, значит, – выдохнул Наруто.

– Бывает, – повторился Суйгетсу.

Двери в конце коридора скрипнули, заставив обоих парней резко повернуться на звук.
Наруто из-за волнения, Суйгетсу же из-за любопытства. Он даже не пытался скрыть улыбки, предвкушая зрелище.
Боров и усатый действительно с брюнетом не разговоры вели, если судить по тому, как неровно шагал в сторону камеры Учиха. Его придерживали под руки, но Саске упрямо шёл ровно, лишь сжав кулаки скованных наручниками рук. Только у двери камеры запястья ему освободили, подталкивая внутрь и закрывая за ним дверь. Брюнет же так и остался стоять на месте, привлекая к себе ненужное внимание.

– Ты как? – тихо спросил Наруто, поднимаясь и подходя к другу.

– Сядь на место, – шикнул Учиха, поворачиваясь к нему и проходя мимо.

Узумаки удивлённо замер, поворачиваясь следом и непонимающе глядя на лицо парня. Надо отдать должное… по лицу не били. Разве что разбитая бровь, но это, кажется, ещё там, у машины.

– Сильно они тебя?

Саске исподлобья глянул на Наруто, взглядом прося того заткнуться.

– Эй, Наруто, угомонись, – понятливо кивнул Суйгетсу, похлопывая ладонью по лавочке. – Сядь лучше.

– Да что такое? – тихо возмутился блондин, но всё же опустился, чувствуя на спине два тяжёлых взгляда. Когда он оказался к ним лицом, то всё стало ясно.

Саске не хотел привлекать слишком много внимания тех двоих, что недавно делили с ними «бобик», а теперь и одну камеру.
Сам Учиха опустился на лавку с трудом, и стало понятно, что всё-таки ему перепало.

– Что теперь?

– Будем ждать, – хрипло отозвался брюнет, откидываясь затылком на прутья и прикрывая глаза. Он игнорировал Суйгетсу, словно беловолосого здесь и не было.

Сам брюнет не понимал, чего именно собрался ждать. В комнате дознаний ему подробно объяснили, что могут повесить на них любое завалявшееся дело и доказать что-либо будет невозможно.

– Узумаки, какого хера ты лез? – всё-таки прошипел Саске.

Внутри всё болело, и лишний раз повышать голос или двигаться очень не хотелось.

– Я хотел помочь, – глухо отозвался Наруто.

Саске лишь шикнул на это глупое оправдание. Придурок просто поддался стадному инстинкту, а теперь пытается мотивировать это какой-то никому ненужной помощью.

– Ты полный кретин, – выдохнул Учиха, прикладывая руку ко лбу. Ему слишком много раз за последние сутки прилетало по голове, чтобы это прошло бесследно. Пальцы уже подрагивали, а внутри разливалось знакомое напряжение.

– Не вздумай мне тут свалиться, – шикнул Наруто, прекрасно замечая то, что происходит с его «сокамерником».

– Эй! Белобрысый дело говорит, – буркнул Суйгетсу. – Если ты сейчас свалишься, то эти…

Кивок в сторону мужчин, сидящих напротив.

– Подняться тебе уже не дадут.

– Идите на хер, – процедил Саске. – Оба.

Он опустил руки, цепляясь ими за край лавочки и выдыхая через сжатые зубы. Если судороги схватят его прямо сейчас, то никакое самовнушение не поможет отложить намечающийся приступ.
Взгляд сам собой скользнул к столу дежурного, который как раз сейчас заинтересованно крутил в руках пузырёк с его таблетками.
Но подавать голос было бы также опрометчиво: те двое уже с ухмылками пялились на них.
Подыхать от того, что кровь не поступает в мозг или из-за кулаков этих двух отморозков?
Саске усмехнулся через силу. Выбор был невелик.
Звонок телефона раздался неожиданно, раскалённым ножом разрезая натянутые струны нервов.

– Это твой, – прошептал Наруто, толкая легонько Саске в плечо.

– Он на столе.

– Блин…

Дежурный бросил взгляд на них, вытаскивая из вещей Саске звонящий сотовый.

– Можно мне ответить? – спросил Учиха, кое-как поднимаясь и хватаясь за прутья, чтобы не вильнуть в сторону.

По лицу молодого человека скользнуло сомнение. Он зажал в руках телефон, будто задумавшись на секунду, затем, оглядевшись по сторонам, двинулся к клетке, было опуская сотовый в вытянутую руку Саске.

– Куда?!

Злой голос, раздавшийся сбоку, заставил всех невольно вздрогнуть, а дежурного вовсе вытянуться по струнке. Учиха безнадёжно опустил руку, сверля взглядом того, кого здесь прозвали Боровом.
Мужчина грозной поступью направлялся к ним, поправляя ремень и на ходу застёгивая ширинку. Очевидно, он ещё из сортира услышал звон да голоса и решил поспешить. Мерзость…

– Ему не положено.

– Один звонок. Я имею право, – попытался встрять Саске, поднимая глаза на мужчину.

– Ты фильмов обсмотрелся, – ухмыльнулся толстяк, и его сальные щёки как-то странно задрожали. – Сядь и не рыпайся, а то мы захотим поговорить снова.

С этими словами он выхватил у побелевшего дежурного трезвонящий телефон Саске и с интересом уставился на дисплей.

– Итачи, – скривился он. – Кто это ещё?

– Мой старший брат, – печально шикнул Саске, буравя взглядом покрывшийся испариной лоб Борова.

По лицу мужчины скользнула ехидная улыбка.

– А твой брат в курсе, чем ты занимаешься?

Глаза-буравчики довольно блестели, когда он смотрел на стоящего по ту сторону худощавого парня.

– Нет, – выдохнул Саске, стараясь не улыбаться. Это было так легко…

– Почему же? – продолжал Боров, повернувшись всем корпусом к решётке и откровенно наслаждаясь происходящим.

Учиха не ответил, понимая, что фразы типа: «О нет, не говорите моему брату, что в отделении!» – лишь выведут его на чистую воду, заставив Борова пораскинуть тем, что у того было вместо мозга.
Вместо этого Саске лишь потупил взгляд, прикусывая нижнюю губу. Опомнился, что она разбита, и скривился от боли.
Все ощущения доходили запоздало из-за нарастающей дрожи в мышцах.

– Давай я помогу вам наладить ваш семейный контакт, – усмехнулся Боров, и сменившимся голосом заговорил вновь: – Да, я вас слушаю. Саске?

Взгляд на вновь вскинувшего глаза парня.

– Он в отделении полиции. Да, давайте вы к нам подъедите, и мы вам всё объясним. Нет…драка и наркотики… и кое-что ещё…

Учиха мысленно улыбнулся. Этот придурок думал, что Итачи не в курсе, что удастся развести брата на деньги или же ещё что. Но при всех его недостатках, старший не был идиотом и, скорее всего, приедет сюда с Орочимару…
Продиктовав адрес, Боров засунул телефон в карман и довольно улыбнулся.

– Сейчас твоего братца на деньги раскрутим.

– Идиот, – тихо выдохнул Саске, уже не скрывая улыбку.

– Что?

Тяжёлые надбровные дуги пришли в движение. Хватило секунды, чтобы толстяк ухватил Учиху за ворот, дёргая на себя и заставляя того приложиться о толстые прутья.

– Что ты сказал?

– Отпустите!

Подлетевший Наруто, ухватил Учиху за плечо, пытаясь оттащить от решётки, но Боров лишь сильнее сжал руку, хотя взгляд уже скользил по блондину.

– А ты ещё кто?!

– Да отпустите вы! – злее рыкнул Узумаки, теряя всякий контроль над своими эмоциями. Сегодня произошло слишком многое, чтобы нервы остались целыми.

– А то что? – осклабился Боров, но руку всё-таки разжал, и Учиха споро ухватился за прутья вновь, отдуваясь.

– Эй! – весело крикнул Суйгетсу с лавки. – Боров, а ты никак на диету сел?

Боров прошёлся по камере тяжёлым взглядом, хмыкнул и направился к столу дежурного, теряя к ним интерес. Кажется, его клинило именно на брюнете.

– Саске?

Наруто опасливо покосился на Учиху, который странно подрагивал.

– Таблетки, – процедил он, опускаясь обратно на лавочку и упираясь локтями в колени, чтобы опустить голову на руки.

Наруто бросил беспомощный взгляд в сторону стола и досадливо покачал головой.

– Даже не думай просить, – прервал его Суйгетсу. – Этот не даст.

– Я уже понял, – мрачно отозвался блондин, отходя ближе к Учихе и останавливаясь сбоку, чтобы в случае чего успеть поймать.

Двое отморозков, сидящих напротив, уже откровенно перешёптывались, поглядывая на парней. И им было очень весело.
Саске сильнее сжал зубы, стараясь не реагировать на чужие голоса, а сосредоточиться лишь на собственных ощущениях.
Странным было отсутствие головной боли: череп был совершенно пуст, и в нём будто гулял холодный ветер, ласково касающийся раскалённого мозга. Из-за этого по спине бежали мурашки, оседая неприятной ледяной вязкостью на пальцах и губах.
Наруто нахмурился. Ещё секунда, и он всё-таки попросит таблетки, будь что будет… во всяком случае, он хотя бы попытается.
Но идти на такие жертвы не пришлось: дверь отделения открылась, впуская внутрь уже знакомых Наруто людей – Итачи и Орочимару.
Судя по скорости, с которой они прибыли, Орочимару не стал строить из себя капризную девицу и без долгих объяснений согласился помочь старшему Учихе.
Наруто облегчённо выдохнул, хотя, конечно, исход этого вечера всё ещё оставался туманным.

***

Когда Итачи дозвонился до Саске, как они тогда думали, старший Учиха как раз добрался до дома доктора и пытался выведать у него информацию о нахождении своего брата. А когда выяснилось, что ситуация весьма серьёзная, Орочимару пришлось поехать с Итачи, предварительно прихватив все документы и остатки терпения.
Он не любил представителей властей, как и большинство врачей, имеющих дело с операционными столами, смертями пациентов…
Рано или поздно находились родственники, которые обвиняли докторов в халатности и тогда тянулись нудные суды, в ходе которых вину всё же не могли установить. Умер человек. Что ж поделать? Все там будем.
Войдя в отделение, Орочимару поморщился от какого-то подвального запаха, пропуская Итачи к столу дежурного, а сам остановился чуть позади, оглядываясь.

– Орочимару! – выпалил знакомый голос, заставляя доктора повернуться и впериться взглядом в взъерошенного блондина.

– Наруто, если не ошибаюсь? – усмехнулся мужчина, отчего-то совершенно не удивлённый тем фактом, что в полицию Учиха и Узумаки попали вместе.

– Дайте таблетки! Они на столе у них, – шикнул Наруто, указывая на Саске.

Орочимару коротко кивнул, поворачиваясь к столу. Не нужно было быть пророком, чтобы догадаться, что из-за своего мерзкого характера брюнет уже успел схлопотать дубинками по всем скрытым одеждой местам. А, возможно, пару раз получил и по своей пустой башке.
Подойдя к дежурному, с которым Итачи вёл крайне горячий диалог, на который из соседнего кабинета вышли ещё двое полицейских, доктор без зазрений совести взял со стола пузырёк с таблетками.

– Откройте камеру, – тихим голосом попросил он, вглядываясь в лицо усатого полицейского. – Мой пациент нуждается в моей помощи, а на все вопросы вам ответят вот эти бумаги.

Он неспешно положил на стол папку с различными справками и продолжил спокойно дожидаться, пока его всё-таки сопроводят в камеру.
Говорить с властями он научился ещё на пятом курсе, когда по его ошибке… кхм… впрочем, не об этом сейчас речь. Нужно быть спокойным и внушать силу. А это Орочимару умел.
Полицейский коротко кивнул и, пока второй копался в бумагах, направился к камере, звеня ключами. Дверь скрипнула, впуская внутрь Орочимару.
Наруто посторонился, пропуская мужчину к Саске. Учиха к тому времени всё же соблаговолил поднять на Орочимару глаза и даже выдавил кривую усмешку.

– На.

Орочимару взял сжатую ладонь Саске в руку и с силой разжал пальцы, вкладывая четыре таблетки.

– Благодарю, – с издёвкой проговорил Учиха, тут же пересыпая таблетки в рот и, морщась, сглотнул.

– Но они напали на сотрудников полиции! – попытался встрять толстый мужчина со сломанным носом.

– Мой пациент неадекватен. Это подтверждает вот эта справка, которую вы крутите в руках. Вчитайтесь в неё, если сможете.

Конечно, ничего такого там не было, но Орочимару сильно сомневался, что туповатый даже на вид мужчина сможет разобрать хотя бы пару слов или же, если всё-таки ухитрится прочесть, то вряд ли поймёт суть симптома, описанного врачебными терминами.
Толстяк на самом деле вперился взглядом в листок на несколько минут, пробежался взглядом, пожал плечами и отложил листик, удовлетворённо хмыкнув.

– Мы можем быть свободны? – деловито спросил Итачи, переходя на более тихий и спокойный тон. Хотя взгляд парня всё ещё излучал холодный огонь.

– Мы можем отпустить только… вашего брата.

– На второго же у вас справки нет? – как-то ехидно спросил толстяк.

Орочимару терпеливо улыбнулся.

– Нет. Но этот парень поедет с нами.

– Это ещё с чего? – удивились оба полицейских.

– Я могу выявить на теле своего пациента ссадины и ушибы, которые были нанесены здесь и, более того, вами.

Голос был спокойным. Орочимару всегда врал спокойно.

– А это превышение должностных полномочий.

И мило улыбнулся своей змеиной улыбкой.

***

– Полегчало? – бросил Итачи, сидящим на заднем сиденье парням.

– Не твоё дело, – привычно отозвался Саске, которому действительно стало легче.

– Как вы вообще умудрились нарваться на этих отморозков? – в сердцах бросил Итачи, превышая лимит своей эмоциональности за этот вечер.

Учиха фыркнул, отворачиваясь к окну и предоставляя Наруто роль собеседника для своего брата.
Они вынуждено сидели в машине, дожидаясь, пока Орочимару уладит какие-то мелкие проблемы в отделении.
Саске старался не думать о том, что в очередной раз оказался в долгу перед братом и перед доктором. Он гнал от себя эти мысли, как и те воспоминания, что засели в памяти слишком крепко.
Он скосил взгляд на Наруто, что беззаботно рассказывал Итачи все прелести их общения с законом.
Странно, что этот придурок еще не завёл разговор о случившемся, хотя Учиха был даже рад, что к нему не пристают с глупыми выяснениями отношений. Да и каких отношений?
Брюнет невольно тихо фыркнул, отворачиваясь обратно к окну и глядя на мелкие капли, ловящие в себя янтарный свет уличных фонарей. Он поднял палец, проводя по холодному стеклу, но не стирая капли, что были по ту сторону. Отсюда реальность виделась забавно искажённой, утопающей в желтоватых и белых разводах, в пляшущих бликах.
Итачи даже не стал читать мораль, что было весьма непривычно, да и вёл себя сегодня старший более чем странно.
То отводил взгляд, то отмалчивался, то налетал с резкими вопросами. Но не обвинял ни в чём.
Его уже вычеркнули.
Саске довольно улыбнулся, вновь проводя пальцами по стеклу.
Он сам себя давно вычеркнул и хотел бы, чтобы не трогали, не пытались втянуть в уже почти забытую игру.
На удивление, сейчас хотелось, чтобы чувства и ощущения вновь пропали.
Дверь машины хлопнула, и Орочимару недовольно поёрзал на переднем сиденье.

– Все живы? – спросил он, оборачиваясь.

Саске лишь посмотрел на доктора, а Наруто выпалил:

– Да. Спасибо, что приехали за нами.

– Они не за тобой приехали, – отозвался Саске, задумчиво следя за своими пальцами, что вычерчивали на стекле замысловатый невидимый узор. – Они приехали за мной. Ты на хер им не сдался.

Он даже щекой чувствовал, как Наруто полоснул по нему взглядом, но поворачиваться не стал.

– Куда вас везти? – спросил Итачи, вызывая новую волну удивления у Саске.

– А как же попытки затащить меня под сень родного дома?

Голос так и сочился ядом, но жало никого задеть не могло, раня лишь себя.

– Отец не будет рад тебя видеть, – сухо отозвался Итачи.

– А, – усмехнулся Саске. – Так меня вычеркнули из семейной истории?

Итачи молчал, но Наруто было видно, как парень крепко сжимает руль.

– Теперь ты у нас единственный наследник, единственный любимый сын, – продолжал Саске. – Только осторожнее, Итачи.

Брюнет придвинулся ближе, хватаясь за кресло водителя и слегка подаваясь вперёд, чтобы оказаться на одном уровне с братом.

– Фугаку не терпит изъянов. Если ты очередной бракованный сын, то лучше пусти себе пулю в лоб. Избавь семью от позора.

С этими словами Саске резко распахнул дверь, выбираясь и шагая прочь.
Наруто было замер, но в следующий момент бросился следом за другом.
Узумаки не стал интересоваться, почему Учихе вновь взбрело в голову идти самым трудным путём.
Всё и так было понятно.
Сзади послышался рёв мотора, и машина тронулась в совершенно ином направлении.

***

Время давно перевалило за два часа ночи, и улицы были пустыми и какими-то особенно уютными. Дорогу подсвечивали едко-оранжевым светом изогнувшиеся фонари, а тротуар утопал в синеватом мраке. Блики рыжими всполохами иллюзорного огня горели на асфальте, отражаясь слегка неадекватным блеском в глазах Учихи.

– Я здесь ещё никогда не был, – пожаловался Наруто, шагая за Саске и поглядывая по сторонам.

Район был спальным, но зияющие темнотой дворы не внушали особого доверия.

– Считай это экскурсией, – сухо бросил Учиха, который при каждом шаге ощущал, как начинают ныть почки или что-то ещё. Били по болючим местам, явно не жалея силы.

Наруто тяжело вздохнул, убирая руки в карманы.

– Мне завтра в институт надо. И так много пропустил.

– Сходи, – безразлично пожал плечами Саске. – Может, чему-то научат.

– Да сессия скоро, – печально выдохнул Узумаки. – А я столько пропустил…

– Нагонишь.

Блондин удивлённо посмотрел на Саске, который пропустил такой удобный шанс вновь подколоть своего собеседника. Наверное, ему действительно досталось.

– Давай быстрее доберёмся до дома.

***

Общага встретила их привычной хмурой вахтёршей, которая парней всё же пропустила, но пообещала в следующий раз оставить ночевать под дверью.
В комнате Наруто повалился на кровать прямо в куртке.

– Этот день закончился, – выдохнул Узумаки, безжизненным мешком лежа на кровати и смотря на снимающего куртку Учиху.

Наруто показалось, что сутки длились целую неделю, словно странный сон, от которого никак не можешь проснуться.
Саске мрачно кивнул, скидывая куртку мимо вешалки. Хотел нагнуться и поднять, но в пояснице стрельнуло.

– Я чайник поставлю, – неуверенно пообещал Наруто, кое-как поднимаясь и снимая верхнюю одежду. Схватил электрический чайник и вышел из комнаты, чтобы набрать в него воды из-под крана. Говорили, что пить её небезопасно, но сейчас было плевать… лишь бы горячая, лишь бы с запахом чая и сахара…

Саске остановился у зеркала, висящего на стене. Оно досталось им от прошлых хозяев и было чем-то вроде бонуса этой комнаты. Большое, во весь рост, оно ютилось сбоку от холодильника и давало полный обзор стоящего перед ним тела.
Брюнет приложил руку к рёбрам, осторожно ощупывая. Боль была резкой, стреляющей, а местами тянущей и почти незаметной, если не трогать. Нужно было снять чёрную футболку и осмотреть себя на предмет повреждений. Учиха вздохнул, морально готовясь к резкой боли, и резко сдёрнул с себя рубашку. Так и произошло. Стоило поднять руки, как мышцы резануло огнём. Ругнувшись, брюнет окинул взором представшую перед ним фигуру и невольно нервно усмехнулся.

– Сас… ооо, – протянул вошедший Наруто, так и застывший с чайником.

На спине парня, в районе поясницы, красовался длинный уже наливающийся синяк, а когда Саске повернулся на голос, то стало заметно, что рёбра Учихи тоже приняли синеватый оттенок местами.

– Это они так не оставляют следов? – фыркнул Наруто, закрывая дверь и ставя чайник на стол. Про чай как-то забылось, стоило посмотреть на разукрашенное тело.

Наруто подошёл ближе, осторожно опуская кончики пальцев на синяк, что раскинулся на рёбрах Учихи. Прикасаться не решился, просто задержал руку над кожей, чувствуя тело.

– Заживёт, – отрезал Саске, отходя на шаг назад, чтобы хоть как-то разомкнуть расстояние между ними. Сейчас намылить шею Узумаки он был не в силах, так что не хотел провоцировать себя же.

– Тебе надо в больницу, – упрямо выдохнул Наруто, поднимая глаза на Саске и опуская зависшую нелепо в воздухе руку.

Учиха усмехнулся, тыкая пальцем себе в висок.

– Я живу с опухолью. А это просто синяки.

«Живу…» – внутренний голос громко рассмеялся.

– Подожди. Вдруг рёбра сломаны, – не отставал Наруто. – Давай хоть я проверю.

– Ты врач?

– Нет.

– Ну так и не хер.

Саске развернулся, но слишком резко и пришлось схватиться за бок, сжимая зубы и упираясь рукой в спинку стула. Дыхание моментально спёрло где-то в лёгких, словно ребро своими осколками проткнуло оное насквозь.

– Ложись.

– Да иди ты…

– Саске, просто ляг, – устало потребовал Наруто. – У меня собаку когда-то сбили… и у неё были сломаны рёбра… я пробовал.

– Собака у нас ты, – сквозь зубы процедил Учиха, но на кровать всё же улёгся, выдыхая горячий от боли воздух из разрывающихся лёгких.

Он уставился в потолок, стараясь не обращать внимания на Наруто. Захотелось мальчику поиграть в доктора, пусть играет.
Лишь бы в душу не лез.
Наруто нервно почесал переносицу. То была собака, а это человек.
Он придвинул стул к кровати, усаживаясь, чтобы было удобнее. Руки зависли над боком Саске, в то время как взгляд скользил по исхудавшему телу. При каждом неглубоком вздохе кожа на рёбрах Учихи натягивалась, обтягивая их и заставляя проступать слишком явственно. Было заметно, что парня бьёт лёгкая дрожь: то ли успел замёрзнуть, то ли было больно дышать из-за синеватых рёбер.

– Я осторожно, – предупредил Наруто прежде, чем опустить пальцы на ребро.

Саске поморщился, но стерпел, когда рука двинулась к следующему, легко нажимая на кость и проводя по её длине. Болела кожа, мышцы, но боль от перелома была бы иной.

– Ничего? – взволнованно спросил Наруто, останавливая пальцы на ребре.

– Нет, – шикнул Учиха. – Давай быстрее.

Чужие прикосновения отзывались в теле неприятной болью, но в голове всплывали совсем не дубинки, которые изрядно подпортили его тушку.
Рука Наруто переместилась на другой бок. Теперь Узумаки пришлось привстать, чтобы доставать до рёбер. Здесь синяков было меньше, но Наруто ощупывал кости с такой же дотошностью, что и раньше. Он изредка поглядывал на лицо Учихи, сверяясь с его реакцией, но неизменно натыкался на серьёзный взгляд тёмных глаз, и становилось как-то неловко. Нет, не от того, что он проверяет рёбра на целость, а от того, что они оба помнили, когда руки касались совсем иначе.
Узумаки опустил взгляд, стараясь больше не глядеть в глаза Учихи. Сосредоточил своё внимание лишь на ощупывании костей, которые, слава Небу, до этого момента были целыми.
Сейчас Учиха казался ему каким-то потухшим, словно смирившимся со своей ролью сбитой «собаки». Или же просто стерпел и разрешил посмотреть на себя немного с другой стороны, втянул острые иглы.
Или же наоборот, затаился, чтобы пронзить насквозь лишь одной?
Взгляд зацепился за проступающую на животе венку, скрывающуюся за джинсами, и только сейчас Узумаки осознал, что не хочет воспринимать Саске, как бумажную поделку.
Рука невольно замерла над последним проверенным ребром и переместилась на грудь Учихи, осторожно опускаясь. Наруто опасливо посмотрел на лицо брюнета, ожидая увидеть во взгляде злость, но глаза были закрыты. На миг Наруто показалось, что Саске спит и, скорее всего, так оно и было. День добил обоих, высосав все силы.
Узумаки аккуратно сел, не убирая ладони с холодной кожи, и замер, ожидая услышать или почувствовать биение за рёбрами.
Удар…
Ещё удар…
Наруто тяжело вздохнул, понимая, как глупо это всё. Он провёл свободой рукой по своему лицу, пытаясь унять бьющиеся внутри противоречивые чувства.
Удар…

– Я думаю, это ненормально, – хрипло сказал Саске, не открывая глаз.

Наруто почувствовал, как внутри всё ухнуло и отозвалось холодом, обрушившимся на тело. Он отнял руку от лица, смотря на Учиху.

– Что… что ненормально? – в горле сразу пересохло, и голос вышел каким-то картонным.

– Всё это.

Саске всё же открыл глаза, поворачивая голову набок, чтобы смотреть в лицо Узумаки.
Наруто хотел было уточнить, что именно, но ведь понял всё с первого раза. Просто тянул время, чтобы буря в душе успокоилась.
Чёрные глаза смотрели на него, ожидая ответа, а Узумаки чувствовал себя немым и парализованным одновременно.

– Наверное, ты прав, – всё же выдохнул Наруто. – Мы… не должны были…

Рука, всё ещё лежащая на груди Учихи, отсчитала два быстрых удара.
Живое сердце… живое, бьющееся и гоняющее кровь по венам, артериям. Наруто не понимал, как оно может перестать биться в один из дней? Как какая-то опухоль в голове может заставить этот мощный механизм навсегда замолчать? Не хотелось понимать, и Узумаки привычно отодвинул эти мысли за ширму под названием: «Не сегодня».

– Нужно забыть это всё. Ничего не было, – с трудом пробормотал Наруто, опуская взгляд, чтобы спустя вздох вновь посмотреть на затихшего Саске.

Учиха прищурился как-то странно, выдохнул и подцепил руку Наруто, убирая её со своей груди слишком резко.

– Дай мою зажигалку.