глава 21
Медальон с шипящей змеей в центре, торчал из-под расстегнутой на две пуговицы черной рубашки. Рыжие волосы, кошачьи стрелки на глазах, узкие светлые джинсы, туго зашнурованные кожаные ботинки, которые болезненно давили на лодыжки. Рейчел почувствовала, как ее сердце задребезжало. Неуверенным шагом она приблизилась к двери, но отступила, так и не набравшись смелости войти в дом «Кобры».
После отъезда Маэля девушка едва ли провела здесь несколько часов, стены давили, голоса родителей действовали на нервы. Ее просили остаться, но Рейчел не смогла пересилить желания поскорее сбежать. Уже через несколько часов она сжимала заплаканную подушку мотеля, чувствуя себя никому ненужной и брошенной. В голове то и дело возникал образ Кая, ее любимого, того самого что признавался в любви, стеснительно прятал свои шрамы, набил под сердцем ее имя и нежно ласкал ночами. Но его больше не было рядом. Опрометчиво лелея более не существующий образ, девушка самым нелепым образом представляла их будущие встречи. Ей виделось, как Валери растворяется в небытие, память о ней медленно угасает, а собственное сердце рыжеволосой красавицы и душа Кая сплетаются навсегда, обменявшись кольцами. От безумных фантазий болела голова, появлялась бессонница, реальность переплеталась с выдумкой. Рейчел собственными руками отослала свой последний шанс на любовь в топку и не могла рассчитывать на милость, но жаждала прощения.
Она оглянулась и увидела, как со стороны поля, покрытым низкорослой травой, шли двое. С плеч миниатюрной фигуры свисала серая куртка, соперница жалась к боку парня и трогательно улыбалась. Рейчел почувствовала, как внутри все стянуло, тугими узлами до головокружения. В момент ей захотелось проснуться, забиться в истерике и почувствовать на своей талии теплые ладони, которые успокоят и крепко прижмут к себе. Но кошмар оказался реальностью.
Кай мягко потрепал Валери за щеку, поправил темную прядку волос, бережно пригладив по затылку. Брюнетка выглядела до омерзения счастливо. На бледном лице расплылась алая пухлая нить, глаза сияли и даже убогая сорочка, не портила ее расцветающего вида. Захотелось надеть солнцезащитные очки или выпить пачку снотворного, лишь бы не видеть этого никогда.
Внезапно пара остановилась, их взгляды пересеклись с зелеными изумрудами, наполненными ожиданием. За секунду из витающих в облаках влюбленных они превратились в настороженных хищников, предвкушающих нападение.
– Кай, – чуть слышно произнесла Рейчел, пытаясь не замечать ненавистную ей особу рядом. Тот тяжело вздохнул, выпуская Валери из объятий. Его лицо помрачнело, пальцы напряглись, теперь он походил на чужака.
– Мне остаться? – спросила Валери, коснувшись мизинца мужской руки.
Кай отрицательно помотал головой. Валери отчего-то не потребовалось лишних слов, и она легко направилась в дом. Рейчел удивилась. Будь они на месте друг друга ни за что бы не оставила собственного парня наедине с бывшей подружкой. Но эта дерзкая надоедливая брюнетка не дрогнув и мускулом на лице, предоставила Кэмпбелла ей целиком и полностью.
Лишь поравнявшись с Валери, Рейчел прочувствовала на себе необъяснимую силу давящую ей на гортань, будто тяжелый комок, что застрял и не может сдвинуться. Но стоило той исчезнуть из вида, как пульс выровнялся, дыхание вернулось.
Прочистив горло, Рейчел приблизилась к Каю.
– Ты цел, – по щекам покатились слезы. Сухими потрескавшимися губами она опасливо продолжила говорить. – Я переживала, что они могут с вами что-то сделать, эти долгие месяцы были адом. Каждую ночь снились ужасы, казалось самое плохое уже произошло, но все же ты здесь, – болезненно улыбнулась она, утирая влагу с веснушек.
Кай оставался невозмутим, словно статуя, равнодушная и не способная на эмоции.
– Как они к тебе относились? Я слышала Тони ранен, надеюсь остальные в порядке.
– Они были бы в большем порядке, не сдай ты их, Рейч.
Сердце в хлипкой груди пропустило удар. Стрелки часов замедлили ход. Он все знает...
– Не нужно так на меня смотреть, я не рассчитывал тебя увидеть в своей жизни еще раз.
– Зачем ты говоришь такие ужасные слова, – задрожала она, едва сдерживая тремор в ногах.
– Я думал, тебе передали, но, похоже, мой враг был куда честнее только, когда признавался в твоем нежелании принять его чувства. Я сказал Айку, – он особо подчеркнул имя «шакала». – Что не хочу тебя видеть и знать.
– Нет! – с глазами напуганного ягненка она задрожала, предвидя неизбежность плохого конца. – Кай, послушай, я ошиблась и осознаю это, – Рейчел попыталась прикоснуться к Каю, но он болезненно откинул ее ладони. – Ревность застила мне глаза, я не могла без тебя, а ты приехал с какой-то девицей, сказал, что больше не влюблен в меня. А когда я увидела вас делящих одну постель, не смогла больше терпеть и поэтому...
– Поэтому что? – выкрикнул он, не сумев дождаться ответа. – Ты решила убить всех, растерзать в угоду своей ревности. Там был не только я, но и твои друзья, знакомые, мы все росли как семья, а ты посмела скормить ее «псам»! Я заслуживал твоей ненависти, был повинен в твоей боли и сейчас остаюсь, но Феликс. Чем виноват мой дядя доживавший свой никчемный век? Его зарезали, как свинью на глазах моей матери. Это ты осознала? Это твоя ошибка?
– Я не хотела, я ничего из этого не хотела! Кай, умоляю, – отчаянно она начала цепляться за его шею, неосторожно цапнув разукрашенную кожу в нескольких местах. Царапины слегка набухли. – Я люблю тебя, я безумно тебя люблю.
– Рейчел. – Кай опустил свою ладонь на ее руку и аккуратно снял со своей шеи, продолжая удерживать. – Убирайся, – прошептал он. – Уезжай так далеко, как только сможешь. Не приближайся к моей семье, не смей причинять вред Валери, врать и изворачиваться. Пока никто кроме меня и «шакалов» не знает, кто рассказал о тропе, поэтому единственное, что я могу для тебя сделать, это промолчать, дать фору, но если ослушаешься и останешься, все узнают кто предатель прямо сейчас.
Собирая себя по осколкам, она гордо выпрямила спину. Затуманенные радужки, смазанные стрелки, расползающиеся черными тонкими венами до самых висков, подрагивающая нижняя губа, но напущено высокомерно вздернутый кончик носа. Шикарная, желанная многими девушка, смогла выдавить из себя только всем привычный фасад. Рейчел едва ли осознавала свое будущее без прошлого. Она по-прежнему была той же снаружи, однако, исчезнувшей внутри.
Мысленно Рейчел попрощалась с родителями и в последний раз смело, но с сожалением посмотрела на любимого. Она запомнит его на всю оставшуюся жизнь и пронесет этот чертов разговор через года и может быть однажды ей повезет, если он вспомнит ее легким словом.
*****
Поясница немного ныла. От накопившейся тоски Кай нещадно касался моего тела, обжигая горячим дыханием в местах, о которых вслух непринято говорить. Но моя жадность была не менее страстной. Наша прошлая ночь, проведенная на скромном пошарканном диванчике, теперь казалась невинным лепетом. Тяжело было скрыть улыбку.
Каждая мышца затвердела и ныла. Я слегка потянулась вперед и ощутила тихий хруст в коленке, но после ноге стало лучше, мышцы налились приятными покалываниями.
Войдя в кухню, я без стеснений подошла к холодильнику, чтобы хоть чем-то порадовать свой желудок. На вид попались только яблоки и переспелые груши из какого-то скромного маркета, это выдавали наклейки на кожуре с незнакомой эмблемой. Но на вкус фрукты оказались куда лучше, чем на вид.
– Сестра, – он кивнул, поприветствовав меня, стоило мне поднять свой взгляд. В голосе звучали нотки иронии, щепотка бахвальства и немного интереса. Весь этот тон был не более чем защитная реакция, впрочем, как и у меня.
– Заткнись! – Маэлю не понравилось, то, как этот человек меня встретил и поспешил ему заклеить рот.
– Не надо, оставь, он же сказал правду, – доедая грушу, произнесла я.
Маэль изменился в лице, но клейкую ленту отложил. Парень торчал тут посменно не первый час, его сменяли разные люди, но остаться мне один на один с Айком он бы, ни за что не позволил.
– Если верить во все безумие, произошедшее со мной, то ты мой брат, – я будто набралась смелости и выдохнула всю тяжесть из легких. Меня более не пугали вопросы, хотелось знать ответы.
– Ви, ты ослаблена, не стоит сейчас тратить на него остатки нервов, – заботливо продолжил Маэль. – Вы чужие друг другу, он может использовать твои больные точки в угоду себе. Лучше наберись сил, поспи немного.
– Я в порядке, не нужно так сильно меня опекать.
– Складывается впечатление, что сердец претендующих на твою руку куда больше, чем Кай представляет, – Айк хитро взглянул на блондина, тот фыркнул, но промолчал. – Насколько жизнь была тяжелой, Валери, что судьба тебя заставила полюбить Кэмпбелла?
– Максимально омерзительной, – без прикрас ответила я, кутаясь в рукава куртки.
– Прискорбно, отец надеялся, что тебе повезет куда больше, будь ты подальше от нас. Но какая ирония, ты здесь, на стороне своего Ромео.
Отец это слово, которое никогда не относилось ко мне, у меня не было родителей, я росла одна одинешенька и смирилась с таким раскладом судьбы. Но оказалось все это время, у меня был не только папа, но и брат.
– Отец, – хмыкнула я, распробовав это слово на слух. – Он пытался меня найти, не хотел увидеть, как я расту и не сдохла ли от бессмысленных наказаний в детдоме?!
– Я не лез с этим вопросом, родителям и так приходилось туго. Я знаю только то, что мне позволялось, не больше. Хочешь знать обо всем, спроси сама, если возможность представиться.
«Познакомься твой отец Алластер Галлагер, твой старший брат Айк Галлагер, матушка видимо кони двинула, но не переживай, у тебя выпадет чудесный шанс познакомиться с ней!». Под ложечкой засосало, липкие слова, произнесенные над моим ухом, вновь вязко опустились на сердце. Все это было словно о чужаках, о другой истории, но не обо мне самой.
– Мама уже более десяти лет проживает за границей. У нее другая семья, мужчина и приемная дочь, – не без грусти в глазах рассказал Айк. – Она больше не «шакал». Хочешь услышать еще что-то попроси своих дружков развязать меня, – он немного дернулся. – И я расскажу все что могу.
– Вот ведь! Жалкий манипулятор, – Маэль покачал головой. – Ви, я бы на твоем месте не верил ни единому слову, мало ли что еще он придумает ради свободы.
Он не лгал, я видела правду во всем: его напряженные руки, глаза, губы, ничто не врало. Мой найденный брат выглядел человеком слова, изворотливым, знающим свое дело и то чего он хочет, а сейчас ему нужна была свобода и далеко не для мести.
– Счет идет на минуты, отец может быть ранен или вовсе убит.
Они хотели от меня слишком много. Я не понимала, что должна делать и как реагировать. Он произносил те слова, что мне всегда хотелось услышать, о том, что я не одна на этом свете, у меня были родители все это время, но вместе с тем пришло опустошение. Чего он ждет? Добиться сестринского сострадания или просто играет на моих кровоточащих ранах?
Должна ли я сейчас почувствовать что-то кроме боли? Осознать себя «шакалом», помочь тем, кто связан со мной родством? Нет, безумие. Сейчас я ничего не чувствую. Вижу перед собой связанного человека, и ничто ни трепещет, ни сжимает. Мои эмоции на кнопке – выкл. Моя потерянность на максимум. Оттого заблудшее сознание мечется и пусто смотрит из-под голубых глаз.
– Тебе здесь не верят, – произнесла я, ощущая внезапный прилив решимости. – Тут много детей, пожилых и раненый, а ты не просто гость. Никто не захочет увидеть тебя без пут, щеголяющим по этому ветхому дому, куда им пришлось сбежать из-за вас. Думаешь, хоть одна «кобра» изъявит желание отпустить тебя?
– «Кобра» нет, а вот девушка не принадлежащая никому возможно. Может тебя и не трогает за душу, история наших общих родителей, но это не значит что ты одна из этих. Ты лишняя, Валери, и Кай это понимает. Он наверняка знает, что придет тот момент, когда ему придется отпустить тебя по причине возможности жить по-человечески.
– Поменьше болтай, – Кай тотчас вошел в кухню и принял напряженную позу, сложив руки на груди. – Твои трюки стали настолько дешевыми?
– У меня больше нет времени на красивые слова и планы, благодаря вам. Посмотри на меня, я привязан к стулу, каким-то подростком, детишки пялятся на меня через окно и тычут пальцем, не так я планировал провести свои выходные.
– Завтра, – отрезал Кай. – Я вышвырну тебя у трассы, можешь катиться куда захочешь.
– Кай, погоди! Стоит обсудить, – вмешался Маэль, но его старший брат лишь вскинул жилистой кистью.
Кэмпбелл уверенно приблизился и наклонился к уху «шакала», тот слегка напрягся, поморщив лоб.
– Мы же не убийцы, Айк? Совсем не такие, как «койоты», даже если благосклонны исключительно по просьбам женщины, – ухмылка стрельнула по губам обоих.
– Кай, – снова повторил младший Кэмпбелл, листая что-то в своем телефоне.
– Ты молодец, – внезапно откликнулся старший. – Но, Маэль, мы не сможем держать его вечность, это потенциальная угроза не только жизни, но и холодильнику. Его же придется кормить, а пытать мы его не станем, самое бесполезное домашнее животное, еще и место занимает. Не согласен?
– Согласен, но возможно он нам еще пригодится, – украдкой блондин вновь взглянул на экран смартфона. – Я не говорил, но я отослал несколько парней к месту бойни. Они написали, там нет трупов.
– Замели следы, обычное дело, – констатировал Айк, будто разговор вели с ним.
– Не совсем. В доме обнаружили двух мальчиков подростков, они прятались, один из них видел, как уносят лысого старика, он уверен, что тот дышал, – зачитал парень.
Внутри меня тотчас все сжалось, но я не подала виду.
– Я боюсь, они придут снова, – голубые глаза на красивом лице Маэля опустели. – Но на этот раз сюда. Нам больше некому помочь, никого не осталось. Конец?
– Успокойся для начала, если это правда, то мы подготовимся, у них не получится застать нас врасплох, – я никогда не понимала, как у Кая хватает воли выглядеть таким спокойным в подобных ситуациях. Ему наверняка, тоже было страшно, но он будто оберегал младшего, от собственной слабости. – Мы найдем подмогу, – уверенно отрезал он и перевел взгляд на «шакала».
– Кажется, минуту назад ты зажал мне еды и хотел вышвырнуть, – не тушевался Айк. Впрочем, внезапные новости его явно не обрадовали, а привели к гневу. – Да ладно расслабься, Линкольн принес обеим семьям много проблем, я временно встану на твою сторону, Кэмпбелл, и зарою наш топор войны, до тех самых пор пока ты снова не начнешь меня в чем-нибудь обвинять. Однако, есть маленькое «но», как ты заметил я один и пользы от меня как от ножа против огнестрела, – Айк посмотрел снизу вверх на Кая, ни на секунду не потеряв достоинства. – Нам нужны люди.
– Как насчет «лис», – вмешалась я.
Три пары глаз внимательно посмотрел на меня. Тут же некая неловкость пробежала по рукам, оставляя за собой мурашки.
– Валери, они не вмешиваются, – голос Кая сглаживал углы, он пытался не разочаровать меня.
– Нам и не надо, чтобы они вмешивались. Насколько я поняла из всего услышанного от Лэя и Маэля, это очень хитрые люди, знающие слабости и тонкости спасения своей шкуры за счет этих знаний. Все что нам нужно - информация.