глава 11
Кай повернул лицо к солнцу, прежде чем бухнуться спиной на землю. Мышцы ныли приятной истомой, прохладный ветер манил своими прикосновениями до гусиной кожи, было настолько хорошо, что парень окончательно расслабился, ощущая влажность травы сквозь черную ткань футболки.
– Хочешь, яблочко? – Тони приземлился рядом, всучив спелый фрукт в руки брата.
– Откуда оно у тебя? – Кай разомкнул веки и с хрустом надкусил яблоко, продолжая любоваться голубым небом.
– Стащил из корзинки в доме, когда относил инструменты, – ухмыльнулся молодой мужчина. – Как ты себя чувствуешь? – Тони без спроса поднял полы чужой футболки и оглядел затянувшуюся рану в растерзанных напрочь контурах татуировки. – Череп выглядит, как результат сношения картины «крик» с рыбой «капля», – засмеялся Тони.
– Что за сравнения? – не сдержавшись, Кай, захихикал, всячески подавляя громкость.
– В душе я поэт, – театрально заявил он, закинув ногу на согнутое колено, – а еще, в сартире куда мне иногда удается пробраться, валяются пару старых журналов под ванной, по искусству и водному миру.
– Тогда это объясняет твой быстрый рост интеллекта! – Кай ткнул брата в бок и поправил на себе футболку, поежившись от колючей травы.
– Ники, не лежи на холодной земле! – Марла подошла ближе и тенью встала над сыном, опираясь на рукоять лопаты. Кай в очередной раз гукнул, поморщившись от этой вариации его имени.
– Мы устали, – ответил парень, после небольшой паузы, закончив дожевывать яблоко. – Хотим немного отдохнуть.
– «Шакалы» вас спрашивать не будут, чего вам хочется, поэтому поднимайтесь оба, залечивать ваши раны становится утомительным.
– Утомительно тут только жить как в дне сурка, а от новых синяков ничего не будет, хоть какое-то развлечение, – подметил Тони, не скрывая улыбки. – Убить не убьют, хотели бы сделали бы это раньше, поэтому пусть позлятся.
– Какие вы еще дети, – Марла откинула лопату и тоже плюхнулась в траву, расслабляя тело. – Поэтому малыши, – не с издевкой подметила она, – поберегите свои лица хотя бы для людей, которые вас остолопов полюбят.
Кай повернул голову в сторону матери: ее темно-серые глаза, стали практически черными, пряди крашеных волос отросли, а лицо словно постарело на несколько лет.
– Тетя, ты думаешь, наши лица станут настолько непривлекательными, что не одна красотка и не взглянет на это тело, – Тони хвастливо поиграл мышцами.
– Она о другом, – Кай хмыкнул, подцепив пальцами тонкую травинку. – В детстве мне нравилась одна легенда, о том, что мы рождаемся с лицом человека, которого любили в прошлой жизни.
– Это была его любимая сказка на ночь, – добавила Марла, внимательно рассматривая татуированные руки сына.
– Что за любовь к наивным сладеньким историям? – Тони склонился над Каем, словно пытаясь рассмотреть в его расслабленном лице ответ.
– Как ты успел заметить, я не был обычным ребенком и что уж там, самым привлекательным, – парень стрельнул серыми глазами вниз по своему телу. – Маленькому мальчику хотелось верить, что его кто-нибудь полюбит, а вера в эту легенду давала надежду. Ведь легенда гласила, что твое сегодняшнее лицо принадлежит твоему возлюбленному из прошлой жизни, а это значит, что и все прилагающееся в виде моих шрамов полюбить можно.
– То есть в следующей жизни ты станешь девчонкой, – Энтони наигранно обхватил подбородок, изображая бурный мыслительный процесс. – А какой? Рыженькой или брюнеткой?
Ответить Кай не успел, их прервал один из «шакалов», грозящийся новой партией тумаков. Да и готов ли он был ответить. Любовь, Рейчел, предательство, Валери, это занимало все его мысли, и каждую минуту он возвращался к рассуждениям об этом. Однако ответа так и не отыскал. Иногда, лежа на полу в погребе и изучая старый потолок, Кай вспоминал прошлое: игривые веснушки Рейчел, ее теплые руки на шее, страстные поцелуи и яркие мгновения соединения тел. Ранние воспоминания были куда живее, чем падения после, но боль не давала забыть. Парень ничего не мог с собой поделать, он чертил ее образ перед глазами: шикарную фигуру, длинные волосы и запах свежего леса, но ничего не чувствовал, кроме благодарности. Последний год рядом с ней он провел в состоянии обязанности, которое все больше походило на собственное принуждение. Кай все еще любил Рейчел, но это были не те чувства, что заставляют наэлектризоваться воздух между мужчиной и женщиной, искр больше не было. Лишь теплое отношение и трепетные воспоминания в закоулках души.
Валери была другой, никем-то особенным, но абсолютно чудесной. Она смотрела на него так многообещающе, решительно, что казалось он, был единственным, кто мог бы так привлечь ее внимание. Яркие голубые глаза сверкали азартом, лепестки губ превращались в нежную улыбку, а голос трепал нервы, завязывая тугой узел меж бедер, вот такой она приходила в его сны из приятных воспоминаний. Кай долго не мог позволить себе быть достойным ее, находил все больше оправданий. Убеждая и себя и девушку в том, что они никудышная пара, две птицы без крыльев, что плюхаются возле городского фонтана, в надежде на хлеб прохожих.
Оказалось все куда прозаичней: для становления нужна лишь сила двоих. Ни помощь, ни жалость, ни что-то еще, только он и она.
– Что-нибудь разузнал о Лэе? – шепотом спросил Кай, хватаясь за один край легкой доски.
Тони подошел ближе, искоса подглядев на «шакалов», стоящих возле заложенного фундамента.
– Нет. Я вообще не видел, чтобы он сюда приезжал.
– Много времени прошло, ты все еще веришь ему?
– Тебе вроде изначально не нравилась эта затея, а сейчас так переживаешь.
– Зато ты, подозрительно спокоен.
Тони посмотрел на брата, а потом нелепо улыбнулся с усердием пытаясь подавить подобие радости.
– Есть у меня предчувствие, что все скоро может поменяться, – он сдул со лба выпавшую из хвоста прядь волос и многозначительно посмотрел вперед.
Кай обернулся, знакомый фургон блеснул фарами и затормозил. Вскоре показалась черная макушка Лэя, одной рукой он держал лямку рюкзака, а свободной нарочито пригладил ворот, со спрятанным под белой таканью змеиным медальоном.
*****
Городские склады были позади, вдоль дороги тянулся проржавевший сетчатый забор, а впереди виднелась та самая скрипучая, металлическая дверь. Ладонь обожгло холодом, из приоткрытой створки послышалось гудение мужских голосов.
Внутри была рабочая обстановка, около десяти парней стояли в спарринге, кто-то колотил грушу, а некоторые расслаблялись. От запаха тестостерона можно было захлебнуться. Многие лица мне были незнакомы, видимо новички, но не они подстегнули выплеск адреналина в моей крови, а наглая девица в центре ринга, Синевласка! Ее синие дреды просто умоляли меня о том, чтобы их вырвать, а идеальная медовая кожа злила и напрашивалась на бой. Эта мелкая дрянь не пришла в тот злополучный день, именно из-за нее я получила такие травмы, именно из-за нее я страдала долгие месяцы, держась за ребра!
– Маэль, – я тихо произнесла его имя и уверенно посмотрела в глаза. – Что бы ни произошло, не влезай, позволь мне самой, – юноша покорно кивнул в ответ.
Обстановка удручающе подействовала на меня, но я смело сделала первый шаг вперед, все больше твердея в своих намерениях, начала приближаться.
– Молодчина, ты уже неплохо справляешься, скоро любая соперница не сможет тебя одолеть, – произнес мужчина, тренировавший девушку.
– Да ладно тебе, – игриво ответила она, проведя пальчиком по его плечу.
– Хочешь шанс проверить? – подала я голос, подойдя вплотную к помосту.
Ее карие глаза метнулись в мою сторону, пухлые губы сомкнулись, но сделав несколько сбивчивых вдохов, она вновь неприятно расплылась в сучьей улыбке.
– Тень, – мягко произнесла Синевласка. – Вот уж не думала, что нам посчастливиться встретиться вновь.
Ее фигура в приталенном спортивном костюме цвета лаванды, пряталась за туго натянутыми канатами. Тусклые желтые лампы отбрасывали блёклую тень на потрепанные маты, темные глаза с вызовом пригвоздили меня к полу. Я сбросила джинсовку, запрятала футболку-поло в джинсы и перелезла через канаты.
– А я думала ты хоть немного честнее, хотя ждать чего-то подобного от бывшей ночной бабочки было опрометчиво.
– Пришла оскорблять меня или получить по своей бледной физиономии? – она отогнала жестом руки парня, что был рядом. Тот спустился вниз, продолжая наблюдать. Вокруг появилось много заинтересованных.
– Скажи, что ты получила с того, что не пришла в тот вечер, когда на ринг вылезла наследница слоновой кости в леопардовых лосинах?
– Такое бывает, это накладка. Каждый должен быть готов к подобным выходкам, ты же знала, на что шла.
– Тебе Линкольн выдал этот заученный текст?
Синевласка клацнула языком.
– Ищешь там, где пусто, – она потуже затянула эластичный бинт, свисающий с ее кисти. – Не настолько ты важная персона, девочка.
Ненависть застилала глаза, но адекватность позволяла видеть опасность, чувствовать силу в ее жилистых руках. Мне не победить. Эта девица последний год уделяла тренировкам, разучивала комбинации, а я восстанавливалась большую часть, проводя в постели.
– Ну, что же ты стоишь так скромно, маленькая Тень. Хотела испытать меня? Так вот она я, – Синевласка призывно развела ладони в стороны. – Нападай, – сладко обронила она.
Тишина в зале становилась все более оглушающей: голоса затихли, цепи боксерских мешков прекратили брякать, исчезла едва слышная музыка.
– Почему все остановились, за что вы деньги получаете! – голос Линкольна эхом пронесся по помещению. – Быстрее увальни! Все за дело! – он увидел нас и гневно шикнул. – Кошачьи склоки проходят на помойке. Смекаешь, куда тебе будет дорога, Синевласка?
Девушка, окатила меня недовольным взглядом и молча, отошла в сторону.
– Тень! Ты жива, – я готова поклясться, что он искренне обрадовался моему возвращению.
Его лысая башка по-прежнему блестела, будто начищенный ваксой ботинок, а абсолютно не изысканный вкус в одежде в очередной раз выделялся летней рубахой с крупным принтом розы. Ноги-спички подчеркивали короткие шорты защитного цвета, а венозные, стареющие руки украшали дорогие часы из платины.
– Если хочешь вернуться, мне нужно подумать. В прошлый раз вы с Коброй обломали мне отличные деньги. Убытки, растраты, восстановление репутации, пришлось похлопотать.
– Поверь, твои бои и растраты, это последнее о чем я буду переживать.
– Тогда чего пришла? Еще и не одна, – он оглянулся на Маэля возле входа, добавив едва различимое, – миленький. Но, это не меняет того факта, что язык нужно держать за зубами. Приводить в мой дом всякий непосвященный сброд довольно легкомысленно.
– Поэтому я мои друзья банкноты предусмотрительно пришли вместе.
– Тени что-то нужно? Деловое предложение, расширение бизнеса?
– Люди, мне нужны крепкие парни. Не бесплатно конечно.
– Интересно, – мужчина тряхнул головой. – Обсудим в моем кабинете.
Кабинет был крошечным, поэтому располагаться там было особо негде, оттого я присела на краешек стола, возле стекла в стене, прямиком выходящего на тренировочный зал. Линкольн устроился в мягком, обшарканном кресле лилового оттенка с кисточками на подлокотниках. Мужчина потянулся к полке с портсигаром, достал оттуда скрученный наспех сверток, прижал его губами и с наслаждением закурил, чиркнув кремнием газовой зажигалки.
– У тебя тридцать секунд, чтобы заинтересовать меня, время деньги.
– Тут вопрос не твоего интереса, скорее моего.
– Забавно, – он дернул челюстью, хитро разглядывая меня. – Будешь? – протянул мне раскрытый портсигар.
– Такое не курю, – отрезала я.
– Очень даже зря. Тебе бы не помешало расслабить эту напряженную мордашку, – вдруг загоготал мужчина. – Чего тебе вдруг понадобились парни, знаешь же, так просто я их не отпущу. Скорее избавлюсь от тебя, чтобы не смела, переманивать чужих бойцов.
– Мне не нужны неприятности, я бы хотела устроить их другим людям.
– У тебя проблемы? Долги или бывший дружок?
– Не у меня, а у Кобры и Зверя. Они попали в передрягу, застряли в одном месте и теперь, чтобы помочь им мне нужны люди, разбирающиеся в подобного рода сложностях.
– Сложности преступного характера?
– Можно сказать и так.
– Тебе тут нечего ловить, Тень, – он сделал еще затяжку, с легкостью откинувшись на мягкую спинку. – Тут много сильных ребят, но они не способны пересечь черту, так что твои жалкие гроши не помогут.
– Я еще не сказала сколько.
– Не важно, дело в человеческом факторе, некоторых из них в детский сад после их жалоб отвести хочется.
– Это твои слова, не их.
– Ну, пойди, крикни о своем вселенском горе. Думаешь, кто-то на полном серьезе бросит какую-никакую безопасность, забудет о своих задолженностях, семьях? Да им самим нужен помощник.
Голова немного заныла от неприятного запаха. Полная недовольства я посмотрела на тренирующихся парней за мутным стеклом и с тяжестью вздохнула.
– Но, ты не переживай. «Критикуешь, предлагай». Есть у меня знакомые парни, которые специализируются в особом виде тренировок. Вот они тебе пригодятся.
– Хорошо владеют кулаками?
– Ох, малышка, кулаки это цветочки, стволы их лучшие друзья, а ножи как родные руки.
– И сколько услуги таких людей будут стоить?
– Бесплатно.
– Бесплатно? Я похожа на дуру? С чего вдруг профессиональным убийцам радостно растрачивать свои силы на незнакомцев, – мой голос казался хладнокровным, однако внутри сотрясалось все до последней мышцы.
– Во-первых, не убийцы, а своеобразные бизнесмены.
– Плевать, как утку не назови, останется уткой. Я не вчера родилась, чтобы верить вот в такие подачки.
– А во-вторых, – словно не слыша, что я только что сказала, продолжил Линкольн, – это моя благодарность. Зверь отличный боец, преданный, а Кобра хоть и проблемный, неплохой малец. За все время, что провели здесь, никогда не жаловались и делали все как надо. Хочу помочь им, а не тебе.
– Не обманешь? – скептично отнеслась я.
Линкольн поднялся, плавно подплыл ко мне, ударяя струйкой тумана по моим раскрасневшимся щекам.
– Не обману. Мне очень интересно узнать, что у вас там происходит, – оскалился он, легонько щелкнув по моему носу.