Глава 5
Глава 5
В этот день, к большому стыду Грозы, добыча оказалась совсем скромной. Отчасти виной тому была бесплодная погоня за оленями. Гроза вошла в лагерь с низко опущенной головой, стараясь не смотреть на остальных членов стаи. В её пасти болталась тощая белка, но сегодня Гроза нисколько не гордилась своей добычей. «Мы могли принести гораздо больше!» – думала она. Ветерок тащила ещё одну белку, Счастливчик нёс кролика – правда, довольно упитанного, но разве одним кроликом накормишь стаю?
«Вот если бы мы поймали хоть одного из этих призрачных оленей…»
Альфа потянулась, встала и вышла навстречу охотникам, чтобы поприветствовать их и осмотреть принесённую дичь. Гроза съёжилась, поймав озабоченный взгляд, которым Лапочка обменялась со Счастливчиком.
– Кусака и её патруль ещё не вернулись, – сказала Альфа. – Я уверена, они вернутся не с пустыми пастями, и тогда ваш общий улов…
Гроза понимала, что Альфа старается приободрить их, но она не хотела принимать никаких утешений.
– Прости, Альфа, – негромко проворчал Счастливчик. – Сегодня мы подвели стаю. Сегодня ночь круглой Собаки-Луны, было бы хорошо наесться досыта перед Великой Песнью! – Он виновато потёрся носом о бок Лапочки.
Гроза не услышала, что ответила Альфа. Когда красавица-бегунья уткнулась своим изящным носом в ухо Счастливчика, Гроза поспешно отвернулась и потрусила прочь, чтобы не смотреть на эти собачьи нежности.
– Колючка! – протявкала она, обрадовавшись при виде своей подруги, болтавшей с маленькой собачкой из бывшей стаи Собачек-на-поводочке. – Дейзи.
Обе собаки повернули к ней головы и приветливо заскулили.
– Неужели дичь совсем перевелась? – спросила Дейзи, высовывая язык. – Что-то ты маловато принесла нам на ужин!
Гроза пристыжено прижала уши.
– Дичи и впрямь было маловато, а та, что попадалась, вся оказалась такая же тощая, как мы сами, – отшутилась она. – Но дело не только в этом. Честно признаться, нас сбили с толку запахи оленей.
– Оленей? – оживлённо повела ушами Колючка.
– Да, мы напали на их след, но не увидели ни одного оленя, – вздохнула Гроза. – Только время зря потеряли. Мне очень стыдно, честное слово.
Ей хотелось поделиться с подругами своими ощущениями от этого таинственного места, возможно, имеющего какое-то отношение к самой Золотой Оленухе, но Дейзи с таким восторгом вертела своим коротеньким хвостом, что Гроза предпочла прикусить язык.
– Запахи оленей, надо же! – протявкала маленькая собачка. – Может быть, в следующий раз вы поймаете там оленя!
– Конечно, сегодня вам просто не повезло, – поддержала её Колючка. – Нужно будет наведаться туда ещё раз, и тогда вы точно застигнете дичь.
– И не одну, а целое стадо! – с воодушевлением воскликнула Дейзи, облизывая свои короткие клыки. – Подумать только – стадо оленей… – мечтательно протянула она и даже зарычала от предвкушения сытной трапезы.
Гроза открыла было пасть, чтобы остудить преждевременные восторги подруг, но её прервало сердитое рычание, раздавшееся откуда-то сбоку. Удивлённо обернувшись, она увидела Щётку и Шкирку, двух патрульных собак из бывшей стаи Хромого. Злобно ощетинившись и скаля клыки, они обе заливисто лаяли на неподвижно стоявшую перед ними Луну. Вокруг них в растерянности застыли Хромой, Жук и несколько охотников из стаи Хромого, в числе которых была и Ветерок.
«Преимущество не на стороне Луны», – с тревогой подумала Гроза, а Колючка, сорвавшись с места, бросилась к матери и брату.
– Ты мне не Альфа! – заливался Щётка. – Не Альфа, не Альфа!
Гроза направилась к кругу ощетинившихся собак, Дейзи засеменила следом за ней.
– В чём дело? Неужели вы не можете жить по законам стаи? – укоризненно спросила она. – Слушайтесь Альфу и Бету и живите мирно с остальными – что может быть проще?
– Мы не собираемся скандалить, – прорычала Шкирка, – но не потерпим, чтобы нами командовали всякие посторонние собаки! – Она воинственно оскалила клыки, а Луна предостерегающе зарычала.
Гроза испуганно огляделась по сторонам и с облегчением увидела, что Лапочка и Счастливчик уже идут к ним через поляну. Но Щётка, Шкирка и Луна так распалились, что не замечали ничего вокруг. Внезапно Щётка прыгнул вперёд, цапнул Луну зубами за шерсть и тут же с рычанием отскочил. Разъярённая Луна больно укусила его в плечо, а Жук и Шкирка, злобно щерясь, закружили друг перед другом, клацая зубами.
– Я не собираюсь тебе подчиняться! – пролаял Щётка, уворачиваясь от оскаленной пасти Луны. – Альфа сказала, что патрульными командует Хромой, вот его я и буду слушать! А ты мне никто! Никто!
Луна застыла, её голубые глаза угрожающе блеснули, из пасти закапала слюна. Она повысила голос, пытаясь перекричать истошно тявкающих собак.
– Сегодня ты будешь стеречь лагерь, понял? Делай, что тебе приказано!
– Хромой! – завизжал Щётка, поворачиваясь к своему бывшему Альфе. – Скажи ей! Скажи! Она тебя не уважает! Она не считается с твоей властью!
Гроза видела, что Хромому совсем не хочется ввязываться в эту склоку, более того, судя по его тоскливому взгляду, он предпочёл бы очутиться как можно дальше отсюда. Неуверенно переступая задними ляпами, он переводил глаза с Луны на Щётку. Наконец, он негромко зарычал, но не успел сказать ни слова, потому что в скандал неожиданно вмешалась Дейзи.
– Вы должны уважать Луну! – пронзительно затявкала она. – Мы все её уважаем, и вы должны!
Жук и Колючка одобрительно зарычали и грозно встали по бокам от своей матери. Гроза похолодела, увидев, что Колючка вот-вот вцепится в горло Щётке. Она в отчаянии обернулась, ожидая увидеть Счастливчика, но тот остановился в нескольких шагах от схватки и с недоумением смотрел на происходящее.
В следующее мгновение в круг ощетинившихся собак спокойно и уверенно вошла Альфа Встав между Колючкой и Щёткой, она строго посмотрела на обоих.
Она не проронила ни слова, но оба задиры молча опустили головы. Дождавшись, когда они виновато отступят на шаг назад, Лапочка переступила длинными изящными лапами и посмотрела на патрульных собак.
– Я этого не потерплю, – холодно прорычала она. – Вы хорошо меня слышите? Только драк в стае нам не хватало!
Щётка открыл было пасть, приготовившись что-то сказать, но передумал и прикусил язык.
– Луна и Хромой – самые мудрые и опытные собаки в нашей стае, – продолжала Лапочка. Она говорила спокойно, но в её голосе отчётливо слышалась скрытая угроза. – Они оба заслуживают уважения. Если мне станет известно, что кто-то из патрульных осмеливается относиться к ним без должного почтения, я заставлю виновного горько пожалеть о своей дерзости. Последствия будут самые серьёзные, вы все меня поняли?
Патрульные дружно потупились и поджали хвосты.
– Да, Альфа, – процедил Щётка, а Шкирка торопливо закивала.
– Да, – пробурчала Колючка.
Несколько мгновений Альфа молча и сурово смотрела на притихших собак, которые стояли перед ней, не смея поднять глаз. Когда она, наконец, повернулась и пошла прочь, Гроза впилась глазами в патрульных. Судя по взглядам, которые они бросали друг на друга, праздновать победу было ещё рано. Забияки и не думали смиряться, они продолжали исподтишка скалить зубы и свирепо поглядывать друг на друга, а как только Альфа отошла чуть дальше, послышалось и негромкое рычание. Затаённая злоба была готова в любой момент вырваться наружу, Гроза шкурой чувствовала это. Даже Луна и Хромой, всегда отлично ладившие друг с другом, теперь отводили глаза.
Альфа в сопровождении Счастливчика вернулась на своё место, осторожно улеглась, положив голову на лапы и устремила взгляд на патрульных. Собаки стали расходиться, однако Грозе совсем не понравилось то, как они это делали. Только слепой мог не заметить, что ещё недавно единая стая теперь раскололась на бывших соратников Хромого и собак Лапочки. Обе группы держались особняком, никто и не подумал лизнуть друг друга в знак примирения или хотя бы потереться носами, напротив, все торопились, не оглядываясь, поскорее разойтись по разным сторонам поляны.
Дейзи и Колючка уселись возле Луны и других патрульных, но когда Гроза подбежала к ним, Дейзи подняла голову и виновато посмотрела на неё.
– Гроза, ты только не обижайся, ладно? Знаешь, это касается только нас, патрульных. Нам нужно поговорить. Совсем недолго, но… без посторонних.
Гроза застыла с поднятой передней лапой. Сгорая от неловкости, она окинула взглядом лагерь. Охотники тоже разбились на небольшие группки и теперь лениво беседовали о прошедшей охоте, но Гроза вдруг со страхом поняла, что не знает, к какой компании она может подойти без приглашения. Судорожно сглотнув, она кивнула Дейзи и поплелась прочь от патрульных.
С болью, от которой у неё перехватило дыхание, она подумала о Марте. Тоска по приёмной матери нахлынула с такой силой, что Гроза едва сдержалась, чтобы не завыть в вечереющее небо. Как она сможет жить без Марты? Раньше в лагере была хотя бы одна собака, которая любила Грозу и всегда была ей рада, возле тёплого бока которой было так легко забыть свои горести, поделиться страхами, сомнениями и надеждами.
Дрожь пробежала по спине молодой свирепой собаки, когда она вспомнила свой вчерашний сон. Добрые глаза Марты вновь встали перед ней, в ушах зазвучал её густой гулкий голос, всегда полный покоя и утешения.
«Тьма в тебе…»
Гроза содрогнулась и жалобно заскулила. «Что со мной? Почему я такая?»
Может быть, ничего страшного? Ведь у Счастливчика тоже были страшные сны. Ему снилась Собачья Гроза, жуткие кошмары терзали его много-много ночей подряд. Но потом оказалось, что эти сны предсказали победу Грозы над Сталью, а значит, были добрым предзнаменованием. Её сон был совсем другим. Он сулил только ужас и тьму.
Гроза села, раздираемая противоречивыми чувствами. Она облизнула клыки и негромко жалобно завыла. Счастливчик лежал посреди поляны рядом с Лапочкой и о чём-то негромко беседовал с ней. Грозе не хотелось нарушать их уединение, и всё-таки… «Но я же должна спросить кого-нибудь про свой сон… Кого-то, кто знает, что это значит!»
Пока она колебалась, впереди зашуршали кусты, сухие листья захрустели под спешащими лапами, и на поляну выбежали охотники из второго отряда. Гроза с облегчением вздохнула и заулыбалась во всю пасть, высунув язык. Кусака и её охотники принесли гораздо больше дичи, чем отряд Счастливчика. Значит, сегодня Великая Песнь не будет такой безрадостной.
Весело вертя хвостом, Гроза подождала, пока Счастливчик поприветствует охотников и поздравит их с богатым уловом, а потом решилась. Она подошла к Бете и села рядом с ним.
– Гроза! – проурчал он, ласково лизнув её в ухо.
– Счастливчик, можно тебя спросить кое о чём?
– Конечно…
Он выглядел рассеянным, было видно, что его мысли вращаются вокруг Альфы и вернувшихся охотников, но Гроза твёрдо решила не отступать. Она сделала глубокий вдох и выпалила:
– Тебе больше не снятся сны о Собачьей Грозе?
Счастливчик бросил на неё озадаченный взгляд, потом встряхнул своей золотистой шерстью и снова отвернулся к Альфе и Кусаке.
– Нет, Гроза, это всё в прошлом. После битвы мне больше ничего не снилось.
– Хорошо. – Гроза облизала клыки внезапно пересохшим языком. – Понимаешь, Счастливчик… Прошлой ночью мне приснился сон… Очень плохой сон.
– Гроза, не волнуйся ни о чём. Всем собакам порой снятся плохие сны. Это естественно. – Счастливчик кивнул в сторону Кусаки. – Нет, ты только взгляни, какого жирного кролика она принесла!
Гроза открыла пасть. «Счастливчик! – хотела закричать она. – Счастливчик, Марта сказала мне страшные слова, а потом я проснулась вдали от лагеря и поняла, что совершенно не помню, как там очутилась, а ещё…»
Но всё было напрасно, она просто не могла заставить себя произнести это вслух. Гроза вдруг с пугающей ясностью поняла, что не посмеет никому поведать о том, что сказала ей Марта. Это было слишком стыдно.
«Я не смогу признаться даже Счастливчику…»
Потому что… вдруг это был не просто сон? Что если он, как и давние кошмары Счастливчика, предсказывал будущее?
Но сны Счастливчика предупреждали его о грядущей битве. Они ничего не говорили о нём самом…
От какой же беды предостерегает её вчерашний кошмар?