Молли / 18+

Диего

честно, не помню сколько конкретно проходит времени с того дня в ресторане. но зато помню, что с тех пор я посмотрел на Кассандру другими глазами. с другими чувствами. эта девушка теперь вся моя. полностью. и я никому ее не отдам. звучит так, будто она кукла. но меня не это волнует.

день за днем, как обычно. с раннего утра я у отца или у парней. переговоры о поставках и перевозках наркотиков, оружия, посылки, кое-какие вправки в даркнете, пробивы информаций, проверка наших лабораторий и районов легалайз. а вечером казино, которое я доверил иногда проверять Николасу или Алану. но самое главное, что каждую ночь меня дома ждет Кэсс.

— что делаешь? – она ложится на меня, заглядывая в мой телефон так, что я теперь вижу только ее затылок.

— штрафы, – что-что, но перед законами дорожного движения мы все равны. если бы я работал на обычной работе, то точно спускал все деньги на одну только машину, бензин и эти гребаные штрафы.

— что такого должно случиться, чтобы ты нормально водил и бросил криминал? – я бы перевел все это в шутку, если бы Кэсс не смотрела мне в глаза.

— роди мне ребенка, – отвечаю я, но в шутку перевела все она. только вот я не пошутил. я хочу от нее ребенка.

я убираю телефон, как только девушка отстраняется, вспоминая что сегодня делала. в отличие от меня, она в университет начала ходить. у меня же совсем не остается на это времени. а все потому что с головой влился в грязь. но и Кэсс перестала меня за это пилить. причем резко. я думаю, что поняла все сама, когда помогла мне с закладкой. не люблю все эти философские мысли или рассказывать о своих чувствах, которые пережил в прошлом. но когда рассказываю об этом ей и вижу ее горящие глаза, у меня ощущение, что я учу ее жизни.

она такая невинная. и не смотря на возраст или рост, такая маленькая. так хочется ее оберегать. до меня она совсем не знала об очень плохих поступках. да много о чем не знала. я исправил.

— кстати, на Новый год ребята хотят арендовать яхту или какую-нибудь виллу. хотя у кого-то были еще варианты сначала в караоке или клубе, а потом где-то еще.

— я вообще забыл, что скоро Новый год, – признаюсь, улыбнувшись.

— это, потому что у нас снега не бывает, – улыбается она мне в ответ. Кэсс любит и Рождество, и Новый год. она не говорила, но я знаю. иногда у меня ощущение, что я знаю ее лучше, чем она сама себя. а что, если я могу узнать? не пользоваться шансом? глупо.

— ты пойдешь?

— только если пойдешь ты.

— обычно, это самое хорошее время для наркоманов, – и прежде, чем она спросит почему, я отвечаю, – потому что все внимание людей на свою семью. а знаешь как одиноко тем, у кого нет семьи? либо же тем, кто впервые отмечает без семьи и ворвался наконец во взрослую и долгожданную жизнь?

— то есть, ты в любом случае будешь занят, – снова она смотрит на меня своим взглядом, перед которым я не могу устоять.

— да, кис, прости.

— тогда я буду отмечать с твоей семьей.

ну и как теперь ей объяснить, что у нас никто не отмечает Новый год? я еле эту отмазку придумал. в принципе, могу просто кивнуть и забить. но она заслуживает знать правду. та какая к черту заслуга? она имеет право знать. все еще как-то тяжело осознавать, что я подпустил к себе кого-то так близко. что я могу ей рассказать что-то, чего не рассказывал ни друзьям, ни близким. что могу с ней не притворяться.

— у нас не отмечают.

— что? почему? – удивляется она так сильно, что округляет глаза, пододвигаясь ко мне ближе. я тяну ее на себя.

— потому что в тот день умерла Даниэла, – накручиваю ее волосы себе на пальцы. все еще не могу осознать или принять, что мои родители - не мои родители. не могу назвать мать матерью, хотя помню ее. и помню как любил. она не виновата в этом. просто я не привык. быть может, если бы я знал правду, такого не было? тогда бы меня такого в целом не было? я не знаю. и не хочу знать. ведь нашелся человек, который полюбил меня таким, какой есть.

— и вы никогда не отмечали?

— знаешь, последний Новый год, который я помню, – прочищаю горло. я пытался никогда не вспоминать об этом, – точнее, который был. где-то в ресторане? точно не знаю, был малым. я тогда за Дианой всегда хвостиком ходил. если бы мог, то и сейчас бы тоже так делал, – усмехаюсь я. так странно это вспоминать специально. чтобы рассказать любимой девушке. – помню, как Даниэла наряжала меня во все эти рубашечки, брючки, всегда жаловалась, что волосы невозможно нормально уложить и что я прятал их за кепками или капюшонами, – я неосознанно улыбаюсь. прикинь, чувак, я говорю о своей матери, которую пытался не вспоминать после того, как узнал кто она была для меня, – помню, как много было гостей. софиты, гирлянды, музыка такая дурацкая была, честно. и помню, как Диана убежала на второй этаж, чтобы рассмотреть всех гостей, а я за ней. нас потом долго искали и ругали, что мы никому ничего не сказали. а потом помню крики и как прямо передо мной упала женщина. кровь на меня тогда попала, я испугался очень, – улыбка также неосознанно исчезает, как и появилась. Кассандра прижимается ко мне, сбивая дыхание. она так прониклась? – и сейчас я понимаю, кто тогда упал передо мной. и зная, что она болела раком, понимаю, почему каждый раз смотрела на меня со слезами на глазах. может, она бы спаслась, если бы ее вовремя отвезли к доктору? я не знаю. но знаю, что она была хорошим человеком и мамой тоже. я же не смог стать ей хорошим сыном, – вряд ли я кому-нибудь смог бы рассказать то, что чувствую. но ей почему-то рассказал.

с первого взгляда, когда я встретил Кассандру, почувствовал к ней что-то. тогда она была на тренировке с девчонками. казалась такой высокомерной стервой. помню, что тогда я точно подумал о ночи с ней. а в аудитории я увидел ее совсем другую. и тоже были странные чувства. каждый раз, когда я ее видел, было ощущение, что знаю ее. если бы половинки могли светиться, когда пересекались, то она бы точно сияла ярче всех.

— не говори так. она бы точно гордилась тобой, – отстраняется Кэсс, а я усмехаюсь.

— и чего ты плачешь? – я вытираю слезы с ее щек. в сердце что-то екнуло.

— потому что вы не заслужили такой жизни.

— это испытания судьбы. у кого-то все еще хуже, кис: нет семьи, денег, банально дома или еды. а если и цели нет, считай, что человек вовсе не живет, а просто существует.

— тогда зачем жить? – этот вопрос ввел меня в ступор. сам задавался им почти каждый день, пока мне не исполнился 21 и я не встретил эту чудо-девушку.

— не «зачем», а «как». чтобы было жалко умереть, – подмигиваю я.

— ты каждый день рискуешь жизнью. тебе так все равно?

— рискую, – это факт, не вижу смысла скрывать, – но мне нравится знать, что дома ждешь ты. поверь, если бы не ты, я бы может уже давно умер в какой-нибудь гонке или в постели с нимфоманкой, – улыбаюсь я. напрягают такие мысли девушки и лучше сейчас просто пошутить.

— придурок, – выдавливает улыбку она, снова прижимаясь ко мне.

мы лежим так почти до утра, Кэсс успевает поспать на мне, я же утыкаюсь в телефон. это именно та девушка, ради которой я готов на все. и знал это еще с самого начала.

я слишком часто начал задумываться с ней о чем-то больше, чем просто отношениях. я хочу, чтобы все знали, что она моя. просто я не понимаю, как это сделать.

да, черт возьми, я впервые стал задумываться о своей семье. я хочу именно с этой девушкой. я уверен в ней.

на следующий день я привожу Кассандру с университета. она купила стразы, чтобы наклеить свое имя на зеркале в моей машине. я же совсем не против. красиво получается.

— набьешь мое имя на руке? – улыбается она.

— хорошо.

— я пошутила.

— а я нет.

— не надо, не порть тело татуировками, – смотрит она мне в глаза, уже не улыбаясь. зато меня это забавляет.

— а ты бы набила мое имя? себе на груди.

— да, – усмехается она, но лишь до того, как я не сворачиваю вправо, из-за чего она приклеила стразы неровно, – знаешь, я бы еще не дописала бы последние две буквы твоего имени, чтобы люди читали это, как смерть.

— ха-ха. почему?

— потому что ты играешь не на жизнь, а насмерть. ведешь себя так, будто бы у тебя еще 9 жизней в кармане, – кажется, что вчерашний разговор не дает ей покоя.

— прости, больше не буду, – я беру ее руку в свою и целую, после чего стягиваю кольцо с пальца. она этого не замечает.

мы доезжаем до дома. пока Кассандра не закончила со стразами, сидела в машине. я же наблюдал со всем со стороны. развивает мелкую моторику с такими длинными ногтями.

— все, – довольно улыбается она, фоткая на телефон, – чтобы вечером был дома, – целует она меня в щеку и уходит, оставляя все пустые пластинки. я не злюсь. сам выкину.

итак, сейчас у меня есть свободное время, а это значит, что я могу поехать в ювелирку.
так я думал, пока мне не позвонил Аарон и не попросил приехать.

дорога занимает минут 30, не больше. парень встречает меня во дворе, он опять жарит мясо. я присвистнул.

— вау, это ты для меня так нарядился? чувак, будь я девчонкой, потек бы, – усмехаюсь, замечая его прикид. серые спортивные штаны, голый торс, – и боже, что с твоими волосами?

— конечно, Акс, все для тебя, любимый, – подкалывает он меня в ответ, – я проснулся недавно, – оправдывается он, я улыбаюсь, садясь за стол. сразу утыкаюсь на него, ожидая причину моего переноса дел.

— короче, – друг открывает бутылку с пивом, у меня флэшбеки, – ты можешь мне достать оружие?

— спрашиваешь, – усмехаюсь я, – как нефиг делать. просто скажи что и когда.

— вот поэтому я тебя и люблю, – улыбается он, взъерошив мне волосы.

— урод, – мы, как парочка. ну, много времени вместе проводили, поэтому это нормально. помню, как он злился, когда я отказался участвовать в убийствах дальше. — а почему сам не достанешь? в чем проблема? – он кладет передо мной тарелку с мясом, я отодвигаю. не особо хочу есть.

— Акс, вспомни, у кого самое лучшее оружие в криминале и вспомни, как меня обвели вокруг пальца.

— а, ну да, – усмехаюсь я, – это было очень тупо.

— вот поэтому если ты кому-то об этом скажешь, можешь позабыть о красивом личике, – он прижимает к моей щеке кулак.

— то есть, ты все-таки признаешь, что я красивее тебя? – не теряю возможности снова выпендриться.

— лучше расскажи, как там с Кассандрой, – садится он напротив, а я смотрю в сторону. и то, что я заметил, заставляет усмехнуться.

— твои? – я глазами указываю на белые стринги.

— я же говорю, все для тебя, – подмигивает мне Аарон, – знаешь, я был не прав, когда упрекнул тебя тогда. прости, Акс. ты же знаешь, почему я делал такие выводы.

у Аарона всегда были проблемы в семье. родители, а точнее, его мама не любила его отца. брак по договору. и у самого парня девушки менялись каждую ночь. никогда не было отношений дольше, чем недели. и если у меня их не было, потому что мне было неинтересно, то у Аарона, потому что он не знал, как правильно их строить.

— кто занял мое место? – усмехаюсь я. как-то даже неловко слышать от него такое. Аарон всегда был грубым и жестоким. но ко мне он относился, как к своему малому. в принципе, ко мне все так относились. кроме Энди. не по себе, когда его вспоминаю.

— Риана, – улыбается он, я замечаю в его глазах что-то. Кассандра смотрит на меня точно также.

— вау, – стервозная брюнетка, ровесница Аарона. они подходят друг другу. помню, как она его морозила, – это серьезно?

— да, Диего, – этот придурок теперь должен этот день отметить в календарике розовым фломастером, потому что у меня пошли мурашки. как непривычно слышать это от кого-то, кроме Кэсс, – я не думал, что так можно. и если бы я тогда не увидел, как ты поехал за Вульф, и как вы до сих пор вместе, то сомневаюсь, что добивался бы Риану. обычно же добивались меня, – усмехается он.

— а как иначе, Ваше величество? – закатываю глаза я, – в современном мире девушки добиваются парней.

он смеется, я просто усмехаюсь, снова глядя в сторону. и я не знаю чем руководствовался, но неожиданно выпалил:

— я сделаю предложение Кассандре.

Аарон поперхнулся пивом. я не смог сдержать смех. так забавно. на этого парня возлагали больше всех надежд о первой свадьбе в нашем кругу опасных папиных сыночков. а меня не могли представить даже рядом с девушкой днем.

один человек. а сколько всего пройденного? я искал в ней эмоции. но нашел в ней себя. нашел в ней все, о чем даже не знал, и не мог подумать.
я собирал себя по кускам для нее.

— ты серьезно? Диего, ты уверен? – он смотрит на меня удивленными огромными глазами. теперь он похож не на огромного грозного парня, а на додика.

— более чем. я вообще думал, что слишком поздно, – упираюсь щекой о руку, и рассказываю о том случае в ресторане. какую же гордость я тогда за нее почувствовал. что бы она ни сделала - все идеально.

она чем-то отличается от всех других, самое главное, что не трахает мне мозги. я могу часами рассказывать о ней, кажется. и это понял только сейчас, когда Аарон впервые так мягко улыбается, глядя на меня. вот это я попал, конечно.

— ты рассказал кому-то уже об этом?

— ты первый, пупсик, – подмигиваю я, открывая минералку.

— какая честь, мой господин, – кивает он.

— на самом деле, я хотел попросить Диану помочь мне. она же девушка, все-таки, знает толк.

— зачем долго ждать? сейчас позову Риану, она тоже девушка, – усмехается моей логике друг, но я хотел именно совет сестры. она для меня круче, чем братья. а особенно, когда мне вбивали в голову, что она мне родная, а братья нет. кстати, не понимаю до сих пор, зачем так говорили?

— думаю, она не обрадуется мне, – чешу затылок, вспоминая, как мы с ней ругались из-за любой мелочи. а все началось с того, что она подрезала меня на дороге, а потом я вылил на ее белое платье вино. и месть за местью. а самое крутое, что я сделал, когда она отшила Аарона - переспал с ее младшей сестрой. звучит, как фильм или какая-нибудь книжка с сюжетом от ненависти до любви. но я никогда не заглядывался на девушек друзей. но зато я знаю, что заглядываются на мою. но я понимаю их.

ревную ее. но не вижу смысла запрещать ей что-то. наоборот, мне нравится, что со мной рядом такая красотка.

да и вообще все девушки до Кэсс в моей жизни - пустяк.

— а, ну да, ты всегда ее раздражал.

— спасибо за такую прямолинейность, – улыбаюсь я, – а то не помнил.

и девушка оказалась легка на помине. она выходит из дома совсем голая, крича имя моего друга. я успеваю отвернуться. Риана же, замечая меня, убегает обратно в дом.

Аарон в шоке, я прочищаю горло и встаю с места.

— думаю, она искала свои стринги, – ну не мог я этого не сказать. после чего, естественно, получил по бошке.

— иди уже, – пихает он меня к машине, а я сую ему в руки те самые пластинки от страз Кассандры. он не понимает этого, потому что я заговорил ему зубы. я хороший манипулятор.

— кстати, если что, я почти ничего не увидел, не переживайте, – открываю окно, глядя в глаза другу. я серьезно не увидел ничего, кроме груди. но у моей лучше.

— Акс!

— все, я уезжаю, – я поднимаю руки, педаль в пол.

— сдохнешь в аварии - я буду громче всех смеяться над такой тупой смертью! – кричит мне вслед Аарон, а я лишь показываю ему средний палец из окна, взявшись одной рукой за руль. пошел к черту, ублюдок. зато я не разбивал тачки.

собираюсь позвонить Диане, но не успеваю. меня опередила Кэсс. я сразу же ей отвечаю. редко, когда она звонит. особенно, когда знает, что у меня дела.

— мне знакомая позвонила, попросила помочь. я выйду?

— что за знакомая? – не знаю почему, но сейчас мне стало слишком тревожно. Кассандра вообще редко спрашивала разрешения куда-то выйти, когда меня дома нет. и ее завуалированные слова тоже напрягают.

— соседка. помнишь котенка, которого ты в кустах нашел у моего дома?

я улыбаюсь воспоминаниям. я не забыл ни одного дня, проведенного с ней.

— я понял. хорошо. во сколько за тобой заехать?

— я сама приеду, не волнуйся.

— как скажешь.

я убираю телефон, задумываясь. даже забыл куда вообще ехал. обычно, за предчувствия у нас отвечает Кассандра, а не я.

сестре я все же позвонил, попросил встретиться где-то. она кидает мне локацию какого-то кафе, обещая быть там минут через 10. мне же ехать туда 20. и чтобы не заставлять ее долго ждать, снова газ в пол.

сестренка уже сидит за столиком, я замечаю на ней взгляд парней за соседним. Диана выглядит младше своего возраста, я бы вообще дал ей 22 года.

обнимаю сестру сзади, пока она не замечает меня и сажусь напротив.
мне не в кайф лишний раз драться с какими-то непонятными мне пацанами за то, что они смотрят на моих девушек, кого бы это не касалось: Кэсс, мать, сестра, подруга может. кто угодно. и поэтому я люблю просто обнимать и целовать их, вместо того, чтобы кому-то что-то доказывать. мне и без того достаточно драк в жизни.

— ну давай, братик, что ты опять придумал? – приносят кофе и зеленый чай.

— ты опять на диете?

— Диего, – она улыбается, будто бы догадывается. ну нет, я не давал никаких поводов или знаков.

— я предложение Кассандре сделаю, – на выдохе произношу с улыбкой, внимательно наблюдая за реакцией Дианы.

— серьезно?! правда?! – почему-то она обрадовалась больше, чем когда ей предложение сделал Николас.

— да, – смеюсь я, разглядывая ее вытянутое лицо и круглые глаза.

— я знала, но не думала, что так скоро!

— в смысле? – я отпиваю кофе, не отводя взгляда от сестры.

— когда ты пошутил про «свою жену», – подмигивает она, – тогда мне все стало ясно.

— умно, – задумываюсь я, – в общем. я стащил у Кэсс кольцо, помоги мне.

— знаю я ювелирки, сейчас позвоню, – она тут же берет свой телефон и ищет чьи-то контакты.

я будто сам еще до конца не осознаю что делаю. это же такой серьезный шаг. и нет, я не боюсь, что она мне откажет или что мы достанем друг друга. я боюсь, что не смогу стать для нее достаточно хорошим.

— слушай, а ты когда ей сделаешь предложение? если на Рождество, тебя можно нарядить в Санту Клауса. будет очень мило и необычно. а потом еще я крикну: «теперь он будет дарить тебе подарки всегда».

я просто хлопаю глазами.

— почему ты не аниматор?

— потому что я де Романо, – гордо произносит она, а я усмехаюсь.

— вообще-то, ты Альварадо, – я оттопыриваю мизинец, взяв кружку кофе и даже это очаровательное блюдечко, – не надо приписывать себя к нашей династии, – закатываю глаза, сдерживая смех.

— короче! – меняет она тему, – как тебе идея? шикарно же! прикинь, это будет первое Рождество, которое мы реально отметим!

— о да, – я люблю портить, делать по-своему. и этот случай не исключение. только как отреагирует на это отец?

— супер, тогда я напишу в заметках, – у Дианы после рождения Сильвии память очень ухудшилась. и никакие таблетки не помогают. старость, наверное, еще роль играет.

мы сидим около минут 20, после чего дождались ответа от знакомых сестры и едем в то самое место.

кто бы мог подумать, что я когда-нибудь женюсь? что чья-то дочь сможет сотворить со мной такое? это не страшно. просто странно заходить в ювелирку не за какой-то крутой цацкой или подарком для кого-то, а с определенной целью. с тем, что всем покажет мою любовь к Вульф.

— ну что? – спрашивает Диана, подходя ко мне со спины.

— мне ничего не нравится, – признаюсь я, два раза пересмотрев все кольца. они слишком... простые. Кассандра выглядит так, будто на нее нужен мешок баксов. в какой-то степени так и есть, я разбаловал ее и ни о чем не жалею. у нее в принципе внешность и стиль слишком вау, и кольцо ей нужно такое же.

— да и мне тоже... может, на заказ?

— отличная идея, – вмешивается консультант, мы оборачиваемся на нее.

и так, что получилось. белое золото, усыпанное черными бриллиантами и огромным белым в центре. одновременно изящное и массивное в виде этого камня. это же буквально олицетворение Кэсс - хрупкая с виду, но явно с характером. да и просто мне нравится такое.

— можно внутри еще подписать ваши имена.

я вспоминаю, как Кэсс говорила о татуировках. и пусть я считаю это очень странным и неуместным, не отказал бы, будь она серьезно настроена.

— молли. напишите это, – для нас это давно не просто слово.

— молли? – удивляется сестра, я вкратце напоминаю о том, как Кэсс нашла таблетки. Диана вспоминает и кивает.

что ж, заказ будет готов максимум через неделю. супер. есть время. и лишь бы не палиться, хочу, чтобы для нее это было неожиданно.

— не верится даже, мы так долго шли к этому, – признаюсь сестре, улыбаясь.

— и поверь, после этого, ваши отношения станут еще крепче.

— очень надеюсь.

я отвожу сестру домой и сам собираюсь. звоню Кассандре, чтобы забрать ее, думаю, она еще у соседки. до жути интересно зачем нужна ее помощь. и пересеклась ли она со своей семьей.

девушка отвечает не сразу, но все-таки отвечает. а она, оказывается, уже подъезжает в такси к дому, ведь «не хотела беспокоить». и как только она приезжает, мне приходит уведомление об оплате. я привязал свою карту везде, где мог. а зачем мне деньги, в принципе? чтобы тратить на нее.

не знаю зачем и почему, но заехал в цветочный. Кэсс часто жаловалась, что я дарил ей цветы только, чтобы помириться. боже, что эта чертовка со мной сделала?

— ой, – протянула она, открывая дверь.

я только улыбаюсь, впихивая ей в руки букет. она утыкается носом в них, глядя на меня. как же красиво переливаются ее глаза. если ей это так нравится, я положу к ее ногам все самые красивые цветы.

— спасибо, – брюнетка тянется меня поцеловать, я пригнулся.

мою руки и иду на кухню, где Кэсс ставит цветы в вазу. я сажусь за стол, где уже две кружки с кофе. так мало нужно девушке, чтобы светиться от радости. на самом деле, в семье все зависит от настроения женщины. жаль, что многие этого не понимают и не ценят своих дам. хотя, я и сам не понимал раньше.

но они были не для меня.

— я с мамой пересеклась у соседки. она просила меня вернуться, – начинает девушка, а я выдыхаю, вспоминая нашу крайнюю встречу.

— ты поговорила с ней?

— нет, – садится напротив Вульф. и ее глаза уже не так переливаются. она так зла и обижена на свою мать. это страшно видеть, – она сама на себя не похожа. выглядела, как наркоманка. та и отец обо мне не вспоминает толком. иногда пишет, не более.

— ты же понимаешь, что надо наладить с ними отношения? – я кладу руку на ее.

— зачем? я итак много раз старалась, – хмурится она.

— потому что вы все равно связаны. я же знаю, что ты чувствуешь, Кэсс. они тебе не чужие люди и никто не сможет их заменить. просто постарайся и открой сердце для них.

она только кивает, пообещав мне. ну а потом переключается на то, чем занимался сегодня я.
опять пришлось соврать.

ложь во благо!

вечером объявляют о тренировке хоккеистов на льду с тренерами. как же возмущалась Кассандра... хотя, я тоже не понял, зачем нужно было делать это сейчас. всю дорогу девушка возмущалась, я же молчал, просто улыбаясь. я говорил, что она слишком милая, когда злится?

нас встречают девчонки с группы поддержки Кэсс, хоккеисты с команды Кайла, тренер парней. а на льду уже Кайл с Моникой. я смотрю на блондинку, которая еле-еле стоит на ногах, вцепившись в своего парня. Кэсс уже упоминала, что подруга беременна. но я не ожидал увидеть уже такой заметный живот и отеки. Моника толком и не изменилась, но видно, что уставшая.
а как смотрит на нее Кайл. это что-то невероятное. он явно видит в ней что-то гораздо больше, чем просто девушку. честно, я рад за них. они оба хорошие люди, и пусть частенько подбешивали.

— так, я помогу твоей девушке, а ты проследи за моей, – подкатывает Кайл, я усмехаюсь, зная, что Кассандра не очень выполняет какие-то трюки на льду и ненавидит, когда ее критикуют. ведь она всегда во всем самая лучшая.

и сейчас Кэсс видит в нем ни друга, ни парня лучшей подруги, ни хоккеиста из своего университета, а соперника. это видно по глазам.

я помогаю Монике, мы отходим подальше от остальных. она смотрит на меня уже не так, как в наши первые встречи: со злостью или подозрением. меня это забавляет. если бы не они с Кайлом, сомневаюсь, что мы бы с Кэсс так скоро помирились бы.

я перед ними в долгу.

— если тебе нужна будет какая-нибудь помощь, звони, – я отношусь к ней, как с сестре, наверное? я понимаю, что это близкий человек для моей девушки, а значит, и для меня.

— взаимно, – пихает она меня, усмехаясь, – можешь потрогать, – разрешает девушка, когда я смотрю на ее живот уже сотый раз. все еще не могу поверить.

это так странно осознавать, что внутри Моники еще один человечек.

— можно?

— конечно, – смеется блондинка, – не бойся. уже все потрогали.

я не могу сдержать улыбки и аккуратно кладу руку на ее живот. я не сразу понимаю куда и как вообще нужно это сделать, поэтому Моника, закатив глаза, берет все на себя, хватает меня за руку и прикладывает. афигеть. реально, как шар.

— жесть, – протягиваю я, боясь убрать руку или переложить. почувствовав шевеление, я отстраняюсь, – тебе не сложно? не больно?

— бывает иногда, но он пока маленький еще, – она тыкает пальцами по животу, играясь с малышом, чтобы он ее пнул.

— ты знаешь пол?

— неа, я хочу сделать гендер пати, – улыбается Моника, – Диего, пообещай мне кое-что.

улыбка пропадает с лица. я всегда максимально серьезно отношусь к просьбам и сейчас внимательно слушаю ее. если просит Моника - это особенно страшно. потому что дело касается Вульф.

— если я рожу сына, то твоя дочь будет с ним встречаться, – смотрит мне в глаза девушка, а я только усмехаюсь. с чего она все это взяла?

— сомневаюсь, что Кайл это придумал, – я оборачиваюсь на друга с девушкой. он показывает ей технику, пока та закатывает глаза, стоя со скрещенными руками на груди, и говорит, что сделала точно также.

— а он и не в курсе, – отмахивается она, а я смеюсь, – мы с Кэсс это придумали. причем, еще до отношений с вами.

— вот как, – забавно, – хорошо. только если воспитаешь его ты, а не Кайл, – я все еще не воспринимаю это всерьез, просто шучу, а она верит. да, я часто думал о ребенке, но не в таких подробностях. да мы же сами по сути дети, а Моника уже ждет своего.

— договорились, – улыбается она, протягивая мне руку. я пожимаю.

мы еще разговариваем, наблюдая со стороны за нашими ребятами, а потом к нам подключаются и тренер. затем девчонки, хоккеисты. а потом довольный Кайл, и недовольная Кассандра.

как выяснилось, он раскритиковал ее. но они быстро помирились.

она встает рядом со мной и Моникой, но ее настроение быстро меняется, когда взгляд падает на живот. клянусь, у меня было также! теперь у блондинки есть свой гипноз.

этой ночью Кэсс уснула почти сразу, как коснулась лицом подушки. так устала. а особенно, когда упала на колени, поскользнувшись.

брюнетка сопит на мне, а я все еще прокручиваю в голове разговор с Моникой и вспоминаю то шевеление в ее животе. жуть. но как же это круто. представляю, что чувствует Кайл. по одному его взгляду все понятно.

а через 3 дня я еду в казино, ведь уже достаточно долго там не появлялся и пора составить отчеты и посоветоваться с мистером Виолори. а Кэсс едет на тренировку в какой-то студии. как я понял, игру будут делать 31 декабря днем. жестоко для проигравших. праздник точно будет испорчен.

до самого вечера я сижу в этом казино. и совсем не жалею, когда понимаю, что доходы снова выше расходов. в несколько раз. половину всех своих доходов я кидаю на отдельный счет. пока не знаю зачем.

помню, как отец создал рехаб для наркозависимых. по всему штату около 24-х клиник. это очень много. он тоже, естественно, употреблял. но для того, чтобы узнать, как с этим бороться.
звучит очень глупо, но он все равно старается делать что-то хорошее, хотя по уши погряз в дерьме.

в принципе, я тоже. просто повезло, что я вовремя не поставил сам на себе крест.

— о, Акс, не знал, что ты еще тут, – заходит мистер Виолори, я не обращаю внимания, чтобы не сбиться. он понимает это, поэтому терпеливо ждет, рассевшись на кресле рядом.

— да, – я откладываю бумаги, – мне предлагали сотрудничество. отец говорит, что решать мне. я не знаю, как правильно поступить, – признаюсь я. мне не сложно попросить помощи у взрослых или чужих, – хотя я больше склоняюсь к отказу в предложении.

мистер Виолори чешет подбородок, а после наливает себе минералку. я же терпеливо жду его ответа.

— я бы тоже отказал, – улыбается он, – Акс, тут все подпольно. сейчас в криминале царит непонятно что! нельзя доверять каждому, кто поднялся. нельзя доверять никому! – я задумываюсь над этим, – ты один прекрасно справляешься. не стоит рисковать во всем, что делаешь. и только попробуй сказать, что кто не рискует, тот не выигрывает, – перед моим лицом оказывается его указательный палец. я лишь усмехаюсь.

— хорошо. спасибо за совет, – улыбаюсь я.

я еще какое-то время сижу с ним. он рассказывает о своих планах, я внимательно слушаю, пытаясь извлечь какую-нибудь выгоду или пользу для себя.

какими бы подонками не были все эти мужчины, но черт, они очень хитрые. и у них действительно есть чему поучиться.

ближе к вечеру я собираюсь домой. мне звонят из ювелирного. как выяснилось, они справились всего за 3 дня. круто. еду за кольцами. и боже, они выглядят даже лучше, чем я себе представлял. вот это кольцо точно достойно Вульф.

какие-то странные ощущения появляются при виде них. неужели, я решился на это? чувак, ты зашел так далеко. я не думал, что такое может случиться. вообще не думал с ней рядом. и не зря.

я еду домой, уже вечер. дорога занимает достаточно много времени, но я не обращаю на это внимание, ведь сейчас мое настроение не испортит ничего.

единственное, надо вести себя естественно и придумать, куда спрятать кольцо. в бордочке? не варик, она часто любит в нем копаться. может, отдать Диане? да, так и сделаю.

я пишу сестре об этом, она соглашается. я не удивлен, она бы не отказала мне ни в чем и никогда.

только откладываю телефон, как мне уже звонят. я игнорирую. но когда звонят уже 2-ую минуту, все же смотрю на экран.

имя заставляет меня напрячься.

Энди.

я не слышал его голоса уже давно. очень.

он продолжает названивать, я понимаю, что без причины бы не звонил. прикладываю телефон к уху, тяжело сглотнув. страх от того что могло произойти. и воспоминания, после которых мы не виделись.
но это не значит, что я забыл его.

— что ты хочешь? – устало спрашиваю я, снижая скорость, ведь понимаю, что его звонок меня не обрадует.

— Диего! очень срочно! выслушай! – кричит он, а я вслушиваюсь в каждый шорох. руки начинают неметь, – Кассандра со мной. я скину локацию, немедленно приезжай!

— что? – выругался я, не понимая как эти двое могли пересечься и что с ней могло случиться.

— мамаша ее похитила. быстрее, Диего! – он скидывает трубку, я просто хлопаю глазами, все еще держа телефон у уха.

ничего не понятно, я просто делаю то, что сказал Энди. по пути осознаю что за место. это чертов ЗАГС.
женщина совсем уже с катушек слетела. я просто не врубаю, как можно так быстро поменять свое мнение? как, твою мать, можно выдать дочь за кого-то против воли?!

чем дольше я об этом думаю, тем больше набираю скорость. стрелка на спидометре уже давно на другом конце, еще чуть-чуть, все треснет. мне приходится шашковать и подрезать, сколько же сигналов и ругани я услышал за эти 10 минут? плевать.

адреналин бешеный, голова идет кругом, а дыхание перехватывает. надо держать себя в руках. если не успею - потеряю ее навсегда. испорчу жизнь и себе и ей. и от этих мыслей, которые будто шепчет мне демон на плече, глаза наливаются кровью, в области груди покалывает. я поставил на кон все.

я давно так не переживал после Флориды.
что ж ее так хотят выдать за кого-то, кроме меня? с чего они взяли, что я принесу ей беды? хотя...

слишком быстро, даже для меня. я вцепляюсь за руль сильнее, чем когда-либо, чувствую это каждой клеткой кожи. невыносимо.

я никогда столько не молился. и уже года так 3 точно не чувствовал такую дрожь по телу.

я уже подъезжаю к этому зданию, почти никого нет. но скорость все еще огромная. я не вписываюсь в поворот.

единственное, что я слышу, перед отключкой - крики Кассандры. я успел?