Глава 11.
Ты вернулась в особняк помочь маме. Всё шло спокойно, пока вдруг из комнаты раздался пронзительный крик Юны.
— Ожерелье! — закричала она.
Все работники и семья сбежались. Юна стояла бледная, с дрожащими руками.
— Моё бриллиантовое ожерелье! Его нет! Оно стоит очень дорого.
В зале поднялся шум. Отец Юны нахмурился и резко сказал:
— Среди работников есть вор?
Слуги испуганно переглядывались. Начался обыск. Людей останавливали, проверяли сумки, вещи, одежду. Ты же стояла в стороне, не понимая, что происходит. Сердце колотилось в груди.
Ты хотела уйти, но Чонвон преградил тебе путь. Его холодный голос прозвучал прямо у уха:
— Подожди. Сначала пусть тебя осмотрят.
Ожерелье так и не нашли. Вечером приехала полиция, проверили камеры — но там не было ничего подозрительного. Они сказали что завтра снова придут чтобы проверить, и осмотреть полностью весь этот район.
________
Было уже поздно, и ты решила уйти домой. Но вдруг Чонвон резко схватил тебя за руку. Его пальцы вонзились в твою кожу.
— Пойдём, — бросил он, таща тебя по коридору быстрыми шагами.
Ты спотыкалась, пыталась вырваться, но он грубо толкнул тебя в свою комнату, захлопнул дверь и встал напротив.
— Я всё больше убеждаюсь, какая же ты жалкая, — процедил он сквозь зубы, приближаясь к тебе.
— О чём вы? — выдавила ты, голос дрожал.
— Где ожерелье Юны? — его взгляд пронзал насквозь.
— Я... я всё время была здесь, перед вашими глазами! Я ничего не делала! — ты пыталась оправдаться.
— Продала его? — он повысил голос. — Отвечай!
Ты вздрогнула от крика.
— Я не понимаю, о чём вы говорите...
Он не слушал.
— Вчера к тебе приходил один парень. Кажется теперь все сходится.
Ты стояла в ступоре. Сердце замерло.
— Просто признайся, — он приблизился совсем близко, его дыхание жгло щёку. — И я пощажу тебя.
И вдруг в тебе что-то оборвалось. Ты резко ударила его по щеке.
— Что ты несёшь?! Если ты богатый и выше по статусу, это не даёт тебе право обвинять меня!
Его глаза вспыхнули гневом. Он схватил тебя за руку, сильно сжимая, так, что из глаз брызнули слёзы боли.
— Конечно, конечно. Ты сама не крала. Ты сказала этому парню сделать это вместо тебя, да?
— Это был мой брат! — закричала ты, стараясь вырваться. — Он приходил только за ключами! Он ни при чём!
Чонвон резко дёрнул тебя к столу, включил компьютер и открыл видео с камеры.
На экране — твой младший брат Джихен. Он входил в комнату Юны и через десять минут выходил.
Ты застыла. Слёзы хлынули по щекам.
— Этого не может быть...
— Видела? — Чонвон скрестил руки на груди. — Признайся.
— Прости... я спрошу у него! Я узнаю, куда он дел ожерелье! Только... прошу, никому ни слова. Я верну его, честно! — умоляла ты, дрожа всем телом.
Его губы изогнулись в жестокой усмешке.
— Ты дура? Думаешь, я поверю тебе? Это ожерелье очень дорогое. Вы будете всю жизнь расплачиваться. А твой брат ответит за это. А твоя мама лишится работы. И ты тоже.
— Прошу... не надо, — ты опустилась на колени. Слёзы текли по лицу. Ты дрожала от отчаяния.
Чонвон замолчал. Он смотрел на тебя, не веря, что ты действительно упала перед ним на колени. В его глазах промелькнуло удивление.
Он медленно присел, заглянул тебе прямо в глаза.
— Даю тебе время. До завтра.
______
Ты металась по дому в поисках брата. Сердце колотилось так, что казалось — вот-вот выпрыгнет. Наконец дверь открылась, и вошёл Джихен.
Ты подскочила к нему, дрожащим голосом закричала:
— Где ожерелье?! Скажи, где оно, чёрт возьми! Ты понимаешь, что ты наделал?!
Слёзы текли по твоему лицу, ты хватала его за руки, словно пыталась вырвать правду. Джихен молчал, потом тяжело вздохнул и опустил голову.
— Я... да. Я взял его.
Ты отпрянула, не веря своим ушам.
— Что? Зачем?!!
— Мне надо было... — пробормотал он, не поднимая глаз. — Я уже продал его.
Ты разрыдалась в голос. Твоё тело дрожало от бессилия и ужаса. Ты не знала, что делать, как это остановить.
Телефон в твоём кармане завибрировал. Сообщение. От Чонвона:
«Жду тебя».
Ты закрыла глаза, сжав кулаки. Будь что будет.
Собравшись, ты пошла к нему.
Он сидел в своей комнате. Всё такой же холодный и собранный, как всегда.
— Полиция уже начала обыск, — спокойно сказал Чонвон, даже не взглянув на тебя. — Но пока они не видели то видео. Так где ожерелье?
Ты с трудом нашла в себе силы вымолвить:
— Чонвон... мой брат... он продал его. А деньги... я не знаю где. Но, прошу тебя, не делай этого. Я... я найду работу. Я буду платить. Я обещаю, я оплачу это ожерелье!
Твои слова сорвались в рыданиях. Ты почти упала перед ним, умоляя.
Чонвон медленно поднялся и подошёл ближе. Его глаза были холодными, но на губах появилась лёгкая, жестокая улыбка.
— Ты будешь оплачивать всю свою жизнь?
Ты всхлипнула и кивнула.
— Да...
Он задумался на мгновение, словно взвешивал что-то в голове. Затем сказал:
— Ладно. Так и быть. Я никому ничего не скажу. Никто из родных ничего не узнает.
Ты выдохнула с облегчением, но он тут же продолжил, его голос стал твёрдым, как камень:
— Но есть одно условие. С этого момента ты будешь выполнять всё, что я скажу. Безоговорочно. Иначе... ты знаешь, что случится.
Ты онемела. Слёзы продолжали катиться, но ты только кивнула.
— Хорошо... Я буду делать всё, что ты хочешь. Только... никому не говори, прошу...
— Можешь идти, — холодно бросил он, отворачиваясь.
Ты вышла из комнаты, едва держась на ногах. Слёзы застилали глаза, дыхание сбивалось. Сердце болело от ужаса и унижения.
А Чонвон остался внутри. Его губы тронула довольная улыбка.
Он чувствовал, что впервые взял над тобой власть. Теперь ты была его подчинённой.
________
Ты вернулась домой вся в слезах. В прихожей тебя встретила Наен — встревоженная, взволнованная.
— Что случилось? — она обняла тебя, чувствуя твоё дрожащее тело.
Сквозь всхлипы ты всё рассказала. Каждое слово давалось с трудом, но ты не могла больше держать это в себе.
Наен слушала, сжимая кулаки.
— Чёрт бы побрал твоего брата... — прорычала она. — Как он мог втянуть тебя в это?!
Ты опустила голову.
— Теперь Ян меня не оставит в покое... Я должна срочно найти работу. Любую. Только бы отдать ему деньги.
— Мы с Сону будем тебе помогать, — твёрдо сказала Наен. — Ты не одна.
Так началась твоя новая Адская жизнь.
Ты устроилась в ночной клуб. Шумный, грязный, полный пьяных посетителей и дешёвых улыбок. Каждую ночь ты работала до утра, а потом, еле живая, шла в университет.
Мама ничего не знала. Для неё ты по-прежнему оставалась «дочкой, помогающей в особняке». Она и представить не могла, что её девочка ночами ломает себя в клубе ради чужого ожерелья.
А тема с ожерельем... закрылась. Чонвон «решил» этот вопрос. По крайней мере, для своей семьи. Но для тебя он превратился в тюремщика.
В университете он не давал тебе покоя.
— Принеси мне конспект.
— Сходи в библиотеку.
— Купи кофе.
Он приказывал, как хозяин слуге.
Каждый день...