Глава 15. Когда рушится мир
Ночь была слишком тихой. Слишком правильной. Даже ветер замер, словно затаил дыхание вместе с ними. В заброшенном районе города тьма лежала тяжелым покрывалом: пустые окна разрушенных домов смотрели пустыми глазницами, а асфальт под ногами был испещрён трещинами, будто сама земля пыталась сбежать отсюда.
Руми шла впереди, сжимая клинок так сильно, что пальцы немели. Сердце колотилось в груди, отдаваясь гулким стуком в висках. Она чувствовала это — приближение. Демон был где-то рядом. Слишком сильный, слишком хитрый, чтобы просто выскочить. Он ждал.
За её спиной шёл Джину. Его шаги были тяжелыми и уверенными, дыхание ровным. В нём не было ни капли страха, ни капли сомнения. Только хищное спокойствие. Но Руми знала: это всего лишь маска. Она уже слишком много видела в его взгляде, когда он думал, что никто не заметит.
— Не нравится мне это место, — прошептал Хёнсу, держа оружие наготове. — Всё слишком спокойно.
— Это значит, он рядом, — коротко ответил Джину.
И как будто в подтверждение этих слов, воздух дрогнул. Земля под ногами загудела, будто сердце чудовища билось где-то глубоко под асфальтом. Руми затаила дыхание, крепче вцепилась в клинок. И тогда они увидели его.
Из темноты выступила тварь. Огромная, в два раза выше человека, с кожей, будто сотканной из дыма и огня. Его глаза горели багровым светом, когти искрились, а за спиной трепетали изломанные крылья. Это был не просто демон. Это было чудовище, созданное для уничтожения.
— Вы пришли сами, — прогрохотал он, и голос его был как гул камнепада.
И тут всё началось.
Демон рванулся вперёд, и бой закрутился смерчем. Когти сверкали, удары сотрясали землю, воздух был полон искр и грохота. Руми и Джину действовали в унисон: её клинок рассекал тьму, а его удары обрушивались на врага с яростью. Она ловила его движения, он — её дыхание. Казалось, они стали единым целым, двумя сторонами одной силы.
Но чудовище было слишком сильным. Каждый его взмах заставлял стены домов рушиться, каждый рык отдавался в костях.
— Держись рядом! — крикнул Джину, заслоняя её спиной.
— Я не отстану! — выкрикнула Руми, и её голос дрогнул.
Она не боялась демона. Она боялась за него. За того, кто снова и снова вставал между ней и смертью, не думая о себе.
Секунды растянулись в вечность. Руми отразила удар, почувствовав, как клинок вибрирует в руках. Джину отшвырнул демона в сторону, но тот тут же поднялся, глаза полыхали ненавистью.
И вот оно. Мгновение. Ошибка.
Демон взревел, расправил крылья и обрушился на них всей массой. Руми не успевала отскочить. Она увидела это в замедлении: когти, сверкающие в воздухе, приближаются к её груди.
Но Джину был быстрее.
Он рванулся вперёд, закрывая её своим телом. Удар раздался гулко, будто раскололся мир.
Руми закричала, звук сорвался с её губ так пронзительно, что сама земля задрожала.
Когти вошли глубоко в тело Джину, кровь брызнула горячей волной, залила его одежду, её руки, землю под ногами. Он пошатнулся, но удержался, клинок всё ещё был в его руке.
— Джину! — её голос разрывался, срывался, превращался в рыдание. — Нет!
Он обернулся к ней. Его губы дрогнули в слабой улыбке, но глаза были ясными, несмотря на боль.
— Я... сказал... не отставай, — прохрипел он, и кровь скатилась по его губам.
Руми бросилась к нему, подхватывая, пока он падал на колени. Его вес был тяжелым, его дыхание — неровным, а кровь всё текла и текла.
— Нет... пожалуйста, нет! — её голос дрожал, слёзы застилали глаза. — Зачем ты это сделал?! Зачем?!
— Потому что... — он с трудом набрал воздуха. — Я не мог... позволить... чтобы с тобой что-то случилось.
Её сердце разрывалось. Всё внутри кричало, всё тело дрожало. Она пыталась зажать рану руками, но кровь просачивалась сквозь пальцы, обжигая.
— Хёнсу! — закричала она, оглядываясь. — Помоги мне!
Но вокруг всё ещё гремел бой. Хёнсу сражался, охотники оттесняли демона, но для неё они были лишь размытым фоном. Весь её мир сузился до одного — Джину.
Она держала его лицо ладонями, слёзы текли по её щекам и падали на его кожу.
— Не смей, слышишь? Не смей умирать! Ты обещал! Ты должен... должен быть рядом!
Он смотрел на неё, взгляд становился всё тяжелее. Но в нём не было страха. Только что-то другое.
— Тогда... поцелуй меня... — прошептал он, и голос его был слабее ветра. — Напоследок.
— Не говори так! — Руми покачала головой, рыдания душили её. — Это не напоследок! Ты выживешь, я не позволю...
Но внутри неё всё кричало: это конец.
Она наклонилась и коснулась его губ. Поцелуй был солёным — от её слёз и от его крови. Но для неё в тот миг не существовало ничего, кроме него. Это был не поцелуй отчаяния. Это было признание, которое она прятала слишком долго.
— Я люблю тебя... — её голос был шёпотом, едва слышным, но каждая клеточка её души вложила в эти слова силу. — Слышишь? Я люблю тебя!
Он закрыл глаза, дыхание сбилось. На миг ей показалось, что он ответил, что его губы дрогнули в ответ. Но затем его тело стало тяжелее в её руках, дыхание оборвалось.
— Джину?! — её крик разорвал тишину. — Нет!
Она прижала его к себе, не слушая ни крики, ни грохот вокруг. Всё исчезло. Мир исчез. Осталась только она и он — холодеющий в её руках.
— Не оставляй меня... — её голос был сломанным. — Я прошу... Я умоляю...
Слёзы падали на его лицо, на его грудь. Она продолжала шептать, цепляясь за него, будто её слова могли вернуть жизнь.
— Я люблю тебя... слышишь? Я люблю тебя...
Но он не отвечал.
Мир вокруг дрогнул, но не из-за демона. А из-за неё. Из-за её боли.