35. Гнездо?
ТГК: Лина Джеймс | начинающий писатель
Когда Вова открыл дверь, я сразу вошла внутрь. Жёлтый встал за моей спиной, но я была так зла, что он бы не смог усмирить меня, смог бы только вынести оттуда силой. Я специально не позвала остальных с улицы, чтобы Турбо не вмешался.
А - Оставьте меня с ними. Пара вопросов к пацанам имеется, - Вадим вышел, но дверь не закрыли, побоялись, что из-за ломки Костя и Никита будут агрессивными, могут что-то мне сделать.
Сами же они сидели на диванах друг напротив друга. Покрытые пóтом бледные лица, дрожащие руки, которыми оба обхватввали себя и бегающие потерянные взгляды.
А - Костя, Никита! - я позвала, но парни не реагировали.
Тогда я подошла к брату и толкнула его в плечо, он дёрнулся, их зрительный контакт прервался, Бес среагировал на меня, как на раздражитель и подскочил с места.
Б - уйди! - рыкнул тот, схватив меня за запястье левой руки. Правой рукой я полоснула его ножом по плечу неглубоко, хоть я и была зла, но я ими дорожу. Он взвыл, а взгляд Кости ненадолго прозрел от боли, - Асенька...
А - завались, сел на место и слушаешь! Ты не торчишь больше, ясно? Будешь делать, как я скажу, хоть дернись на меня ещё раз, клянусь, я убью тебя Костя.
Когда я это говорила, Жёлтый уже стоял рядом, он подхватил Беса под руку и стал выводить, хотел взять мой нож, но я не позволила.
Услышав скрип двери в качалку, я скорее рванула к Кощею, понимая, что сейчас Турбо меня остановит.
Я приставила нож к лицу брата, как бы мне самой не было страшно и больно вредить им, я должна была заставить их прозреть, потому что только сейчас есть такой шанс, после этого я не буду их толком видеть, а им будет не слышно моих слов сквозь агонию ломки.
А - Никита, послушай меня. Я говорю тебя это один раз, ещё хоть грамм этой дряни и ты никогда не увидишь меня. Понял? Никогда. У тебя не будет сестры, ты вообще всё потеряешь. Ты понимаешь, что я чуть не умерла?
Кощей не реагировал на мои слова, лишь отпихнул в сторону, как надоедливую муху. Я бросила нож на пол, выкидывая его из каморки подальше и стала бить брата по лицу, пощечинами, кулаками, стараясь вбить в него суть моих слов. Я знаю, что это не поможет, но я тоже живой человек. Я тоже ломаюсь и сдаюсь. Я не могу, как робот, решать проблемы, чтобы это не отражалось на мне.
Как и ожидалось от Никиты меня забрал Турбо. Сам же Кощей всё это время не сопротивлялся. Сейчас он только сидел с разбитым лицом и маниакально тер ладонями свои плечи, устремив болезненный взгляд прямо в мои глаза. Было похоже, что он извиняется, сожалеет. Но верить ему я не могу.
Выбравшись из хватки Турбо, который отпустил лишь когда я перестала дёргаться, я молча развернулась и вышла. Валера проверил не сломан ли нос у брата, хлопнул его по плечу, выражая сочувствие и тоже вышел, запирая дверь на ключ.
Т - красавица, - из оцепенения, в которое я входила постепенно, стоя посреди качалки, меня вырвал голос Турбо и его прикосновение к моему плечу, - ты как?
А - справлюсь, - я прильнула к нему, врываясь в крепких руках от всего мира, - сегодня я ночую здесь, мне нужны будут кое-какие вещи из дома, мне даже переодеться не во что тут, но я с ним останусь.
Т - Адидасы, Зима и Пальто ещё здесь. Мы с тобой пойдём домой вместе, ты успокоишься. Скажешь, что нужно собрать, я помогу. И вернёмся сюда.
А- хорошо, - я согласилась, но перевела взгляд на Жёлтого, рядом с ним сидел и нервно держался Бес, - Вадим, есть, куда Костю прикрыть? Ты знаешь, как нужно.
Ж - да, лично следить буду. Цыган и Колик на подмоге, но они сказали, ты им что-то поручила. Они забывают иногда, что я их старший, а не ты, не признаются, что делают.
А - ищут мразь, которая свои грязные дела по Казани воротит, того, кто дурь толкает. Я сегодня с Никитой, завтра приду к вам, пусть Ромка заедет. Переговорю с ним и обращусь за помощью к Артёму.
Ад - Ась, они слишком высоко сидят, мы с ними за помощь до конца дней не рассчитаемся.
А - Грек поможет, должны не будем. Он заинтересован и плюс должен мне и сам. Когда мой брат на этой дряни сидел, мы с Вадимом вместе его вытаскивали. А спустя время мне попался чушпан, который загнал Олегу чернуху. Я его шокером долбанула, он и сам вгашенный был, не соображал толком ничего. Артём ненавидит чернь, он хотел убрать дилера, вот я ему и позвонила с ближайшего таксофона. Подсказала, где лежит поставщик в отрубе, Грязи приехали и забрали наркошу.
Ж - я тогда так злился, что ты не отдала его мне. Но я бы его убил. А понял тебя только сейчас, когда рад был, что Марат оказался рядом и не дал тебе Юлю замочить.
А - а вы Маратку моего обежали, тупицы. У него теперь крыша есть - я.
Мы все тихо посмеялись, Жёлтый увёз Костю в подвал, где тот проведёт ближайшие две-три недели. А мы с Валерой пришли домой. Я уснула сидя на кровати, пока он гладил меня по голове, сама не знаю, как так произошло. Турбо уложил меня на подушку и укрыл пледом, прикрыл шторы и включил настольную лампу.
Сам вышел из комнаты, оставив дверь открытой. Собрал в сумку чистую одежду для брата, какую-то еду из холодильника, положил туда мой шокер на всякий случай. Из моего шкафа старался тихо вытащить мне одежду, взял тёплую пижаму, мягкие вязанные носки, футболку. Дверца предательски скрипнула и я проснулась.
А - Валер? Ты что делаешь? Крадёшь мою одежду? Попросил бы, мне не жалко, - шутила я, сонно потирая глаза.
Т - давай, не умничай, кроха, - Валера подсел ко мне и сгреб в объятия, - ты смешная. Проснулась только, такая милая, ещё не начала орать.
А - это не надолго, дядя. Пойдем, я приготовлю что-то с собой.
Т - я положил еду. Зайдем ещё в магазин по дороге, не надо готовить тебе ещё. Если что-то хочешь, скажи, я сам.
А - ничего не хочу. Волшебную пилюлю от проблем и от зависимости. Но мы не в сказке и пора возвращаться. Идём?
Валера подхватил сумку, которую собрал и пошёл к выходу, я побрела следом, но выйти мы не успели. Когда мы обувались, дверь открылась, вошла радостная Анастасия.
Ан - привет! Наконец-то застала вас дома! Как не приду, вечно где-то носитесь!
Т - привет, мам, ты как? Как у Забиры дела? - Туркин обнял мать и погладил по голове, как ребёнка.
А - милая, я так скучаю по тебе, - грустно протянула я, понимая, что нам нужно уходить и я снова не побуду с ней.
Ан - и я скучала, красавица! Вы уходите?
Т - да, нам нужно по делам, ночью нас тоже не будет, - за меня ответил Валера, устроив руку на моей талии и поглаживая её.
Ан - мне надо вам буквально пару слов сказать. Задержитесь пожалуйста. Тем более, всю ночь вас не будет, потом у меня командировка, пока встретимся снова, я и поседею уже.
Мы прошли на кухню, где я заварила чай, подаренный Анастасией, разлила по чашкам и мы сели за стол.
Т - не тяни, мам, у тебя лицо такое, как будто в лотерею выиграла, чего светишься вся?
Ан - не буду ходить вокруг да около. Вы взрослые, всё понимаете. Я тоже не слепая, всё вижу. Я очень рада, что обрела такую дочь, но ещё больше я рада тому, что вы друг друга любите. Единственное, что я от вас требую - это обещание быть не просто рядом, а по-настоящему вместе, в любую погоду, в любых условиях, в любом испытании. Если вы будете друг друга беречь, я буду за вас спокойна. И займите вы уже большую спальню, бегаете из одной комнаты в другую, как кочевники!
Т - мам, это твоя спальня. Не переживай, мы с Асей не бегаем, спим в моей комнате, - Валера улыбнулся, а я прижалась к нему ближе, чем вызвала умиление на лице Анастасии.
Ан - об этом я и хотела рассказать. Я решила переехать к Забире, - наши с Валерой лица нужно было видеть, как мы выкатили глаза, наверное, было смешно. Анастасия и правда тихо посмеялась с наших лиц, - не смотрите на меня так! Забира уже пожилая, ей тоскливо одной. А вы... Я хотела бы, чтобы вы строили свою семью здесь... В доме, где я когда-то была счастливее всех на свете с мужем и сыном.
Глаза Анастасии заблестели от слез. Я пересела к ней поближе и заключила в объятия под счастливым взглядом Турбо.
А - не говори, ерунды, ты не должна переезжать из-за нас.
Ан - я не из-за вас. Но, если эта квартира станет вашим гнездышком и местом счастья, я буду действительно рада этому. - слезы сразу куда-то исчезли, на её лице блеснула коварная улыбка, - может и птенцы скоро появятся,- Анастасия подмигнула и ретировалась в спальню.
Т, А - ну, мам! - мы с Валерой возразили в один голос и рассмеялись, а Анастасия, услышав, как я её назвала, вернулась и поцеловала меня в лоб.
А - у вас, Туркины, одно оружие против меня, - я улыбнулась и снова прижалась к Валере, в чьих объятиях, как всегда, было тепло и спокойно.
Ещё недолго поговорив с Анастасией, мы наобнимались и ушли в качалку. Договорились, что она соберёт вещи, а перевезти их ей поможет Валера, когда Анастасия вернётся из командировки. И так как уже вечер, сейчас мы пришлем к ней Марата, чтобы проводить к Забире. Не нужно ей одной по темноте ходить.
Сама же я хотела обсудить это всё с Валерой, поэтому завела разговор по дороге.
А - Валер... Мне неловко в этой ситуации...
Т - будет ловко, - коротко ответил Туркин и поцеловал меня в лоб.
А - я серьезно! Дурацкая ситуация. Она из-за нас, получается, сбежала из собственного дома. Ещё и на "птенцов" намекает... Ну, что это вообще? - возмущалась я, не скрывая своей нервозности.
Т - а ну стоять. - Валера остановился и дёрнул меня за руку так, что я оказалась прямо перед ним, - я женюсь на тебе, красавица. Я знал этого с первого дня. С птенцами потом решим, не захочешь, не будет, но я хотел бы завести с тобой большую семью. Или ты боишься жить со мной вдвоём?
А - не боюсь, дядя, много на себя берёшь, - ухмыльнулась я, - не слишком ли самоуверенно ты заявляешь, что женишься на мне? А меня спросить?
Т - я спрошу, красавица, только не в такой обстановке и не в таком твоём состоянии. Но я спрошу и рассчитываю на положительный ответ, - он притянул меня в очередной долгий, сладкий, полный нежности и любви поцелуй. Касания его губ, как всегда, гнали сотни мурашек по моему телу и заставляли трепетать до тремора в кончиках пальцев.
По дороге мы зашли в магазин и поторопились в качалку. Не хватало только Андрея, который ушёл раньше, чтобы забрать сестру из детского сада.
Вова выглядел уставшим и разбитым, но он чувствовал себя виноватым за то, что не уследил за Кощеем. Поэтому пошёл сначала в больницу, встретить Наташу и проводить до дома, а потом пойдёт к Вадиму, чтобы следить за Бесом вместе.
Зима пошёл домой к Кате, а Марат отправился к нам домой, чтобы проводить Анастасию к Забире. Мы с Валерой остались вдвоём. Он разложил диван, взял вещи для Никиты и пошёл к нему, прикрыл за собой дверь.
Я в это время постелила постель, эту ночь предстоит провести на жёстком старом диване, но разве это имеет значение? Вряд ли нам вообще удастся нормально спать ближайшие недели....
Переодевшись в пижаму, я подошла к двери и прислушалась. Никите было трудно говорить, их голоса были тихими, но я всё равно бессовестно подслушала часть разговора.
Т - отец не хотел для тебя такого. А я, когда узнал, первая мысль была тебя убить. А знаешь, что Ася сделала? Собрала всю волю в кулак и со слезами указания раздала. Не думая о том, насколько тяжело будет, сразу помогать начала, - на удивление, в его голосе не было привычной ярости, агрессии. Только усталость и жёсткость . Никита ответил не сразу.
К - лучше пристрели меня, она не отступит. А я еле держу себя в руках, дальше только хуже будет. Я боюсь, что сделаю ей больно. Не такого она заслуживает, увези её отсюда, у неё должно быть всё, а не это болото, в которое она за нами тащится. - хриплый голос Кощея обрывался на тяжёлое дыхание, но он хотел закончить мысль.
Т - если бы это было возможно, так и сделал бы. А то ты не знаешь её. Но каким бы ты ни был, она не бросит, и я не брошу. Ты лошара, конечно, но ты брат мой.
К - иногда мне кажется, что Ася мне родная сестра. Много в её характере нашего отца напоминает.
Т - прикинь, мама сегодня сказала: "собираю вещи, уезжаю жить к Забире. А вы чтобы тут с внуками не затягивали и семью в этом доме строили", - Валера закурил, судя по всему, передал сигарету и Никите тоже.
К - не зря же ты Аську красавицей называешь, - Кощей посмеялся и сморщился от головной боли, я осторожно постучалась и вошла.
А - долго меня обсуждать собираетесь, кудрявые? - с улыбкой спросила я и села напротив брата рядом с Турбо. Забрала из его губ сигарету, на что не получила сопротивления.
К - ты че в пижаме? Вы тут что-ли ночевать собрались? - с раздражением спросил Никита.
А - да, и не только сегодня. Пока ты в себе, слушай меня внимательно. Ближайшие недели ты будешь каждый день меня видеть, будешь слышать мой голос, ненавидеть его. Ты будешь меня проклинать, захочешь убить, будешь видеть перед глазами только то, как рвешь меня на куски. И это будет страшно. Тебе будет очень больно. Но ты справишься. Мы справимся с этим вместе. Мы тебя не бросим, доведём дело до конца. Чего бы мне это не стоило, я тебя вытащу, ты понял? Но потом один только шаг, куда не нужно, и я навсегда исчезну. Не бросай меня, помоги мне тебя вытащить, давай вместе поборемся.
Кощей с пустым взглядом слушал меня, красные глаза уже намокли от подступающих слез, ему уже было больно, его уже ломало, но сейчас он был частично в себе и услышал меня. Ему было страшно, но я была этому рада, хотя бы капле осознания. Он кивнул мне и я вышла. Через несколько минут Валера присоединился ко мне на диване, принёс конфеты.
А - птичье молоко... Где ты взял их? Я думала, Зима все слопал.
Т - так и есть. Но я купил ещё, когда в магазин заходили сейчас. Знаю, как ты их любишь.
А - я люблю тебя, но птичье молоко - приятный бонус.
Он улыбнулся и поцеловал меня. Спустя пару часов мы оба уснули. Никита был заперт, железная дверь качалки тоже закрыта на ключ. Но, как я и говорила, спать нам в ближайшие недели не светит.
Среди ночи мв проснулись от истошного крика Кощея. По моему телу пробежали липкие мурашки от осознания - худшее уже на пороге...