Позиция превосходства

Спустя сутки, после того, как её отец испарился в воздухе, нам пришлось, позаботиться о языках, которые могли поспособствовать нарушению нашего соглашения с Верховцевым и подчистить все записи о том, что произошло. Ни одно существо в этой Вселенной не узнает о том, что здесь происходило. Я не позволю, иметь на меня компромат или встать на моём пути, потому что в таком случае у этих смертников только один выход из Ада, который я им предоставлю - это смерть, но она не будет быстрой, я буду мастерски измываться на их телами и разумом, пока они окончательно не свихнутся, после чего избавлюсь от их дерьма и продолжу довольствоваться своей превосходной женщиной, касаться, которой имею честь лишь я. Чёрт! Только я могу хотеть Амалию Верховцеву. Она моя.

-Крис, с тобой точно всё в порядке? - поинтересовался сверх изумлённый Фил, указывая на мою хромающую ногу.

-Пока, Амалия была без сознания меня успели подлатать - прямо сейчас во мне проснулась неистовая потребность вывернуть пасть блондина наизнанку - если ты рассчитывал на то, что я буду щеголять с куском полуводного сульфата кальция, то гипс мне не зачем, боль - это не то, чего стоит остерегаться, а скорее почитать, как способ достижения желанной цели, а мой врождённый дефект ног стал для меня чем-то должным, не имеющим значения, во что бы то ни стало, я буду ползать, хватаясь за сырую землю, если будет невмоготу - пластиковая повязка на переломанной ноге периодически даёт о себе знать, когда натирает из-за постоянных передвижений. Оказавшись с Филом один на один в моём кабинете штаба, обстановка переросла из напряжённой во враждебную - Фил, разве я не предупреждал ещё тогда, что Амалия под запретом - пронзая помещение яростным рыком, выпалил я, облокотившись о поверхность стола локтями, наблюдая за неподвижным блондином, оперявшимся о стену - так какого чёрта, ты приблизился к моей женщине - направляя свирепый взгляд в его сторону, прошипел я, наблюдая за внутренним конфликтом в его глазах - ты смотрел на неё так, будто готов был прикончить - он отпрял от стены и выпрямился в спине, становясь по стойке смирно - так скажи мне правду, о чём вы говорили?

-Сейчас, я буду говорить с тобой, как с Кристофером, а не, как с боссом Кристофером Мороком - буравя меня взглядом полным внутренних противоречий, произнёс он - поэтому, я в праве оставить наш разговор при себе, а если ты жаждешь узнать правду, то я готов сразиться с тобой на смерть - на полном серьёзе, выпалил Фил - если ты сумеешь победить меня, то я клянусь признаться, лишь на последнем издыхании, когда мой мозг будет волен продолжать свою работу в течение 6 минут - уверенно, заявляя, заключил блондин.

-Ты предлагаешь, поставить на кон наши жизни?

-Именно так, если я буду вынужден признаться, то мне будет не зачем жить, не зачем хранить то, что я скрывал и намерен скрывать дальше.

-Сейчас, я спрошу у тебя, как босс и, как тот у кого достаточно сил и возможностей, чтобы стереть тебя с лица этой чёртовой земли, даже без кровопролития и драк, я спрошу один раз и если я увижу в твоих глазах хоть долю лжи, то я незамедлительно снесу твою голову топором измазанным в карболовой кислоте и залью остатки в твою глотку - угрожающе, рыкнул я, замечая отчётливое замешательство в въевшихся в меня своей яростью глазах - то, что Амалия узнала, угрожает ей опасностью?

-То, что она увидела, не угрожает ей опасность - холодно, отчеканил Фил, надменно усмехаясь - это прокладывает ей пошаговую инструкцию по самоуничтожению - нахально, хмыкает он.

-Чёртова блондинка, ты решил испытать мой самоконтроль или скрывал, что имеешь мазохистские наклонности? - подрываясь с места, будто под моей задницей изливается лава, осторожными шагами я направился в его сторону - ты угрожал моей женщине?

-Я всего лишь дал ей понять, что случится с тем, что она будет ценить в будущем, если она соизволит открыть свой рот - злостно, процедил Фил, давая понять, что собственная жизнь - это то, что мало волнует его в данный момент, он скорее перережет себе глотку и вырвет язык, чем раскроет свою тайну.

-Мне плевать, что ты посчитал её слабым местом на будущее - хватая, Фила за шиворот, рявкнул я, не получая от него никакой ответной реакции - однако она призналась, что будет ценить это, а значит, что я намерен делать тоже самое, но есть одно отличие, причём весомое... - непреклонность блондина, начинает давить мне на мозги - она будет ценить, что-то, а я ценю её, ценю её жизнь, и её присутствие в моей жизни, поэтому потрудись не задохнуться в ночи, когда я приду убить потенциального убийцу своей женщины собственными руками - рыкнул я, натягивая зловещую улыбку на лицо, обхватывая его шею обеими руками, ощущая пульсацию под кожей и полное повиновение в его глазах.

-Огрызнуться в ответ для меня не выигрышный вариант, босс - вздохнув полной грудью, он демонстративно поднял руки над головой - я прекрасно знаю, что вызов тебя на дуэль кончится далеко не фанфарами и салютом, а скорее траурным маршем, в центре которого будет вынесен мой заколоченный гроб, в котором на эксгумации нельзя будет разобрать и малейшую часть - хмыкая, словно повествуя детскую сказку, произнёс он - что бы ты ни делал, босс - кряхтя вполголоса, еле-еле вымолвил Фил - Верховцева узнала то, что ей не следовало - отталкивая, нуждающееся в воздухе тело, я нанёс блондину удар в живот, от чего он мгновенно скрутился.

-И так, Фил Тарантино, командир контрразведывательного подразделения, отныне наличие воздуха, попадающего в твои прокуренные лёгкие будет зависеть от моего настроения - оттряхивая руки, будто я коснулся мусора, выпалил я - то, что ты видишь перед собой стечение обстоятельств, потому что я в силах сделать так, чтобы ты больше никогда не смог видеть - облокачиваясь об поверхность стола задницей, рявкнул я - твои руки всё ещё по локоть в крови и могильной земле, в которую ты закопал не мало народа, отнюдь... чтобы ты знал, я люблю не только резать плоть, но и люблю из неё готовить. Твои руки в любой момент могут оказаться в мясорубке, в качестве фарша, который я скормлю пираньям, чтобы те окончательно расправились с тобой и твоим неугомонным членом - потирая переносицу, произнёс я, теряя терпение - поэтому, постарайся не отказывать себе в удовольствии, которого я смогу лишить тебя сегодня. Завтра. После завтра. Через неделю. Через месяц. Через год и десятилетия. Я достану тебя даже на том свете, если узнаю, что ты причинил Амалии вред. Запомни это, Фил Тарантино - злостно, отчеканил я, бросая на него презрительный взгляд - а теперь, проваливай! И не забывай мои слова - фигура с блондинистыми волосами исчезла из виду, и я потерял...потерял его...потерял контроль.

Ударяя кулаком о стену я не ощутил колючей боли, сковывающей мышцы, а лишь лицезрел глубокую вмятину в стеновой панели и парочку кровоподтёков. Костяшки были изуродованы, но я не ощущал. Единственное, что я сумел осознать - это то, что я ненавижу тот факт, что слёзы Амалии могут развязать мне руки, до такой степени, что я начну Гражданскую войну, захвачу все соседние страны лишь бы иметь гарантию её безопасности. Но теперь главным претендентом на уничтожении становится не недружественное Государство, а человек, с которым я работал рука об руку около двадцати лет. Мне известно, что Тарантино не пускает свои слова по течению, но и вредить он не станет, если всё будет так, как он рассчитал. Он опасная рыба в мутной воде, а его враждебные мотивы оставляют внутри меня гадкое послевкусие, заставляя прокручивать его слова в голове из раза в раз. Треск оглушил пустующую комнату... разбился графин с водой, который я кинул о стену со всей дури, представляя на месте твёрдой поверхности голову этого ублюдка. Знать то, что Амалии угрожает опасность - это одно, но знать то, что эта опасность - это Фил Тарантино - это уже другое. В его крови намного больше психопатии, чем безумия, он бомба замедленного действия. Скрытный. Замкнутый в своём собственном мире. Недоверчивый. Одиночка. Прочитать, что кроется в этих насмешливый клоунских глазах практически невозможно, а это значит, что он определённо опасен. Как агент он выгодный объект, отменно выполняющий свою грязную работу, но, как собеседник он хитёр. Его молчаливость и постоянные оргии нисколько не сочетаются с тем образом, который таится внутри него настоящего. Он гиена. Снаружи выглядит агрессивно, словно борясь против собственного отражения, виднеющегося в глазах оппонента, а внутри олицетворение нечестивого создания, опирающегося лишь на свои принципы и коварное безумство, рвущееся на свет.

-Вот гадство! - выругался я, взлохмачивая идеально уложенные волосы - мне совсем ничего не стоит отдать все свои силы на защиту моей Принцессы - тяжело, вздыхая, прошептал я в пустоту - всё таки, я поклялся её отцу - усмехнулся я, осознавая весь абсурд происходящего - к чёрту этого, Верховцева, я и так собирался истреблять любого носителя чего-то инородного между ног, значит время пришло. Я кастрирую этого ублюдка, если он сделает хоть шаг в её сторону. Я потушу его враждебность в глаза, когда выколю их собственными руками и насажу на забор нашего с Принцессой особняка. Одно не верное движение, один косой взгляд и я позабочусь о его дальнейшей загробной жизни, облаская его тело, как следует. Амалия - это мой мир. Моя жизнь. Моё всё. Без неё не будет меня. Меня не станет сразу же, если , она произнесёт чёртово нет, когда я сделаю ей предложение, когда захочу оставить её рядом. Она моя искусительница. Моя снежная и холодная зима с голубыми, как небо глазами, ставящими меня на колени. Жизнь не имеет смысла, если в ней нет моей непоколебимой Принцессы. То, что я проживал раньше нельзя назвать жизнью - это было жалкое выживание в попытках обрести её...мою любовь. Мою Принцессу.

Неожиданный телефонный звонок выводит меня из яростного припадка. На экране высвечивается знакомый номер и я снисходительно подымаю трубку.

-Твою мать, Кристоф! - кричит, Амир по ту сторону - я наконец-то до тебя дозвонился. Где ты был чёрт возьми? Оператор твердил, что телефон находится вне зоны действия сети? Ты где был? Ты поменял роуминг? - заваливая меня расспросами, протараторил он.

-Твой рот вообще имеет свойство закрываться? - закатив глаза, произнёс я, всё ещё ощущая слабую пульсацию в висках.

-О чём ты говоришь, несговорчивый дурак? - выкрикивает брат - вообще-то ты слишком богат и известен, чтобы так просто пропасть, но ни от кого не было вестей, ни новостей, ни слухов, я думал тебя уже похоронили.

-Не дождёшься, малыш - хмыкая, вымолвил я - твоя безмятежная жизнь и безалаберность иногда пугают не только меня, но окружающих. Ты думал своей головой, когда спал с дочерью мэра, у которой к тому же на пальце помолвочное кольцо - шикнул я, припоминая братишке о его недуге.

-Причём тут я? - искренне, удивляясь, выпалил брат - она сама захотела провести последнюю ночь с харизматичным и симпатичным парнем - хвалебно, прощебетал Амир - на утро, она уже была в целости и сохранности, на вид невредимой и стояла у алтаря со своим новоиспечённым женихом - как ни в чём ни бывало, признался он.

-Амир - привлекая его внимание, я услышал учащённое дыхание по ту сторону трубки и всё же решил спросить - что с тобой?

-Что ты имеешь в виду?

-Ты же был порядочным парнем, не создающим проблем - если бы я был музыкантом, то мой слух назывался б абсолютным, потому что прямо сейчас я отчётливо услышал, как тяжело сглотнул мой младший брат, даже через внекосмическую связь - ты готовился к перенятию бизнеса - действительно, не понимая причин столь конкретных изменений в его поведении, признался я - что же стало с тем смущённым парнем, с амбициями выше Эвереста? Нахрен ты блядствуешь каждую ночь и светишься в СМИ? Чьё внимание ты пытаешься привлечь? Просто скажи мне. И я приволоку тебе этого человека. Заплачу любую сумму!

-Хватит нести бред, Кристоф! - вскрикнул Амир, и меня словно ветром снесло, я пошатнулся. Он только, что...крикнул. Впервые он повысил на меня голос осознанно. Словно вся та робость, что преследовала его на протяжении всех лет испарилась в никуда - я прошу тебя, не вмешивайся! - шикнул он, на этот раз вполголоса - нам не зачем говорить обо мне, когда главным героем этого звонка являешься, ты! - утихомирив пыл, произнёс он - я названивал тебе каждый день с промежутком в 5 часов, чтобы успеть пожить и свою жизнь - последний месяц его жизнь - это постоянные вечеринки без разбора, употребление наркотических веществ и абсолютная ахинея - где, ты был?

-С чего я должен отвечать на твой вопрос, если ты отказываешься давать ответ на мой - спросил я, нажимая на дисплее экрана, чтобы отключить звук - что за срочность? - рыкнул я, наблюдая в щели двери, как всегда собранного Алекса, который к его собственному счастью постучал перед тем, как врываться в мой кабинет.

- Босс, ваш отец... - одно слово и я готов отрезать себе уши, чтобы не слышать в дальнейшем эти четыре буквы, идущие друг за другом «отец» - за время вашего отсутствия он создал своё собственное собрание на базе своей корпорации и вынудил всех написать петицию об отчислении вас с должности директора и владельца станции - я лишь испустил короткий смешок, не в силах поверить, что этот старик решил тягаться со мной.

Сбросив вызов с Амиром, я напечатал ему сообщение на скорую руку, что-то вроде...связь плохая, я перезвоню.

-Почему я узнаю об этом только сейчас? - демонстративно кивая, я пригласил своего аналитика-разведчика в кабинет.

-Сенченко, работает на Ристарха - холодно, отчеканил Алекс, в момент, когда я переступил через осколки, покоящиеся на полу - ваш отец, подкупил его.

-И насколько же Ристарх Морок оказался мелочным? -фыркнул я.

-Он купил доверие Сенченко за десять миллионов рублей - моё лицо искривилось в отвращении - ваш секретарь, точнее уже бывший секретарь, создал клевещущие на вас обвинения, но это всего лишь вишенка на торте, внутренний конфликт, который разразился на основе лживых сведений, привёл к тому, что муниципальные органы отозвали свои вложения.

-Этот старик действительно хочет со мной потягаться? - хмыкнул я - то есть, ты хочешь сказать, что кто-то из низов решил показать мне свои зубы?

-По словам, Сенченко, вы занимаетесь коррупцией, хищениями и незаконной деятельностью - лицо Алекса абсолютно ничего не выражает, однако его сморщенный лоб выдаёт его недовольство - эти обвинения вызывают во мне приступ смеха.

-Коррупция? Хищения? Незаконная деятельность? - переспросил я, насмехаясь над собственными словами - Думаю, если бы он знал, что это малое, чем я занимался в своей жизни, то решил бы заснять целый эпизод для телевидения - ухмыльнулся я.

-Это действительно в его стиле - согласно, кивая, подтвердил Алекс, потирая подбородок в задумчивом жесте - пять лет назад, как только вы вышли на биржу по торговле энергетических ресурсов, именно он дал интервью со словами...он мой сын, и всё, чего он сумеет добиться исключительно заслуга семьи, а... - помедлил Алекс, ну да, я предполагал, что именно на этом моменте образуется загвоздка, он знает что на этом интервью, говорилось о том, что их младший сын потенциальный наследник. Ристарх Морок совершил ход. Он объявил на всю страну, что его старший сын лишён всех привилегий. Он выставил себя в белом свете и окутал софитами, признавая мои заслуги своими. Он действительно не хотел, чтобы я показывался на люди, а уж тем более выходил на такой уровень. Всё чего он добивался всё это время - это поглощение...поглощение всего того, что я имел и имею на сегодняшний день. Моя станция - это центр тяжести, крупнейшая во всей стране, самое могущественное предприятие и ключевой противник того, кто всеми силами пытается меня уничтожить...меня...собственного сына - вы собираетесь наносить ответный удар? - перепрыгивая с темы, отчеканил Алекс.

-В этом нет необходимости, я не кусаю слабых собак покрытых ползучими тварями - мои глаза смотрят сквозь человека передо мной, в то время, как он внимательно наблюдает за каждым моим движением, жестом и словом - я, собираюсь избавиться от надоедливого кошмара, своими способами - ухмыльнулся я, переводя взгляд на Алекса - и тебе не стоит умалчивать - раздражённо, выпаливаю - это не в твоём стиле. Мой брат действительно первый на очереди, кто имеет право получить в наследство целое состояние - беспокоюсь ли я о своём предприятии и его дальнейшем будущем? Ни сколько - моей перспективой в ближайшем будущем никак не может стать оплакивание и рыдания в подушку - хмыкнул я - я сам отрёкся от всего, что касается тех людей и мне безразлично, как они планируют закапывать меня в землю - хватая, статуэтку со стола и замахиваясь в стену, я попадаю точно в цель...висящий над столом меч с одной из выставок первобытного оружия, слетает с полки и падает к моим ногам.

-Если вы, не собираетесь его утилизировать, то позвольте сделать это мне - великодушно, прикладывая руку к груди, произнёс Алекс, мы оба знаем, что это и чего нам стоило смотреть на него изо дня в день - у тебя всё ещё остался шрам? - отпуская фамильярность, вполголоса, поинтересовался он.

-Не думаю, что после такого ранения шрама может не быть - заключаю я, замечаю в лице Алекса враждебность направленную на меч, возлёгший у моих ног - моя голова настоящий булыжник - насмешливо, подметил я, наблюдая за агрессией в глазах Алекса.

-Прости - шепчет он - это слово из шести букв никак не изменит прошлого, но ты должен знать, что я был готов проститься с жизнью в тот момент - напоминает он, и на его лице появляется слабая улыбка, человек не выражающий эмоций улыбается мне...чёрт!

-Так хочешь умереть? - делая шаг на встречу к нему, спросил я - в тот день, Албанов был в дрозд пьян и скорее всего не забыл затянуться пару раз, и ты был готов умереть настолько жалкой смертью? Идиот! - не дожидаясь ответа, я продолжил - эти чёртовы правила, не позволяли нам перечить тому ублюдку - вспоминая былые времена, выпалил я. Около двадцати лет назад, как только я поступил сюда и возымел право распоряжаться своей силой, этот мудак усадил меня на запасную скамейку, но я то знал, зачем, и молчал. Моя сила и безмятежное желание крушить, пугала не только Албанова, но и всех остальных. Директор сам боялся того, что я мог совершить в приступе ярости и, что я мог сделать с ним. Поэтому со мной он вёл себя тихо и мирно, относительно... однако, Фил и Алекс не были столько кричаще настроены против того, что им проповедал тот ублюдок. Они выполняли свою работу и так же отменно служили тому отродью. Будучи в новом месте, я не был напуган или озадачен изменениями, а наоборот был в восторге от разрушенных границ. Когда мне дали в руки оружие, во мне словно отключился спасательный рычаг, я вышел из себя, и вышел из рамок, которые мне пытались навязать. Даже бывший директор ФСБ не был готов к такому...в его понимание, все - это его сторожевые псы, но я слишком долго был окутан мороком, чтобы снова пасть на колени.

-Умереть? - с придыханием, прошептал Алекс - да, я хотел покончить со всем, что упало на мои плечи, я хотел избавиться от этого надменного контроля со стороны человека, который искал утешение в чужой боли - выкрикнул он - разве, я не мог просто взять и умереть от его руки? Почему ты не позволил ему убить меня, Кристофер?! - прокричал, Алекс.

-Действительно, почему я это сделал? - потирая переносицу, поинтересовался я у самого себя - но по-видимому, я не ошибся, если бы ты хотел умереть, то давно бы уже воткнул себе нож в глотку или выстрелил в висок, смотря в зеркало с улыбкой на лице - вставая перед ним на расстоянии вытянутой руки, подметил я - ты не хотел умирать! Ты хотел избавиться от неизвестности, которая тебя преследовала, ты был готов свести счёты с жизнью чужой рукой, лишь потому, что сам не был готов лишиться всего в один момент - отчеканил я, наблюдая замешательство в его глазах - ты не хотел умирать, придурок - заключая, выпалил я.

-Ты никогда не хотел просто уйти? - задавая вопрос с самым безэмоциональным выражением лица, спросил Алекс.

-Уйти было бы слишком просто - чётко, произнося каждую букву,шикнул я - ты, чёртов бессердечный дровосек, не знающий применения эмоциям и чувствам, но ты всё таки разобрался, что действительно хотел сдохнуть, как чёртова псина? - рыкнул я, теряя самообладание, поднимая с пола этот чёртов меч - этот кусок дерьма, не стоит того, чтобы класть на кон свою собственную грёбанную жизнь!

-Но, ты же сделал это, ты же подставил свою спину, чтобы я смог выжить! - рыкнул Алекс, давая стальному тону полную свободу, будоража и сотрясая стены своей яростью и растерянностью - ты мог бы пройти мимо - импульсивно жестикулирую из стороны в сторону, разводя руки, выпалил он - проигнорировать его враждебный выпад - заводя руки за шею, потирая затылочную кость, делая нецелесообразные движения, буквально мельтешась и перешагивая с одной ноги на другую, вскрикнул он - не было ни дня, чтобы я не вспоминал твоё насмешливое и бесстрашное выражение лица, с которым ты принял удар предназначающийся мне и насколько ты был несокрушим, даже оказавшись под влиянием такого могущественного ублюдка, как Албанов - он отвёл глаза, словно стыдясь взглянуть в мои - ты не был мной и мне никогда не стать таким, как ты - вынося самому себе приговор, злостно, выпалил дровосек - глаза Албанова были направлены на меня, он смотрел на меня так, словно был готов вот-вот раскромсать мне череп и плюнуть в лужу с моей кровью - Алекс, прав, в глазах Албанова каждый из нас был мусором или же просто способом достижения цели, мы были ручными куклами, которые шли на верную смерть, лишь бы выполнить приказ вышестоящего - он хотел меня убить - на выдохе, признался он - но, ты не остался в том углу, ты не стал наблюдать за тем, как меня разрубят, на то, как надо мной будут измываться, ты выскочил из темноты и подставил свою спину - если бы, я не знал этого человека настолько хорошо, как знаю, то подумал бы, что он сейчас расплачется, но это не в его компетенции...он скорее выколет свои глазные яблоки, чем покажет слабость - как бы иронично это не звучало, но твоя спина не пострадала - с долей усмешки, произнёс Алекс - твоя голова - его выражение лица покрылось пеленой беспомощности, он винит себя, он измучен....измучен своей собственной виной...этим чёртовым чувством грёбаной вины. Чёрт! - он замахнулся на меня, он хотел ранить меня, хотел ударить, хотел моей смерти, хотел убрать меня с дороги, хотел избавиться, хотел задеть меня - повторяя случившееся, как на репите, тараторя свои воспоминания, процедил Алекс, сохраняя холоднокровие в полном ярости тоне - он должен был рассечь моё лицо, но ты заслонил меня, заслонил своей спиной и огрёб по темечку - на моих глаза самый сдержанный человек, разрушается на мелкие кусочки от собственного эпицентра эмоций, он не умеет контролировать то, что никогда не чувствовал - в глазах бывшего директора, царил хаос полная туманность и неразбериха он был обколот, обкурен, а может и вовсе на последней стадии наркотического опьянения - Алекс сократил между нами расстояние и схватил меня за шиворот рубашки, тряся изо всех сил, словно от этого зависит вся его жизнь - ты был с ним всё то время, он не смел и пальцем тебя коснуться, он знал, что ты можешь ответить ему, но не я.... - бешеная сила в руках Алекса, удерживала шиворот моей рубашки в ежовых рукавицах, в надежде вытрясти из меня всё внутри содержащиеся - я не мог, дать ему отпор, я не смел сделать этого, потому что считал себя недоумком, не способным кричать, когда падаю и не способным расплываться в чёртовой улыбке, вызывающей на лицах людей ответную радость - изнывающий тон в его голосе заставил мой глазной нерв дёрнуться в изумлении - я никогда в своей жизни, не хотел иметь смысл и никогда его не искал, я просто продолжал делать то, что приносит доход и позволяет выплёскивать всю ярость... - его голос резко надламывается,а в глазах читается явный след... след от прошлого, нанёсший непоправимый урон - я не способен чувствовать боль, влюблённость, для меня даже изменения температуры в воздухе не имеют значения, мне не привыкать к тренировкам на морозе - 42 градуса без экипировки и надлежащей верхней одежды, мне не привыкать к тому, чтобы во мне видят циркового пса, приносящего кость по первому зову, я переживу, если закончу, где-то на отшибе...но я не переживу, если ты, ещё хоть раз проявишь безрассудство, прикрывая меня своим телом, Кристофер!

-Если ты, хочешь ударить меня, сделай это - не разрывая зрительный контакт с вышедшим из себя, Алексом, вполголоса, вымолвил я, тут же привлекая его внимание - я знаю, что такие люди, как мы только и могут, что бить, когда становится невмоготу, когда хочется выть от реальности и скрести сырую землю от разрывающего изнутри ощущения гниения всего живого - ударь меня, Алекс - прошептал я, и он сразу же перестал трясти меня за шиворот, расплываясь в полном шоке - видишь, ты в силах контролировать то, что чувствуешь, ты услышал мой голос даже через баррикаду собственных страданий воющих в голове, ты не недоумок, ты идиот - усмехнулся я - прекрати лгать всем, что ты ошибка - роняя на пол кусок металла, теперь настала моя очередь, хвататься за его шиворот, притягивая к себе на пару сантиметров, ощущая точечное дыхание на своём лице - ты обладаешь силой, неординарным подходом к окружающему миру, не ища в нём смысл, а лишь сражаясь за свою правду, ты волен распоряжаться своим выбором, как тебе угодно, тебе не зачем быть таким, как я или кто либо ещё. Ты - это ты и этого достаточно для того, чтобы твоя жизнь была преисполнена всем, чего ты желаешь, даже если это безразличие ко всему живому и грёбаной жизни.

-Отдай мне его - опуская глаза в пол, указывая на упавший между нами меч, вполголоса, произносит он - я хочу забрать его и сохранить - моё тело произвольно напрягается, ожидая последующий припадок ярости со стороны измотанного мужчины, вернувшего холодное и сдержанное выражение лица в считанные секунды - я не стану утилизировать это дерьмо - прошипев сквозь зубы, признаётся он, заставляя меня подозрительно взглянуть на его ухмылку, поднимая с пола и протягивая ему предмет, сковывавший его изнутри долгие годы - тебе не стоит беспокоится о последствиях - сжимая рукоять в руках, монотонно цедит он, не позволяя разобрать его намерений - кажется, ты был занят до того, как я вломился в кабинет - слабо, усмехаясь, произнёс он - как только, ты будешь готов нанести удар по принципиальности своего отца, знай - не выражая ни единой эмоции, оглядываясь по сторонам, словно ища точку соприкосновения с реальностью, молвит Алекс - я буду тем, кто не смотря ни на что, останется на твоей стороне и плевать я хотел на мораль. Я всегда буду выбирать твою сторону, чёртов Морок - похлопывая меня по плечу, сотрясаясь от грудного смеха, заключает он.

-Я ненавижу пустые слова, Алекс и ты это знаешь - грозно, чеканя в ответ, выпалил я - нет необходимости в демонстративной почтительности ко мне - глядя прямо в его глаза, произнёс я - просто, не потеряй самого себя в попытках выкарабкаться из собственных мыслей - делая шаг назад, процедил я - постарайся, не заставить меня сомневаться в тебе. И не говори громких слов, лучше делай грохочущие поступки, чтобы я мог, даже без возможности слышать, понять тебя и твою силу слов - обходя следы разгрома, я возвращаюсь к изучению документации, замечая периферийным зрением поклон дровосека и беззвучный уход.

Кабинет наполнился тишиной. Оглушающей тишиной, давящей на уши, сковывающей пространство вокруг, создавая впечатление того, что стены сжимаются. Бегающие перед глазами буквы и цифры смешались в единый сгусток информации. Способность воспринимать, что либо покинула меня так же быстро, как и состоянии умиротворения. Осознание того, что мой чёртов отец, играет со мной в грязные игры, никак не трогает меня и не возмущает, потому что с самого моего начала я был уверен в том, что он не отстанет от меня просто так, в его полномочиях есть один важный и незаменимый пункт и - это план по уничтожению собственного сына. Трудно представить меня и Ристарха, сидящими за одним столом, выслушивающими друг друга без презрения в глазах и колкостей в стороны друг друга. Мой нечестивый отец - это руководящее лицо, человек, которому подчиняется не малое количество людей, придерживающихся его мнения и позиции. За его спиной есть знающиеся люди, имеющие вес в министерстве государственных корпораций. Они вполне могут, нашептать вышестоящим о моих сомнительных провокациях, так и не явившимся на свет. Они наплетут, что угодно лишь бы подлизаться к такому человеку, как Ристарх. Возможно, он и имеет некую власть в узких кругах, и парочку подсадных уток подаренных мне за благую душу, чтобы наблюдать за своим любимым старшим сыном и не упускать из виду ни одного факта, который мог бы стать моей погибелью. Он нацелен уничтожить меня, мой бизнес и доказать мне мою собственную безнадёжность. Однако, я слишком долго скрывался от его слежки, с одной единственной целью, чтобы показаться ему на глаза совсем другим человеком. Ни тем маленьким и беспомощным сосунком, а выходившим самого себя, Кристофером Мороком - владельцем ведущего рынка в области энергетических ресурсов и новоявившимся директором Федеральной службы безопасности. Ристарх и Малика Морок были единственными, кто не знали, что я встал в ряди ФСБ. Амир же всё это время, думал, что я только владелец промышленного предприятия, даже не догадываясь, что я имею работу в роли карателя человеческих жизней и являюсь палачом....чудовищем в человеческом обличии. Когда я начинаю ощущать пустоту внутри и желание оказаться в правильном месте, на ум приходит только один человек. Та, с которой я снимаю перчатки, та, что боготворит мои изъяны и та, что восхваляет мою испорченность, словно дар.

-Принцесса, я хотел услышать твой голос - набирая в лёгкие побольше воздуха и расправляя плечи в блаженном спокойствии, произношу я, наслаждаясь размеренным дыханием по ту сторону трубки.

-Ты в порядке? - лёгкая тревога в её голосе, заставила меня подавить вырывающуюся наружу глупую улыбку.

-Я в полном порядке, Принцесса, ты уже закончила?

-На часах уже пол пятого вечера, конечно я закончила - с укором, выпалила Амалия - я успела заехать в свой бойцовский клуб и провести пару спаррингов, а ещё... - помедлив пару секунд, она всё же продолжила - я связалась с Фионой.

-Принцесса, думаю нам стоит сходить в ресторан, чтобы обсудить все насущные дела - нам с Амалией действительно необходимо проводить больше времени вдвоём, из-за накопившейся документации и дел, которые нужно разгребать за бывшим полоумным директором, я не могу вдоволь насладиться обществом своей любимой искусительницы.

-Платья, которые ты мне накупил, ждут выхода в свет сильнее меня - хмыкнула она - но, я пожалуй откажусь - заставляя меня выпрямиться в спине, произносит Амалия.

-Если проблема в том, что тебе не нравятся платья, то я куплю новые и любой бутик, на котором задержится твой взгляд, только скажи и я всё сделаю - в трубке слышится слабый смешок и я предательски расплываюсь в улыбке.

-Тебе напомнить мою фамилию, Крис? - усмехается она - я имею достаточно средств, чтобы купить целый торговый центр с брендовыми бутиками и стоянкой, на которой в сумме наберётся около шестнадцати миллиардов рублей , а ты предлагаешь мне себя в качестве ходячего кошелька?

-Амалия Верховцева, я осведомлён о ваших счетах, но ничего не могу с собой поделать, а точнее с желанием вносить свой вклад в ваше совершенное существование - не скрывая своих намерений, произношу я.

-Кристофер Морок, не могли бы вы, перестать льстить мне - дразня, выпаливает Амалия - твой слащавый тон и жалкие попытки вывести меня на эмоции окончательно и бесповоротно провальны, как и всегда - снисходительно, произносит Принцесса.

-Миледи, вам не стоит так грубо отзываться о моей зависимости вами - содрогаясь в плечах из-за вырвавшегося наружу смеха, вымолвил я - Принцесса, я готов положить к твоим ногам сотни человеческих тел, лишь бы ты не накололась на злосчастную ветку по дороге ко мне. Твоя боль - моя боль, твоё счастье - это моё счастье. И грёбаные деньги - это не предел того, что я к тебе чувствую. Да, ты богата и ты имеешь возможность оплатить всё, что тебе заблагорассудится, но рядом со мной тебе нет никакого смысла проявлять свою самодостаточность и произносить чёртово слово я сама. Кто я по твоему, Принцесса? - не давая ей, ответить, я продолжая чеканить каждую фразу, что рвётся из моего нутра, вынуждаю моего маленького воина, отпустить свою самостоятельность в моём присутствии - Я тот, на кого ты можешь положиться, я тот кто без раздумий станет твоим донором при необходимости, я буквально горю желанием прикасаться к тебе каждый миг и слышать твой голос, даже на расстояние. Мне хочется, запечатлеть твой образ в своих глазах, вытатуировать твои небесные глаза на своей роговице, чтобы наслаждать каждый чёртов день. Так в чём же причина такого явного и бьющего меня под дых отказа?

-К сведению, я работаю - звучало, как отворот поворот - я получаю деньги за то, что калечу людей - с едким осадком в голосе, выпаливает Принцесса пытаясь показаться равнодушной, её мало волнует чужая боль, но расставание с человеком, которого она смогла назвать папой за долгое время сказалось на ней хоть и не столь явно, а тот факт, что бойцовский клуб - это детище её отца осаждает её детские воспоминания.

-Ты действительно хочешь продолжать? - по ту сторону послышался слабый вздох и я без слов понял, что она не желает отказываться от прошлого от того, что когда-то сломало в ней маленькую голубоглазую малышку и превратило в восставшую из пепла птицу Феникс. Амалия, заслуживает небо, она заслуживает вечность.

-Крис, я не против того, что ты безумно по мне скучаешь, но повторюсь ещё раз и последний, я не собираюсь становится трофейной невестой, стоящей у плиты с утра до вечера, хоть я и не против баловать тебя вкусностями...иногда - насмешливо дополнила, Принцесса - мой выбор пал на самореализацию, и мне плевать, если я нашла себя в боях без правил или в эмпатии к боли, которая позволяет мне оставаться живой и продолжать чувствовать грёбаный мир.

-Моя, Принцесса, назвать то, что я к тебе чувствую простым словом скучаю - безнадёжно, вздыхая, произнёс я - было слишком опрометчиво - усмехнулся я, представляя то, как её голубые глаза переливаются на свету сменяя голубизну в бирюзовый отлив и то, как прелестно они смотрятся под лунным светом, сливаясь с мерзлотой, заполняясь холодным переливом, отдавая серо-голубым. Её превосходные глаза - это настоящая пучина удовольствия, в которую я готов смотреть каждый миг своей жизни - не хотелось бы в очередной раз доказывать тебе обратное -ухмыльнулся я.

-Крис, признайся честно, что случилось? - в миг мои глаза расширяются до размеров пяти копеек - не думай, что у меня нет глаз и ушей. Я владею информацией, которая когда-то может стоить мне жизни, потому что каждый человек вовлечённый в преступность обязывается хранить кодекс своей семьи, но не каждый в силах устоять перед искушением лёгких денег. На моём пути оказывалось не мало таких стервятников, зовущих себя преданными псами, вонзающими нож в спину, даже не имея гарантии на собственный исход. Они погибали из-за собственной самоуверенности и веры в других, веры в счастливый конец. Я же, не из тех кто станет опираться на чье-то плечо, даже имея на руках расписку о линчевании при попытке ослушаться или предать. Мне важно знать, что с тобой, иначе даже моя сила и власть не сумеют утихомирить моё бьющееся, как молот по наковальне сердце.

-Я в заднице, Принцесса, я в полном дерьме, из-за того, что заставил моё Высочество беспокоиться. Тебе не стоит думать об этих пустяках - отшутился я, прекрасно понимая, что этих аргументов чертовски недостаточно, чтобы остановить наплыв её расспросов - мой, отец играет в грязные игры, рассчитывая на свою фан базу из парочки акционеров и связей с дедовским поколением, стоящим во главе Министерства, ни тебе, ни мне не следует заморачиваться. Вот увидишь, я замурую его самодовольство и принципиальность в бетон, под палящим солнцем, а перед перед тем, как оказаться в замкнутом пространстве, я позабочусь о том, чтобы он успел наглотаться жидкого бетона и уйти с преисполненным желудком, это лимит моей заботы о его пищеварении.

-Твои метафоры - это настоящий предел моих фантазий - хмыкает Принцесса - тебе не идёт быть патологоанатом, оставайся всё тем же, чертовски привлекательным ублюдком, заставляющим меня дрожать и не только от будоражащего предвкушения - усмехается Амалия.

-Всё, что пожелаешь, Принцесса, если это был приказ, то я не стану карать своего отца, а лишь преподам ему урок - сжимая кулаки до бледных костяшек, выпаливаю я, стараясь сохранять спокойствие и не выдавать приступ ярости, напутствующий моему гневу.

-Вот и договорились, встретимся вечером.... - замешкавшись, она всё таки произнесла это слово и и меня словно парализовало в блаженстве - у нас дома в уютной обстановке без лишних глаз и ушей - прошептала Принцесса делая меня самым счастливым чудовищем во Вселенной, бросая трубку.