39
Тэхен шёл по крепостной стене. Он впервые видел такое количество нежити. Их было так много, что они буквально сталкивали своих же с обрыва. А те, которые упали, пытались ползти по скалам и по телам своих невезучих родственников. И внизу их становилось всё больше. Скоро они действительно смогут добраться до стен и башен. Клацанье жвал, клёкот и свист сливались в один чудовищный гул. Арбалетные стрелы отскакивали от прочных хитиновых пластин на телах тварей, а если удавалась найти незащищённые места, не приносили значительного вреда. Стражи, на лицах которых было написано беспокойство и сдерживаемый страх, при виде правителя становились спокойнее. Они увереннее сжимали оружие и прямо смотрели на противников. Стоило Тэхену пройти рядом, как спины выпрямлялись, а голоса и команды становились громче и чётче.
-Они исцеляются, - разочарованно сказал кто-то из стражей, опустив арбалет, когда правитель остановился рядом.
-Амулеты работают? – спросил Тэхен.
Чонгуку всё же удалось укрепить заклинаниями камни, так что в амулетах теперь было несколько зарядов.
Стаж молча показал железный дымящийся кругляш – вместо камня было чёрное пятно.
Со стороны южной башни донеслись крики: там нежить уже сумела добраться до крепостной стены.
-Если не отбросим их, вскоре они доберутся до города, - обеспокоенно заметил пожилой страж с золотой нашивкой на рукаве. Знак командира сотни.
-Опустите мост, - приказал Тэхен. – Решётку не поднимать. Десять лучших бойцов с копьями ко мне.
-Десять смертников? – проворчал страж. К счастью, правитель не обратил на это внимания.
-Выбери два отряда, пусть спустятся по воде и нападут на нежить с флангов, пока мы их отвлекаем. Мы отбросим их от стен.
Мост опустился с жутким лязгом. Твари на берегу радостно взвыли, устроив давку за лучшие места.
-Твари ядовитые, - предупредил Тэхен своих людей. – Не давайте им к себе прикоснуться.
Они спустились по верёвочной лестнице и встали у решётки, которая перекрывала путь в город. Первую волну тварей тут же приняли на копья: ширина моста не позволяла восьмилапым развернуться, сзади напирали свои же. В итоге, первые нападающие с пронзительным визгом посыпались вниз. Нежить не отличалась сообразительностью: увидев желанную добычу так близко, они со всем возможным рвением устремились на мост. Сверху их поливали градом стрел, у решётки встречали копьями.
-Когда-нибудь их станет меньше! - попытался перекричать шум один из маркатов.
-Слабо в это верится, - ответил ему другой, с трудом отбрасывая от себя тяжёлую тёмную тушу. На досках от неё осталась зеленовато-чёрная слизь.
Рядом вспыхнуло, послышался грохот и визг. Часть амулетов ещё работали. Запахло палёной плотью, а поток тварей на время иссяк. Но по мосту уже бежали, быстро перебирая мохнатыми лапами, новые пауки.
Тэхен краем уха прислушиваясь к словам своих людей, молниеносно пригнулся, пропуская над головой удар мохнатой лапы, увенчанной массивным когтем. Рыжая коса ударила его по спине, а ноги уже бросили легкое тело вперёд, под незащищённое брюхо паука: панцирь здесь был совсем тонкий, мягкий и покрытый редким пушком. Копьё прошило тушу насквозь, а по ушам ударил нечеловеческий свистящий вопль. Тэхен навалился на противника всем телом, и, зарычав от напряжения, сбросил бьющегося в агонии паука с моста.
-Вперёд! – приказал Тэхен. – Тесните их с моста.
Древко копья стало скользким от слизи, и он покрепче перехватил его, направив вперёд. Новые пауки уже бежали к ним, не боясь смерти.
***
Жуткий первобытный страх сковал тело, сжимая сердце невидимой холодной рукой. Страх за детей стал столь сильным, что Лисе хотелось выть, но она не могла произнести ни звука. У Жнеца не было глаз, но смотрел на неё, медленно выворачивая душу наизнанку.
-Великий! – колдун тяжело рухнул на колени. – Вот мой дар, тот, который ты так жаждал. Прими его!
Маг смотрел чуть левее и ниже того места, где находился воплощённый бог. Лиса поняла, что старик не может видеть того, кому так усердно молился. Зато она прекрасно видела, как существо медленно повернуло голову, обратив свой жуткий взор на своего прислужника.
Цепи, которые удерживали руки девушки, ожили, потянув выше. Лиса попыталась сопротивляться, понимая, что они сейчас её потянут прямо к алтарю. К этой страшной дымной фигуре, к холодному гранитному камню, который пропитала кровь многих жертв.
Жнец снова посмотрел на принцессу. На миг Лисе даже показалось, что она видит что-то под его капюшоном. Что-то живое и шевелящееся. От этого сознание, и так подстёгнутое страхом, едва не покинуло её. По губам и подбородку потекло горячее, попало в рот. Принцесса ощутила металлический привкус собственной крови. Она чувствовала холодный взгляд почти физически, как он, словно лезвие ножа скользит по телу, надолго останавливается на округлившемся животе. Она инстинктивно рванулась, желая прикрыться. Цепи держали крепко.
И тут Лалиса услышала голос тёмного бога, заставивший её замереть. Пробирающий до костей, чуждый этому миру, шёпот. Он произнёс только одно слово, от которого принцесса оцепенела:
-Неинтересно...
Колдун ещё только открывал в изумлении рот, а дымная фигура уже таяла и истончалась. Потусторонняя сила ускользала, растворялась, расползалась тенями по углам и трещинам. Цепи ослабли, снова став обычным металлом.
-Не оставляй меня! – тонко взвыл колдун и его голос многократным эхом отразился от стен. – Только не сейчас! Ты обещал мне награду!
Лалиса смотрела на этого старика и не могла поверить, что из-за него она не спала ночами, столько боялась. Вот он, её кошмар?
Неожиданно для самой себя девушка расхохоталась. И в то же время из глаз потекли слёзы. Лиса смотрела в шокированные бледные глаза старика, которые постепенно заполняла ярость, смеялась и не могла остановиться.
А потом на неё вдруг навалилась чудовищная усталость, сделав руки и ноги ватными. А глаза сами собой закрылись.
---------
Когда твари сообразили, что на них напали с флангов и рассредоточились, Тэхен с бойцами уже ступили на твёрдую землю. Здесь обороняться стало сложнее: пауки окружили их почти со всех сторон, и маркатам пришлось занять круговую оборону. С флангов доносились вопли, лязг металла и вспышки заклинаний. Трупы нежити образовывали целые баррикады, которые источали вокруг отвратительный запах мёртвой плоти.
У Тэхена от этой вони едва не слезились глаза. Но это было лишь досадной помехой. В крови бурлил азарт смертельного боя. Он отпустил своего зверя, дал ему полную свободу и волю. И тот убивал. Снова и снова. С удовольствием, с яростью, упиваясь болью и смертью врагов. Каждый побеждённый противник немного заглушал тяжелый страх, прятал его глубже. А чувство свободы заполняло сознание. Он двигался так быстро и ловко, что это напоминало танец. Он знал, что за ним его люди, что они видят его со стен. Он знал, что его сражение воодушевляет их. И чувствовал их признательность и поддержку. Не раз метко направленная стрела из арбалета отбрасывала пауков, если те нападали на правителя сзади, давая время расправится с ними. А их, несмотря на многочисленные трупы, казалось, не становится меньше.
Так продолжалось бы и дальше. Если бы Тэхен не услышал за спиной крик. Полный боли и отчаяния: резко обернувшись, оборотень увидел одного из своих стражей. Тот посмотрел на правителя, немного растерянно и как то удивлённо, а потом рухнул на колени, хватая руками собственные внутренности.
Правитель не знал его лично. Но это был его человек, он сражался за него. Страж был молод, его ждала долгая и счастливая жизнь. Красная пелена повисла перед глазами, верхняя губа поползла вверх, обнажая совсем не человеческие клыки. Тэхен развернулся навстречу убийце, вращая копьё. Этот паук был крупнее своих сородичей. А панцирь на брюхе и на спине был ржаво-красным, как запёкшаяся кровь. Мелкие глаза блестели, как влажные рубины.
Наконечник копья со скрежетом встретился с длинным когтем, оставив на нём только несколько зазубрин. Паук низко зашипел, клацнув жвалами. Он не спешил нападать. Танцевал на месте, не давая оборотню обойти себя и не подпуская ближе. Ещё чей-то жуткий крик стегнул марката словно раскалённая плеть: он рванулся вперёд, в последний момент скользнув на землю, прокатился под брюхом противника, вскочил, готовый развернуться и взвыл от обжигающей боли: паук слишком стремительно повернулся следом и вскользь задел его: коготь вспорол кожаную куртку, рубашку и кожу под ними. Тэхен всё же успел выставить копьё, а противник не сумел вовремя затормозить и сам напоролся на древко, обдав оборотня зловонным дыханием.
Правитель с трудом вытащил завязшее оружие. Наконечник с чавкающим звуком вырвался из плоти, забрызгав землю слизью и темной кровью. Между лопатками жгло всё сильнее: ядовитый жар быстро расползался по спине, переходя на плечи и руки. Тэхен пошатнулся, мотнул головой, стараясь сбросить дымку, которая застилала взгляд. Сквозь неё он видел искажённые тёмные силуэты. Они обступали его со всех сторон, и быстро приближались. Правитель обернулся, схватившись за голову, потому что земля стремилась поменяться с небом местами. Никого из стражей рядом не было. Только один из них, мертвый, был погребён сразу под двумя трупами нежити.
Ноги подвели его, и он тяжело упал на колени, виски тут же отозвались глухой болью. Красные вспышки расцвели перед глазами. Тэхен прижал руку к груди: под рубашкой угадывался тёплый металл. Родовой амулет, с которым он почти никогда не расставался. Пальцы стали непослушными и с трудом вытащили тяжёлый оберег через ворот рубашки. Пусть послужит в последний раз, исполнит то, для чего был предназначен.
Тэхен прищурился, пытаясь разглядеть нежить, которая подобралась совсем близко. Силуэты двоились и множились, от движения огромного количества лап закружилась голова. Маркат усмехнулся и с силой вдавил амулет в землю, кроша вставленный в него камень. Упругая волна магии стремительно вырвалась на свободу. Правителя отбросило далеко назад, а удар о землю погасил сознание.
Но самое важное уже было сделано: разрушительная волна прокатилась по земле, заставив её дрожать. Твари остановились, испуганно замерли. Как и защитники города, те, что были ещё живы и удерживали фланги, хотя им и приходилось постепенно отступать под постоянным натиском.
Волна покатилась дальше, задрожали верхушки столетних елей, с криками поднялись птицы над лесом.
Не все легенды, которые передавали родители детям из поколения в поколение, были просто легендами. Часть из них была правдой. Давно забытой, обросшей небылицами, недоверием и превратившаяся в сказку. Как и история про каменных великанов, которые уснули на века.
Только братья знали, насколько легенда правдива.
Рокот, донёсшийся из-за леса, был похож на далёкий удар грома. Или на звук расколовшейся скалы, в которую ударила молния. За ним пришёл тяжкий стон ломающихся деревьев: они падали одно за другим, под напором кого-то невидимого, но, несомненно, огромного.
-Отступаем! – в панике закричал кто-то из маркатов, когда по земле снова прошла дрожь, на этот раз она вернулась из-за леса. – За стены, быстрее!
Стражи бросали оружие, кто-то пытался тащить на себе раненых. Те, что остались на стене, опустили арбалеты, впервые увидев то, о чём матери рассказывали детям, коротая длинные зимние вечера у камина.
Из леса, руша всё на своём пути, показались странные существа. Их было двое: их тела состояли из огромных валунов горной породы, при движении они издавали низкий рокочущий грохот, плечи и головы, которые едва угадывались, покрывал зелёный мох, а кое-где цеплялись за камень и тонкие деревца.
-Это ещё что за напасть?! - командир сотни протёр глаза. – Фам, - он грубо ткнул рядом стоящего молодого стража, который смотрел за стену, открыв рот, - ты тоже это видишь, или мои глаза внезапно настигла старость?
-А? – не среагировал на тычок подчинённый.
-Это каменные големы, - ответил ему другой голос, женский.
Атара стояла, опираясь на клюку, и с усмешкой смотрела на проснувшихся великанов.
-Так это ж сказки! - очнулся тот, кого назвали Фам.
-Ну, полюбуйся, раз сказки, - травница улыбнулась шире.
Великаны тем временем выбрались из леса. Двигались они довольно медленно, но нежити была так много, что твари то и дело оказывались прямо под ногами големов. К тому же, они метались в панике, от страха неспособные даже бежать в правильном направлении. Свои давили своих же, а каменные великаны наступали на тех, кто пытался убежать и спрятаться в лесу. Дрожали даже камни, из которых была сложена крепостная стена. На одной из башен провалилась крыша.
-Вот так да! - рассмеялся командир, - Этак они всех тут растопчут.
-Дурень, - Атара неожиданно больно ткнула его палкой под рёбра. – Правитель где?
-О пресветлая! – испуганно выдохнул Фам, - Я последний раз видел его вон там. – Он указал рукой направление.
-Ничего не вижу, кроме трупов, - резко посерьёзнел командир. – Точно там его видел?
-Точно.
-Отправляй своих ребят, - потребовала травница. – Эти увальни всё там с землёй сравняют, не разбирая.
Твари с визгом метались по берегу, зажатые меж двух огней: с одной стороны наступали великаны, с другой была смертельная для них вода. Кому-то всё же удалось добраться до ельника, и они исчезали стремительно, судорожно перебирая лапами и скрываясь в тени.
-Фам, и вы двое, - командир указал на соседних стражей, - со мной! Давайте парни, кто первый найдёт правителя, получит годовое жалование!
Они сбросили верёвку и спустились на мост. Бегом бросились к тому месту, куда указывал Фам. Пауки, к счастью, не обращали на маркатов никакого внимания, у них появился противник посерьёзнее.
-Вон он! – закричал Фам что есть силы, замахал рукой. Он первый добежал до нужного места и увидел Тэхена, лежащего на земле. На нём громоздился мёртвый паук. Молодой страж уперся руками в зловонную тушу, пытаясь сдвинуть её с места. Ноги заскользили в мокрой от крови земле.
-Давайте парни, помогите. Взялись разом, - подоспел командир с остальными.
Совместными усилиями они сдвинули паука.
-Он живой? – спросил кто-то из маркатов. За что и получил сразу подзатыльник от главного.
-Ерунды не болтай. Не слышишь, сердце бьётся? Берите его и бегом к воротам. Эти каменные чудища уже совсем близко.
Оглушающий грохот подтвердил его слова. До ворот добрались, подгоняемые криками со стены. Решётку для них уже приподняли, пропуская стражей внутрь, в безопасность.
Командир передал правителя подбежавшим стражам, прислонился к стене и устало вытер лоб. Справились.
Когда великаны добрались до моста, живых тварей на берегу уже не осталось. Воины на крепостной стене замерли, с трепетом глядя на ожившую легенду, и гадая, что эти существа сделают дальше? Не решат ли напасть на город?
Но опасения были напрасны. Едва один из големов вступил на мост, как сила, которая удерживала камни вместе, исчезла. Огромные валуны рассыпались, лишившись всякой жизни. А за ним и второй великан распался, превратившись в гору огромных, но самых обычных камней.