Между приливом и отливом

Белый потолок с флуоресцентными лампами медленно проступал из тумана. Ари моргнула несколько раз, пытаясь сфокусировать взгляд. Голова была тяжёлой, словно набитой ватой, а во рту стоял металлический привкус. Она попыталась пошевелиться и тут же застонала от острой боли в левом боку.

В кресле рядом с кроватью сидел Рейф, склонив голову на грудь. Он спал, но сон был беспокойным – брови нахмурены, губы плотно сжаты. На его футболке были тёмные пятна, которые Ари с ужасом опознала как засохшую кровь.

– Рейф? – прошептала она, голос был хриплым и слабым.

Он мгновенно открыл глаза и выпрямился, лицо озарилось невероятным облегчением.

– Ты очнулась, – он осторожно взял её за руку. – Боже, Ари, ты очнулась. Как ты себя чувствуешь?

Ари попыталась сесть, но боль в боку была нестерпимой.

– Больно, – призналась она, оглядываясь по сторонам. Белые стены, запах антисептика, капельница в руке. – Где мы? Что случилось?

– В больнице в Эс-Сувейре. Ты не помнишь? – Рейф наклонился ближе, его глаза искали в её взгляде признаки памяти. – Грофф ударил тебя ножом.

Воспоминания нахлынули постепенно, как мутная вода. Развалины, статуя, корона в руках Джей-Джея. Грофф с ножом, его лицо, искажённое яростью.

– Джей-Джей! – она попыталась резко сесть и снова застонала. – Он хотел убить Джей-Джея!

– Тише, тише, – Рейф осторожно уложил её обратно на подушки. – Джей-Джей в порядке. Ты его спасла. Все живы.

– А корона? Мы же нашли корону...

– Грофф забрал её, – мрачно ответил Рейф. – Исчез, пока мы тебя сюда везли.

Ари закрыла глаза, чувствуя тяжесть поражения. Все эти приключения, опасности, жертвы – и всё напрасно.

– Сколько я была без сознания?

– Три дня, – Рейф сжал её руку сильнее. – Операция прошла хорошо, врачи говорят, ты поправишься.

В его голосе было что-то странное, какая-то скрытая боль, которую он пытался не показать.

***

В палату вошёл врач – высокий мужчина лет пятидесяти с седеющими висками. Он держал планшет с результатами анализов и выглядел серьёзно.

– Мисс Эйвори, как вы себя чувствуете? – спросил он на английском с заметным акцентом.

– Лучше, – ответила Ари, хотя это было не совсем правда.

– Операция прошла успешно. Нож повредил только мягкие ткани, никаких жизненно важных органов. Рана заживёт, шрам будет небольшой.

Ари кивнула. Рейф сидел рядом с кроватью, держа её за руку. Его глаза были красными, лицо осунувшееся.

– Мисс Эйвори, – врач бросил осторожный взгляд на Рейфа, который сжал её пальцы крепче, – из-за травмы, шока и значительной кровопотери... к сожалению, беременность была прервана. Мне очень жаль.

Слова повисли в воздухе как физическая тяжесть. Ари уже знала – по лицу Рейфа она поняла это ещё в тот момент, когда очнулась и увидела его слёзы. Но услышать это вслух было невыносимо.

Она закрыла глаза, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Все те недели, когда она мучилась от тошноты и старалась это скрыть. Все планы рассказать Рейфу, когда они наконец вернутся домой после всей этой истории. Все мечты о будущем, которые она прятала глубоко в сердце.

– Вы были на раннем сроке, – продолжал врач мягче. – Физически вы полностью восстановитесь. Но если потребуется психологическая поддержка, мы можем организовать...

– Спасибо, доктор, – хрипло произнёс Рейф. – Мы... мы справимся.

Врач кивнул и тихо вышел из палаты.

Как только дверь закрылась, Ари разрыдалась навзрыд. Рейф осторожно наклонился к ней, обнимая так бережно, словно она могла рассыпаться от одного неловкого движения.

– Прости, – всхлипывала она. – Прости, что не сказала раньше. Я хотела дождаться, когда мы вернёмся домой, когда всё это закончится...

– Тише, – шептал он ей в волосы. – Не надо извиняться. Я понимаю, почему ты ждала.

– Я думала, что у нас будет время, – Ари цеплялась за его рубашку. – Думала, что после всего этого безумия мы сможем спокойно поговорить, спланировать... А теперь...

– Это моя вина, – голос Рейфа дрожал. – Я должен был лучше защитить тебя. Должен был остановить тебя от этой глупости с Гроффом.

– Нет! – резко подняла голову Ари. – Это не твоя вина! Я сама выбрала спасти Джей-Джея. Я знала, что рискую, но не могла позволить ему умереть.

Рейф прижал лоб к её лбу, их слёзы смешались. В тишине больничной палаты звучали только их всхлипы и слова любви, которые теперь были пропитаны болью и утратой.

***

В коридоре у палаты стоял Лиам, прислонившись спиной к стене. Он слышал каждое слово, каждый всхлип своей сестры, и сжимал кулаки до боли.

Он закрыл глаза, стараясь взять себя в руки. Ари нужна была его поддержка, а не самобичевание.

В приёмной на пластиковых стульях сидели остальные живцы. Джей-Джей держал голову в руках, Киара сидела рядом, положив руку ему на плечо.

– Она спасла мне жизнь, – монотонно повторял он. – А я даже не среагировал. Просто стоял как идиот.

– Джей-Джей, хватит, – мягко сказала Киара. – Всё произошло за секунды. Никто не мог предугадать, что Грофф...

– Мог, – перебил её Джон Би, сжав челюсти. – Мы все знали, что он опасен. Надо было быть готовыми.

Сара сидела чуть в стороне, инстинктивно держась за живот. После того как узнала о беременности Ари, она не могла перестать думать о своём ребёнке. Страх за будущее малыша смешался с состраданием к подруге.

– Мы найдём его, – тихо, но твёрдо сказал Джон Би. – Найдём Гроффа и заставим заплатить за всё.

Поуп молча пролистывал карты на телефоне Лиама, изучая возможные маршруты бегства. Клео просто сидела рядом с Сарой, её присутствие было молчаливой поддержкой для всех.

Внезапно плач в палате стих, и они услышали голос Ари, слабый, но полный решимости:

– Рейф, я хочу найти Гроффа. Я хочу, чтобы он заплатил за всё, что сделал.

***

Лиам тихо постучал в дверь и заглянул в палату. Ари лежала на подушках, бледная, но с горящими глазами. Рейф сидел рядом, держа её за руку.

– Можно войти? – спросил он.

Ари кивнула, и он осторожно подошёл к кровати. Теперь она могла рассмотреть брата получше. Он изменился – стал взрослее, жёстче. На лице был небольшой шрам, а в глазах усталость человека, видевшего слишком много.

– Лиам, – её голос дрожал. – Ты действительно здесь.

Он осторожно обнял её, стараясь не причинить боль.

– Прости, что не пришёл раньше, – прошептал он. – Прости за всё.

Ари отстранилась и внимательно посмотрела на него.

– Где ты был все эти годы? – главный вопрос, который мучил её с тех пор, как он исчез. – Почему ты просто ушёл? Почему не взял меня с собой?

Лиам тяжело вздохнул и опустился на стул, который освободил Рейф.

– Это длинная история, – начал он. – И не очень красивая.

– У нас есть время, – сказала Ари. – И после всего, через что я прошла, думаю, я заслужила правду.

Рейф кивнул:

– Мы все её заслужили.

В палату тихо зашли остальные живцы, почувствовав серьёзность момента. Джон Би устроился у окна, Поуп присел на край соседней кровати, Сара и Джей-Джей расположились у стены. Все молчали, ожидая объяснений.

Лиам посмотрел в окно, собираясь с мыслями, потом повернулся к сестре.

– Помнишь, как отец давил на меня в старших классах? – начал он. – Каждый день расспрашивал о планах на будущее, настаивал на определённых университетах, определённых специальностях. Хотел, чтобы я пошёл по его стопам в бизнесе.

Ари кивнула. Она помнила те напряжённые годы, когда за ужином постоянно шли споры между отцом и Лиамом. Лиам часто жаловался ей на давление, на то, что отец не слышит его собственных желаний.

– Когда мне исполнилось восемнадцать, я не выдержал, – продолжил Лиам, сжав кулаки. – Сбежал посреди ночи. Оставил лиш записку. Думал, что найду работу где-нибудь далеко, встану на ноги, а потом вернусь и докажу, что могу жить по-своему.

– Но ты исчез на годы, – в голосе Ари звучала глубокая боль. – Ни звонка, ни письма... Мы все думали, что ты погиб. Мама плакала каждую ночь, а папа нанимал частных детективов по всей стране.

Лиам закрыл глаза, словно переживая ту боль заново.

– Потому что всё пошло совсем не по плану, – он опустил голову. – Добрался до Нью-Йорка с несколькими сотнями долларов в кармане. Думал, что легко найду работу, но оказалось, что без связей, без образования, без рекомендаций... Никто не хотел нанимать восемнадцатилетнего пацана из богатой семьи, который даже не знал, как пользоваться метро.

– И что ты делал?

– Жил на улице первые несколько месяцев. Перебивался случайными заработками, – в голосе Лиама звучал стыд. – А потом попал в плохую компанию. Парни постарше, которые казались успешными, носили дорогую одежду, имели деньги. Они "взяли меня под крыло".

Джей-Джей нахмурился:

– Наркотики?

– Сначала мелкие дела. Передать пакет, отвезти сумку, постоять на углу и следить, – Лиам покачал головой. – Они говорили, что это просто бизнес. А потом... азартные игры, долги, попытки отыграться...

Он замолчал на долгую минуту.

– Влез в долги к очень плохим людям. Настолько большие, что понял – мне конец. Эти люди не шутили. Они уже сломали мне два пальца в качестве предупреждения.

Ари вздрогнула, увидев, как Лиам неосознанно потёр руку.

– Эти люди оказались корсарами, – продолжил он. – Часть большой преступной организации, которая контролировала наркотрафик между материком и Карибскими островами. Они предложили мне выбор: работать на них, чтобы отработать долг, или умереть.

– Что за работа? – спросил Джон Би, хотя по его лицу было видно, что он догадывается.

– Разная. Сначала простые курьерские дела, потом добыча информации, слежка, запугивание должников, – Лиам не смотрел никому в глаза. – А иногда... более грязные дела. Вещи, о которых я предпочёл бы не рассказывать.

Сара скрестила руки на груди:

– Значит, ты работал на тех самых людей, которые потом стали нас преследовать?

– Именно, – Лиам поднял голову и впервые за весь разговор посмотрел Ари в глаза. – Когда я узнал, что корсарам мешает группа подростков с Внешних Отмелей, найти артефакт под названием Голубая Корона... Я начал копать глубже. И когда увидел фотографии, понял, что среди них моя сестра.

Ари почувствовала, как учащается сердцебиение.

– С того момента всё изменилось, – голос Лиама окреп. – Я начал работать против них. Передавал ложную информацию, мешал операциям, сбивал их со следа. Специально затягивал выполнение заданий, "терял" важные документы, предупреждал о ваших планах заранее.

Живцы переглянулись. Теперь многие "удачные совпадения" и вовремя полученные предупреждения приобретали новый смысл.

– Я следил за вами издалека, прикрывал, когда мог, – продолжил Лиам. – Но полностью выйти из их организации было невозможно. Они бы убили и меня, и вас всех. Единственным способом было работать изнутри.

Поуп задумчиво поправил очки:

– Довольно рискованная стратегия. А что если бы они раскрыли тебя?

– Несколько раз было очень близко, – Лиам мрачно усмехнулся.

Молчание повисло в воздухе. Каждый понимал, через что прошёл Лиам.

Ари долго смотрела на брата, изучая его лицо, ища признаки лжи. Но видела только искреннее раскаяние и боль.

– Я верю тебе, – наконец сказала она тихо. – Просто... мне нужно время, чтобы всё это переварить.

Сара всё ещё выглядела настороженно:

– И как нам знать, что за тобой никто не следил? Что корсары не знают, где мы?

– Я был очень осторожен, – заверил Лиам.

Рейф наклонился к Ари:

– Что думаешь?

Ари посмотрела на брата – на шрамы, на усталые глаза, на руки, которые, как она теперь знала, были запятнаны кровью ради её безопасности.

– Думаю, что мы семья, – тихо сказала она. – И семья должна держаться вместе. Особенно сейчас.

Лиам закрыл глаза, и впервые за долгие годы на его лице появилась настоящая улыбка:

– Спасибо, Ари. Я не заслуживаю прощения, но...

– Все мы делали вещи, которых не заслуживаем, – перебила его Ари. – Главное, что ты здесь. И ты помогаешь нам.

Джон Би встал и протянул Лиаму руку:

– Добро пожаловать в команду... я думаю.

Лиам пожал протянутую руку:

– Спасибо. И знайте – я сделаю всё, чтобы защитить мою сестру. И дорогих ей людей тоже.

Киара фыркнула, но без прежней враждебности:

– Ну теперь посмотрим, на что ты способен.

***

После тяжёлого разговора в палате воцарилась более лёгкая атмосфера. Все немного расслабились, и Джей-Джей первым нарушил серьёзность момента:

– Так, стоп. У нас теперь есть профессиональный шпион в команде? – он оглядел Лиама с новым интересом. – Ты хоть что-то полезное умеешь? Кроме как прятаться и посылать загадочные сообщения?

Лиам усмехнулся:

– Кое-что умею. Взламывать простые замки, читать людей, исчезать в толпе. Базовые навыки выживания в преступном мире.

– Звучит намного практичнее моих способностей падать в воду и попадать в неприятности, – признался Джей-Джей.

– Это не способность, это талант, – поправила его Киара. – И ты в нём гений.

– Спасибо за поддержку, – сухо ответил Джей-Джей.

Поуп задумчиво посмотрел на Лиама:

– Интересно, какие ещё полезные навыки ты приобрёл за эти годы? Языки знаешь?

– Арабский, испанский, немного французского. Приходилось работать в разных странах, – ответил Лиам.

– Ого, – впечатлилась Сара. – А мы с трудом немецкий в школе изучали.

– Говори за себя, – возразил Поуп. – Я отлично знаю немецкий. И латынь тоже неплохо помню.

– Латынь? – рассмеялся Джей-Джей. – Поуп, когда тебе пригодится мёртвый язык?

– Во-первых, латынь не мёртвый язык, он основа для многих современных. Во-вторых, она помогает понимать научные термины. В-третьих...

– В-третьих, ты зануда, – перебила его Киара с улыбкой.

– Я не зануда, я образованный, – с достоинством ответил Поуп.

Джон Би внимательно слушал их перепалку, потом обратился к Лиаму:

– А что дальше? Ты планируешь остаться с нами или вернёшься к... своей работе?

Лиам бросил взгляд на Ари:

– Думаю, пора завязывать с этой жизнью. Хочу попробовать быть нормальным братом для сестры.

– Попробовать быть нормальным в нашей компании? – усмехнулся Рейф. – Удачи тебе с этим.

– Эй! – возмутилась Ари. – Мы вполне нормальные!

– Ари, мы буквально только что искали пиратское сокровище, – напомнил ей Джон Би.

– И чуть не погибли в древних развалинах, – добавила Сара.

– И угнали полицейский катер, – вспомнил Поуп.

– Хорошо, может, мы не такие нормальные, – согласилась Ари. – Но мы семья. А это важнее.

Джей-Джей кивнул:

– Точно. К тому же, кому нужна скучная нормальная жизнь?

– Мне иногда хочется, – честно признался Рейф. – Проснуться утром и знать, что самая большая проблема дня – это что приготовить на завтрак.

– Ты умеешь готовить? – саркастично спросила Ари.

– Сэндвичи и яичницу, – ответил он.

– Зато у меня получаются отличные блинчики, – похвастался Джей-Джей. – Семейный рецепт.

– Серьёзно? – не поверила Киара. – Ты же еле воду можешь вскипятить.

– Эй! Мои блинчики легендарны! – защищался Джей-Джей. – Просто вы их ещё не пробовали.

– И слава богу, – пробормотал Поуп.

– А ты что, мистер Всезнайка, умеешь готовить? – спросил Джей-Джей.

– Я изучал основы кулинарии, –  ответил Поуп.

– Это не делает тебя поваром, – заметила Клео.

– А кто из нас вообще умеет готовить нормально? – спросил Джон Би.

Все переглянулись и одновременно посмотрели на Сару.

– Что? – удивилась она.

Лиам слушал их разговор с лёгкой улыбкой:

– Знаете, мне это нравится. Обычная болтовня о еде и повседневности. Я забыл, как это – просто разговаривать, не думая о том, кто может подслушивать.

– Добро пожаловать в мир нормальных подростковых проблем, – сказала Ари, тепло глядя на брата. – Хотя с нами скука тебе точно не грозит.

– И это хорошо, – ответил Лиам. – Скука – это не для Эйвори.

И впервые за долгое время Ари почувствовала, что её семья действительно в сборе.

***

Но спокойствие было недолгим. Лиам внезапно серьёзно посмотрел на всех:

– Кстати, есть кое-что ещё. У Гроффа есть покупатель на корону в Лиссабоне. Так что скорее всего он отправился туда.

– Кто? – сразу спросил Джон Би.

– Частный коллекционер по имени Маркус Сантос. Богач, собирает древние артефакты. Работает только через посредников, очень осторожен.

Ари попыталась сесть, превозмогая боль:

– Тогда мы едем в Лиссабон.

– Ари, ты серьёзно? – Рейф посмотрел на неё с тревогой. – Ты едва можешь двигаться!

– Я могу, – упрямо ответила она. – И я поеду. Этот ублюдок убил нашего ребёнка, Рейф. Нашего ребёнка!

В её голосе звучала такая боль и ярость, что все замолчали. Рейф понимал её чувства, но беспокоился за её состояние.

– Врачи говорят, через пару дней можно будет выписаться, – сказала она, глядя на всех по очереди. – Вы поможете мне найти его?

Джей-Джей первым кивнул:

– Конечно. Это из-за меня всё случилось.

– Мы все с тобой, – добавила Киара.

– Но как мы доберёмся до Лиссабона? – практично спросила Сара. – У нас нет денег на билеты, да и документы...

Лиам достал из внутреннего кармана куртки несколько паспортов.

– У меня есть решение, – сказал он, протягивая документы. – Поддельные паспорта на всех. Качественные подделки, проходят любые проверки.

Поуп взял один из паспортов и внимательно изучил:

– Откуда у тебя это?

– Часть моей работы, – коротко ответил Лиам. – Добро пожаловать в мой мир.

Ари взяла свой новый паспорт. На фотографии была она, но имя стояло другое – София Мендес.

– Как ты получил наши фотографии? – подозрительно спросила она.

– Следил за вами, помнишь? – Лиам пожал плечами.

Рейф всё ещё выглядел обеспокоенным:

– Ари, подумай ещё раз. Ты потеряла много крови, пережила операцию...

– Я потеряла гораздо больше, чем кровь, – перебила его Ари, сжав челюсти. – И я не успокоюсь, пока этот мерзавец не заплатит за всё.

Она посмотрела на каждого из друзей, потом на брата:

– Мы найдём Гроффа. И на этот раз он от нас не уйдёт.

***

За окном палаты садилось солнце, окрашивая стены больницы в золотистые тона. Впереди их ждала новая погоня, новые опасности. Но теперь у них была цель, которая объединяла всех – справедливость для Ари и наказание для человека, который разрушил столько жизней.

Лиам убрал документы обратно в куртку и встал:

– Отдыхайте. Завтра начинаем подготовку.