Глава 13
Ромка летит по трассе, обгоняя попутные машины и в какой-то момент мне даже стало страшно, что до школы я доберусь в разобранном виде. Меня буквально вдавило в сидение. А он уверенно ведет без капли сомнений на лице, крутит руль вправо-влево.
- Ром, я, конечно, опаздываю в школу, но мне желательно добраться живой! Не хочу умирать с таким лицо-ом!
В ужасе взвизгиваю и зажмуриваюсь, когда он резко уходит в свой ряд, избегая столкновения.
Он молчит. Газ. Тормоз. Снова газ.
- Если ты злишься на меня, то лучше не так! - руками вцепившись в ремень безопасности, снова жмурюсь, вжимаясь в сиденье.
Сигналы машин, поворот.
Меня уводит в сторону. Газ, влево-вправо. Боже! Боюсь открыть глаза.
- Рома-а! - пищу. - Ангел-хранитель должен хранить, а не пытаться убить!
Ещё несколько виляний из стороны в сторону и резкий тормоз.
Медленно открываю глаза: мы на парковке перед школой. Сонные детские тела, сгорбившись, шаркают к главному входу.
- Ты совсем дурак? - толкаю Ромку в плечо и смотрю на цифры на панеле. Мы доехали за три минуты! - А если бы разбились?
Пытаюсь отстегнуть ремень, но он снова не слушается. Он специально его сломал? Зыркаю, намекая, что пора бы и помочь!
- Зато есть пара минут, чтобы поговорить. - вскользь победно улыбается и убирает мои руки от замка. - Зачем улики выкинула? Специально? Хотела меня добить?
Нет, я их забыла, потому что Никита чуть не откусил мне губу!
Лезу в карман, ослабив ремень, и достаю его ключи, протягиваю:
- Хотела их вернуть... и ключи тоже... твоим многочисленным - они нужнее. - опять вру, не договариваю, качусь по наклонной, но объяснять истинную причину нет времени и желания. - Ром, забери ключи и отстегни меня! Пожалуйста. Я очень опаздываю!
- Оставь. - сгибает мне пальцы в кулак.
Он откидывается назад, упираясь в дверь, и устало проводит ладонями по лицу, протяжно выдыхает:
- Верон, нам надо попробовать! Я же вижу тебя насквозь. - его усталая улыбка больше похожа на ухмылку, что выводит из равновесия ещё больше. - Ты так мило меня ревнуешь...
Ревнуешь? Ревнуешь равно любишь - стоп-слово!
- Да что вы все ко мне пристали? - это слово забралом перекрыло мою способность реагировать спокойно. - Ревнуешь, полюбишь, будешь моей... я что вам всем, игрушка? Захотел поцеловал, захотел укусил!
- Не понял! - Ромка внезапно вытягивается в струну. - Отсюда подробнее, пожалуйста! - пытает взглядом, а я снова мучаю ремень, чтобы сбежать. - Это он тебя? Не отстегну, пока не расскажешь, что случилось!
Санта Клеопатра! Надо успокоиться, а то снова ляпну лишнего.
- Рома. Пожалуйста. Отстегни. Ремень.
Стараюсь держать себя в руках, дышу. Ещё немного и я забрызгаю его слезами. Давай, дожимай!
Ищу в его глазах милосердие. Он терпеливо в моих снисхождения.
- Не расскажешь? - это больше похоже на утверждение, чем на вопрос. - Тогда я сам спрошу у этого кота дранного.
Он, наконец, отстегивает ремень, но блокирует дверь.
Сдерживаю слезы, услышав щелчок. Шмыгаю мокрым носом:
- Я просто прикусила губу! - рычу сквозь зубы и смотрю влажными глазами. - И тебя сейчас покусаю, если не откроешь! Из-за тебя я уже опоздала на первый урок!
Он опускает взгляд и качает головой, снимает блокировку:
- Гели у мамы дома, можешь вечером забрать.
Да не нужны мне уже эти проклятые гели! Оставь их себе, рыцарь. Киваю, шмыгнув носом и открываю дверь. Но он цепляет мой рюкзак, останавливая:
- Может прогуляешь сегодня? Раз опоздала...
Он что издевается? Я никогда не прогуливала.
Хотя нет. Прогуливала.
Поворачиваюсь.
Из-за него.
Ромка - Морфеус, мать его, искуситель с невидимыми таблетками: «прогулять» или «не прогулять». Смотрит, умоляя, будто от этого зависит его жизнь.
- Ты в курсе, что толкаешь меня на преступление? - с опаской слежу за окнами класса, не могу решиться.
- Да брось, Верон! Какое преступление... Ты что никогда не прогуливала?
Мотаю головой, а сама вспоминаю единственный раз - день похорон моей любви к Ромке.
Он уехал в Москву, неожиданно, не попрощавшись.
Если раньше я любила и ненавидела его на этаж выше, то в тот день это расстояние увеличилось для меня на несколько тысяч километров. И оборвалось в один момент, когда лучшим другом для меня стал унитаз в школьном туалете.
Мне было плохо во всех смыслах!
Я украла у родителей бутылку водки, планируя напиться и умереть от любви. Спрятав бутылку в рюкзак, я пришла в школу, отметилась и, дождавшись, когда прозвенит звонок на урок, осталась в туалете. Я закрылась в кабинке и, морщась, пила обжигающую горло жидкость. Бутылку я не осилила.
Двенадцать лет и вместо закуски запах канализации - здравствуй белый друг и отравление!
А после - грозное лицо директора, скорая, бешенство родителей и месяц домашнего ареста. С тех пор я не могу смотреть на алкоголь!
Хочу ли я прогулять, Ромчик?
Да! Конечно!
Можно устроить поминки моей любви.
- Веро-он! - протяжно произносит Ромка, щелкнув перед моим носом пальцами.
Прихожу в себя и захлопываю дверь, смотрю с интересом.
- Я никогда не прогуливала! Поэтому у тебя должно быть девяносто восемь причин, почему я должна это сделать.
- Девяносто восемь... Не сто? - Ромка растерянно чешет висок. - Может обойдемся одной - потому что это весело?!
Он жмёт плечами и улыбается.
- Какая-то сомнительная причина!
- Да брось, Верон! Если ты ни разу не прогуливала, то самое время попробовать. Хотя бы это!
- Хорошо! - бросаю рюкзак на заднее сидение и натягиваю ремень. Сижу как статуя, жду продолжения.
Настроение не к чёрту.
- Так просто?
Поворачиваю голову:
- Могу сделать не просто! - натягиваю язвительную улыбку.
- Не сомневаюсь. - Ромка смеётся и включает зажигание.
- Пить я не буду! - опережаю события, вспоминая прошлый опыт.
- Веро-он!
Ромка, довольный, сдаёт назад, а я опускаю спинку кресла, хочу быть незаметной.
Он следит за дорогой, изредка поглядывая, и хихикает, наблюдая, как я медленно ложусь:
- Верон, если ты решила попробовать кое-что ещё, то, скажу по опыту - в машине этим заниматься не очень. Лучше на кровати!
- Я просто прячусь от неравнодушных знакомых родителей. - лежу и хлопаю ресницами. - А ты про что?
Ромка растекается в улыбке:
- Про сон, Верон, про сон!
Да поняла я твои намёки, не совсем наивная! Надо переводить тему.
- Ну и как обычно прогуливают? - лежа, слежу как он рулит и по ощущениям, снова мчит.
Хорошо, что не вижу дорогу, не так страшно.
- Предлагаю сперва позавтракать в кафе, потом сходить в кино и погулять по набережной.
- Звучит как свидание!
Я хотела всë прекратить, а сама снова влипла в его паутину.
- А если и так?
- Ром, я же вчера всë тебе сказала. Зачем ты это делаешь?
- Затем же, зачем и ты согласилась прогулять - хочу быть рядом!
Санта Клеопатра!
Он действительно видит меня насквозь, я настолько прозрачная?
- Вчера ты спала у меня на коленях и я понял, что хочу так всегда.
- Может тогда тебе лучше завести кошку?
- Нет, Верон. - смеется и продолжает уговоры. - Тебе страшно, я вижу. - он тормозит. - Кстати, мы уже в центре, можешь нормально садиться, а то я не вижу твоего лица.
- Ты ничего не теряешь! - вздыхаю, намекая на свой внешний вид. - Я про лицо. И про кошку подумай!
Кресло поднимается медленно вместе со мной, выглядываю в окно. И правда, мы в городе. Ромка стоит на светофоре, ждёт зелёный.
- Твоё лицо даже зареванное - очень симпатичное. А вот про губы - я промолчу. Буду думать, что ты просто сильно переживала. - сердито смотрит, а я отворачиваюсь в окно, притворяюсь, что первый раз вижу эти дома.
Лучше тоже промолчу.
Ромка трогается на зелёный и сворачивает на другую улицу.
- Так вот, продолжаю свой монолог про быть рядом.
Он что, дома репетировал? Надо не забыть поаплодировать в конце.
- Тебе страшно, я уже понял, - повторяет, точно репетировал! - и мне, признаюсь, тоже немного... но мы можем попробовать по-другому.
А ему-то чего страшно? Изображает из себя невинность.
- Например? - даже стало интересно, к какому финалу он ведëт.
- Представь, что ты стала уже звездой, супер-звездой, и тебе нужен телохранитель, который всегда будет рядом - отбивать тебя от фанатиков. Та-дам! Я здесь, детка!
Телохранитель мне бы не помешал, потому что фанатик уже есть!
- А ты Кевин Костнер или Колин Фаррелл? - вспоминаю известные фильмы с телохранителями.
- Что? - не понимает и на секунду отвлекается от дороги. - А! Ну это зависит от того, ты - Уитни Хьюстон или Кира Найтли? Я бы предпочёл Киру Найтли!
Смеется, изредка поглядывая.
- А как же песня в конце... - напеваю под Ромкины смешки. - Эндо-иëë, вил олвэйс лав ю-ю-у-у-у! Ай! С-с! - прикрываю губу рукой.
Ромка поворачивает голову, посмотреть, что прервало моё выступление.
От моих неумелых завываний заживающее место укуса лопается и слегка кровоточит.
- Фак! - Ромка перестаёт смеяться. - В бардачке есть салфетки, возьми!
Открываю и, выпучив глаза, поворачиваюсь к Ромке.
- У тебя тут пистолет?!
- Я же телохранитель, по статусу положено! - снова смеется. - Поищи, они где-то там, под бумагами!
Но я не решаюсь, вдруг нечаянно что-то нажму и он выстрелит.
Ромка замечает мою растерянность и съезжает на парковку у первого попавшегося кафе.
- Верон, он не настоящий!
- А выглядит как настоящий. Боюсь трогать.
Он останавливается, отстегивает ремень и лезет в бардачок, берёт пистолет.
- Это реквизит, видишь? - он крутит его в руке и кладёт обратно, вытягивает для меня бумажную салфетку. - Повернись ко мне!
Я слушаюсь и убираю руку.
- Дай посмотрю.
Ромка бережно берёт за подбородок и касается большим пальцем нижней губы, смотрит рану. А я не могу оторваться от его лица, подкупающей заботы.
- Нормально так прикусила! - молодой врач даёт заключение и промакивает салфеткой кровь. - Рекомендую вам не целоваться до полного выздоровления!
Говорит, шутя, и смотрит в глаза, убирает руки.
- Спасибо, доктор, я учту!
Крови оказалось всего пара капель, но ради его заботы готова ещё раз похвастаться отсутствием голоса.
Опять эти неловкие моменты, взгляды. Расстояние до любви с каждым из них сокращается на несколько сантиметров. Ещё немного таких проявлений заботы и вместо поминок придётся делать эксгумацию.
Он расстегивает мой ремень безопасности, захлопывает бардачок, сминает грязную салфетку.
- Идем завтракать, звезда моя далёкая!
Ромка открывает дверь, а я снова крошусь и краснею.
Вылезаю из машины.
Свежий воздух. Вдох-выдох.
Соно Вероника! Лучезарно улыбнуться сложно, но я - звезда!
До открытия кафе было еще пятнадцать минут, но Ромка уболтал персонал пустить нас немного раньше, пообещав хорошие чаевые.
***
Я заказала просто чизкейк и капучино, а Ромка полноценный мужской завтрак. Уплетает с аппетитом глазунью, жует и поглядывает на меня. А я ложкой по воздушной пене размазываю сердечко из корицы и не могу выгнать из головы финал того фильма с Кирой Найтли и Колин Фареллом.
- Почему не ешь? - Ромка глазами указывает на чизкейк.
- Я не хочу, чтобы тебя убили. - вспоминаю непредсказуемый финал фильма. - В конце фильма телохранителя убивает наркоман-малолетка. Я так не хочу, мне не нужны такие жертвы. И смерть - глупая!
Ромка скептически улыбается.
- Верон! Глупо - это примерять все фильмы на себя. У жизни всегда непредсказуемый сценарий, поэтому заморачиваться по этому поводу вообще не вижу смысла. - снова указывает на пирожное. - Ешь!
Киваю, а сама думаю о Никите, его угрозах. Способен ли он на такое, если его разозлить?
Пробую маленький кусочек фисташкового чизкейка и тайком подглядываю за Ромкой.
- Кстати, о сценариях! - Ромка отодвигает пустую тарелку и берет свой американо. - Ты уже продумала программу, с чем будешь поступать в театральный? Стих, песня, басня, танец.
- Хотела по классике, «Письмо Татьяны», басню Михалкова, а танец и песню еще не придумала.
- Да, с песней тебе надо постараться... - Ромка смеется. - Уитни Хьюстон из тебя так себе!
- Уитни Хьюстон из всех так себе! - дую губы. - Может романс спою, правда какой ещё не придумала.
- Романс - это хорошо, они любят такое. Русское-народное, кстати, тоже. - Ромка показывает класс на слове «тоже». - Только тверк не вздумай танцевать.
- Тверк - не моя тема, сладкий! Я думаю, может станцевать стриптиз?
Ромка оживляется на последнем слове и радостно вскидывает бровь:
- Пригласишь на репетицию?
- Представление только для тех, кому нет восемнадцати! - зеркалю его бровь. - А ты уже стар для таких шоу. Боюсь, тебя хватит инфаркт. Тоже глупая смерть при таких обстоятельствах.
- Жаль! - Ромка наигранно вздыхает и просит принести счет.
Я не могу осилить весь чизкейк, с капучино выходит очень сытно.
- А ты умеешь подделывать документы? - интересуюсь, придумывая, как оправдать в школе свой прогул. Ромка пожимает плечами. - Мне нужна записка от родителей.
- Теперь ты толкаешь меня на преступление? Может лучше позвонить?
- И что ты скажешь? Я - телохранитель Вероники, она прогуляла, потому что я её уговорил?
- Нет! - Ромка, улыбаясь, смотрит в счёт и в портмоне ищет карту среди прочих. - Я скажу, что я - телохранитель и ты прогуляла, потому что сегодня хотела быть рядом со мной. - поднимает взгляд на меня. - Подходит?
Мотаю головой.
- Я лучше Карину попрошу. Она себе тысячу раз записки подделывала.
- О красавице и чудовище... чудовище Никита больше тебя не преследует, надеюсь успокоился? Как у них с Кариной, что-нибудь говорила?
Оу, оу! Полегче парень! Откуда столько вопросов? Прям как Ленка!
- Ничего не говорила. С вечера ходит загадочная. Я бы сказала - не ходит, а летает. Облаков объелась.
- Это хорошо или так себе?
Как тебе сказать. И да и нет. Плюс, что она меня не достаёт, а минус, что меня всё равно достаёт Никита.
- Надеюсь, что это хорошо и она потом не будет страдать из-за него.
- Тоесть я могу быть спокоен, что если меня не будет рядом, как телохранителя, с тобой тоже всё будет в порядке?!
Сама хотела бы это знать. Только бы Ромка не пошёл спрашивать у него про надкусанную губу.
Киваю. Стараюсь не подать вид, что не всё так радужно, как я себе представляла.
- Хорошо. - щурит свой детектор и встает. - Пойду рассчитаюсь.
Я тоже выхожу из-за стола помыть руки. Заодно написать однокласснице, сказать, что плохо себя чувствую, поэтому не в школе. Пусть предупредит классного руководителя, если та еще не спросила в родительском чате где я.
***
Мои глаза уже не такие опухшие. Стою перед зеркалом, поправляю макияж.
Всё-таки я красотка, хоть и раненая!
Возвращаюсь к столу в приподнятом настроении, с телефоном в руках. Я уже начинаю немного свыкаться с ролями суперзвезды и телохранителя.
Достаточная близость и достаточное расстояние, чтобы понять способны ли мои детские чувства вырасти вместе со мной.
А может наоборот, я настолько привыкла любить его, что не допускаю мысли, что может быть как-то иначе. Без него. Поэтому цепляюсь за каждую возможность быть рядом, но сиквел нашей истории может оказаться невозможен.
Пусть всё будет как есть: телохранитель Ромка и виртуальный рыцарь Фабио. Да выиграет сильнейший!
Реальный Ромка скидывает меня с облаков, машет перед лицом ладонью.
- Веро-он! Ты здесь? - киваю. - Идём или хочешь доесть пироженку?
- Идём, мой хранитель тела!
От этих слов он становится похож на довольного сытого кота.
***
По дороге к набережной на мой телефон приходит ответ от одноклассницы с пожеланием скорее поправляться. Непрочитанные сообщения от Фабио мозолят глаза, хочется ответить, но почему-то неудобно это делать при Ромке. Я просто открываю, быстро пролистываю и гашу экран.
- Всё нормально? - он замечает мою суету.
- Да. Просто куча непрочитанных от моего главного фаната, позже почитаю.
Ромка делается серьёзным.
- Я думал главный фанат - я.- многозначительно кривится. - Ну, ладно. Так может вслух? Очень интересно, что он там написывает.
- Нет, там личное.
- Итальянская чайка? - усмехается Ромка и ищет, где припарковаться.
- Рома... - снисходительно улыбаюсь. Любит он принижать соперников. - Верона Фальконе, мольто пьячере, - мечтательно произношу вслух. - Скажи, красиво звучит?
- Ты уже замуж за него собралась?
Он тормозит у обочины, потому что парковка занята. Вокруг много офисов, магазинов, кафе.
- Всё может быть. - как мне нравится его дразнить! Он тоже милый, когда делает вид, что не ревнует. - Но вообще я думала о псевдониме.
- А чем тебе твоя фамилия не нравится?
- Смеешься? Зайцева Вероника... с такой фамилией не стать звездой экрана.
- Возьми Романова! - улыбается и глушит мотор.
Он шутит или серьёзно?
- Только если выйду за тебя замуж. - я вот точно шучу.
Или нет? Совсем мне голову заморочил.
- Принято! - его бровь ползёт вверх и взгляд становится лукавым, соблазняющим.
Держи свои брови на ровном месте, искуситель!
- Рома, это была шутка! Только не говори, что в каждой шутке есть доля шутки! И замуж я выйду только после Карины.
Смеюсь, вспоминая о приданном.
- Намёк понял! Выдаем замуж Карину!
- Хватит прикалываться! - Толкаю легонько его в плечо. - Лучше замок почини, а то он выводит меня из равновесия.
Ромка хихикает:
- Его клинит только у тебя! У других, - он, кряхтя, справляется с моей проблемой и поднимает осторожный взгляд, опасается реакции. - людей, - делает акцент. - всё с ним нормально!
Выкрутился.
***
Мы спускается по парадной лестнице, и чем ниже, тем становится очень ветрено.
Льдины разных размеров и форм, толкаясь, плывут по реке.
На выходных здесь обычно многолюдно, но в будни, как сейчас, можно встретить только собачников или бегунов. Для влюблённых парочек время и условия - неподходящие.
И мы, похожие то ли на влюбленных, то ли на идиотов, ходим туда-сюда вдоль реки.
Ветер гонит нас отсюда, но нет, мы же настырные! Любители прогуливать и глотать холодный воздух, потому что говорить при таких порывах - невыносимо.
- Может домой? - умоляю Ромку, понимая, что третьего захода я не вынесу и прячу нос под ворот куртки.
Он тоже не особо рад прогулке, по лицу видно, но терпит, чтобы произвести впечатление.
Тоже мне, Дон Кихот Романческий!
- Согласен! - не выдерживает и берёт меня за руку, чтоб не сдуло. - Идём.
Преодолеваем длинную лестницу наверх. Ветер становится тише, изредка хлещет по спине, чтобы поторопились.
Не прогулка, а испытание! Руки холодные у обоих. Ромка поглядывает и лыбится. Надеюсь над своим провалом, а не надо мной. Переживаю, чтобы губы не обветрились, а то долго будет заживать напоминание о Никитосе.
- Охренеть, ветрище! - победно восклицает Ромка, когда переступаем последнюю ступень.
- Угу. - соглашаюсь.
***
В кино к этому часу из интересного оказывается только попкорн и всякие вкусняшки, а из комедий - я.
Поэтому, походив с умными лицами перед афишами, решаем вернуться в свой уютный посёлок.
- Значит, ты любишь комедии? - интересуется Ромка, когда садимся в машину.
- Поплакать тоже люблю, но недолго! - смеюсь, уплетая попкорн в карамели. - Можешь меня застегнуть, а то у меня руки липкие?
Беззаботно прошу Ромку, а потом понимаю, что веду себя так, как будто мы уже не друзья, а парочка со стажем и меня совсем не смутит его лицо, руки, взгляды так близко, на расстоянии даже не руки.
Но уже поздно сдавать назад! Ромка максимально придвигается ближе и тянется за моим ремнем. А я вжимаясь в кресло, опасаюсь коснуться его лица.
- Не дотягиваюсь... - кряхтит как старый дед. - Сейчас!
Он специально?
Будто я - это и есть липкий попкорн, он приклеивается, и упирает щеку мне в губы. Замирает на несколько секунд и я вместе с ним. А потом, как ни в чем не бывало, ползёт назад, натягивает чёрную ленту через плечо и щёлкает замком.
- Непрофессионально телохранителю клеиться к звезде! - шучу с серьёзным видом.
Он трëт пальцами щеку и улыбается, поднимает вечно взлетающую бровь, когда хочет казаться секси:
- М-м... очень сладкая!
- Пикапер уровень Бог! - скептически фыркаю и облизываю липкий палец.
- Не делай так больше! - загадочно улыбается и отворачивается в окно.
Что это он? Я просто облизала палец.
Ну да, Верона, очень не гигиенично облизывать грязные пальцы! Кому понравится на такое смотреть...
Санта Клеопатра!
***
Едем домой. Ромка уже не гонит, а наоборот, едет как-то медленно. Я сижу с растопыренными пальцами и вместе с ним слежу за дорогой. Едем и молчим.
Говорят, люди вместе молчат в двух случаях: когда счастливы и когда наоборот.
И я счастлива, что решилась прогулять. Просто от того, что он был рядом, даже если не хочу себе в этом признаться.
- Я вчера песен накачал. - Ромка тыкает по экрану на панеле.
Наконец-то! А то в тишине счастье может превратиться в скуку.
- Думаю тебе понравится. - загадочно улыбается, выбирая из списка песню и нажимает кнопку на руле.
О, нет! Это же...
Он включает вчерашнюю песню и украдкой следит за моей реакцией.
«Я буду всегда с тобой...»
Божечки! От умиления по-детски выпячиваю нижнюю губу.
- Скажу Богу, чтобы тебя повысили! Ты не Ангел-телохранитель, ты - Ангел-душехранитель!
- Мне нравится! - Ромка смеётся. - Душехранитель... интересно, какая у них зарплата?! А? Не знаешь?
Развожу руки в стороны. С растопыренными пальцами я похожа на осенний куст.
- Может поцелуи? - загадочно спрашивает чуть громче шёпота.
Остановите кто-нибудь эту бровь! Поминки не удались... требуется эксгумация.