твоё сердце будет разбито

— И зачем ты ходила к отцу? — с раздражением спросил Лайм сестру.
Они вдвоем сидели на кухне. Ели еду в коробочках, которую заказали, потому что помощница матери по хозяйству, которая обычно готовила, была в отпуске. А сама мать лежала в больнице.
У нее случился еще один приступ, после которого пришлось вызывать скорую. Ее увезли в больницу, где она пробыла несколько дней. Но как только ей полегчало, она легла на обследование в дорогую частную клинику. Говорила, что доверяет им больше государственных. А еще говорила, что в порядке — наверное, во всем виноваты переутомление и нервы. Мать занималась бизнесом, и, хотя казалась железной леди, на самом деле остро воспринимала все неудачи. А еще переживала из-за развода с отцом.
Развод получился громким и скандальным. Он хотел забрать часть бизнеса и недвижимость, но не вышло. Их мать заранее подготовилась. Будто знала, что однажды это случится. Отец мало что получил после развода — лишь пару квартир, тачку да кое-какие бабки. Хотя наверняка рассчитывал на большее. Лайм считал это справедливым, ведь бизнес матери достался от деда, который умер несколько лет назад. После его смерти отец и начал изменять. А до этого боялся гнева влиятельного тестя.
— Саша, зачем ты к нему пошла? — повторил свой вопрос Лайм.
— Сама не знаю, зачем — ответила сестра, пряча глаза. — Хотела рассказать о самочувствии мамы. Чтобы он знал, что ей плохо. Чтобы поддержал ее. Я... я испугалась в тот день. Звонила ему несколько раз, но он не отвечал. Вот тогда решила прийти. Дверь открыла его жена. Красивая.
— Плевать как выглядит его баба. И что дальше?
— Он просто увез меня домой, — призналась Саша. — Не ругался, не кричал, просто увез. Выслушал по дороге, но сказал, что мама сама во всем разберется. И что его помощь она точно не примет. А еще сказал больше так не делать. Не приходить к ним домой.
— Ур-р-род, — прорычал Лайм, ненавидя этого человека всею душой. Ему-то плевать, как папаша к нему относится, а вот сестренку жалко. Она его искренне любила. Только ему на них пофиг. Женился на матери из-за денег деда. Потом свалил к любовнице.
— Я и во второй раз хотела с ним увидеться, — призналась сестра. — Снова поехала к нему.
— Зачем? — вскипел Лайм. — Для него ты перед ним позоришься, а? Какого фига?
— Помнишь, к нам приезжала тетя Оля? — спросила Саша, глядя на свои руки, лежащие на столе. — Она забрала вещи для мамы, чтобы увезти в больницу.
— И что?
— Она сказала одну вещь, которая меня задела. Разговаривала с кем-то по телефону и не знала, что я все слышу, — прошептала Саша. Глаза ее заблестели от слез.
— Что она сказала? — свел брови к переносице Лайм.
— Что... Что я не его дочь, — призналась сестра. — Он завел себе любовницу, потому что узнал, что мама ему изменяла.
Лайм переменился в лице.
— Бред, — заявил он уверенно. — Это не про нашу маму. Ты же знаешь!
— Да, но... Раньше папа был совсем другим. Хорошо ко мне относился. А тут даже с днем рождения не поздравил. Будто бы я стала для него чужой, понимаешь, Леш?
— Да бред, — усмехнулся парень. — Он и меня не любит. Что, скажешь, и я не его сын? У тети Оли пасть размером с галактику. Вечно несет чушь, тупая дура. Не слушай ее, поняла?
— Поняла...
— А отцу мы в принципе никогда не были нужны. Он на маме женился из-за бабок. И делал вид, что любит нас, тоже из-за бабок. Он жалкий подонок, просто вычеркни его из головы. У нас нет папаши и не было. Больше не ходи к нему. Не позорь ни себя, ни мать. Ты же не дошла до него во второй раз? — спросил Лайм с подозрением.
— Не успела, — грустно улыбнулась сестра. — Я была неподалеку, но... Но меня едва не сбила машина. Одна девушка спасла мне жизнь...
И она рассказала ему о том, что случилось. Как переходила дорогу на зеленый, как на нее летела непонятно откуда взявшаяся машина, как она застыла столбом, не понимая, что делать, и как незнакомая девушка спасла ее, оттолкнув в сторону.
Выслушав сестру, Лайм откинулся на спинку барного стула.
— Саша, умоляю, будь аккуратнее на этих чертовых дорогах. И не ходи к этому уроду. Никогда. Не заслуживает. Ты общаешься с той девушкой? — вдруг спросил он.
— Нет... Но у меня есть ее телефон. Надо поблагодарить, — улыбнулась Саша.
— Дай его мне. Я поблагодарю, — решил Лайм. Он дорожил сестрой. И знал, что кроме него и матери у нее никого нет. Отец не в счет. Эта мразь больше не их семья. Саша не его дочь? Бред. Не может быть. Тупая тетя Оля, из-за ее сплетен сестренка накрутит себя до новой депрессии. Опять перестанет спать и есть.
Взяв у Саши телефон спасительницы, Лайм оделся и пошел на улицу. Нужно было встретиться с придурком, который должен был устроить дочери новой бабы отца веселую жизнь. Встретиться они договорились в его любимой кафейне в «Галактике», куда обычно не заходил всякий сброд. У этого придурка Егора ничего не получилось, и Лайм хотел знать подробности. Денег в его семье было достаточно, но он не привык дарить их. Взял — отрабатывай. Не смог отработать — верни. И молись, чтобы не потребовали проценты.
По дороге мысли были об отце. Ненависть к нему в душе парня лишь росла. Почему его отец такая мразь? А ведь еще и нотации ему читал, когда узнал о нелегальных гонках на байках. Типа, как ты мог бла-бла-бла. Мать к нему обратилась, чтобы он отмазал сына через знакомых ментов. И задница у отца знатно от этого подгорела.
В кофейню Лайм пришел первым. Встретился с одним человеком, сделал кое-что, сел за любимый столик, заказал капучино и стал ждать. А ждать он очень не любил. Поэтому отсчитывал каждую минуту опоздания Егора.
— Семь минут, — сказал Лайм, глядя на крутые наручные часы, когда придурок, наконец, появился и торопливо уселся за стол.
— Что семь минут? — не понял Егор.
— Настолько ты опоздал.
— Сорян, чел, просто ехать пришлось. Временно в другом районе живу.
— Плевать, где живешь. Говори, что с моим заказом, — велел Лайм. — Почему нет новых видео?
Егор потупил взгляд.
— Понимаешь, чел, тут такое дело... Независящие от меня обстоятельства! — Он зачем-то оглянулся по сторонам, будто боясь, что его кто-то увидит.
— И какие? — недовольно спросил Лайм. — Или ты говоришь конкретно, или у тебя будут проблемы.
— Короче, Полина эта... Она теперь под защитой Барса, — выпалил Егор.
— Что? — удивленно переспросил Лайм.
— Барс сказал, что она его телка и все такое. И если ее кто-то тронет, ему плохо будет! Она неприкосновенная, мать ее! Против Барса идти, сам понимаешь, нельзя. Он же поломает любого.
Откинувшись на спинку кресла, Лайм весело расхохотался. Надо же! Насмешка судьбы! Девка, которую он ненавидит, стала подружкой парня, которого он терпеть не может. Одна отобрала отца, другой — победу. Мразей тянет друг ко другу?
— Забавно, — задумчиво произнес Лайм, крутя на гладкой поверхности стола айфон. В его темном экране отображались блики ламп.
— Очень, — подобострастно улыбнулся Егор. — Как они начали встречаться, никто не понял. Но теперь типа вместе. Мутят. Он за нее порвет. Так что прости, братан. Так вышло. Обстоятельства.
— Обстоятельства — они такие, — задумчиво повторил Лайм и закинул ногу на ногу. — Что ж, будем считать, не выгорело дело. Только есть одно «но».
— Какое?
— Бабки верни, — жестко сказал Лайм.
Егор замялся.
— Все?
— Восемьдесят процентов. Кое-что ты все-таки сделал, — великодушно согласился Лайм.
— Да блин, чел, я не могу! Потратил уже все!
— Не мои проблемы.
— К тому же меня теперь Барс ищет, — жалобно продолжил Егор. — Заподозрил что-то. Я теперь даже в школку не хожу временно.
— Заподозрил? — приподнял бровь Лайм. — Я же тебе сказал, дебил. Обставь все правильно. Чтобы обо мне никто не знал.
— Так никто и не знает, — ответил Егор. — Хотя я, наверное, могу и признаться случайно, если он меня поймает. Слушай, давай так? Ты прощаешь мне долг, а Барсу я скажу, что Полину просто хотел развести на бабки. Типа она платит — и мы с моей девушкой оставляем ее в покое. Как тебе? Я ведь прятаться вечно не смогу.
Лайм снова рассмеялся. Вот мелкий подонок. С бабками расставаться не хочет. Решил, что может его нагреть.
— Слушай, а почему бы и нет. — Лайм пододвинул к себе нетронутую чашку кофе и плюнул в нее. — Держи. Если выпьешь, так и сделаем. Я тебе еще сверху тридцать процентов чаевых накину.
— Что? — не понял Егор. — Ты же туда...
— Проверка на прочность. — Губы Лайма растянулись в улыбке. Ложечкой он перемешал напиток и пододвинул чашку к Егору.
— Пей. Тогда соглашусь и еще бабок дам. Не выпьешь — деньги из тебя придут выбивать мои друзья.
— Пятьдесят процентов, — выдавил Егор.
— Договорились.
Некоторое время Егор молча смотрел на чашку. А потом схватил ее и залпом выпил. Его, кажется, затошнило, но он пересилил себя и широко улыбнулся.
— Готово. Бабки гони.
Лайм молча перевел ему нужную сумму.
— Заложишь меня кому-нибудь, всюду появится одно интересное видео, — ласково сказал парень. И к ним повернулась сидящая неподалеку девушка. Это была подруга Лайма, Карина, которая все происходящее успела заснять на камеру. И то, как Лайм плюет в чашку, и то, как Егор это пьет.
Егор побледнел, поняв это.
— Да ты чего, чел, я никому не скажу, что это ты заказал новенькую! Клянусь! Только не выкладывай это дерьмо никуда.
— Разумеется, это наша маленькая тайна, — кивнул Лайм, а Карина села к нему на колени и обняла. Ей было смешно. Она любила подобные забавы.
Егор поскорее убрался, а Лайм снова рассмеялся — ему было так весело, что он никак не мог успокоиться.
— Ты у меня такой плохой мальчик, — сказала Карина, рисуя на его плече узоры.
— Да он меня выбесил, — поморщился парень. — Дал ему деньги, чтобы тот захейтил новую доченьку папаши, и ни фига. Кстати, почему эта стерва стала встречаться с Барсом?
Карина пожала точеными плечиками.
— Успокойся, котик. Ты просто злишься, что проиграл ему на гонках. Сделай его в следующий раз.
— Сделаю, — пообещал Лайм и, схватив девушку за плечо, притянул к себе для поцелуя. Но едва только его губы коснулись ее губ, как за стеклянной стеной кофейни он вдруг увидел двоих. Тех, от кого в душе вспыхнул пожар.
По торговому центру неспешно шагали Полина и Барс. Они держались за руку и смеялись. И выглядели счастливыми.
Лайм прищурился. Вот как. Они действительно вместе. Встречаются.
Очень интересно.
Полина и Барс на удивление неплохо смотрелись вместе. Он — высокий и брутальный, с уверенной походкой и взглядом альфача. Она — тоненькая и хрупкая, достающая ему лишь до плеча. Со стороны они казались красивой парой.
Полина оступилась и едва не полетела на пол, но Барс поймал ее. Как романтично. Аж блевать тянет.
Лайм прожигал их взглядом серых холодных глаз. Таких же, как у отца. Ему вообще постоянно говорили, как сильно он похож на него, и парня это бесило. Папашу удар хватит, когда он узнает, что его новая доченька встречается с отбросом, которого он едва отвадил от Сашки.
Когда-то, давным-давно, сестра Лайма действительно дружила с Барсом. Им было лет по тринадцать, и они трогательно ходили вместе за ручку. Теперь за ручку он водит Полину. Забавно. Она забрала у Сашки и отца, и любимого парня. Она ведь до сих пор по этому отбросу сохнет, хоть и не признается. Лайм однажды подсмотрел, как сестра пишет его имя в дневнике.
«Дима. Дима. Дима», — вся страница была исписана его именем. Он ничего не сказал Саше. Знал, что она замкнется. И так депрессивная. Но Барсова стал ненавидеть еще больше. Может быть, поэтому так хотел победить на гонках?
— Какие они забавные, — сказала Карина, которая тоже заметила их. — Зачем Барсу эта девчонка? Они же разные. Она не из его тусовки.
— Влюбился, — усмехнулся Лайм и встал со своего места.
— Ты куда? — удивленно окликнула его Карина.
— Побазарить хочу с Барсом. Не ходи со мной, — осадил ее Лайм. — Я один.
Девушку это задело.
— Да ты помешан на нем! — фыркнула она. — Только о нем и слышу.
— Я ему проиграл, — обернулся Лайм, и его глаза злобно блеснули. — Я эту падлу уделать должен. Сиди и жди. Сейчас вернусь.
— Я тебе собака, что ли? — прошипела Карина ему в спину, но не ослушалась. Осталась на месте.
Лайм покинул кофейню и быстрым шагом направился к Полине и Барсу, которые остановились у торгового островка с шоколадом ручной работы. Девушка разглядывала сладости, а парень что-то печатал в телефоне.
Лайм остановился рядом. Впервые за все это время он был так близко от той, которую хотел наказать назло отцу. Полина стояла к нему боком. Она была невысокой, худенькой, но женственной. Со светлыми распущенными волосами, которые доставали до талии. А еще у нее были очень изящные руки. Лайм смотрел на ее тонкие пальцы с простым маникюром и почему-то не мог оторвать от них взгляда. Будто в этих руках была заключена особая женская магия. Мягкая. Нежная. И руки, наверное, у нее нежные.
Лайм одернул себя.
«Эй, смотри, она одета так, как будто на рынке одевается, — мысленно сказал он сам себе. — Безвкусная девка. Такая же мразь, как и ее гнилая мамаша».
Да, ему нравятся другие. Яркие, уверенные в себе, стильные. Как Карина. А у этой дуры даже кроссовки стремные. Наверняка подделка.
Полина вдруг обернулась на Лайма, и он понял, что ее синие глаза еще ярче, чем на фотографиях и видео, которые ему присылали.
Синие-синие, точно летнее море. Большие. С длинными загнутыми ресницами.
Лайм оторопел, не понимая, что с ним происходит. Полина вопросительно улыбнулась, не понимая, почему он на нее так смотрит, и он с трудом взял себя в руки. Напялил на лицо маску холодного самоуверенного придурка и подошел к Барсу. Тот поднял на него не слишком добрый взгляд.
— Здорово, — сказал Лайм, не протягивая ему руки. С такими, как Барс, он предпочитал не здороваться за руки. Дотронешься до дерьма, потом не отмоешься.
— Что надо? — спросил Барс, делая шаг вперед и вставая так, что Полина оказалась за его спиной. В его голосе не было особенной доброжелательности.
— Да так. Увидел тебя, решил поздороваться. Когда мы с тобой на трассе встретимся? — спросил Лайм надменно.
— Отыграться хочешь? — усмехнулся Барс. Полина удивленно посмотрела на него.
— Тебя, придурка, хочу размазать, — скривился Лайм.
— Ты все еще веришь в это?
— Я тебя сделаю.
— Под себя не сделай, — рассмеялся Барс.
Лайм моментально вскипел. Да что эта тварь себе позволяет?
— На следующей неделе будет заезд. Приезжай, если не боишься, — сказал он, едва сдерживая себя в руках.
— Это тебе бояться надо. Тебя же менты поймали, — спокойно ответил Барс.
— Меня отмазали, детка. И если нужно будет, еще отмажут. Так что Гремлин тебе позвонит на днях. Твоя подружка? — словно невзначай взглянул на Полину Лайм.
— Ты моя подружка, — положил ему тяжелую руку на плечо Барс. — Проваливай давай.
— Осторожнее с ним, девочка, — сказал Лайм Полине. — Он у нас буйный. Настоящий псих.
— Сама разберусь, — вдруг ответила девушка, и Лайм подумал — она и правда с характером. Ему вдруг вспомнилось, как на видео она бросилась на одноклассника, который облил ее водой. Смелая. Ему нравятся такие.
— Не нарывайся, — тихо, но с угрозой в голосе сказал Барс. Лайм мило улыбнулся ему и ушел обратно в кофейню, где его ждала Карина.
Полина не выходила из его головы.
Да что с ней не так?
Или с ним?