Глава 5. 2463
Хана не любила праздники. Точнее не сами праздники, а все те сложности, которые они приносили. Например, ей приходилось учить Наруто высшему этикету и тайным знакам, которыми пользовались клановые. Ее саму учили через силу Хьюги, а теперь она должна была вложить знания об этом в Наруто.
К тому же, несмотря на свою любовь к укороченным кимоно, настоящие она не любила. В них невозможно было передвигаться свободно, приходилось семенить и махать веером, потому что под столькими слоями одежды было чудовищно жарко. Ворот неприятно соприкасался с кожей шеи, и Хана едва сдерживала желание отдернуть его. Деревянные сандалии – гэта, которые Узумаки всегда в тайне недолюбливала, натирали ноги. А лицо чесалось даже от малой дозы косметики. Кандзаси больно втыкались в голову... Но со стороны она выглядела прекрасно.
Когда они с Наруто плыли по улицам Конохи (потому что нормально идти в кимоно было просто невозможно), им вслед раздавались восхищенные вздохи. И возможно, это немножко подкупало. Даже Наруто, который все время бурчал, приосанился и шел с какой-то поразительной статью. Хана снова гордилась им.
Вся Коноха была украшена цветами, повсюду стояли палатки, продавали сладости, бегали дети, ходили влюбленные пары. И после всей этой праздничной атмосферы заходить в абсолютно тихий квартал Учиха было как-то... неуютно. Даже вечно ленивые Нара украшали свои дома и улицы. Это Хана заметила, когда приходила к ним, чтобы осмотреть их дом. Казалось, что праздник воодушевляет их и избавляет от лени. В их квартале, обычно тихом и ленивом, царило небывалое оживление. Здесь же было все по-другому: в маленьких домах светились окна, двигались силуэты людей, раздавались приглушенные голоса.
Их встретил Саске. Он восхищенно застыл, смотря на них. На Хане было черное с вышитыми на нем крупные цветами. Это кимоно ей шили на заказ еще в ее времени, оно стоило чудовищных денег, но отличалось качеством и вшитыми в него специальными печатями, где было спрятано оружие и еще кое-что по мелочи. Для Наруто же пришлось брать уже готовое, но ему оно подходило. Ярко-оранжевое сверху и плавно темнеющее к низу. Саске был одет в явно дорогое, качественное синее кимоно.
Они поклонились друг другу и пошли в сторону дома главы клана. Хана здесь бывала несколько раз раньше (в своем времени), поэтому примерно знала, что и где находится. Пропустив Наруто вперед, Хана собиралась тоже войти в дом, как ее неожиданно потянул за рукав Саске.
– Ты сегодня очень красивая, Хана-семпай, – явно смущаясь, шепотом произнес он.
О. МОЙ. КАМИ-САМА! Едва сдерживаясь, чтобы не завизжать от умиления и не затискать такого хорошенького Саске-куна, Хана ответила также шепотом, чтобы скрыть срывающийся голос:
– Большое спасибо, Саске. Ты тоже очень красив сегодня.
Что ж, тебя можно поздравить, Хана! Ты только что обменялась комплиментами с шестилеткой. С другом твоего отца. Мстителем. Будущим сильнейшим шиноби. М-м-м, класс. Это успех.
Хмыкнув, на свои мысли Хана все-таки зашла в дом. Он был богаче, чем такие же дома у Учиха и у Нара. Элегантность дорогих материалов и изящность живописи сочетались с минимализмом. Хану всегда поражало такое умелое сплетение цветов, но сама же она предпочитала более простую обстановку, потому что только так могла почувствовать себя комфортно и не напряженно. Здесь же все ее инстинкты этикета обострились, все эмоции закрылись в скорлупе, сама же она чуть расправила плечи и сделала вежливое, умиротворенное лицо.
Их уже ждали. Хана и Наруто поклонились, произнося традиционное: «Извините, что мы вас потревожили». Учиха поклонились им в ответ, извиняясь перед ними, что принимают их достаточно скромно. Хана метнула взгляд на накрытый стол и подумала, что дайме принимают хуже, чем их. Они представились друг другу, так как были знакомы только заочно.
Хана достала из-за спины красиво упакованную коробочку. Поскольку в гости без подарка приходить было нельзя, а самым лучшим подарком являлись сладости, Хана решила купить их. Леденцы, которые были похожи больше на произведение искусства, а не на обычную карамель, были выполнены в форме зверей. В них легко можно было угадать нескольких птиц, рыбок и красивого лиса, который вышел особенно удачно. Но Учиха еще только предстояло восхищаться ими, поскольку сейчас видно их не было.
Они сели за стол, и Хана с изумлением и восторгом заметила их. Гребешки. Она не особо любила рыбу, принимая ее, как обыденное блюдо, но обожала морепродукты, и особенным пунктом шли именно гребешки. Их едва уловимый, нежный морской вкус начал уже стираться из ее памяти, ведь в Конохе этого времени достать их свежими было невозможно. Взгляд Наруто ожидаемо остановился на рамене. Но он вел себя достойно и воспитанно, чем не переставала гордиться Хана.
За столом неспешно текла беседа. Учиха Микото – красивая и изящная женщина – мягко расспрашивала Наруто о его успехах в Академии (настоящие занятия начались два дня назад). Хана с улыбкой посетовала на занятость Итачи в последнее время, ведь они совсем перестали видеться. Саске на ее слова несколько раз быстро кивнул головой. Итачи пообещал, что в эту субботу он будет полностью в их распоряжении и даже, возможно, приведет с собой Шисуи.
Молчал только Фугаку. Когда все наелись, он посмотрел прямо Хане в глаза и сказал:
– Узумаки-сан, не хотите ли выпить?
Итачи, словно прочувствовав напряжение Ханы и отца, позвал Саске и Наруто, пойти в комнаты, ведь Узумаки еще ни разу у них не был. Микото тут же быстро удалилась, как она сказала на кухню.
Хане ничего не оставалось, кроме как согласиться. Она любила вкус мягкого, разбавленного саке, который не сильно давал в голову, а лишь придавал легкость. Тут же она поняла, что все будет не так. А у нее даже не было печати, которая могла бы нейтрализовать действие алкоголя.
Фугаку, как волшебник, достал откуда-то бутылочку и разлил жидкость по чашечкам. Они сказали «до дна» и пригубили. Оно было холодным, очень. И крепким. Вкус был слишком насыщенным, хотя, скорее всего, так выражалось качество. Но Хане не понравилось. Можно ей то, что пили они с Хинатой, когда она рассказывала о своих неудачах в фууине и жаловалась на отца, который опять пытается пристроить ее в какую-нибудь команду.
Из-за мысли об отце Хана тут же загрустила, но заметила, как Фугаку снова наполняет чашечки.
– Учиха-сан, не нужно... много! Я... плохо переношу... алкоголь.
– Ну, что вы, Узумаки-сан, сегодня же такой знаменательный день. Мы все-таки познакомились, – проследив, как Хана пьет саке, он лишь слегка пригубил и наполнил чашечки снова. – Я так рад, что наши дети дружат. Это большой день для наших кланов. Думаю, что и мы, как их... официальные представители, тоже должны дружить, не находите? – он заливал свои речи ей в уши, а она пыталась понять, к чему он ведет. Узумаки кивнула в ответ на его вопрос. – Я тоже так думаю. Кстати, а что вы думаете о вступлении в Совет Кланов? Там сейчас на редкость мало умных голов, – Хана со смешком в голове подумала, что если она туда вступит, то умных голов не прибавится. – Раз уж мы с вами дружим, то я помогу вам с этим пустяковым дельцем, – Фугаку налил ей снова, но в этот раз слегка пригубила уже она. Назревало что-то интересное, и терять «умную» голову от алкоголя не хотелось.
– И что же вы хотите взамен?
– Ничего, считайте это вкладом в наши будущие взаимоотношения, – он улыбнулся ей и хотел снова наполнить чашечки. – Узумаки-сан, вы совсем не пьете, плохо себя чувствуете?
– Нет, но я больше не хочу. Вкус довольно резкий и горчит на языке, не люблю горькое, – чуть капризно сказала она.
– Вот как? Ну, что ж... Слышал, вы помогаете клану Нара?
– Помогаю? Я всего лишь продаю свои услуги... – она задумалась, стоит ли добавлять про Хокаге, но все-таки решилась. – Хокаге-сама решил ограничить меня в продаже печатей, а мне это не понравилось...
– И какие же услуги вы продаете?
– Одни из самых простых. Защитные и взрыв. Еще устанавливаю защитный барьер на главный дом, – пожала плечами Хана.
– Говорят, что ваши печати самые качественные и подобных им нет, – Узумаки кивнула, довольно улыбаясь. – Продадите ли вы их нам?
– М-м-м, думаю, можно. Но давайте обсудим это позже. Сейчас у меня с собой нет ни блокнота, ни чернил...
– Хорошо-хорошо. Тогда будем ждать вас в субботу, как раз Итачи будет свободен, Саске с Наруто посидят с ним.
– Ладно. Цену обсудим позже. Но за пятьдесят штук защитных возьму пять с половиной тысяч, за взрыв-печати две с половиной, – Хана задумчиво перевела взгляд на часы. – Ох, сколько времени! Нам пора идти! Мне завтра нужно идти к Нара, чтобы наносить печати. Прошу прощения.
Когда они уже все окончательно прощались, Саске радостно сказал:
– Те сладости, что ты купила, они такие красивые! Так жалко их есть! Они прямо как живые!
– Я рада, что тебе они понравились, Саске, – Хана присела перед ним и поцеловала его в макушку. Она была самую малость пьяна, но свои действия контролировала и осознавала. Саске тут же покраснел, что-то пискнул, схватился за место поцелуя и убежал в дом. Хана проводила его удивленным взглядом.
– Отото полностью очарован тобой, Хана-семпай. Не дразни его, – мягко сказал Итачи. Хана посмотрела на него еще с большим учивлением.
– О-очарован? – переспросила она, начиная заливаться краской. Итачи хмыкнул и посмотрел на вышедших родителей.
Уже после всех прощаний, поклонов, пожеланий, когда Хана и Наруто шли домой, Наруто сказал:
– Я хорошо себя показал?
– С самой выгодной стороны. Я видела, как Микото-сан сдерживалась, чтобы не потрепать тебя по волосам и не потискать за щечки.
Наруто рассмеялся и пошел чуть быстрее, объявляя состязание наперегонки. Хана тоже ускорилась, но под конец, все-таки сбавила скорость, чтобы выиграл Наруто, да и гэта окончательно натерли ей ноги.
Это был хороший день, пусть немного и напряженный.
Объявление:
Привет всем)
Как у вас дела? У меня вот совсем не очень. Сегодня должен был быть, вроде как, последний звонок, но ощущаю ли я этот праздник? Или светлую грусть? Нет, я чувствую только сильную усталость. Еще конфликт в классе добивает меня. Хочется просто сдать эти экзамены и уйти куда-то. Воть.
Как вам новая глава? Если понравилась, то не забудьте поставить «звездочку» и оставить комментарий. Я очень жду ваших отзывов)