III
-Сайс, оно жжётся... - слабо произнесла Эфариэль, сжав зубы и откинув голову назад, прижимаясь к холодной каменной кладке канализации.
-Дай посмотрю. - устало произнёс парень, ударом ноги размозжив череп последней твари, что лежала у него прямо под ногами. Куски черепа и розового мозга разлетелись по сторонам, а сам парень прошагал вперёд, тяжело дыша. Десятки испепелённых, порванных и переломанных тел лежали всюду. Голубое свечение всё ещё исходило из глаз и из под одежды, освещая небольшую область вокруг. Он был словно луч света в кромешной тьме глубин канализации, куда уже не попадал даже лучик солнечного света.
Девушка вытянула ногу вперёд, а Сайсен создал лёгкое свечение в своей ладони, которую поднёс к кровоточащей ране. Несколько внушительных следов от острых клыков пасти утопленника, кровь с которых продолжала капать вниз по бедру. Раны были глубокие, отчего Сайсен испуганно посмотрел на девушку. Увидев, как его испуг, словно в зеркале, начал отражаться в её лице, он натяжно улыбнулся, чувствуя, как его сердце чудовищно колотится.
-Всё хорошо, не переживай. Он укусил неглубоко, просто порвал рану. Яд точно не успел попасть внутрь в достаточных количествах. - произнёс парень сам не веря в то, что говорил. Он аккуратно погладил девушку по щеке, кивая той и глядя в испуганные глаза.
-Правда? - спросила та с дрожью в голосе. Она оглянулась по сторонам, увидев едва заметные силуэты истерзанных тел утопленников, которые "поднятыми" выглядели намного страшнее, нежели полностью мёртвыми. И стать одной из этих ужасных тварей она не собиралась.
-Правда. - произнёс парень, снимая верхнюю одежду и надрывая рубашку, собираясь пустить её на бинты для раны. Теперь девушка могла увидеть его тело, которое было словно исписано вдоль рук, позвоночника и плеч светящимися руническими знаками. Однако, странная, словно переливающийся в районе груди символ словно заворожил её своим видом. Внутри него, словно через стекло, можно было заметить движения странной дымки, которая подобно потоку ветра гуляла внутри сердца парня, что было таким же прозрачным.
Сайсен же этим временем успел перебинтовать рану и направить лёгкие потоки магии к краям раны, дабы она не увеличивалась в размерах. Будь у него возможность, он бы с радостью помог девушке полностью избавиться от раны, однако ни одна магия не могла помочь избавиться телу от ядов. Это являлось частью живой природы, а не магической оболочки, окружающих их даже сейчас, в этом забытом святыми месте.
-Вот и всё. - с лёгкой дрожью произнёс он, кивая девушке и чувствуя, как её слегка холодная рука касается его груди. Он взглянул и увидел, что она водит окровавленными пальцами по одному из символов, покрывающих его тело, подобно странным татуировкам. Небольшие багровые полосы прошли по символу сверху-вниз, после чего те частички крови, что оказались на его светящейся части, словно начали светиться, переливаясь на свете и медленно поднимаясь вверх на пару-тройку сантиметров, пока вовсе не исчезали такими же маленькими светящимися крупинками.
-Пообещай мне, что ничего не случится. Ни с тобой, ни со мной. - произнесла девушка с неунимающимся страхом в голосе. Она понимала, что они находятся в не самом безопасном месте Кхильдона, да и к тому же даже не знают, в какой именно его части. Эта часть канала выглядела такой, словно по ней уже давно никто не ходил, а следовательно, на то, что их случайно найдут ещё одни бандиты, рассчитывать не стоило.
-Я... - уже собирался возразить парень, однако, девушка взяла его за руку, сжимая ту в своих, переляпанных кровью пальцах.
-Пообещай. - настойчиво произнесла девушка, глядя в парня, что гневно сжимал губы. Сайсен лишь теперь понимал, почему Хейс так редко даёт обещания. Он не хочет обещать того, в чём не уверен до конца. Однако, в отличии от Хейса, он не смог бы сказать нет такой девушке, как Эфариэль.
-Хорошо. Обещаю. - сквозь вздох произнёс он, опуская глаза вниз и поджимая пальцы на той руке, что поддерживала его, упираясь в каменный, поросший мхом и заляпанных трупной кровью пол.
-Спасибо. - произнесла девушка, мигом обхватывая парня и прижимая к себе. Ей сейчас не хватало лишь чувства защищённости, словно в детстве, когда родители тебя обнимают. Когда, прячась за ними, ты словно прячешься и от всех своих страхов, всех проблем этого мира. И даже когда ты уже можешь считаться взрослым, эта привычка, идущая с самого детства, способна не дать тебе громко рухнуть с самого верха. Каждому, хоть иногда нужно знать то, что он кому-то нужен. Что есть тот, кто сможет его поддержать, не дать упасть. Спрятать, словно ушедший родитель, от всех проблем и страхов. И для эльфийки им являлся Сайсен.
А он резко вздрогнул, чувствуя, как горячее дыхание девушки расходится по его груди. Он словно вновь оказался в тех далёких днях, когда они прятались от дождя под старыми шкурами, чувствуя влагу, витающую в воздухе, удары капель по лужам внутри их полуразрушенного жилища, а также ручейки, бегущие вокруг них.
Пускай она и не знала, но ему тоже этого не хватало. В отличии от девушки, он ведь даже не помнил своих родителей. Ещё в колыбели, когда узнали, что у мальчика есть способности к магии Еренора, его забрали старые шаманы деревни, намереваясь передать свои знания. Поэтому, родительской любви он был лишён ещё с самого детства.
Однако, тёплые воспоминания из далёкого прошлого мигом вспыхнули в его сознании, подобно фонарному столбу в кромешной тьме леса. Тот эльф, который обходился с ним не просто как с вместилищем могущественной энергии, способной как дать жизнь, так и забрать её, а как с живым, подобным себе эльфом. Родичем из младших поколений, за которых он держал ответ.
Его рассказы о истории как их народа, так и других, более древних, которые дали рождение всему материку, всему их миру. Тогда он не понимал, почему все вокруг называют его глупцом, жалким сказочником. Тогда он был ребёнком, которому просто нравились истории о сказочном прошлом, которое, казалось, рождалось перед его сознанием благодаря рассказам старого эльфа, члена совета старейшин и одного из магов-элементалей деревни.
Однако, тот рождал перед глазами маленького мальчика не только картинки прошлого. Он рождал ему картинки будущего, которые, как он говорил, имеют гораздо большее значение чем то, чему его учили в то время другие шаманы и старейшины. И сейчас, уцепившись за эти воспоминания в глубинах своего сознания он почувствовал, как холодная дрожь пробивает всё его тело. Испуг, который он сам себе и создал, медленно проникал в кровь и разбегался по всему телу, подобно яду.
Он не мог и вдохнуть. Ему хотелось кричать от осознания прошлого, настоящего и возможного будущего, однако, словно чья-то холодная рука сжала его горло, не давая что-либо сделать. Он вспомнил. Вспомнил один из самых важных моментов за свою короткую жизнь.