051
(вы не пожалеете, посмотрев следующее видео)
•
ВНИМАНИЕ: материал для взрослых
Низкий голос Гарри и его тёплое дыхание обдувает мою кожу, заставляя мурашки пробежать по ней. Я хмурю брови, фокусируясь на цифрах и буквах, которые, к удивлению, я смогла хорошо запомнить.
— Ты уверена, что знаешь код? — снова спрашивает Гарри, будто сомневаясь.
— Конечно, — тихо напеваю я, когда ручка легко скользит по грубой бумаге.
Моя зрительная память позволила легко запомнить комбинацию этих цифр и букв, но я не думала, что буду использовать их в такой ситуации, как сейчас.
— Я не думала, что он когда-нибудь кому-то пригодится.
Гарри на мгновение делает паузу, смотря в одну точку.
— Он ставит коды на всё. Особенно на то, что тщательно хочет скрыть. Но он никогда не говорил мне об этом, а тебе просто удалость разузнать о них?
Я покачала головой, нарочно продолжая писать серии цифр и букв одну за другой, не останавливаясь ни на секунду.
— Это не то, что он сказал мне. Я просто была рядом, когда он их вводил. И однажды я записала их, пытаясь выяснить, где моя мама, о чём, кстати говоря, я узнала... Но это другая история, — спокойно объясняю я, — Он защищает этими кодами свои деньги, незаконные соглашения с политическими партиями и какие-то другие вещи, которые он не хотел бы разглашать без своего согласия.
— Ну, видимо они недостаточно хорошо скрыты, — уверяет Гарри, наблюдая за мной, — Как ты запомнила их?
— Я записывала коды каждый раз, когда видела, как папа вводил их. И если бы я не смогла запомнить всё, то мне приходилось ждать дни или даже месяцы, прежде чем я снова смогла бы увидеть, как он вводит их, — сказала я, тяжело вздыхая, — Это заняло у меня некоторое время, но я была убеждена, что они нужны мне для того, чтобы найти свою маму.
Когда я продолжаю писать последний код, который запомнила благодаря своему невнимательному отцу. Позже Гарри говорит:
— Ты никогда не удосуживалась найти её?
— Я не могла, — тихо отвечаю я, — Впрочем, после всего этого я не особо заботилась. Просто не хотелось жаловаться отцу.
— Ну, ты чертовски много жаловалась мне, так что... — свидетельствует он, заставляя меня улыбнуться, — Всё ещё жалуешься, кстати, — напоминает он мне.
— Задница, — я издаю смешок, дописывая коды.
На мгновение я чувствую руку Гарри, когда он, как обычно, шлёпает меня по заднице. Мой смех усиливается, когда я игриво толкаю его в грудь.
— Вот, я всё записала. Проблема в том, что я не помню какой код для чего предназначен. Мне было лет девять, и всё, на чём я была сосредоточена – это сама комбинация, а не... их предназначение.
Я поворачиваюсь лицом к Гарри, замечая, как близко находились наши тела. Он забирает лист бумаги, и его бледно-зелёные глаза так долго смотрят на неё, что я забываю о времени.
— Ката... — начинает он медленно, хмуря брови, — Я думаю, что я начинаю понимать, что к чему.
Мои брови нахмурились, и неустойчивый короткий смешок выскользнул из моих губ.
— О чём ты?
— Хм... ты не поняла? — спрашивает он, — Ты знаешь комбинации, но не помнишь, для чего они.
Я внимательно слежу за ним, замечая, что он сделал акцент на «знаешь» и «помнишь». Я обдумываю его слова, чувствуя, что точно знаю, на что он намекает, хотя на самом деле не могу пролить свет на мысли.
— Детка, ты ведь знаешь, — уверяет он, и его хриплый тон почти уговаривает меня вспомнить, — Ты чертовски забывчивая, — о, кажется до меня начинает доходить. Дыхание, которое выскальзывает из моих губ является доказательством того, что его слова пометили «х» в моей голове. Гарри кивает, наблюдая за моей реакцией, — Вот оно, — бормочет он.
— Так... так... — начинаю я, переминаясь с одной ноги на другую, — Это что-то о чём я знаю, но не помню? Сами коды... но не то, для чего они, — бормочу я, щурясь.
Гарри щёлкает пальцами, сжимая бумагу в руке и засовывая её в карман.
— Бинго, — он слабо ухмыляется, — Какой-то из этих десяти кодов, которые ты только что дала мне, это цель, которая действительно сведёт их с ума. Интересно, что это...
— Деньги? — думаю я вслух. Хотя возможно, что именно эти коды и есть причина, по которой люди хотят меня.
— Нет, этого достаточно. Мы ошибались. Они не гонятся за тобой из-за денег. Они гонятся за тобой из-за этих кодов, — уверяет он меня, — И причина, по которой они, скорее всего, не напали на твоего отца, заключается в том, что Фрэй не хотел, чтобы он умер. Он хотел, чтобы умерла ты, тем самым заставив твоего отца отдать им все коды, — тихо шепчет Гарри, в то время как я стою на одном месте, впитывая все его слова.
Мои губы были плотно сжаты, пока я не сделала глубокий вдох, проведя руками по волосам.
— Но они пытались убить моего отца в Италии. Как это работает?
— Эти люди – точные стрелки. Фрэй бы не допустил ошибок в своей операции. Это был обманчивый ход. Он был сделан для того, чтобы выглядело так, будто они хотели убить твоего отца. Но на самом деле он не был в опасности. Ты была. И если коды окажутся у Фрэя, считай, ты уже мертва. Он победит этот долбанный спор, который был построен на их длительной взаимной ненависти друг к другу, — заявляет Гарри.
Я не сомневаюсь, когда повторяю себе, что вся моя семья хороша только в одном. Месть. Все они так хороши в манипуляциях, обмане и ненастоящей смелости. Большинство из них прожили жестокие, мафиозные дни, так что они не могут мыслить по-другому. Это слишком хороший план, чтобы тратить его впустую.
— Сколько мафий работает с моим дядей?
— Все, что мы видели, возможно больше, — уверяет меня Гарри, — Среди нас есть кровавый шпион, и это действительно беспокоит меня. Я не могу оставлять тебя одну. Фрэй подождёт какое-то время, пока всё не уладится, после чего он сделает ход.
Я медленно киваю головой.
— Хорошо... но что мы будем делать? Не думаю, что мой отец знает об этом.
— Не принимай своего отца за идиота. Я думаю, что он знает больше, чем когда-либо. Помню его выражение лица, когда мы собирались ограбить банк... у него было мало надежд на то, что мы справимся с ним, — объясняет Гарри, проводя пальцем по моей щеке. Его прикосновение успокаивает моё волнение, которое накапливалось в течение нескольких минут.
На мгновение я закрыла глаза, а когда вновь открыла, увидела как Гарри смотрит на меня с этим нахмуренным, сосредоточенным взглядом. Его привычка всегда быть наблюдательным и сосредоточенным.
— Если я прав, и у Фрэя много работников, охотящихся за тобой из-за кодов, в то время как твой отец сдаётся, не говоря уже о стукаче среди нас... тогда нет никаких сомнений, что мы не сможем оставаться здесь.
— Ты хочешь, чтобы я оставила своего отца? — тихо спрашиваю я. Его лицо на мгновение смягчается, и я наблюдаю за тем, как сжимается его челюсть из-за раздумий.
— Честно... да. Я ничего не буду приукрашивать. Я хочу взять тебя с собой и сделать всё по-своему. Никаких приказов... никакой лжи. Мои планы, мои решения, — твёрдо уверяет он меня, сжимая моё лицо в своих больших руках и приближая его к себе.
Наши носы соприкасаются, а дыхание обдают лица друг друга. Я делаю паузу, закрывая глаза и тихо выдыхая.
— Мне не в первой. Он холоден ко мне, и он сам знает это. Я ведь вижу. Просто не хотела говорить или слышать это от его самого.
Гарри отпускает моё лицо, не отстраняясь от моего тела. Его руки спускаются по моим бокам, пока он не хватает меня за бедра.
— Они не придут за ним. Фрэй любит болевые игры. Ему нужна только ты, и коды, которые ты знаешь.
— Что насчёт нас? — спрашиваю я, — Куда отправимся мы? И что будем делать дальше?
— У твоего отца были мысли насчёт того, чтобы сдаться. Но он не такой человек, который так легко всё бросает, потому что он не хочет проигрывать своему брату. В ту минуту, когда он начал понимать, что проигрывает – он достиг предела, — объяснил Гарри, — Я хочу, чтобы ты была под моим присмотром, детка. Я уже говорил тебе, что ты моя... для обеспечения защиты и вообще в целом моя.
Я без особого беспокойства смотрю в его прекрасные глаза.
— Если это то, что ты считаешь нужным, то я тоже так считаю. Ты знаешь больше, чем я, когда дело касается и Фрэя, и моего отца... Но мне нужно, чтобы ты пообещал мне одну вещь.
Он молча смотрит на меня, слегка кивая головой, чтобы я продолжила.
— Больше не лги, Гарри. Пожалуйста. Говори мне, что у тебя на уме каждый раз. Никому из нас не помешает общение.
— Снова ты начинаешь с этим дерьмом, — бормочет он, сжав челюсти, на что я начинаю хмуриться.
— Это не дерьмо. Это важно, особенно сейчас. Не всё связано с оружием и насилием, Гарри. Бывают моменты, когда необходимо общение, и это один из них. Мы поговорили, и ты рассказал мне о своих мыслях. Я не сопротивлялась тебе...
На этом он замолкает, хотя выглядит довольно раздражённым.
— Хорошо. Ладно.
Я слегка улыбаюсь своей маленькой победе. Моя рука тянется к его подбородку, когда я целую его губы и бормочу:
— Вот и отлично.
После моего действия, я замечаю, что Гарри всё ещё недоволен, после чего снова целую его в губы и улыбаюсь.
— Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, да?
Гарри сжимает мои руки в своих и поднимает одну бровь.
— Ещё бы. Меня чуть не застрелили и не убили пять раз, а ещё избили до смерти.
Я слабо улыбаюсь и с любовью трусь об его нос своим.
— Я люблю тебя, — снова повторяю я.
— И я тебя, — тихо шепчет он, крепко прижимая моё тело к своему и накрывая мои губы своими. Я обнимаю его за шею, желая почувствовать поцелуй каждой клеточкой тела. Гарри, не стесняясь, углубляет поцелуй, жадно впиваясь зубами в мою нижнюю губу.
Я не замечаю, как через несколько секунд моя спина соприкасается с мягким бельём на кровати, и тело Гарри тут же оказывается над моим.
Опираясь на локти, он наклоняется ко мне, и наши губы снова лихорадочно соприкасаются. Мы целуемся почти без перерыва, за исключением того, что приходится отстраняться, чтобы снять с себя одежду.
Я делаю глубокий вдох, когда свободная рука Гарри бродит по моим бёдрам, а губы переходят на мою шею, мягко покусывая и посасывая кожу на ней.
Я дышу прерывисто, когда мои руки бродят по его обнажённой спине. Губы Гарри снова накрывают мои, в то время как его пальцы медленно стягивают с меня последний предмет одежды, прикрывающий моё тело.
Боль продолжается для него. Он не тратит время, опираясь на один локоть, когда другой рукой проводит по каждому изгибу моего тела. Когда-то я видела в его глазах осуждение и сожаление, но точно не сейчас.
Моя рука тянется к его волосам, когда мы снова целуемся. Он внезапно отстраняется и садится, отводя глаза от меня; никогда. Они бродят по каждому дюйму моей голой кожи. Его нижняя губа зажата между зубами, когда его взгляд заполняется наслаждением и удовольствием.
Когда он снова возвращается ко мне, я чувствую, как внутри меня начинает что-то гореть. Только Гарри заставляет меня чувствовать себя так, и, когда он смотрит на меня сверху вниз, я прикусываю губу, кладя руки на его грудь.
Рука Гарри находится на моём поясе, когда он слегка поднимает моё тело, медленно продвигая свою пульсирующую длину в меня. Он сильнее кусает свою губу, и я задерживаю дыхание от потрясающего чувства.
Я крепко сжимаю его руки у плеч, пальцами впиваясь в напряжённые мышцы, когда Гарри отводит бёдра назад, а затем снова толкается вперёд. Ритм начинает формироваться после того, как он сможет убедиться, что я готова к этому.
Со временем мои пальцы на ногах с облегчением сжимаются, а веки слипаются от его резких, грубых толчков. В считанные минуты тяжёлые вздохи превращаются в стоны. Его низкие стоны слышны только для меня, но даже это получается с трудом, так как мои собственные стоны заглушают его.
Мои ноги обвивают его талию, и наши тела начинают двигаться вместе. Неконтролируемые стоны буквально вырываются из меня от его грубых толчков. Гарри крепко держит меня под этим углом, пронзая своими впечатляющими способностями. И в один момент я чувствую его так глубоко, что из меня вырывается громкий стон его имени.
Я вижу довольную ухмылку на его лице, но он не останавливается.
— Чуть тише, малышка.
Его голос только заставляет меня чувствовать себя более напряжённой, получая дикое удовольствие от каждого прикосновения. Гарри целует меня, заставляя замолчать. Но не до того момента, когда мои стены сжимаются вокруг него, и он сам начинает тихо постанывать.
— Блять, — резко выдыхает Гарри, тут же облизывая губы.
Его движения, его прикосновения, его уверенность в своих действиях, его хриплый голос и вообще буквально всё заставляет меня стонать.
— Г... о Боже... Гарри.
Он смотрит на меня с огромной похотью в глазах. Наши тела чувствуют дикий жар и липкость, когда Гарри продолжает двигаться. Но в один момент его рука оказывается там, где встречаются наши тела, и это буквально в следующую секунду доводит меня до конца. Моя голова откидывается на подушки, когда я продолжаю чувствовать его член и сильные пальцы на себе.
Через минуту Гарри изливается в меня, и я слышу его прерывистое дыхание. Оба наших тела полностью обессилены, и в конечном итоге мы лежим на кровати, пытаясь восстановить дыхание. В этот момент, я вспоминаю про таблетки, которые принимаю каждые три месяца.
Через несколько минут всё возвращается к норме, после чего Гарри тут же двигается ко мне, укладывая меня на свою грудь. Я спокойно поддаюсь ему, целуя его в шею несколько раз, прежде чем закрыть глаза.
*
Когда я открываю глаза на следующее утро, я осознаю, что встала раньше Гарри. Я осторожно отодвигаюсь от его тела, пытаясь встать и когда наконец делаю это, слышу позади себя его хриплый голос.
— Я сделал это нарочно.
— Чёрт возьми. Ты когда-нибудь вообще спишь? — спрашиваю я, вскидывая бровями. Я встаю с кровати, быстро надевая нижнее белье и рубашку Гарри.
Я поворачиваюсь к нему, замечая довольный взгляд на его лице, когда он осматривает мой вид. Он слабо усмехается и машет мне, чтобы я вернулась к нему, но я стону в протесте, утверждая, что мне нужно в ванную.
Выполнив утренние процедуры, я возвращаюсь в спальню и вижу Гарри, сидящего под одеялом, чуть ниже прикрывающего v-линию на его торсе. Я прикусываю губу и подхожу к нему, садясь на его колени. Его утренний, хриплый, глубокий голос делает его таким неотразимым. Я даже слегка краснею.
— Мне нравится моя рубашка на тебе, — комментирует он, снова глядя на меня. Его голос напряжён, будто он выдавил это из себя. Я поняла, что это связано с моей вчерашней просьбой.
Это заставляет меня улыбаться, и я хватаю его за челюсть, небрежно целуя его губы.
— Мне тоже, — тихо отвечаю я.
Позже этим днём мы вместе приняли душ и сумели выбраться из прекрасного уюта и тепла кровати. Гарри возобновил свою работу с моим отцом, и то, что мы сумели выяснить насчёт Фрэя, осталось между нами. У меня нет времени думать о том, должна ли я сказать что-то отцу или полностью довериться Гарри всем, что у меня есть.
Второй вариант кажется мне проще, чем признаться отцу, что я знаю о каждом его коде.
Больше всего меня беспокоит то, откуда моему дяде известно, что я знаю о них. Должно быть, он всего лишь предполагает, но даже если я скажу, что не знаю о них, он всё равно убьёт меня, чтобы нанести удар моему отцу.
Я вздыхаю и заворачиваю за угол, направляясь в коридор, чтобы взять очередную глупую таблетку. Я подумала, что нужно будет уточнить некоторые детали насчёт нашего с Гарри плана.
Но мои мысли прерывает Джинкс. На очередном повороте он буквально врезается в меня. В итоге я почти падаю на пол, но вовремя обретаю равновесие, когда Джинкс просто хмыкает и потирает своё плечо.
— Эй, осторожнее, Каталина, — он забавно огрызается на меня. Я выдавливаю из себя смех, потирая своё плечо.
— Прости.
— Не суетись! Это происходит постоянно, — уверяет он меня.
— Да, наверное, — я вежливо улыбаюсь.
Его ярко-голубые глаза и блестящие чёрные волосы очень резко контрастируют друг с другом. Но это красивый контраст, и он идёт ему. Джинкс пристально смотрит на меня, и на его губах образовывается лёгкая ухмылка.
— Да, именно так, — тихо повторяет он, — Никогда не знаешь. Жизнь может быть довольно удивительной.
Я тихо наблюдаю за ним и киваю головой, не зная, что ответить. Моё единственное оправдание, чтобы избежать его пристального взгляда, это перевести тему.
— Ну... мне нужно уйти. Поздравляю, что не убили на днях.
— О, это?! Это был всего лишь кусок пирога, — смеётся он. Я киваю и собираюсь пройти, но он хватает меня за предплечье довольно быстро и ловко. Мое сердце сжимается от удивления, когда он пристально смотрит в мои глаза и бормочет: — Увидимся.
Я киваю, и с этим он исчезает дальше по коридору. Я наблюдаю, как он спускается по лестнице и в конце концов исчезает из моего поля зрения.
Я оборачиваюсь, собираясь пойти туда, куда шла, но бледно-зелёные глаза, смотрящие на меня с явным недовольством, останавливают меня.
Я вскрикиваю от неожиданности, кладя руку на грудь и тяжело вздыхая.
— Боже, Гарри, может быть, предупредить о том, что ты здесь, было бы хорошей идеей.
Он не сразу отвечает мне, глядя в ту сторону, куда только недавно спустился Джинкс. Гарри сжимает челюсть, переводя взгляд на меня.
— Держись, блять, от него подальше.