Ваша Тёмность

Я стояла посреди центрального нефа в главном зале кафедрального собора, впившись взглядом в алтарь, на котором сегодня мне предстояло свершить своё первое божественное деяние. С нашей вылазки из Ада прошло ровно четыре дня, и ритуал должен быть именно сегодня. Так говорит директор Голдмэн и так утверждает госпожа Олсопп. Что ж, в таких делах они разбираются лучше. Я же просто хотела вернуть Моргана к жизни.

Когда я принесла его в жертву, то где-то в душе верила, что это не навсегда. Что как только стану богиней, обязательно позабочусь о его благополучии. Как? Сама не знала. Но события складывались так удачно, что мне только и остаётся благодарить за это Хаоса.

Голдмэн прошептал те спасительные слова, которые заставили меня вернуться в академию. «Ты можешь воскресить Моргана. Мы в этом поможем», — сказал он, и я тут же ему поверила. У них было нужное заклинание, которое действует лишь в устах бога, а я как раз подходила под эти параметры.

Я отчётливо помнила, что сказала тогда ему. «Это ещё не конец», — а после полоснула по шее. Если последняя жертва пробудила во мне бессмертие, то первое деяние должно вернуть его, Моргана, к жизни. Думаю, так будет правильно.

Друзья не отвернулись от меня, за что им отдельное спасибо. Вместе мы прошли слишком много испытаний, и отныне держались друг за друга не только из-за чувства стадного самосохранения. Нас связывали узы, которые вряд ли уже кто-либо сможет разорвать. Да, мы не идеальны, но в этом вся прелесть дружбы.

Глубоко вздохнула, и, кажется, моё дыхание эхом прокатилось по пустому помещению. Скамейки по бокам были убраны, отчего пространство вокруг казалось внушительно широким. Освещение исходило только от свеч, что придавали теням сакральную атмосферу. Внутри меня царило умиротворение и гармония. Что бы я не говорила, однако, академия была мне домом.

Ненароком я порылась в закромах своей памяти и нашла те далёкие знания, что получила на первом курсе учёбы.

Академия была особенным местом. Когда-то давно здесь служили мессы на девяти языках, включая греческий и латынь. Молодёжь проводила курсы катехизации и организовывала благотворительные концерты органной музыки. Жизнь здесь била ключом, пока не прогремела революция. Её участники восстали против местного правительства, взяв власть в свои руки. В ходе государственной борьбы против религиозных организаций храм закрыли, а его настоятеля расстреляли. Имущество католической церкви было разграблено, пустые помещения отдали под надзор научно-исследовательскому институту, название которого было настолько незначительным, что упоминать лишний раз его не имело смысла.

Конечно, за собором никто не следил. Вскоре в нём стали жить случайные бродяги и наркоманы, которые не задавались вопросом о необходимости капитального ремонта. Храм быстро превратился в барак, кишащий тараканами, канализационными крысами и редкими отбросами общества.

Я улыбнулась. Пусть святилище и выкупили, перепроектировали под тайное учебное заведение и из объекта культурного наследия превратили в академию, сохранив ей церковное имя, но в ней по-прежнему обитали неудачники, которым было суждено либо умереть в бою против какого-нибудь монстра, либо — если повезёт — стать тем немногочисленным выпускником и примкнуть к Небесному братству, о которой так грезит Кайл.

— Удивительно, но я скучала по этому месту, — эхом отозвался за моей спиной голос Сабины. Она поправила на себе кожаную жилетку и встала рядом. Ношение униформы теперь было необязательным. По крайней мере, для нас. Так что мы ходили в том, что было: удобные толстовки, джинсы и потёртые кеды.

— Я тоже, — соврала, съёжившись, из-за того, что моё уединение нарушили. — Кстати, как твоя рана? Ещё болит?

— Нет, — подруге было приятно, что я поинтересовалась её ранением. Мы стали держать между собой дистанцию, но говорить хоть как-то было нужно. — Заживает потиху.

— Здание было построено в неоготическом стиле из красного кирпича в конце XIX века на деньги добросовестных католиков, — к нам подоспела Таиса, перебив наш краткий диалог. За ней молча плёлся Кайл, а за ним недалеко шёл и Гейл. — Собор возводили целые десять лет, и оно того стоило.

— Ага, в основу планировки положена форма трёхнефной крестовидной базилики, — Кайл не смог сдержать себя в познании архитектуры. — Собор построен в форме креста, как отсылка к телу Святого Руфуса.

Я закатила глаза: сейчас начнётся битва умов. И никто в этом поединке не смел им помешать.

— Всё верно, Кайл, — согласилась Таиса, по привычке всё же надев на себя чёрный пиджак в зелёную клетку. — А стрельчатые оконные проёмы, украшенные разноцветными витражами, были сделаны теми самыми монахами, что тут когда-то жили. Неописуемой красоты работа.

— Это единственное, что они после себя оставили, — даже Гейл что-то из этого знал. — Пока всех не поставили к стенке на пару с их священником.

— Печально, но история всегда требовала жертв, — Таиса приумолкла, потому что ненароком подтолкнула всех на мысль о сегодняшнем событии. — Кстати, об этом. Кора, как ты себя чувствуешь?

Девушка подошла ко мне ближе. Она была меньше меня ростом, отчего складывалось впечатление, что рядом стоит школьница средних классов. Если бы Таиса услышала мои мысли о ней, то очень бы разозлилась.

— Нормально, — ответила я, но все требовали подробности. Добавила: — Я убила его. Моргана. И я же его верну. Только мне это под силу.

— Как нам повезло, — Таиса не знала что ещё сказать. — Но раз так, то нужно готовить алтарь. Ведь для этого мы здесь.

Я кивнула.

Алтарь был сориентирован на запад, облицованный тёмно-красным мрамором. Он представлял собой трёхшпилевую готическую конструкцию с престолом, возвышавшуюся почти до потолка апсиды, в которой располагался Святой Огден со своими дарами: первой и последней буквой греческого алфавита, что буквально означали начало и конец всему сущему. Альфа и омега — вот его откровения.

Справа от алтаря располагалось специальное сооружение под названием амвон. Когда-то давно там читали Священные Писания. Он был украшен драгоценными камнями и покрыт таким же цветом крови мрамором.

Чуть позади жертвенника виднелись ступеньки. Они вели на невысокий помост, что позволяло обойти его незамеченным. Ещё там располагалась кафедра архиепископа и места для духовенства.

Всё это интересно изучать лишь до тех пор, пока это имеет хотя бы какое-то значение. Но мы-то теперь знали, что мир не такой простой, в который верят религиозные люди. В нём живут не только смертные, но и боги. Причём во множественном числе.

— Таиса, что это у тебя на руке? — отвлеклась и обратила внимание на её новое украшение. — Я думала, ты носишь только золото.

— Так и есть, — азиатка испугалась резкой смены разговора и засуетилась. — Знаешь, иногда хочется изменений.

— Ты врёшь! — не сдержалась и повысила на неё голос. — Скажи: откуда он у тебя?!

— Я не... — Таиса попятилась назад, готовясь дать дёру, но Сабина перекрыла ей путь. — Кора, это ведь просто браслет. Я давно его не носила, вот и всё.

— Это не просто браслет, — Сабина схватила руку девчонки и сняла украшение с запястья. — Кажется, я знаю его. Таиса, это украшение не принадлежит тебе.

— Оно моё, — я взяла его в руки и вспомнила события, при которых оно мне было подарено. — Браслет сделан из лавы. Адам дал мне его для защиты от гарпий. Умбра заколдовала его так, чтобы адские твари не могли мне навредить. Они чуяли во мне угрозу их повелителю. Пфф, знали бы они правду...

От таких подробностей Таиса закрыла рот руками. Она точно не знала, что значил для меня этот ничем непримечательный браслет.

— Так откуда он у тебя? — я подняла на неё усталый взгляд, надеясь найти в её чёрных глазах хоть долю раскаяния. — И только не вздумай мне снова лгать.

— Это всё Умбра... — Таиса не хотела делиться тайной, которой обладала, но ей пришлось рассказать всё.

Девушка поведала краткую историю встречи с самой могущественной чародейкой на свете. Я понимала, что Ридли была ни в чём не виновата, но я злилась на неё не за это.

— Ты не должна была молчать, — тяжело вздохнула, перебирая пальцами холодные бусины чёрного браслета.

— Она тебе ничего не должна, — вдруг за неё вступился Кайл и подошёл к почти плачущей девушке. Она была готова устроить сцену лишь для того, чтобы снять с себя подозрения. — Она рассказала бы, но позже. Правда, Таиса? — он сжал её за руку и приобнял.

Таиса посмотрела на парня и промолчала. Это и послужило ответом. Кайл дёрнулся и разорвал объятия. Он знал, что Ридли та ещё непоседа, но понятия не имел, что она хотела затеять.

— Никакого призыва не будет, — я отчеканила слова как можно строже. — Прошло четыре дня, но из-за тебя наше местоположение всё равно могли отследить. Так что если на академию вдруг нападёт армия демонов с королём Ада на передовой, то лишь по твоей вине. И молись, чтобы этого всё же не произошло, — на последних словах я рванула посильнее тесьму, и браслет с приятным звуком треснул.

— Нет! — Таиса кинулась собирать упавшие на плитку бусины. Они с громким звоном отскакивали от глянцевого пола и разбегались по углам. — Что ты наделала!

Кайл попытался ей помешать, но Ридли лишь раздражённо рыкнула и продолжила собирать остатки былого украшения. Она громко расплакалась и стала шмыгать носом.

— Ты должна благодарить меня за то, что я уберегла тебя от необдуманного поступка, — меня вдруг стало раздражать её детское поведение.

Вдруг девчонка перестала хныкать. Опомнившись и осознав, что всё же поступила неправильно, она быстро перед всеми извинилась. Этого было достаточно.

— Что ж, медлить нельзя, — я перешла к следующему этапу этого вечера. — Скоро полночь, а это значит, что пора готовиться к ритуалу. Надо звать публику.

На небе горела полная луна. Удачный момент, чтобы вершить магию. Ночь была спокойной, но не тот омут тих, где черти водятся. Нужно было опасаться директора и его сообщников. Мы никому не могли доверять. Как только воскрешу Моргана, нужно будет уходить.

Близнецы открыли ворота, и студенты стали собираться. Пустующий зал быстро заполнился галдящими учениками. Сегодня никто не смел спать. Все знали, кто я такая, но не боялись меня. Возможно, они не до конца верили, что теперь я не такая как они. И не могли представить, на что я была способна.

Раньше меня никто никогда не замечал. Я всегда стояла в тени Сабины. Лишь после последней с ней схватки, на которой я одержала победу, со мной начали здороваться. Я была солдатом, который прилежно выполнял свою работу, но теперь всё было иначе. Сегодня смертные увидят моё величие и перестанут так глупо косить на меня взгляды.

На каменном столе покоилось тело Моргана. Всё это время его хранили в специальной морозильной камере. Но как бы не старалась госпожа Олсопп сдержать естественные процессы разложения, всё равно его сосуд уже стал издавать тухлый гнилостный запах. Я не могла смотреть на него без сожаления.

Я попросила друзей держаться рядом. На нас накинули чёрные мантии, окаймлённые ярко-красным орнаментом. Смертные любят устраивать шоу. Ко мне вышла госпожа Олсопп. Это была симпатичная полная женщина преклонного возраста. Свои рыжие волосы она всегда собирала на макушке и становилась похожей на пирожное-корзинку со сливочно-морковным кремом посередине. Студенты даже дали ей забавное прозвище — тыковка, о котором она знала, но не обижалась. Она была доброй и всегда понимающей.

— Ваша Светлость, — поздоровалась госпожа, поклонившись мне до пояса. Я кивнула в ответ и попросила тут же выпрямить спину. На лице женщины почему-то просияла улыбка, и она стала разъяснять детали: — Ритуал построен на обмен энергиями, поэтому все ученики здесь. Нельзя из ничего сделать что-то. Это главное правило в некромантии. Воскресить можно кого угодно, но черпать Силу откуда-то надо, — она достала из-за пазухи небольшой гримуар, раскрыла его и положила на тело усопшего. Госпожа Олсопп сделала это так непринуждённо, будто это было её рутинным занятием. — Вот оно — заклятье. Простое, но эффективное.

— Вы уже использовали его раньше? — спросила я и поняла, что сморозила глупость.

— Нет, нам не доводилось ещё работать с богами, — госпожа Олсопп стала объяснять дальше: — Как только вы начнёте читать текст, то запустите процесс поиска его тонкого тела, то есть души. Где она может быть, честно, без понятия, но думаю, вам это не будет помехой, учитывая теперь вашу истинную природу.

— Я справлюсь, госпожа Олсопп, спасибо, — я попыталась побыстрее перейти к главному этапу собрания. Мне не терпелось уже всё начать.

Не забыв поклониться, женщина поспешно покинула моё общество. После она примкнула к ученикам академии в зале. К ней тут же подошёл и директор Голдмэн. Они ютились в первых рядах и стали о чём-то неспешно перешёптываться. Думаю, они меня побаивались. Знали бы они, что я сама ещё к себе не привыкла и понятия не имела, как правильно пользоваться дарами Хаоса.

Подозвав к себе Таису, я доверила ей в руки гримуар. Она вопросительно на меня посмотрела. Раз в своём деле она хотела стать более величественной, то пора дать этой ведьмочке бо́льшую полноту действий. Ридли довольно улыбнулась и стала молча изучать текст древнего обряда.

Повернувшись лицом к публике, близнецы встали впереди алтаря. На случай, если что-то пойдёт не так, они первыми примут оборону. Сабина, достав где-то меч, стояла позади нас. Она заплела белые волосы в косы и молча наблюдала за всеми из укромного места.

Что ж, пора начинать.

Некоторое время назад Таиса спросила меня, как я себя чувствую. Я ответила, что нормально, но это не совсем было правдой. Я чувствовала себя отвратительно. Меня мутило. Моя Сила требовала к себе внимание. Она жаждала вырваться наружу и сделать уже что-нибудь. И вот момент настал.

Все притихли. Таиса стала громко читать заклинание. Под звуки латыни свечи вокруг нас полыхнули синим пламенем — цветом Ада.

Я возвела руки, вторя движениям Умбры, и почувствовала, как ночной ветер коснулся моей кожи. Он был колким, словно с кладбища. Кажется, вокруг нас стали сгущаться неупокоенные души.

— Здесь собираются мёртвые, — прошептала Таиса в мою сторону. — При том, что я их даже не призывала.

— Всё хорошо, продолжай, — я постаралась её как-то ободрить, но сама понимала, что ритуал начался не так как надо.

Закрыв глаза, я стала слушать пространство. Постепенно стала отдаляться, слова заклинания отошли на второй план. Я не была в академии. Распахнув пошире глаза, поняла, что находилась в месте, где когда-то отбывала свой тюремный срок.

Я перенеслась в Забвение. В место, где души скитались по бесконечному пространству в полном одиночестве. И где-то здесь находился Морган...