Рождественское утро (м.б.)
— Нат... Наташа! Проснись!
— Хм...
— Кажется, они уснули...
— Хм? Кто? Что? — пробормотала девочка. Ее черные как смоль волосы беспорядочно разметались по подушке.
— Наши папочки! Уже за полночь, давай посмотрим, положил ли Санта-Клаус наши подарки под елку! — взволнованно прошептал мальчик, разбудив свою младшую сестру.
Наташа не сразу поняла, что сказал ей брат. Она еще не до конца проснулась, но, когда до нее дошло, она тут же открыла глаза и быстро села.
Александр вскочил с кровати, схватил ее за руку, и они быстро и бесшумно побежали вниз по лестнице.
— Тссс...
Александр приложил палец к губам сестры, резко остановившись перед закрытой дверью в гостиную. Он медленно открыл ее и выглянул из-за угла, чтобы убедиться, что все спокойно. Наташе не терпелось открыть подарки, и, увидев, как глаза брата расширяются и блестят от восторга, она проскочила мимо него, чтобы посмотреть, что там.
Девочка замерла на месте, увидев под елкой столько подарков, что даже не могла их сосчитать.
— Их так много!!! — пискнула она, подбежав к упакованным подаркам и потянувшись за теми, на которых было написано ее имя. Александр не отставал от нее. Он тоже бросился к елке и начал поиски.
Они разворачивали подарок за подарком, и с каждым новым сюрпризом их глаза становились все больше. Александр играл с фигурками Мстителей, а Наташа — с кроликами женихом и невестой. Но они вели себя тихо, потому что их папы спали.
Но даже они не могли побороть сонливость, так как никогда не ложились так поздно. Дети начали зевать, вяло прекратили игру и просто решили прилечь на секундочку и закрыть тяжелые веки. Но эта секунда превратилась в минуты, а минуты — в часы. Они уснули под елкой, среди множества подарочных упаковок и коробок.
Вот так их папа и нашел...
Мью проснулся рано, чтобы приготовить традиционный рождественский завтрак, и сказал Галфу, что тот может еще поспать, после чего поцеловал его в щеку и встал с кровати. Все еще в пижаме, он сбежал по лестнице и резко остановился на последней ступеньке, увидев приоткрытую дверь в гостиную и то, что пол там был усыпан разорванными подарочными обертками.
Он медленно подошел к двери, нахмурившись. Он был уверен, что прошлой ночью этого не было. Чоппер...
Но ему не пришлось долго гадать, потому что, завернув за угол, он усмехнулся, увидев открывшуюся перед ним картину.
Взгляд упал на двух очаровательных спящих детей под елкой. Вокруг них были разбросаны игрушки, а в качестве одеял использовались обертки.
Мью достал телефон из пижамных штанов и сфотографировал спящих детей. Он не смог сдержать улыбку, которая расползлась по губам.
Как он мог злиться на такое очаровательное зрелище. Он еще немного понаблюдал за ними, прежде чем решил, что не нужно их будить. Должно быть, дети не спали всю ночь, играя, тем более у него появилась возможность еще немного пообниматься с мужем.
Обычно дети будили их рано утром. В рождественское утро они этого не сделали.
Мью ухмыльнулся, поднялся по лестнице в спальню и быстро забрался в постель, прижимаясь к любимому мальчику потеснее.
— Хм... Я думал, ты собираешься приготовить завтрак, — пробормотал Галф, просыпаясь от движения, и медленно открыл глаза, чтобы посмотреть на мужа.
— Ну... я собирался это сделать, пока не наткнулся на это в гостиной.
Тот показал фотографию, на которой Александр и Наташа спят под елкой.
— Эти маленькие негодники...
Галф рассмеялся, и Мью присоединился к нему. Он положил телефон на тумбочку, обнял своего теплого мужа под одеялом и положил подбородок ему на плечо, целуя в шею. Длинные пальцы скользнули по слегка выпирающему животу, поглаживая кожу.
— Не становись таким же непослушным, как твои брат и сестра, иначе на следующее Рождество получишь уголек в чулок... — он в шутку похлопал по животику, в ответ получив легкий удар по ладони. Мужчины рассмеялись.
— Хм... Думаю, нам нужно быть готовыми к тому, что вырастет еще один маленький проказник.
Галф ободряюще улыбнулся и положил руку на плечо мужа.
— Что ж, я так понимаю, в следующем году не придется тратить деньги на подарки, — Мью улыбнулся и зевнул. — Давай еще немного поспим, Туа-энг, пока дети не проснулись.
— Пусть спят, в конце концов, это же Рождество, и когда еще у нас будет время выспаться, — ответил Галф, прижимаясь к мужу и накрывая его большую теплую руку, которая поглаживала его живот. Он закрыл глаза, довольно улыбнулся и снова погрузился в глубокий сон. Мью присоединился к нему сразу после того, как еще раз взглянул на фотографию и покачал головой, глядя на двух непослушных детей и третьего, который вот-вот должен был появиться.
Он снова заснул, обнимая любовь всей своей жизни.