Эпилог
— Клаус! Ну где ты? Давай, пора уже спать! — раздался голос из коридора.
Мальчик с взъерошенными тёмными волосами и светлой кожей, одетый в пижаму, вбежал в комнату, хихикнул и с разбега запрыгнул на кровать. Его дыхание ещё не успело выровняться, когда в дверях появился мужчина — высокий, с загорелой кожей, грубой чёрной щетиной и короткими чёрными волосами. Он выглядел измученным: под карими глазами пролегли глубокие тени усталости.
— И где ты был? Я тебя уже столько зову! — проворчал он, устало потирая лоб.
— Прости, пап... Я хотел попить воды перед сном, — тихо пробормотал Клаус.
— Ладно уж... ложись давай, — сказал отец, разворачиваясь к двери.
— Стой! — позвал его Клаус.
Мужчина остановился и оглянулся через плечо.
— Что такое, сынок?
— Ты расскажешь мне сказку на ночь? — спросил мальчик, приподнявшись на локтях.
— Серьёзно? Сынок, я очень устал... — начал отец, но Клаус тут же захныкал и начал умолять, подмигивать, тянуть за одеяло и изображать самый несчастный взгляд на свете.
Мужчина сдался.
— Ладно уж... Какую сказку ты хочешь?
— Ту! Про Каина и других богов! — оживлённо воскликнул Клаус.
— О милостивые боги... Ты ведь слышал её уже сотню раз! — фыркнул отец.
— И что? Хочу ещё!
— Да сынок, ты её уже наизусть знаешь! — проворчал он.
— Но она ведь очень интересная! Тем более, что там даже прадедушка Герард есть! — настаивал Клаус.
— И?.. Я не хочу рассказывать её снова и снова, — вздохнул мужчина.
— Ну папа! Тебе ведь она самому нравилась в детстве! — не сдавался мальчик.
— Смилуйтесь, высшие силы... Это же было, когда я был младше тебя, — пробормотал отец.
— Тогда скажи... как ты думаешь — это всё правда? Прадедушка ведь рассказывал тебе её сам, — спросил Клаус, теперь уже тише.
Мужчина подошёл и сел рядом с ним на край кровати.
— Не знаю... — сказал он, задумчиво глядя на стену. — Прадедушка Герард очень любил эту историю... Но я никогда не задавался вопросом — правда ли это.
— А такое вообще возможно? Ну чтоб человек стал богом... как Каин и его друзья?
Отец покачал головой с лёгкой улыбкой.
— Да брось, сынок. Прадедушка пережил столько войн... Уверен, что к старости у него уже помутнел разум.
Клаус насупился.
— Но дедушка говорит, что прадедушка Герард никогда не терял рассудок!
— Ну он, может, и нет... я не знаю. Но вот твой дедушка — точно! Его словам верить — так и драконы существуют! — хмыкнул отец.
— Но драконы и вправду существуют! Прадедушка же рассказывал тебе о них! После великой войны они с госпожой Хелейной спрятали их, а с господином Гримвальдом и остальными Архаями, что стали людьми, создали единое королевство, чтобы сражаться со всем злом вместе! — взволнованно воскликнул Клаус.
Мужчина снова тяжело выдохнул, словно смиряясь.
— Хорошо, сынок. Драконы существуют. И боги, которые стали людьми — тоже. Ложись уже спать, ладно?..
Клаус отвернулся, натянул одеяло до ушей и сжал губы.
— Ты совсем не веришь в истории прадедушки! Ты плохой папа! — выпалил он.
Отец поднялся с кровати.
— Доброй ночи, сынок, — сказал он спокойно и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Мужчина вошёл в другую комнату. Это была уютная спальня, залитая мягким жёлтым светом ночника. На широкой кровати, прислонившись к подушкам, уже готовилась ко сну женщина. Длинные тёмно-каштановые волосы спадали на плечи, румяная кожа теплела в свете лампы, а в руках у неё была раскрытая книга, которую она читала перед сном.
— Уснул? — спросила она тихо, даже не отрывая взгляда от страницы.
— Ага, как же. Снова просил рассказать ему сказку о Каине, — фыркнул мужчина, прикрывая за собой дверь.
Женщина слегка улыбнулась, сдвинув взгляд к нему.
— Его прадедушка недавно умер. Логично, что он хочет слышать его истории ещё раз. Так он чувствует связь с ним, — мягко сказала она.
— Да скорее ему просто нравятся все эти сказки про магию и прочую чушь... — пробурчал он, подходя к кровати и садясь на край матраса.
— Даже если так — что в этом плохого? Он ведь ещё ребёнок. Позволь ему насладиться детством, — ответила женщина, закрыв книгу и отложив её на тумбочку.
— Насладиться детством... — с иронией повторил он, тяжело вздыхая. — Я просто не хочу, чтобы его голова была забита этим бредом. Дедушка и так все уши мне прожужжал с этим своим Каином...
— Ну будет тебе. Он ребёнок. Не будь с ним так строг, — мягко сказала она, потянувшись к нему и взяв за руку.
Мужчина провёл ладонью по лицу, стянул рубашку и лёг на кровать рядом, уставившись в потолок.
— Ладно уж... Надеюсь, он это перерастёт, — пробормотал он, закрывая глаза.
В комнате наступила тишина, нарушаемая лишь размеренным дыханием и лёгким шелестом штор за окном.
Клаус ворочался в кровати, натягивая на себя одеяло, но сон всё не приходил. Он хмурился, вздыхал, перебирал подушку, пытался закрыть глаза — и всё без толку.
— Глупый папа... Он совсем не верит в рассказы прадедушки, — фыркнул он, перевернувшись на другой бок.
Клаус лёг на спину и уставился в потолок, щурясь в темноту.
— А вот я верю! Я верю в тебя, Каин! И в остальных богов тоже! — прошептал он в пустоту. — Если вы есть — пожалуйста, не обижайтесь на моего отца. Он не плохой человек, просто... просто думает, что вас не существует...
— Не бойся, мы не обижаемся, — раздался вдруг тихий голос из тьмы.
Клаус замер, будто его сердце остановилось. Он рывком сел в кровати, уставившись в сторону окна, откуда и пришёл голос. Там, в полумраке, стоял силуэт.
Дрожа, Клаус зажёг свечу и поднял её, направляя тусклый свет на гостя. Свет выхватил фигуру мужчины средних лет. Его глаза сияли насыщенным синим цветом, как глубокие воды океана, а по рукам расходились светящиеся руны — древние, пульсирующие мягким светом. Он был одет просто: рубашка, тёмные брюки — ничто не выдавало божественности, и всё же... даже ребёнок чувствовал: перед ним не человек.
— Вы... — прошептал Клаус, голос дрожал.
Мужчина поднёс палец к губам, призывая к тишине. Его губы тронула лёгкая улыбка, он подмигнул Клаусу — и в тот же миг исчез. Стоило мальчику моргнуть — комната вновь опустела.
Клаус подскочил, добежал до окна и распахнул его. Снаружи царила тишина. Ночь была безмолвной, двор пуст — лишь лёгкая, почти неуловимая синяя дымка таяла в воздухе, точно напоминание, что он не бредил.
— Каин... — прошептал он, улыбнувшись. Затем прыгнул обратно в кровать, прижавшись к подушке, сияя от счастья.
Он знал: прадедушка не лгал. Всё было правдой.