- 81 -
Поскольку утром Ли Шу должен был пройти гипербарическую кислородную терапию, Вей Цзе пришел когда еще не было девяти.
Увидев возле палаты Цзо Минъюаня, который разговаривал с медсестрой, он удивленно спросил:
- Вы уже здесь?
- Вернулись посреди ночи, - с горькой усмешкой ответил Цзо Минъюань.
Вей Цзе на несколько мгновений застыл в замешательстве и бросил взгляд на дверь, а затем снова посмотрел на Цзо Минъюаня. Тот понял, о чем он хочет спросить и сказал:
- Он там, остался ночевать в больнице.
В этом году Бай Цзинь провел в больнице времени больше, чем дома. Он постоянно метался между домом и больницей, а, когда было слишком поздно, оставался ночевать прямо здесь. Сам он ни о чем не просил, а Цзо Минъюань не решался сказать обо всем прямо, поэтому пытался негласно добиться «особых условий». В конце концов, здесь они были не на своей территории и, поскольку Бай Цзинь ничего не говорил, он тоже мало что мог сделать. К счастью, Вей Цзе, который поначалу держался с Бай Цзинем очень холодно, в конце концов, не выдержал и устроил для него место рядом с Ли Шу.
- Сколько с ним хлопот, - не удержавшись, сказал Вей Цзе.
Цзо Минъюань в глубине души был согласен с ним, но не осмелился показать этого внешне. Только из-за того, что он в тот день ответил на звонок Нин Юэ, Бай Цзинь до сих пор не хотел его видеть. Молодой господин Нин так искренне плакал тогда по телефону, и он подумал, что этот человек за весь год не сделал ничего плохого. К тому же, между семьями Бай и Нин возникли такие напряженные отношения, и все-таки было бы лучше иметь поменьше врагов, поэтому он дал слабину. Цзо Минъюань тяжело вздохнул. Раньше он хотел свести Бай Цзиня и Ли Шу вместе, но этим лишь раздражал Бай Цзиня. А теперь он пытался воззвать к благоразумию Бай Цзиня и едва не получил пинка под зад... Ай, ладно, он просто идиот, который ничего не понимает во всей этой ерунде, связанной с чувствами.
Когда Вей Цзе открыл дверь и вошел в палату, Бай Цзинь только что закончил делать Ли Шу массаж. Услышав посторонний звук, он поднял голову и посмотрел на Вей Цзе, не прекращая своих действий. Поправив воротник одежды Ли Шу и придерживая его одной рукой под затылок, а другой - за талию, он осторожно уложил его на кровать.
На самом деле, вначале он был довольно неуклюжим. Фу Инь часто приходила в больницу и каждый раз при встрече с ним ругала его за «притворство», а затем высмеивала его за то, что такой благородный господин ни на что не годен, не может ни о ком позаботиться и даже не способен просто перевернуть человека. Позже, видя, что этот человек не собирается отступать и со временем становится все более опытным в массаже и уходе за больным, и может хорошо заботиться о Ли Шу, Фу Инь перестала задирать его.
Вей Цзе знал, что Бай Цзинь был в командировке и вернулся вчера посреди ночи, поэтому спросил:
- Сегодня выходной?
- После обеда вернусь в компанию, - спокойно ответил Бай Цзинь.
На нем была повседневная одежда, видимо, он переоделся в комнате для отдыха. В конце концов, это же больница.
- Ладно, возвращайся к себе пораньше, - попытался убедить его Вей Цзе. - И у тебя еще будет время принять душ.
В этот момент зазвонил телефон Бай Цзиня. Он вытащил его из кармана, взглянул на экран и, прежде чем ответить, сказал Вей Цзе:
- Я подожду, пока у него закончатся процедуры и уеду после обеда.
Он отошел к окну и заговорил на иностранном языке, мгновенно перейдя в рабочий режим. В этот момент в дверь вошли Цзо Минъюань с Бай Хао. Бай Хао держал в руке документы. Он положил их на стоявший перед диваном столик и, видя, что Бай Цзинь разговаривает по телефону, понизил голос и заговорил с Цзо Минъюанем.
Вей Цзе стоял посреди палаты и смотрел, как она в мгновение ока превратилась в рабочий кабинет. Это разозлило и позабавило его одновременно, но в глубине души он все же испытывал чувство облегчения. Он никогда не питал особых надежд в отношении Бай Цзиня, да в общем-то никто из их окружения не испытывал к нему добрых чувств. Все так и ждали, что пройдет день, неделя или месяц, и он однажды выйдет отсюда и больше никогда не вернется. Но за этот год, когда сначала все надеялись на благополучный исход операции, а затем на то, что состояние Ли Шу стабилизируется и он придет в себя, все их надежды постепенно рушились, и уже даже врачи растеряли весь оптимизм. И лишь отношение Бай Цзиня осталось прежним. Он вел себя так, словно Ли Шу просто заболел, и ему достаточно принять таблетку и выспаться, после чего все снова будет в порядке.
Вей Цзе не всегда мог отождествить такого Бай Цзиня с тем человеком, который когда-то хотел убить Ли Шу. Он боялся, что это душевное состояние не более, чем невыносимое чувство вины, которое маскируется под глубокую любовь. Он втайне попытался разузнать у Цзо Минъюаня, нет ли у Бай Цзиня сейчас кого-нибудь, но тот лишь отругал его:
- Сам посчитай, сколько времени он проводит в больнице! Когда ему искать себе кого-то? - он действительно разозлился. - Если бы у него дома не было двух детей, он бы совсем поселился в этой больнице.
Пока он не упомянул детей, все еще было нормально, но теперь у Вей Цзе сразу разболелась голова.
Старшего звали Бай Йи, младшего - Ли Нянь. Вей Цзе чуть не затошнило, когда он впервые услышал об этом, особенно когда Бай Цзинь, представив своего старшего сына, с радостью добавил, что это «Йи» взято из имени «Шуйи». Все разом поменялись в лице, но им все равно пришлось делать ему комплименты и говорить: «какое хорошее имя»... И как он раньше не замечал, что этот человек настолько глуп?
После обеда все постепенно разошлись и отправились по делам. В палате остался один Цзинь Янь, и теперь эта комната действительно стала похожа на больничную палату.
На улице становилось все жарче, и Цзинь Янь открыл окно. Летний ветерок принес в палату назойливый стрекот цикад. Он вытер вспотевший лоб, взял маленькую лейку и полил растения в горшках, после чего собрал разбросанные вещи и уселся на кровать.
В этот момент зазвонил его телефон. Он ответил на звонок и сразу услышал громкий голос Сяо Ань:
- Цзинь Янь! У нас закончились кофейные зерна!
Цзинь Янь убрал телефон подальше от уха и сказал:
- Я звонил туда еще утром, и они сказали, что привезут товар в течение четырех часов.
- А ты почему все еще не пришел в кафе? - холодно фыркнула Сяо Ань. - Я собираюсь доложить Жужу Лею, что ты прогулял сегодня работу.
Цзинь Яню стало смешно:
- Товарищ Сяо Ань, я уже мчусь на всех парусах. Только не губи меня, ладно?
Продолжая препираться с Сяо Ань, он открыл главную страницу телефона и начал искать номер курьера, чтобы еще раз подтвердить заказ. Он не заметил, как у лежавшего на кровати человека дрогнули ресницы, и пальцы его левой руки слегка согнулись.
Сегодня был день рожденья Сяо Ань. Цзю Лей, как добросовестный начальник, приказал доставить в кафе кучу еды и напитков. Они повесили на дверях табличку «не беспокоить», и вечером устроили вечеринку, запретив кому-либо покидать кафе.
Они работали вместе уже полгода и вполне ладили между собой. Цзю Лей с Сяо Ань были настоящими оторвами и в компании с четырьмя студентами-заочниками здесь было очень шумно.
Цзинь Яню нельзя было пить, и он просто наслаждался едой и периодически следил, чтобы другие вели себя потише, не привлекая внимания прохожих с улицы.
Когда шумная вечеринка была в самом разгаре, Цзю Лей достал телефон и нашел песню, которая, по его словам, была приготовлена специально для Сяо Ань. Через секунду громкий тенор запел на все кафе «Нет ничего прекраснее алого заката...» (1)
Сяо Ань разозлилась до полусмерти и, схватив кусок торта со сливками, бросилась на Цзю Лея. Они несколько раз обежали вокруг стола, и Цзю Лей, видя, что его вот-вот настигнут, в отчаянии вцепился в Цзинь Яня, словно осьминог, обхватив его руками и уткнувшись лицом ему в плечо.
Сяо Ань обошла вокруг них, не в силах найти его слабое место.
- Жужу Лей! - сердито сказала она. - Ты должен сражаться со мной один на один!
Остальные рассмеялись и начали хлопать в ладоши.
Цзю Лей был выше Цзинь Яня, который уже начинал задыхаться, но не мог вырваться. У него не оставалось выбора, кроме как и дальше стоять здесь и играть роль щита. Он смотрел на Сяо Ань, которая со своим маленьким ростом, подпрыгивала на месте, словно обозленный хомячок, и, слушая величественные строки из «Алого заката», который шел фоном к этой сцене, он не мог удержаться от смеха.
Он веселился от чистого сердца, его ничто не обременяло, и не было необходимости сдерживать, как раньше, и он сам не осознавал, насколько заразительным был его смех, и как ослепительна была его улыбка в глазах окружающих.
Цзинь Янь не мог пить и поздно ложиться спать. Он не стал засиживаться допоздна и вернулся домой к десяти часам. Сейчас они с Бай Хао жили в квартире, которая находилась в десяти минутах ходьбы от кафе. Бай Хао нашел ее специально для него, и как бы Цзинь Янь ни отказывался, он ничего не мог с ним поделать.
Пока он принял душ, уже пошел одиннадцатый час, но Бай Хао все еще не вернулся. Для него было обычным делом работать сверхурочно, но он всегда звонил ему и предупреждал заранее, когда собирался задержаться. Цзинь Янь начал волноваться и позвонил ему.
Он долго сидел на диване в обнимку с подушкой, но на его звонок никто не отвечал. Он только что высушил волосы, его телу было тепло и уютно. Он положил подбородок на подушку и, слушая длинные размеренные гудки в телефоне, задремал.
- Алло, здравствуйте.
Прошло много времени, прежде чем на его звонок ответили. Услышав приятный женский голос, Цзинь Янь на миг растерялся, а затем внимательно посмотрел на экран, чтобы убедиться, что он набрал правильный номер.
- Здравствуйте... я искал... - он вдруг кое-что понял и прервал фразу. - Извините... господину Бай Хао неудобно сейчас ответить на звонок?
Видимо, его заикание передалось и его собеседнице, и после долгих прерывистых объяснений ему удалось выяснить, что Бай Хао был пьян, и теперь двое его коллег везли его домой. Услышав, как его телефон звонит не переставая, они испугались, что это может быть что-то срочное, и девушка решила ответить на звонок.
Цзинь Янь отбросил прочь подушку и, схватив куртку, поспешно выбежал из квартиры.
- Где вы? Я приеду и заберу его!
- Нет-нет, мы уже возле дома секретаря Бай, ждем лифта.
Цинь Янь вздохнул с облегчением и, подтвердив номер этажа, стал ждать возле лифта.
Когда двери лифта открылись, эти люди явно не ожидали, что кто-то ждет их снаружи. Бай Хао обладал высоким ростом, а его коллега-мужчина был довольно худым, и ему было трудно держать его. Девушка хотела помочь ему, но ей было не легко сделать это, и она могла лишь поднять руку и поддерживать Бай Хао. Она подняла голову и, увидев Цзинь Яня, сказала:
- Извините, позвольте пройти...
Глядя на состояние Бай Хао, Цзинь Янь не стал ничего объяснять и лишь сказал:
- Я сам.
С этими словами он вошел в лифт и взвалил Бай Хао на себя.
Он держался очень естественно и непринужденно, и коллеги Бай Хао недоуменно переглянулись между собой. Цзинь Янь, заметив их взгляд, решил объяснить:
- Мы с ним...
А кто они друг другу? Ему редко приходилось хоть как-то озвучивать из отношения с Бай Хао, поэтому он запнулся, но все же договорил:
- Я его друг.
Услышав его голос, девушка уставилась на него во все глаза:
- Так это ты звонил только что...
Цзинь Янь, не говоря ни слова, кивнул в ответ и понес Бай Хао на спине в квартиру. Эти двое поспешили вслед за ним, чтобы помочь ему. Видя, что Цзинь Яню это, похоже, совсем не трудно, они растерялись, не зная, что им делать.
Цзинь Янь отнес Бай Хао в спальню, а затем вернулся и сказал:
- Извините, что пришлось побеспокоить вас.
Цзинь Янь ни разу не был в компании после своей болезни, он никак не пересекался с коллегами Бай Хао и не знал никого из них.
- Да, - поддержал ее парень. - Раньше он редко выходил с нами, а, если такое и случалось, он никогда не пил. Не знаю, что сегодня произошло... - он внезапно замолк и вдруг смущенно произнес. - Можно мне воспользоваться вашей ванной?
Цзинь Янь кивком указал ему, куда идти и, когда он ушел, посмотрел на девушку, одетую в деловой костюм, у нее были длинные темные волосы и миловидное лицо. Он хотел узнать у нее подробности, но она заговорила первой:
- Извини, а ты... - ее взгляд упал на пижаму Цзинь Яня.
- Оу, я здесь живу, - пояснил он и, видя, что девушка все еще смотрит на него с некоторым сомнением,быстро выдумал причину. - В последнее время у меня возникли трудности, поэтому я остался здесь.
Девушка, наконец, поняла и, глядя на него во все глаза, вдруг сказала:
- Значит, у тебя должны быть хорошие отношения с секретарем Бай?
Цзинь Янь, не зная, что сказать, смущенно почесал затылок:
- Ну... вроде да...
- Тогда ты должен знать, кто ему нравится? - спросила она, понизив голос.
Глядя на растерянное лицо Цзинь Яня, она поспешно начала объяснять:
- Оу, просто... одна моя подруга призналась в своих чувствах секретарю Бай, а он сказал, что у него уже есть человек, который ему нравится.
Цзинь Янь так и застыл на месте, больше не глядя на покрасневшее лицо девушки и ее бегающий взгляд. В его сознании закрепилась только одна фраза - у него уже есть человек, который ему нравится. Он сам не помнил, как проводил этих двоих, и пришел в себя только тогда, когда уже оказался в комнате Бай Хао.
Бай Хао был сильно пьян, и ему явно было неудобно. Его лицо раскраснелось, он непрестанно хмурил брови, а его галстук съехал набок.
Немного успокоившись, Цзинь Янь подошел к нему и, сняв с него галстук и пиджак, расстегнул воротник и рукава рубашки. Видя, что он его дыхание стало ровным, он сходил в ванную и намочил полотенце, чтобы вытереть ему лицо и руки.
Бай Хао было очень жарко, и от прикосновений влажного полотенца ему стало намного комфортней. Но рука Цзинь Яня продолжала двигаться, и он раздраженно схватил его запястье и приложил полотенце ко лбу.
Цзинь Янь был вынужден остановиться и позволить ему держать себя за руку. Он сидел на краю кровати и невольно вздохнул.
Зачем было так напиваться?
Сейчас ведь все было совсем по-другому. Он больше не был беспомощным и не зависел от других. Ему не было нужды склонять голову перед другими, чтобы выжить. Даже если он пока не достиг больших высот, пока он следует за Бай Цзинем, ему не придется подвергаться унижениям.
Бай Хао крепко заснул, и сила его захвата ослабла.
Цзинь Янь осторожно убрал его руку и прикрыл его одеялом, но не спешил уходить.
Он смотрел на освещенное мягким светом лампы лицо спящего Бай Хао, и ему стало невыносимо грустно.
Из-за чего он так тоскует? Он же никогда не пьет и вдруг без видимых причин так напился на встрече с коллегами, что они были вынуждены «остановить» его...
Это все из-за того человека, который ему нравится? Он не может быть с тем человеком?
Цзинь Янь опустил голову и сжал в руке полотенце. Он не знал, кто этот человек. Возможно, это Сун Силе, а, может, кто-то другой. Но кем бы ни был тот человек, он сам помеха и камень преткновения в этих отношениях, которые невозможны или вынуждены прерваться.
За этот год Бай Хао как будто снова превратился в того молодого господина, который привел его домой, всячески заботился о нем и всюду сопровождал его. Он и сам не заметил, как стал слишком жадным, надеясь, что это счастливое время будет длиться и дальше... Каждый раз, когда ему приходила мысль об уходе, он всегда находил оправдание, говоря себе, что нужно дождаться, когда дядя Ли очнется. Даже когда Бай Хао сам заговаривал об их отношениях и его неясном признании, он изо всех сил старался сменить тему.
Он знал, что ему хочет сказать его молодой господин, он всего лишь собирался отвергнуть его чувства и отнести его к категории «родственников»... Он так долго избегал этого, пряча голову в песок, но теперь, видя Бай Хао в таком состоянии, он понял, что пора уже взглянуть в лицо реальности.
_____________________
1. Нашла эту песню, оставлю ссылку в первом комментарии. Певец воспевает красивый закат, сравнивая его с выдержанным вином, прекрасным цветком и поздней любовью.