- 43 -
Ли Шу сам понял, что он болен, когда всю ночь просидел на балконе, поджигая сигареты, и его пепельница была полна окурков.
На самом деле, он не курил, и лишь в состоянии стресса или эмоциональной нестабильности он мог закурить сигарету и сделать пару затяжек. Наблюдая за тем, как медленно тлеет сигарета, а затем красный огонек исчезает во тьме, он постепенно успокаивался.
Но на этот раз сколько бы он ни выкурил сигарет, ему, казалось, уже ничто не поможет.
Он чувствовал бесконечную усталость.
Все эти амбиции, боевой дух, надежды и жажда жизни были подобны песку, который, как ни сжимай кулак, все равно утекал сквозь пальцы. К тому же, сейчас у него не было сил даже сжать кулак.
С наступлением рассвета весь мир снова ожил. Ли Шу, опираясь на перила, смотрел как медсестры с пациентами прогуливаются по саду и попытался хоть как-то получить от этих людей частичку их «жизненной энергии», но после долгих попыток он лишь чувствовал, что его сердце подобно застоявшейся воде.
- Ли Шу, - послышался сзади настороженный голос.
Ли Шу медленно повернулся и увидел стоявшего неподалеку Вей Цзе с исказившимся от страха лицом, и пришедшая вместе с ним медсестра выглядела очень взволнованной.
Ли Шу быстро отреагировал и не смог сдержать улыбки:
- Что, думаешь, я собираюсь спрыгнуть?
Вей Цзе подошел к нему и, внимательно всмотревшись ему в лицо, спросил:
- Давно ты тут стоишь?
- Нет, не очень, - ответил Ли Шу.
Вей Цзе взглянул на полную окурков пепельницу и, стараясь подавить гнев, как можно спокойнее сказал:
- Возвращайся в постель.
Ли Шу видел, что Вей Цзе вот-вот взорвется, поэтому не стал злить его еще больше и вернулся в палату.
- Измерьте ему температуру, - сказал Вей Цзе медсестре.
Медсестра подошла к Ли Шу, и тот никак не пытался сопротивляться ей, позволяя ей делать то, что нужно. Измерив ему температуру, она передала термометр Вей Цзе.
Он показывал 39 градусов.
Вей Цзе долго смотрел на термометр, не говоря ни слова.
В палате повисла напряженная атмосфера. Чувствуя, что что-то не так, Ли Шу спросил:
- Опять температура?
Вей Цзе ничего не сказал, и медсестра робко кивнула ему в ответ.
- Ничего страшного, просто приму лекарство.
Медсестра не осмелилась ничего сказать, а Вей Цзе долго смотрел на него холодным взглядом, а затем попросил медсестру приготовить лекарство. Когда она вышла, он подошел к кровати Ли Шу и холодно спросил:
- Тебе больше не нужна твоя жизнь, так?
Ли Шу улыбнулся в ответ. Возможно, из-за температуры, а, может, потому что он не спал всю ночь, его улыбка вышла очень слабой:
- Ну что ты, я просто не в силах расстаться с твоей больницей.
Ли Шу мог делать вид, что он спокоен и даже шутить, но Вей Цзе было совсем не до смеха. Возможно, для Ли Шу не имело значения, где он живет - в гостинице или в больнице, но ему было невыносимо смотреть, как Ли Шу так наплевательски относится к самому себе.
Вей Цзе сел возле кровати и сказал с серьезным видом:
- Послушай, что я хочу сказать тебе. Опухоль в твоей голове находится на ранней стадии развития, и есть большая вероятность благополучного излечения, но необходима краниотомия. (1) Если тянуть и дальше, то опухоль может стать злокачественной, и тогда...
И что тогда? Вей Цзе замолчал, не в силах больше сказать ни слова.
- Ладно, - Ли Шу все еще улыбался. - Я подумаю над этим.
На этот раз Вей Цзе не выказал никакого раздражения или злости. Он посмотрел на Ли Шу и сказал:
- Ли Шу, может, мы с Фу Инь ничего для тебя не значим, но мы относимся к тебе, как к другу и очень надеемся, что у тебя все будет хорошо.
Улыбка на губах Ли Шу постепенно исчезла, он отвернулся и закрыл глаза. Прошло много времени, прежде чем он глухо ответил:
- Я знаю.
Вей Цзе подождал какое-то время, но так и не дождался, чтобы Ли Шу повернулся к нему и добавил что-нибудь еще к своему «я знаю». Учитывая их отношения, он не мог зайти дальше этих слов. Ли Шу был таким человеком, которого даже демоны и боги не смогут заставить делать то, что он не хочет. Его было бесполезно убеждать или умолять, и что бы ему не говорили, он все равно поступит по-своему.
Вей Цзе тихонько вздохнул и встал, собираясь уходить, но прежде, чем он сделал несколько шагов, Ли Шу остановил его:
- Вей Цзе.
Вей Цзе повернулся и увидел, что Ли Шу открыл глаза и смотрит на него с очень серьезным видом, какого он никогда не видел у него раньше:
- Ни в коем случае не говори о моей болезни Бай Цзиню.
- Ты все еще боишься, что он станет беспокоиться о тебе? - нахмурился Вей Цзе.
- Беспокоиться? - Ли Шу лишь покачал головой и горько усмехнулся, словно услышал нечто забавное. - Он не будет беспокоиться обо мне.
Ли Шу медленно закрыл глаза, на его усталом лице появилось холодное выражение.
- Он станет жалеть меня.
Последнее, что ему сейчас бы хотелось - это жалость Бай Цзиня.
Однажды он уже «завоевал» Бай Цзиня. Три года назад он закрыл его от пули, и Бай Цзинь остался с ним. Хотя они не говорили об этом вслух, но им и так было ясно, что он всего лишь пошел на компромисс в качестве компенсации. На самом деле, Ли Шу мог бы отказаться. Он мог бы сказать Бай Цзиню: «Мне не нужно, чтобы ты чувствовал себя виноватым и не нужна твоя благодарность, я не хочу, чтобы ты использовал самого себя, чтобы загладить чувство вины, и не нужна милостыня в виде чувств». Возможно, Бай Цзинь ждал от него эти слова. Но он так ничего и не сказал, он промолчал и принял заботу Бай Цзиня, после чего провел рядом с ним три года.
Только теперь Ли Шу осмелился признать, что потерял свое самоуважение и достоинство не из-за того, что Бай Цзинь тогда услышал, как он умолял его. С того момента, как он согласился на эти отношения, которые «отвоевал» три года назад, от них уже тогда не осталось и следа.
Поэтому, даже умирая от болезни, даже если он вот-вот испустит последний вздох, он больше никогда не станет использовать подобную «жертвенность в качестве платы», чтобы удерживать Бай Цзиня в заложниках.
Довольно, хватит!
У Ли Шу снова поднялась температура, но из-за опухоли в голове приходилось применять более щадящие способы лечения. Во время этих непрерывных мучений его состояние все ухудшалось, и из-за побочных эффектов от нового лекарства он почти все время пребывал в состоянии сонливости.
Бай Цзинь дважды приходил в больницу, но Ли Шу все время спал. Его удивляло то, что Ли Шу никак не может оправиться от болезни. Когда он спрашивал Вей Цзе, почему Ли Шу не становится лучше спустя столько времени, тот лишь отделывался от него общими фразами.
Бай Цзинь собирался перевести Ли Шу в другую больницу, но в семье Сун кое-что произошло, и это повлекло за собой множество проблем. На него навалилось слишком много дел, и перевод в другую больницу пришлось отложить.
Так прошло четыре дня, прежде чем у Ли Шу прошел жар.
Проснувшись в тот день, он почувствовал, что к нему возвращается ясность сознания, и после еды его уже не одолевала сонливость, из-за которой он не мог открыть глаз.
Он взял телефон и проверил все уведомления. Не обнаружив особых новостей, он уже собирался отложить его, когда вдруг понял, что за исключением того последнего сообщения, он уже четыре дня не получал никаких вестей от Цзинь Яня.
Раньше, если у Цзинь Яня возникали какие-то непредвиденные обстоятельства, которые вынуждали его исчезнуть на несколько дней, он обязательно присылал сообщение или звонил Ли Шу. Он сообщал, что с ним все в порядке, а также должен был убедиться, что у Ли Шу тоже все хорошо. Он точно был не из тех людей, кто мог бы исчезнуть без причины и заставить других волноваться.
Однако, на этот раз, даже зная, что Ли Шу все еще лежит в больнице, он не прислал ни единого сообщения.
Ли Шу, чувствуя беспокойство, сам позвонил ему. Он позвонил несколько раз, но ему никто не ответил, а, когда он обратился с вопросом к медсестре, та сказала, что Цзинь Янь больше не появлялся в больнице в эти дни. Тогда он связался с начальником Цзинь Яня, Лао Сюем. На его вопрос, куда подевался Цзинь Янь, тот ответил, что с Цзинь Янем все в порядке, просто он уехал из города и, скорее всего, у него просто разрядился телефон или он вовсе потерял его, так что переживать не о чем.
Ли Шу не поверил ни единому его слову. Даже если бы Цзинь Янь действительно потерял телефон, он все равно нашел бы возможность и дал бы о себе знать.
Чем больше Ли Шу думал об этом, тем сильнее нарастала его тревога. Он уже собирался обратиться с расспросами к Цзо Минъюаню, когда кто-то постучал в дверь его палаты.
Ли Шу не стал спрашивать, кто там пришел, а просто крикнул, что к нему можно зайти. Увидев, кто именно пришел к нему, он сильно удивился, ибо это были Цяо Юя и Шрам.
Цяо Юй всегда казался очень беспечным молодым человеком, и Ли Шу впервые видел такое беспокойство на его прекрасном лице.
Цяо Юй, в свою очередь, едва увидев Ли Шу, даже не удосужился поприветствовать его и сразу перешел к делу.
- Господин Ли, простите, что мы взяли на себя смелость побеспокоить вас.
Ли Шу молча смотрел на него, и Цяо Юй продолжал:
- У меня правда не осталось выбора... Пожалуйста, спасите Цзинь Яня.
Ли Шу ошеломленно замер, и телефон выпал из его руки.
_______________________
1. Краниотомия — тип операции на головном мозге, который включает удаление части черепной коробки для получения доступа к мозгу. Операция предполагает замену кости. Врачи проводят эту процедуру для лечения аневризм или удаления опухолей головного мозга. Обычно операцию проводит нейрохирург.