- 33 -
Сказав эти слова, Ли Шу замолчал, и лишь его горячее дыхание касалось уха Бай Цзиня.
Бай Цзинь нес его вниз так быстро, как только мог.
Цзо Минъюань видел рассеянный взгляд Ли Шу и в спешке несколько раз позвал его по имени, но ответа так и не получил.
Когда они подошли к машине, Цзо Минъюань открыл дверцу, и Бай Цзинь осторожно усадил Ли Шу на заднее сиденье.
- Садись вперед, - сказал он Цзо Минъюаню. - И скажи водителю, чтобы ехал в больницу доктора Вей.
- Хорошо, - Цзо Минъюань сел на пассажирское сиденье.
Когда машина тронулась вперед, Бай Цзинь обхватил Ли Шу сзади, поддерживая его и подпирая его грудью, а затем как можно скорее стащил с него пропитанную водой одежду. Схватив одеяло, которое всегда было в машине, он завернул в него Ли Шу.
Пальто Бай Цзиня тоже слегка промокло. Он расстегнул его и отбросил в сторону, после чего крепко обнял завернутого в одеяло Ли Шу.
Ли Шу так долго пробыл под дождем, а затем заснул на земле, и его тело атаковал холодный ветер. Разумеется, это не могло не сказаться на его здоровье. Сначала он стучал зубами от холода, а затем ему стало так жарко, словно все его тело горело в огне.
Бай Цзинь, обнимая Ли Шу, увидел, что его глаза были плотно закрыты, и лицо покраснело. С его полуоткрытых губ срывались короткие частые вздохи, а тело сотрясала неестественная дрожь. Он время от времени трогал лоб Ли Шу, проверяя его температуру, а затем начинал подгонять водителя, и в его голосе все заметнее становилось нетерпение.
Поскольку Цзо Минъюань по дороге связался с Вей Цзе, когда они подъехали к больнице, тот уже ждал их возле ворот.
Бай Цзинь вынес Ли Шу из машины на руках, и Вей Цзе, не говоря ни слова, велел немедленно доставить его в кабинет для оказания первой помощи.
Ли Шу закатили в кабинет, и ему измерили температуру, которая поднялась уже до 41 градуса. Такая высокая температура очень опасна, и, если она будет держаться слишком долго, это может привести к повреждению важных органов, таких как мозг, печень и почки.
Вей Цзе ввел Ли Шу жаропонижающее, чтобы немного сбить жар.(1) Им оставалось лишь наблюдать, поможет ли лекарство снизить температуру, чтобы потом принять решение о дальнейшем лечении.
Когда Вей Цзе вышел из кабинета, Бай Цзинь с Цзо Минъюанем все еще были там. На самом деле, Бай Цзинь с Вей Цзе почти не общались, к слову сказать, они все еще были «соперниками», и Вей Цзе никогда не испытывал симпатии к Бай Цзиню.
Никто из них не сказал ни слова, и Цзо Минъюань заговорил первым:
- Надеюсь, там ничего серьезного?
- Ну, конечно, ничего серьезного. Отправили бы его сюда еще попозже, и пусть бы он сгорел заживо.
Вей Цзе был зол на Ли Шу за то, что тот совсем не заботился о своем здоровье, но еще больше он злился на Бай Цзиня за то, что он так плохо заботится о своей второй половинке, поэтому не мог сдержаться и держался так резко.
- Докторе Вей, - голос Бай Цзиня прозвучал довольно холодно. - Надеюсь, ты сможешь сосредоточиться на его лечении. Если же нет, то мы сможем в любое время перевести его в другую больницу.
Бай Цзинь вовсе не считал, что совершил какую-то ошибку и не понимал, почему он должен терпеть колкости Вей Цзе. Причина, по которой он привез Ли Шу именно сюда, заключалась в том, что тот всегда обращался именно к этому доктору в течение последних нескольких лет, если возникала такая необходимость. Вей Цзе знал о состоянии здоровья Ли Шу больше, чем любой другой доктор, и дело было только в этом, а не в том, что кроме него не было других хороших врачей.
Вей Цзе закрыл медицинскую карту Ли Шу и ответил с усмешкой:
- Это не я больной, и не мне так досталось. Хотите в другую больницу - пожалуйста, никто не запрещает.
С этими словами он ушел, даже не взглянув на Бай Цзиня.
Цзо Минъюань посмотрел на помрачневшее лицо Бай Цзиня и осторожно спросил:
- Поедем в другую больницу? Тогда я все организую.
- Не нужно, - без колебаний ответил Бай Цзинь.
В этот момент внезапно зазвонил его телефон, и он увидел, что ему звонит Нин Юэ.
Бай Цзинь отошел на несколько шагов, чтобы ответить на звонок. Нин Юэ сообщил ему, что его друзья разошлись по домам. Они сказали, что раз у Бай Цзиня есть дела, они договорятся о встрече в следующий раз.
- Ммм, - ответил Бай Цзинь и больше ничего не сказал.
- А ты... - нерешительно проговорил Нин Юэ. - Что-то случилось? Я могу чем-то помочь? - чуть мягче добавил он.
Все еще холодный голос Бай Цзиня слегка смягчился:
- Все в порядке.
Нин Юэ больше не стал задавать вопросов и сменил тему:
- Ты вернешься сегодня к ужину?
Бай Цзинь посмотрел на время:
- Вряд ли. Ты не жди меня.
- Ладно, тогда не буду больше беспокоить тебя, - ответил Нин Юэ.
Бай Цзинь убрал телефон и, подняв глаза, увидел, что Цзо Минъюань смотрит на него с нерешительным видом. Не дожидаясь, пока Бай Цзинь сам задаст ему вопрос, он сказал:
- Я еще не рассказал тебе кое-что. Несколько дней назад я был в «Гармонии».
Бай Цзинь знал, что у цзо Минъюаня тоже был родственник, у которого было слабое здоровье, и он восстанавливал его в этом месте, но он не понимал, зачем Цзо Минъюань вдруг заговорил об этом. Он нахмурился и повернулся к нему.
- Я заглянул туда, чтобы повидать на Цзянь Маньцин, - Цзо Минъюань сделал паузу и, видя, что Бай Цзинь не собирается перебивать его, продолжал. - Медсестра, которая приглядывает за ней, сказала, что в тот день, когда Ли Шу приходил навестить ее, она прятала в рукаве лезвие и пыталась перерезать ему горло... К счастью, он успел среагировать, а иначе...
А иначе, ему перерезали бы горло, и он уже был бы мертв.
Цзо Минъюань не хотел даже думать об этом.
Бай Цзинь ничего не сказал, но от его взгляда у Цзо Минъюаня кровь застыла в жилах, и он сказал с горькой усмешкой:
- Я думал, тебе все равно, поэтому не сказал об этом сразу.
Цзо Минъюань начал проверку, позвонив директору дома престарелых. Он лишь знал, что Цзянь Маньцин порезала Ли Шу руку, но не знал, насколько опасной была та ситуация. Бай Цзинь тогда не задавал вопросов и не выказывал особого интереса, а сам Ли Шу не стремился упоминать об этом.
- Пошли человека, пусть разузнает, как к ней попало это лезвие, - лицо Бай Цзиня было мрачнее тучи, но голос звучал спокойно.
Цзо Минъюань кивнул в ответ.
На самом деле, он чувствовал себя слегка растерянным. Иногда ему казалось, что Бай Цзиню хочется, чтобы Ли Шу немедленно исчез, и ему было бы все равно, если бы с ним что-нибудь случилось. Но стоило Бай Хену один раз обругать Ли Шу, как его семья погрузилась в хаос. Вот и сегодня случилось то же самое - как только он услышал о том, что Ли Шу пропал, то немедленно позабыл про своих друзей. Однако, Нин Юэ после своего возвращения переехал в его дом, а Ли Шу переселился в отель...
Цзо Минъюань подумал об их три года назад и сказал с серьезным видом:
- Сегодня я скажу еще кое-что, ты только не говори, что я сую нос не в свое дело.
Он достал сигарету, но, вспомнив о том, что они находятся в больнице, убрал ее обратно.
- Ты же знаешь, что случилось с его семьей, ему пришлось нелегко... Что бы он ни сделал три года назад, все равно он рисковал своей жизнью. Если ты хочешь быть с Нин Юэ, тогда оставь его в покое.
Цзо Минъюань не смог сдержать вздоха:
- Проявить к нему немного сочувствия, которое даст ему надежду, а затем отвергнуть его... это... слишком жестоко...
Цзо Минъюань со смущенным видом потер нос и добавил:
- Это первый и последний раз, когда я позволил себе сказать так много.
Цзо Минъюань был старше Бай Цзиня с Ли Шу, они уже много лет работали вместе, и между ними завязались дружеские отношения. Но, какими бы ни были между ними отношения, он всего лишь работал на семью Бай, и у него не было права комментировать личную жизнь Бай Цзиня. Сегодня он позволил себе сказать так много только потому, что не мог вынести зрелища, когда Ли Шу лежал, сжавшись в комок под дождем возле надгробия.
Бай Цзинь молча выслушал его, никак не проявляя недовольства. Цзо Минъюань понял, что он прислушался к его словам, и испытал некоторое чувство облегчения.
Он уже хотел сказать Бай Цзиню, что сам останется здесь, и он может ехать домой, когда в коридоре появились два человека. Тот, что шел первым, так торопился, что едва не сбил Цзо Минъюаня с ног.
- Прости, прости, дядя Цзо! - Цзинь Янь в панике подхватил Цзо Минъюаня. - Ты в порядке?
- Почему из тебя вечно дурь лезет? - ответил Цзо Минъюань, вновь обретая равновесие.
Цзинь Янь все продолжал извиняться, а следовавшая за ним Тан Сюэ поспешно спросил:
- Помощник Цзо, с господином Ли все в порядке?
Цзо Минъюань объяснил, как обстоят дела, и Цзинь Янь едва не заплакал:
- Это все я виноват, это моя вина...
Если бы он вовремя забрал Ли Шу, то ни за что не позволил бы ему поехать на кладбище, и он не промок бы под дождем. Это все его вина. Он всю ночь думал непонятно о чем, а самого главного не сделал...
Глядя на стоявшего в сторонке Бай Цзиня, Цзинь Янь поклонился ему и сказал:
- Господин Бай, мне очень жаль, что я причинил вам столько неприятностей.
Тан Сюэ тоже поспешно повернулась к нему:
- Господин Бай, мне очень жаль. Это была оплошность с нашей стороны. Такого больше не повторится. Вы можете вернуться домой и отдохнуть, а мы останемся здесь и позаботимся обо всем.
Цзо Минъюань чувствовал необъяснимое смущение, наблюдая за тем, как эти два человека извиняются и просят прощенья за «неприятности». Кто такие Тан Сюэ с Цзинь Янем для Ли Шу, и кто для него Бай Цзинь? Кто для него близкие люди, а кто нет? Казалось, все перевернулось с ног на голову...
Бай Цзинь, не сказав ни слова, оттолкнул этих двух человек, стоящих у него на дороге, и вошел в палату к Ли Шу.