Пламенные надежды

Предновогодние дни могут посоревноваться по степени напряженности с периодом летних отпусков – люди спешили покинуть Казахстан и отправиться во Францию, Эмираты или в Финляндию, подальше от поднадоевших оливье, советского шампанского и полночного президента на экране. У Алины не было времени обсудить с Ольгой текущее состояние своих отношений с Минхо. Работа отбирала большую часть времени, к тому же она решила воспользоваться мантрой-аутотренингом Скарлетт О’Хара «подумаю об этом завтра». В голове звучал тревожный звоночек, только Алина категорически отказывалась прислушиваться к внутреннему голосу, упрямо указывающему на проблемы с Минхо.

Ольга с тревогой смотрела на бледное лицо коллеги, опоздавшей сегодня на несколько часов. Алина всегда отличалась ответственным подходом к своей работе и любовью к дисциплине. Более того, постоянные клиенты целое утро искали ее, поэтому это опоздание заметили все коллеги по работе.

- Что случилось? Ты в порядке? – интуитивно почувствовав необходимость не обращать внимание коллектива на состояние Алины, Ольга отправила сообщение по мессенджеру.

- Я беременна, - пришел короткий шокирующий ответ.

«Ты шутишь», хотела было она заявить, но, взглянув на Алину, написала:

- Давай встретимся в туалете через пять минут.

- Когда ты узнала? Это точно? Что ты будешь делать? Ты сказала ему? – Ольга понимала, что задает именно те вопросы, ответов на которые еще не существовало.

- Только что, я от врача, - глухим голосом сообщила Алина, в настенном зеркале отражались ее полные безысходности глаза. – Оль, что мне делать?

- Но ты же оставишь ребенка? – вопросом на вопрос ответила коллега.

- Да. Каким бы ни было решение Минхо, я оставлю ребенка. Это единственное, что я знаю.

- А что, думаешь, будут проблемы? Хотя о чем я, он же публичная персона. Представляю, какой будет переполох в их агентстве, - рассуждала Ольга, перед глазами которой уже стояли гневные комментарии истеричных фанаток. – Тебе повезло, что ты живешь не в Корее, там бы тебе все космы повыдергивали…

Вдруг послышался стук в дверь, и в туалет вошла менеджер по продажам Лена:

- Алина, ваш телефон разрывается уже минут десять. Может, ответите? – и протянула гаджет.

Алина молча показала экран своего айфона Ольге, где высвечивалось имя звонившего: Choi Min Ho.

- Иди, поговори с ним, - подтолкнула она подругу, и Алина отправилась в свободный кабинет, подальше от любопытных глаз и ушей.

- Что ты творишь? – без приветствий и предупреждений начал Минхо. Похоже, он был в ярости. – Зачем ты это сделала?

- Не понимаю, ты о чем? – растерянно произнесла Алина. Она вдруг решила, что это какая-то ошибка, возможно, Минхо звонил кому-то другому.

- Не делай вид, что ты не знаешь. Кроме тебя, больше никто не мог этого сделать, - настаивал грубо певец.

- Минхо, объясни, пожалуйста, что происходит? – теперь пришла очередь Алины злиться.

- Это я у тебя хотел бы узнать. Что происходит? Откуда эти фотографии? Зачем ты их выложила? Известности захотелось или решила таким образом заявить о наших отношениях? – Минхо выводил из равновесия этими нелепыми обвинениями. Единственное, что она могла позволить себе в тот момент – это оторвать от уха свой телефон и смотреть, как откуда доносился низкий голос айдола, продолжавшего кричать и обвинять в немыслимых деяниях.

- …как ты посмела? Какой я был дурак, что поверил тебе, - продолжал Минхо. И в эту минуту Алина не выдержала и нажала на кнопку «отбой».

Несколько минут тишины и размышлений над причинами этого звонка не принесли облегчения. Слезы и обида обжигали изнутри жарким пламенем, но Алина собралась с силами и отправилась выяснить, в чем дело.

Ответы нашлись быстро и легко. В сообществе одной из популярных соцсетей, в которой Алина состояла чуть более года, она прочитала последние новости, касающиеся личной жизни Пламенной харизмы. Несколько дней назад в твиттере и вейбо появились фото от некоей девушки, на которых были изображены пьяный Минхо и Макс Чанмин. В подписях к снимкам говорилось, что мембер «Шайни» покинул ночной клуб в компании некоей девушки из Казахстана, с которой встречается больше года.

- И это все? Из-за этой чуши он обвинил меня в предательстве? – неожиданно громко воскликнула Алина. Коллеги, ведшие переговоры по телефону, отреагировали на это, удивленно вскинув брови и с немой просьбой в глазах: «Можно потише? У меня важный разговор».

Обида на Минхо не давала покоя Алине, первые несколько дней она метала гром и молнии, обдумывая варианты мести. К ее великому удивлению, «сияющий» не спешил просить прощения. Неделя прошла в ожидании письма или звонка, никто не хотел уступать. Каждый раз, получая очередное письмо по электронной почте или звонки, девушка вздрагивала в надежде увидеть имя отца своего ребенка. Правда, Алина не могла честно признаться себе, чего именно она желает – чтобы Минхо позвонил или исчез из ее жизни. Днем жажда мести укрепляла стойкое намерение наказать и побольнее ранить айдола, а ночью внутренний демон сладким голосом уговаривал позвонить первой, написать и подкидывал сотни вариантов оправданий его некрасивому поступку. Нелепая ссора занимала все мысли девушки, отодвигая на неопределенное «потом» разговор с матерью о ее беременности.

Первой отважилась на примирение Алина, которая написала длинное письмо Минхо. Она скучала, нет, тосковала по этому упрямому красавцу.

«Надеюсь, что ты принесешь извинения прежде, чем выяснишь, что я не участвовала в том дурацком фарсе. Можешь не верить мне, можешь думать что угодно, но ты не имеешь права обвинять меня в предательстве или желании «засветиться».

Спроси у Макса Чанмина, как ты себя вел во время вечеринки и сколько человек видели, что мы покинули клуб вместе. Но если ты не веришь и своему другу, то запроси данные у владельцев соцсетей, выясни, черт побери, кто выложил эти сведения. Но, пожалуйста, избавь меня от этих обвинений», - Алина колебалась, как завершить свое послание. Секунду помешкав, решила ограничиться этим и нажала на кнопку «Отправить».

Ответ пришел через четыре дня, через четыре долгих, тягостных, полных тревог и ожиданий дня. Это было начало недели. Вчера, в воскресенье, девушка до поздней ночи сидела за компьютером, смотрела видео с выступлений «сияющих», фотографии и… ждала. И когда Алина увидела новое письмо от Минхо, обрадовалась как малое дитя новогоднему подарку, но вскоре это чувство сменилось липким страхом.

«Первое, что я хотел бы сказать: «Прости». Прости меня, Алина. Я даже не могу выразить, как сильно я сожалею о том, что наговорил тебе и сделал. На самом деле я не верил, что ты так могла поступить. Наверное, в глубине души я просто искал повод обвинить тебя в чем-то серьезном.

Это трусость или, возможно, что-то другое, я не знаю. Но так больше продолжаться не может. Да, поначалу все было отлично, удобно, мы любили друг друга, наслаждались всем этим целый год. И чем дольше это длилось, тем сильнее я ненавидел себя, что заставляю тебя надеяться на что-то, лететь, забыв обо всем, за мной на край света. И ради чего? Ради нескольких часов свидания? Ради наскоро написанных сообщений и коротких звонков?

Ты будешь права, если скажешь, что тогда не стоило начинать. Но это случилось. Теперь пришло время прекратить наши отношения. Я не могу тебе обещать ничего, ни дать что-то взамен. Свое будущее я распланировал еще в юности и не намерен отклоняться от выбранного курса. Единственное, чего я хочу в этой жизни – строить карьеру певца, проводить концерты, сниматься в фильмах, купаться в любви фанатов. Может, это звучит странно и вызывающе, но это правда.

Ты должна идти дальше, завести семью, встретить кого-то, кто будет достоин тебя по-настоящему. Надеюсь, когда-нибудь ты меня поймешь и простишь. Больше не ищи меня. А я со своей стороны обещаю не встречаться на твоем пути».

Чтение этого письма забрало много сил. Алина ничего не чувствовала, она словно окаменела. Коллеги вокруг шумели, над чем-то смеялись, громко обсуждали последнюю новость из жизни знаменитостей, возвращая девушку в реальность и окуная в бездну отчаяния.

«Меня бросили. Нас бросили», - эта мысль родилась первой в голове, и Алина повторяла ее снова и снова, чтобы полностью осознать произошедшее.

В течение рабочего дня будущая одинокая мать несколько раз щипала себя за руку, чтобы убедиться, что все происходит наяву, это не сон, не ночной кошмар. Боль чувствовалась, но не отдавалась в сердце, оно как будто перестало биться. Слез не было, как и желания поговорить с Ольгой о расставании с Минхо. Алина отказывалась верить в то, что она осталась одна, совершенно никому не нужной. 

Слезы появились через два дня. Днем раньше мама отправилась в Астану навестить сестру, оставив дочь одну. Тишину в квартире нарушало мерное тиканье часов. Зимнее солнце заглядывало сквозь тонкие занавески в комнату, яркие лучи которого отражались от глянцевой поверхности плаката «SHINee» на противоположную стену колышущимися бликами. Алина открыла глаза и из них полились слезы, которые, не прекращаясь, текли теплыми струйками по обе стороны щек на подушку.

- Боже, что мне делать? Как быть? – хрипло прозвучал ее голос. Звук был настолько жалким и тихим, что девушка забилась в судорожных рыданиях.

Она вдруг схватила свой телефон и, отмахнувшись от внутреннего голоса, привычно возвестившего о различиях в часовых поясах, набрала номер Минхо. Гудки шли, но певец не спешил брать трубку.

Минхо не ответил на звонок ни в тот день, ни на одно письмо и сообщение Алины, которые она отправила за последнюю неделю. Только тогда она поняла, что это был действительно конец. Айдол безжалостно оборвал все нити.