31
Даниил прифигел, мягко сказать. Чуял подвох на ровном месте. Потому что как-то все слишком ладно складывалось. Но и выпускать Юлю из своих рук - было выше его сил.
Вышел из тачки, помог выбраться и девчонке, набросил свою куртку на ее плечи. И картинка до одури классная: его девочка в его куртке.
Парень перехватил тонкую ладонь, переплел пальцы. Такое правильное ощущение тепла по всему телу. Четкое. Ровное.
Они остановились перед лифтом. Даня нажал на кнопку вызова, Юля молчала.
Большим пальцем он легко поглаживал тонкую кожу на ладони, будто бы не мог просто не касаться ее. Ему нужно было чувствовать ее рядом, всю ее.
А еще - не сорваться. Потому что у него отказывали тормоза при мысли о том, что она настолько близко, вся его, не убегает от него.
Даниил открыл входную дверь ключом. Пропустил Юлю вперед и, не включая свет, щелкнул замком.
Юля едва заметно вздрогнула от этого звука. А Дане совсем не хотелось, чтобы она хоть чего-то боялась.
Развернул Юлю к себе, накрыл ладонями тонкие плечи, скользнул выше, обхватил красивое личико.
Девчонка смотрела на него своими кукольными огромными глазами в обрамлении густых ресниц. Он едва не застонал в голос, когда розовый язычок юркнул между приоткрытых губ.
В этой девочке поразительно остро смешивались порок и невинность, растерянность и жажда. Даня видел, как она тянется к нему.
И устал держать свой нрав под тотальным контролем. Ему и раньше не всегда удавалось совладать со своим темпераментом, а сейчас, когда та, которую он хочет, которой жаждет обладать, настолько близко, он просто ничего не мог с собой поделать.
- Блять... Это какой-то пи... Треш! - бормотал Даниил.
Одним движением он подхватил малышку приподнял над полом, уткнулся в запрокинутую шею, жадно целуя, впиваясь губами, слизывая сладкий вкус вишни.
Он толком не понимал, куда идет. Надеялся, что ноги сами приведут его в спальню. Весь мир стерся и растворился где-то за пределами этой девочки, отсеклось все ненужное, все лишнее. Была только она, нежная, хрупкая, невероятно соблазнительная.
Свою куртку он отшвырнул сразу же, как только стянул ее с девичьих плеч. Вслед улетела и его рубашка. К черту пуговицы! Сорвал, отбросил в сторону, не обращая внимания на треск ткани.
Юля лежала на спине, ее волосы рассыпались по матрасу светлым облаком. А взгляд... Он дурел от ее взгляда. И сейчас в нем не было ни капли скромности или смущения.
Он видел, Юля хотела его. И это осознание выворачивало его нутро, вспарывало грудь жаром.
Даниил, наконец, сделал то, что хотел так долго. Еще с самого первого поцелуя пухлых губ.
Набросился на приоткрытый рот, а руками расправился с пуговицей и молнией на джинсах Юли. Рывок, один удар сердца - и на молочной коже осталось только белье.
Даня шумно выдохнул, понимая, что сейчас кроме мата из его рта ничего путного не вылетает. Но он не мог, просто не был способен реагировать адекватно.
Он начал целовать тонкую, полупрозрачную кожу, скользя языком, оставляя влажный след. Его пальцы, непослушные и какие-то огромные, никак не могли справиться с застежкой на лифчике.
Даня просто сдвинул эту хрень, высвобождая идеальную грудь. Наверное, он мог бы провести вот так, вылизывая и посасывая тугие горошины, всю оставшуюся жизнь.
Но чертов член был не согласен с этим. В корне.
И Даня нырнул ниже, к треугольнику темно-синей ткани.
Парень отвлекся, вскинул голову, замер, выводя узоры вокруг пупка языком. И только сейчас понял, что он, мать его так, никогда прежде не делал этого.
Бабы лихо отсасывали ему, а вот он - да никогда! Не его это призвание, чтобы вылизывать киски.
А здесь... это была Юля, и с ней все иначе, все совсем по-другому.
Он устроился удобнее, развел стройные и идеально длинные для ее роста, ноги. Видел, как девочка, смутившись, зажмурилась. Яркий румянец вспыхнул на нежных щеках.
А Даню вдруг шарахнуло мыслью: «А вдруг она сейчас представляет Илью?!».
- Смотри на меня, малышка! - рыкнул он.
Юля послушно взмахнула ресницами. Тонкие руки легли на его плечи, затылок.
Повернув голову, Милохин жадно, но мимолетно поцеловал ладошку, легко коснулся языком тонких пальцев и попытался успокоиться.
- Ты ведь со мной? Не с ним! - отрывисто просипел Даниил.
- Дурачок ты, Даня, - выдохнула Юля и тут же прогнулась навстречу требовательным пальцам.
Юля плавилась под его взглядом. Разве можно смотреть вот так, в самую душу?
Выворачивать в ней что-то невероятно значимое, важное настолько, что Юля оторвалась от реальности.
Был важен только он - этот сильный, взрывной, темпераментный, дерзкий мужчина.
И Юля поняла, что позволит ему все. Потому что хочет его так же сильно и отчаянно.
Даниил прижался раскрытым ртом к ее животу, пробрался под ткань трусиков и легко сдвинул их к коленям. Юля невероятно смущалась. Ей хватало одного взгляда, чтобы все тело превратилось в раскаленные угли.
Между ног стало мокро и, кажется, больно. Нестерпимо хотелось, чтобы он Даня подарил ей это, чтобы она вновь испытала оргазм, как в тот раз, когда они целовались в машине, или в квартире Юлии.
Но Даниил медлил, хорошо, хоть окончательно избавил ее от трусиков, но заменил их своими широкими, обжигающими ладонями.
- Девочка моя... Моя же? Моя? - повторял он вновь и вновь, кружа пальцем по самому чувствительному местечку, а Юля уже не могла сдержать стонов.
Рот Дани стремительно приближался к его пальцам, сводящим Юлю с ума. Она начисто позабыла о смущении, тянулась навстречу каждому круговому движению пальцев, каждому поцелую.
- Ну, не слышу! - прорычал Даниил, надавил пальцем на клитор, едва ощутимо проник внутрь.
Но Юле хватило, чтобы взвиться и закричать от наслаждения.
- Скажи: «Я твоя, Даниил, - негромко приказал Милохин, поднырнув ладонью под ягодицы и не позволяя Юле дернуться.
У нее не было выбора. Ведь она действительно полностью принадлежала ему, Дане Милохину, невыносимому мужчине и, как оказалось, невероятному ревнивцу.
- Я твоя, - всхлипнула Юля, царапая кожу на широком плече.