Глава 46.1
Юля
Всю дорогу до аэропорта, как дура, реву, со злостью стирая со щек мокрые дорожки от слез. Сердце болит. Душа ноет. Все внутри переворачивается, стоит только подумать, что это все. Конец. А потом представить реакцию Дани. Моего Дани, когда он поймет, что я сбежала. Позорно, трусливо и глупо сбежала, несмотря на его просьбы и уверения, что все будет хорошо и он во всем разберется.
Не будет. Ничего не будет хорошо.
Как оказываюсь в аэропорту и покупаю билет на самолет, не помню. Помню только лавину голосов, что сметает, и что рыдала в трубку, звоня Ксюше и прося скинуть деньги на билет. Взять деньги у Леши я отказалась напрочь. Если рвать связи с Милохиным и его семьей, так окончательно и до основания. Уходить так, чтобы не оставить за собой никаких следов. А дома у меня есть небольшие накопления, которые откладывались как святое и неприкосновенное "нз" на так называемый черный день. И, видимо, этот день настал.
– Ты уверена, Гаврилина?! – в сотый раз переспрашивает Ксю и режет этим по больному.
– Да-да-да, скинь мне их. Умоляю Ксю. Я... хочу домой... – шепчу, до крови кусая губы и прижимая ладошку к сердцу, словно желая замедлить его галоп. – Все, наотдыхалась. Хватит.
– Что случилось? Юля, он тебя обидел? Ты только скажи, я...
– Нет, Ксю. Совсем нет. Наоборот. Он влюбился...
– А ты?
– И я, – признаю скрепя сердце.
– И поэтому ты, дурная, сейчас убегаешь, что ли?
– Нет. Потому что у нас ничего не получится. Да как вы все не поймете-то, а? – шепчу, срываясь на рыдания, мельтеша по огромному зданию аэропорта взад-вперед, – не получится. И все, точка. Ему нужна другая.
– Какая другая, глупышка? – вздыхает Ксюша, – Юля...
– Тебе сложно?
– Что?
– Отправить мне деньги на билет? Сложно? – останавливаюсь, сжимая пальцы до боли в суставах. – Просто сделай, как я прошу!
– Ты ув...
– Да, я уверена! Просто отправь мне эти чертовы деньги! – рычу и сбрасываю вызов, уже через считаные минуты получая перевод на карту. Благо, банкомат в соседнем с нашим домом магазинчике.
Леша все это время топчется в аэропорту со мной как личный телохранитель и психолог, то и дело пытаясь успокоить и переубедить. Но тщетно. И, на счастье, рейс до Москвы улетает в ближайшие полчаса. Словно сама судьба уводит меня как можно быстрее от Милохина. Словно кто-то там сверху чувствует, что одна неверная мысль, один шаг в сторону – и я передумаю.
А этого делать нельзя. И лучше Даня будет ненавидеть меня сейчас за уход, чем я буду корить себя всю жизнь за свою слабость.
Как оказываюсь в салоне самолета, тоже помню смутно. Но зато четыре часа полета – как глотала слезы и шмыгала носом – не забуду никогда. Распадаясь на мелкие кусочки. На атомы. С каждой милей отдаляясь все дальше и дальше от места, где хоть и жалкие пару дней, но была по-настоящему счастлива. Где по-настоящему любила и была любима.
Перед самым взлетом, мобильный ловит очередной звонок от Дани и еще один от Инны. Оба: брат и сестра - наперебой пытаются дозвониться, но я просто отключаю гаджет, чтобы не разрывать себе сердце еще больше.
Смотрю на проплывающий под облаками океан и последний раз впитываю его невероятную лазурь. А в голове такими яркими, радостными и четкими картинками проносились наши выходные. Словно вкручивая нож в сердце все сильнее и сильнее, ввинчивания по самую рукоятку, мозг напоминал о том, какая она была эта неделя: яркая, насыщенная, эмоциональная и... нежная. Прокручивала в голове наши ссоры, скандалы, пикировки, поцелуи, смех, слезы и... многое другое. Словно за семь каких-то ничтожно коротких дней пронеслась другая жизнь.
Но так будет лучше. Для Дани будет лучше.
Ведь что такое любовь?
Способность поставить интересы второй половинки выше своих.
И я поставила. И не буду жалеть. Единственное, на что надеюсь, что Даня поймет и примет мое решение. А самое главное, что он не будет искать встречи.
Никогда.