10
Данил
Юля сильно переживала, на ней лица не было.
— Не убивайся так, мы обязательно найдем мелкую хулиганку. Давай думать логически…
— Маше всего ТРИ! Какая логика?! — чуть не расплакалась Юля. — А вдруг ее украли?
— Мы можем пойти в будку к охранникам. Но, не в обиду будет сказано, этот торговый центр не из лучших. Вряд ли здесь много работающих камер видеонаблюдения.
Мои слова сделали только хуже. Она готова была разрыдаться.
— Не реви! Машке всего три, она хотела игрушки. Так?! Так. Ты не позволила ей их купить. Значит, она могла пойти за той собакой!
— Может быть…
— Подумай сама! Давай сделаем так: проверим магазин игрушек и этот этаж. Если не найдем Машку, пойдем к охране и посмотрим, что у них с камерами видеонаблюдения.
— Пойдем, — вздохнула Юля.
В целях поддержания морального боевого духа я приобнял ее за плечи, опустил ладонь на талию и прижал строптивую красотку к себе.
— Уверен, что Машка там.
— Почему такая уверенность?
— Когда чего-то очень хочется, но не дают, некоторые пойдут на все ради получения желаемого… На все! — красноречиво опустил ладонь с талии на бедро.
— Милохин! У меня катастрофа, а вы клеитесь!
— Я всего лишь переключаю твое внимание с одной проблемы на приятные мелочи!
Переругиваясь, мы добрались до магазина игрушек. Машка нашлась именно там и ревела, будучи пойманной за руку в момент, когда хотела украсть ту самую собачку.
— Маша! — кинулась к ней Гаврилина.
— Ваша?! — рявкнула продавщица. — Ваша дочка?!
Некоторым старым женщинам нужно запретить пользоваться косметикой. Стрелки этой продавщицы были видны даже на расстоянии метров ста!
Неудивительно, что Машка ревела по-настоящему. Испугалась ведьму!
— Молодые люди, ваша девочка украла собачку!
— ЧТО?! Мы не пара! — возмутилась Юля, покраснев. — У нас нет дочерей, сыновей… Детей совсем нет!
— Платить будете? — раздался голос продавщицы. — За украденное!
— Украла? Просто взяла посмотреть, — поправил я. — Осмотр перед покупкой. Хватит пугать девочку! — фыркнул я, заплатил за несчастную мягкую игрушку.
— Спасибо! — заулыбалась Машка и обняла за ногу. — Купи фиксика? Настоящего. Я тебе конфету дам, — протянула замусоленный остаток шоколадной конфеты.
— Настоящего еще заслужить надо, — я попытался придать тон воспитателя, как у Юли.
В ответ Машка показала мне язык. Не быть мне воспитателем!
Юля посмотрела на часы. Она старалась не подавать виду, но беготня ее тоже измотала. Мы вернулись на детскую площадку.
Все равно там был уплачен безлимит.
— Что-то Толи долго нет, — вздохнула она, устало присев на пуф.
— Слился твой Толик.
— Это не в его стиле. Он очень хороший, ответственный мужчина. Не то что некоторые гулящие мужчины!
— Что же твой хороший развелся и дочку оставил?
— Кто?! — удивилась она. — Толик? С чего вы взяли, что Толик — отец Буси?
— То есть он не отец? А кто тебе он тогда? Какую роль играет?
— Лучший друг со школьной поры, друг нашей семьи, мой бывший муж! — перечислила она. — Все, допрос окончен?
— Значит, он не отец. А кто же отец Буси? — спросил я и потер бороду.
— Кто отец?
Она внимательно посмотрела мне прямо в глаза со странным выражением, через секунду стерла его усмешкой.
— Никто. Прочерк. Пустое место.
— Не бывает такого.
— Бывает.
— Так-так-так… Я сейчас угадаю, как было дело. Давай сыграем в холодно-горячо?
— Не буду я с вами играть!
— Сыграешь.
Я заставил мозги работать на полную катушку.
— Кажется, я знаю, в чем дело. Ты хорошая девочка. Очень хорошая. Но как всяких хороших девочек, тебя тоже однажды потянуло на плохое. Холодно или горячо?
— Очень холодно, Милохин.
— Не врать. Ты же хорошая девочка?
— Наверное.
— Хорошая. Значит, я в чем-то прав и “очень холодно” быть не может. Так?
— Возможно, — вздохнула. — Все, больше не играю.
— Но-но, поздно уже! Тебя на плохое потянуло, правда?
Она попыталась отвернуться, но я притянул ее за плечи и заглянул в глаза.
— Правда или нет?
Она скользнула взглядом на мои губы, признавшись.
— Вы правы. На плохое меня потянуло. Я бы даже сказала, на гадкое потянуло. Очевидно, я была не в себе.
— Вот и разгадка! Ты согрешила и плодом грешной ночи стала дочурка Дарья. Ну как, угадал я? Горячо, Юлька?
— Очень горячо. Кипяток просто. Только не называйте меня Юлькой! — рассердилась девушка и достала телефон.
Очевидно, чтобы в сотый раз позвонить Толику, который, кстати, появился перед нами почти в ту же секунду.
— Извини, что так долго, Юляш, — выдохнул он, рухнув рядом. — Дядька подвел, блин! Вы как тут? — огляделся. — Маша тебя не достала еще?
Увидев меня, Толик нахмурился. Очевидно, не ожидал застать меня рядом со своей ненаглядной пассией.
— Он тебя Юляшей назвал, — толкнул я плечом Юлю.
— Ему, в отличии от вас, позволено многое! — фыркнула, гордо задрав нос.
В ответ Толик засиял как начищенный самовар.
— Машка нормально себя вела. Но мне кажется, она чуточку избалована.
— Скажи как есть, возиться с ней — это треш! — махнул рукой Толик. — Юль, ты героиня. С меня причитается…
— Только извозом оплату не бери, Юля! — посоветовал я. — С таким извозом, как у Анатолия, далеко не уедешь…
Гаврилина удостоила меня сердитого взгляда, но в глубине промелькнули смешинки, которые она усердно пыталась погасить.
— Спасибо за то, что помогли справиться с двумя детками, уважаемый господин Милохин. Но как вы могли заметить, Анатолий вернулся и помощь больше не требуется. Можете смело вернуть Анатолию детские автокресла!.
— Дядь Толь! — рядом возникла Маша. — Купи молозеное!
— Не покупай, — шепнула Василиса. — Она уже штуки три слопала.
— Купи, дядь Толь! — потребовала Маша. — Или буду плакать. Гломко буду плакать!
— Куплю, — вздохнул Анатолий. — Я-то знаю эту шантажистку, точно истерику закатит!
Маша радостно потянула Анатолию к ларьку с мороженым и внезапно заявила:
— У меня есть секлет! — поделилась с Толиком и таким же громким голосом добавила. — Я говолила сегодня “голько”!
— Не бойся! Я тебе сладкое мороженое куплю!
— Нет! Я говолила! — Маша показала на меня и Юлю. — Я говолила, — заявила важно. — Как на свадьбе!
Толик помрачнел, крепче перехватил Машу за запястье и ушел. Но перед этим метнул на меня взгляд, полный ревности.
— Кажись, тебя ждет сцена, Юлия.
— Прекратите паясничать. Устала от вас, — растерла виски Юля.
— Лучше всего расслабляет массаж.
— В вашем исполнении?
— И с продолжением.
— Мечтайте…
— Зачем мечтать? Планировать гораздо интереснее!
— Ах да, — улыбнулась устало. — У нас свидание на носу!
— Свидание? — мертвым голосом переспросил Анатолий.
Мы синхронно обернулись. Юля покраснела.
— Толя, кажется, ты ушел за мороженым, — растерялась она..
— Маша уже передумала, — вздохнул он.
— Свидание состоится. Разрешаю опоздать на пять минут, припудри свой носик хорошенько, Юлия! — поднялся я.
Хотел уйти, но внезапно услышал рев дочурки Юли, которая спешила с игровой площадки в нашу сторону. Буся торопилась со всех своих ножек и запнулась, упав на мягкое ковровое покрытие. Меня к ней потянуло непреодолимо.
Екнуло что-то в груди и никак не желало успокаиваться. Я успел первым перешагнуть через небольшой заборчик, отделяющий зону ожидания для родителей от игровой зоны. Поднял кроху, прижал к груди и не захотел отпускать.
Противоестественно…
— Бусь, пойдем? — попробовала уговорить ее Юля.
Фиг там! Малышка вцепилась в мою бороду так, словно хотела ее оторвать, и при каждой попытке Гаврилиной забрать малышку, начинала орать еще громче.
— Пусть успокоится немного, потом заберешь, — я сделал вид, будто заставил себя это сказать.
Юля отвернулась, смахивая слезинки с ресниц.
— Милохин, я очень устала. Буся — тоже. Нам пора домой, — сказала севшим голосом.
Неразумно.
Девчушка же мне чужая, но отдавать не хотелось.