14 глава
Утро было пасмурным, кажется надвигался дождь.
Левон только вышел с ванной, весь мокрый и освежившийся.
Манэ увидив мужа практически обнаженным, покрылась румянцем и отвела взгляд в сторону.
- почему нельзя одеться сразу в ванной ?-смущенно буркнула она откинув одеяло.
-как я могу лишить себя такого удовольствия в виде моей покрасневшей девственницы жены ?-усмехнулся он, Левон был сегодня в настроении.
Манэ резко отвернулась к окну, стараясь не смотреть, но краем глаза всё равно видела, как капли скатываются по его коже.
— Удовольствия, говоришь? — тихо буркнула она, — тебе бы только поиграть.
— А тебе — всё контролировать, — спокойно ответил он, вытирая волосы полотенцем. — Мы идеальная пара, разве нет?
Она повернулась к нему, нахмурилась, но уголки губ всё же дрогнули.
— В твоём понимании идеальная — это где жена всё время злится?
— Нет, — он посмотрел на неё, уже надевая рубашку. — Идеальная — это та, которая краснеет, но делает вид, что ей всё равно.
— Я не краснею! — вспыхнула Манэ.
— Конечно, нет, — усмехнулся он, застёгивая пуговицы. — Просто у тебя щёки всегда такие розовые по утрам.
Она закатила глаза, но взгляд её всё же задержался на нём чуть дольше, чем нужно.
— Тебе не мешало бы пораньше уходить в ванну, пока я сплю.
— А мне нравится, когда ты не спишь, — ответил он, подойдя ближе. — Утро тогда интереснее.
Манэ сделала шаг назад, но уже без страха — скорее, с раздражением, за которым пряталась растерянность.
— Когда я получу свой телефон обратно? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но в нём всё равно проскользнуло раздражение.
Левон остановился посреди комнаты, склонил голову набок, будто обдумывал её слова.
— А зачем он тебе? — спокойно спросил он.
— Может, потому что я не в плену, а дома? — вспыхнула Манэ. — И хочу хотя бы иметь возможность позвонить кому-то без твоего разрешения.
Он усмехнулся, подошёл ближе, и в его тоне появилась та мягкая насмешка, от которой у неё всегда сжималось внутри.
— Кому именно? Тому, кто ждёт, что ты сорвёшься и расскажешь, где находишься?
— Ты всё время подозреваешь всех, — устало бросила она. — Даже меня.
— Я просто не люблю, когда люди совершают ошибки, — сказал он тихо, уже стоя совсем рядом. — А ты умеешь их совершать с поразительной уверенностью.
Манэ вскинула взгляд.
— То есть телефон ты мне не вернёшь.
— Не сегодня, — произнёс он, глядя прямо в глаза. — Сегодня я хочу, чтобы ты поговорила со мной, а не с кем-то там.
Она хмыкнула.
— Прекрасно. Контроль, как всегда.
— Не контроль, — поправил он мягко, но в голосе прозвучал металл. — Безопасность. Иногда одно от другого отличить трудно.
Манэ отвернулась, чувствуя, как снова закипает злость, но вместе с ней — что-то другое: странная смесь раздражения и упрямого интереса.
— Знаешь, — сказала она тихо, — иногда мне кажется, ты даже не понимаешь, как пугающе звучишь.
Он чуть улыбнулся.
— Зато ты понимаешь. И всё равно продолжаешь спорить.
— Потому что я не из тех, кого можно запереть, Левон.
— Посмотрим, — ответил он спокойно и направился к выходу.
Уже на пороге он задержался, не глядя на неё:
— Телефон получишь, когда я буду уверен, что ты не воспользуешься им против нас обоих.
Дверь закрылась.
Манэ осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как слова повисли в воздухе.
"Против нас обоих" — эхом отозвались у неё в голове.
Она не понимала, кого он больше защищает — её, себя, или ту хрупкую грань доверия, на которой держались их странные отношения.
Вечер опускался медленно, за окнами уже лил мелкий дождь. Левон где-то внизу разговаривал по телефону — голос ровный, спокойный, чуть хриплый. Манэ сидела у зеркала, рассеянно расчёсывая волосы и думала о словах его тёти из Дубая.
«С ним нельзя в лоб, девочка. Он из тех мужчин, которые слышат только, когда не на них давят, а ведут за собой. Пусть думает, что решение — его».
Манэ усмехнулась своему отражению. Тогда эти слова казались снисходительным советом, теперь — почти инструкцией.
Она встала, поправила платье и вышла в гостиную.
Левон стоял у окна, одной рукой опираясь о подоконник, в другой — телефон. Услышав её шаги, бросил короткое:
— Минуту. — и завершил разговор.
— Всё в порядке? — спросила она мягко, подходя ближе.
— По делам, — коротко ответил он. — Что-то случилось?
— Нет. — Манэ чуть улыбнулась, будто между ними никогда не было утреннего спора. — Просто... я подумала, может, ты всё-таки прав.
Он повернулся, нахмурился.
— В чём именно?
— В том, что я иногда совершаю ошибки. — Она опустила взгляд, делая паузу ровно настолько, чтобы он заинтересовался. — Может, телефон и правда не стоит держать при себе постоянно.
— Я рад, что ты это понимаешь, — сказал он осторожно.
— Но, — тихо продолжила Манэ, — мне же нужно чем-то заняться, пока ты всё время в делах. Я ведь не прошу свободы, просто... немного пространства.
Она подошла ближе, положила руку на спинку кресла, не касаясь его, но будто обозначая присутствие.
— Скажи честно, — её голос стал тише, мягче, — разве ты не хотел бы, чтобы я сама хотела остаться здесь? А не просто... была заперта?
Левон смотрел на неё пристально.
— И как ты себе это представляешь?
— Очень просто, — она улыбнулась уголком губ. — Дай мне возможность выбора. Тогда я выберу тебя.
Он чуть прищурился, будто оценивая ловушку.
— Ты манипулируешь мной.
— Нет, — спокойно ответила Манэ. — Я просто учусь говорить с тобой на твоём языке.
Повисла тишина. Только дождь бил по стеклу.
Левон вздохнул, прошёлся взглядом по её лицу, по глазам, в которых больше не было вызова — только уверенность.
— Ты чертовски быстро учишься, — сказал он наконец.
— У меня хороший учитель, — парировала она.
Он медленно достал телефон из кармана пиджака и протянул ей.
— Держи. Смотри мне, давай без игр.
Манэ кивнула, аккуратно взяла телефон, и, когда их пальцы случайно коснулись, подняла взгляд.
— Спасибо, — тихо произнесла она.
— Не благодари. Я просто решил, что так будет правильно, — ответил он с лёгкой усмешкой.
Она улыбнулась в ответ — едва заметно, но победно.
Тётя Левона оказалась права:
иногда нужно не ломать стену,
а сделать вид, что ты сама построила дверь.
Манэ долго сидела с телефоном в руках, прокручивая пальцем имя в списке контактов.
Моника.
Последний раз они виделись на похоронах Арама — короткий, тяжёлый день, где не осталось сил даже поговорить по-настоящему.
Теперь Манэ набрала номер и поднесла телефон к уху.
— Алло? — откликнулся знакомый голос, чуть удивлённый, но радостный. — Манэ?!
— Привет, — тихо сказала она. — Надеюсь, не отвлекаю.
— Да ты что! — заулыбалась Моника. — Я, наоборот, уже думала, ты опять исчезла. Ты как?
— Нормально, — ответила Манэ, неуверенно улыбаясь. — Просто... захотелось услышать кого-то, кто говорит нормально, а не приказывает.
— Ох, — Моника фыркнула. — Это ты про мужа, что ли? Судя по интонации, ожидания всех о том что Левон изверг подтвердились.
Манэ хмыкнула.
— не совсем так. Хотя иногда мне кажется, он живёт в параллельной реальности, где всё должно быть под его контролем.
— Значит, всё-таки чуточку есть, — заметила Моника, и в голосе мелькнуло лёгкое сочувствие. — А ты — изменилась. Слышу. Стала спокойнее, но в этом спокойствии что-то кипит.
— Ты очень наблюдательная, — сказала Манэ, чуть усмехнувшись.
— Я просто тебя знаю, — мягко ответила Моника. — И если ты позвонила, значит, хочешь не просто поболтать. Что-то нужно?
Манэ задумалась на секунду, прежде чем ответить.
— Возможно, да. Ты ведь всё ещё собиралась приехать к нам как-нибудь?
— Конечно, ты решила пригласить меня?
— Решила, — кивнула Манэ, глядя в окно. — За последнее время единственный мой собеседник это Левон, а с ним особо не поболтаешь. Я уже с ума схожу. Хочу с кем-то поговорить без напряжения.
— Левон же не против ?
— Даже если вдруг и будет против, я... попробую с ним поговорить так что бы согласился.
— так что бы согласился?- было слышно как сестра ухмыляется-я бы хотела это слышать и видеть— засмеялась Моника.
— Я, кажется, нашла к нему подход...
— Вот и умница. Тогда жду от тебя весточку. Только, Манэ... будь осторожна.
—конечно, — коротко сказала она и сбросила вызов.
Телефон всё ещё был тёплым в руке.
Манэ вдохнула глубже, поправила волосы, посмотрела на своё отражение в зеркале.
«Пусть думает, что это его идея», — вспомнила она слова тёти Левона и тихо улыбнулась.
Теперь осталось сделать первый ход.
Вечер был тихим.
Левон сидел в кресле у окна, просматривая документы — привычно сосредоточенный, отрешённый.
Манэ наблюдала за ним из кухни, медленно размешивая ложечкой чай.
«Сейчас или никогда», — подумала она.
Она подошла, поставила чашку рядом с ним и опёрлась на подлокотник кресла.
— Тебе всегда удаётся выглядеть так, будто весь мир вращается вокруг твоих мыслей, — сказала с лёгкой улыбкой.
Левон поднял взгляд, чуть прищурился.
— Это комплимент?
— Возможно, — пожала плечами она. — Хотя... я хотела тебя кое о чём попросить.
Он отложил бумаги.
— Уже интересно.
Манэ сделала вид, что ищет слова, потом спокойно произнесла:
— Я сегодня разговаривала с Моникой.
— С кем? — нахмурился он.
— С Моникой. Моей троюродной сестрой. Ты её видел на свадьбе, помнишь? Она тогда дарила нам те бокалы с золотыми краями.
— А, — коротко ответил Левон. — Что с ней?
— Я бы хотела, что бы она приехала. На пару дней.
Он слегка приподнял бровь.
— К нам?
Манэ мягко улыбнулась.
— Да. Мы давно не виделись. После... всего. И мне кажется, немного живого общения мне бы не помешало.
— Манэ, — его голос стал строже, — я не люблю, когда дом превращается в проходной двор. Тем более сейчас.
Она опустила взгляд, будто немного растерянно.
— Я знаю, — тихо сказала. — Просто мне не хватает нормальных разговоров. Не из-за скуки. Из-за... тишины.
Он ничего не ответил, но по выражению лица было видно: сопротивление ещё есть.
Манэ чуть изменила тон — мягче, теплее, с едва заметной игривостью:
— Тем более, она может быть тебе полезна. Моника работает в агентстве, связанном с архитектурными проектами. Я подумала, тебе, может, было бы интересно с ней поговорить — она много знает про современные решения для частных домов.
Левон склонил голову набок.
— Архитектурное агентство, говоришь?
— Угу, — кивнула она. — И потом, — она чуть наклонилась, — она не из тех, кто будет мешать. Приехала бы, пообщались, я бы показала ей дом, помогла ей немного отвлечься...
Он смотрел на неё молча. Несколько секунд — и в уголках губ появилось что-то вроде усмешки.
— Ты очень хитро подаёшь просьбы, Манэ.
Она невинно вскинула брови.
— Я просто честна.
— Нет, — сказал он, глядя прямо на неё. — Ты умна. И это иногда опаснее, чем хитрость.
Она улыбнулась, чувствуя, что почти добилась своего.
— Значит, ты не против?
Он сделал вид, что размышляет.
— На пару дней, говоришь?
— На пару, — тихо подтвердила.
— Ладно, — наконец ответил он. — Пусть приезжает. Но только без неожиданных гостей и шумных посиделок.
Манэ едва заметно выдохнула — облегчённо, но не показав виду.
— Конечно. Я всё организую.
Она уже собиралась уйти, но Левон вдруг поймал её за запястье.
— Манэ...
— Да?
Он задержал взгляд на ней.
— Не знаю, что ты задумала, но ты сегодня говоришь совсем по-другому.
Она мягко улыбнулась. И подмигнув мужу скрылась за дверным проемом.
Такая выходка девушки удивила Левона и заставила улыбнуться.