Часть 33
***
Пока Чуя удерживал монстра гравитацией, Дазай на огромной скорости понёсся на него, с мечом Святого Креста в правой руке. Отрубив чудовищу несколько змеиных голов, каких-то отростков, похожих на щупальца, пару крыльев и когтистых лап, Осаму понял, что меч в этой битве практически бесполезен: на месте отрубленных частей тела Тифона мгновенно вырастали новые. Также заметив это, Чуя прокричал:
— Руби главную башку!
Дазай отрубил мерзкое щупальце, которое потянулось к нему даже несмотря на то, что Накахара удерживал монстра гравитацией. В разные стороны брызнула тёмная слизь, попав на левое плечо Осаму, и начала разъедать кожу, обнажая мышцы и плоть. Было больно, и Дазай пожалел о том, что последние несколько дней перед битвой он довольно часто употреблял кофе. Перехватив меч в левую руку, Осаму вонзил когти правой в своё плечо, вырывая из него кусок мяса. Плечо тут же регенерировало и боль прошла. Взлетев выше, Дазай таки снёс монстру главную башку, тут же вставляя в неё меч, однако из тушки выросла новая голова, а затем Тифон взревел так громко, как ни разу ещё не ревел до этого момента. Чуя и Дазай, не выдержав этого звука, зажали уши руками, а сквозь их пальцы потекла кровь. Монстр освободился от давления гравитации и нанёс обоим сокрушительные удары. Эсперы были отброшены на несколько километров в сторону портала.
Тифон взлетел вверх и через минуту его громадная туша спикировала на Дазая, однако Чуя успел откинуть его от него ударом ноги, усиленным гравитацией. Чудовище было так же отброшено на несколько километров в противоположном от портала направлении. Накахара с Дазаем ринулись к нему, но до того, как они его настигли, монстр поднялся в небо и полетел в сторону червоточины. Чуя бросился за ним и сбил его на землю ударом ноги, а затем разорвал напополам, защищаясь от слизи своей способностью и постарался направить её в ту сторону, откуда они с Осаму приехали, однако этой гадости было слишком много. Изначально она фонтаном забила вверх, разлетаясь в разные стороны десятками тысяч крупных и мелких капель, а поскольку на жидкостях и порошках способность Чуи работала не очень хорошо, всю эту мерзость Накахара сдержать не смог. Дазая окатило ею как из ведра, и ему пришлось содрать с себя всю кожу, чтобы быстрее избавиться от невыносимой боли. Регенерация очень быстро восстановила повреждённые ткани, а Дазай прокричал:
— С ума сошёл? Что ты вытворяешь?
— Прости, что-то я не подумал о последствиях.
Обе половинки Тифона неожиданно потянулись друг к другу в попытке соединиться вновь, но Чуя удержал их гравитацией.
— Где твой меч? — спросил Накахара.
— Сейчас поищу, — ответил Дазай. — Но вряд ли от него будет толк. Разве что время потянуть.
— Ищи! — выкрикнул Чуя, и Осаму унёсся прочь.
Дазай помнил в каком примерно месте осталась голова Тифона и направился туда. Отыскав её, он вытащил меч, а из неё вдруг начало произрастать новое тело. Заметив это, Осаму вновь воткнул меч в прежнее место и вернулся к Накахаре.
Обе половинки Тифона начали регенерировать, а его многочисленные головы издавали громогласные звуки, от которых закладывало уши. Дазай мысленно обратился к Чуе:
«Отпусти их. Пусть лучше соединятся. С двумя монстрами нам справиться будет ещё сложнее».
Накахара кивнул и отпустил чудовище, а через минуту оно слилось воедино.
— Что будем делать? — спросил Накахара.
— Я слетаю на разведку к червоточине и посмотрю, что там происходит, а ты удерживай его сколько сможешь, — ответил Дазай.
— Ты не нашёл меч?
— Нашёл, но лучше ему остаться там, — сказав это, Дазай взмыл вверх и направился в сторону портала, а Чуя вновь активировал способность.
Пролетев несколько километров, Осаму приземлился метрах в ста от червоточины и осмотрелся по сторонам, а затем снова взлетел вверх и направился обратно.
— Осталось три-четыре тысячи человек, остальные прошли. Ты мог бы попробовать отыскать осколок внутри него. Хотя, наверное, это сделать невозможно, как и в моём случае. К тому же эта слизь, словно кислота, разъедает всё, на что попадает.
— Думаю, гравитация защитит меня от неё. Я попробую, — произнёс Накахара и, отпустив монстра, на огромной скорости пролетел сквозь него. Тифон снова взревел, разворачиваясь и пытаясь рассмотреть, где эта назойливая букашка, которая посмела доставить ему массу не очень приятных ощущений. Когда Чуя повторил свой манёвр и вылетел снаружи, одно из щупалец успело его схватить и со всей силы хряснуло о землю, подняв вверх столб пыли и комья земли.
«В порядке?» — мысленно обратился к Накахаре Осаму.
«Да что со мной будет?» — также мысленно ответил ему Чуя, тут же засветившись красным и разрывая огромный отросток своей способностью, вновь влетая внутрь монстра, однако вылетать наружу он не спешил. Тифон заревел и стал бить себя щупальцами то по одному, то по другому месту, а потом Чуя выскочил наружу, словно пробка из бутылки, но другое щупальце ударило его о землю, одна из змеиных голов потянулась к нему, кусая его за ногу, но тут же была оторвана и отброшена высоко вверх. Ещё несколько щупалец попытались обвить Накахару, но были оборваны, а затем в бой вступили крылья, пытаясь прорезать тело эспера, однако напрасно, так как его защищала гравитация.
Исторгнув из себя оглушительный рёв, Тифон атаковал Чую сотнями щупалец и змеиных голов одновременно, извергая из них потоки чёрной слизи, которая летела в разные стороны, орошая землю в пределах видимости словно дождём.
И Дазаю, и Чуе безусловно досталось, хотя Накахара пострадал от кислоты гораздо меньше, однако боль была невыносимой, и Тифон сумел нанести ему серьёзный урон, разорвав его тело напополам своими мощными лапами. Накахаре удалось отбросить от себя чудовище гравитацией, причём достаточно далеко, а затем он взлетел вверх, в некоторых местах сдирая с себя кожу и плоть. На регенерацию ушло пару минут: за это время нижняя часть тела Чуи полностью восстановилась, как и кожные покровы, и он увидел рядом с собой Дазая. Тот также парил высоко под облаками, содрав с себя значительную часть кожи.
— Попробуй влететь в него, как ты уже делал, и поискать осколок внутри, но если найдёшь, не касайся его способностью. И помни, что ты всё-таки мутант и, при желании, можешь обходиться без кислорода. По крайней мере смерть от удушья тебе точно не грозит.
— Хорошо, — сказал Чуя и вновь ринулся на чудовище. То парило в небе, и Чуя сначала сбил его вниз, а затем уже влетел внутрь. Дазай спустился на землю наблюдая за происходящим. Сейчас битва происходила достаточно близко от червоточины, и Осаму видел её отсвет вдалеке. А вскоре этот отсвет исчез, и Осаму понял, что все люди прошли через портал.
Неожиданно в небе мелькнул огромный крылатый силуэт, а через мгновенье он шумно приземлился рядом с Дазаем, принимая человеческий облик и хватая Осаму за руку.
— Ты должен меня удержать, — произнёс он. — Зов на таком расстоянии слишком силён.
— Что ты здесь делаешь, Фёдор? — спросил Осаму, всё же хватая Достоевского за руку, того с непреодолимой Силой начало тянуть в сторону Тифона, но Дазай, хоть и с трудом, удерживал его на месте.
— Возьми его, — проговорил тот, заметив яркое оранжевое пламя в чёрных, как ночь глазах Осаму.
— Что? — переспросил Дазай чужим голосом.
— Вам его не победить, — затараторил Достоевский. — И порча его не уничтожит. Вчера я видел. Да, я тоже могу кое-что видеть, как Рампо, но заглядываю в будущее не более, чем на сутки, и по своему желанию делать этого не могу. Это происходит само собой.
— Нет, если я это сделаю, он сможет вытянуть из меня Силу и тогда уж точно нам его не одолеть.
— Да, но так и должно произойти. Он уязвим для порчи лишь в тот момент, когда Сила одного из осколков перетекает в него. Пусть Чуя активирует сингулярность и устроит самый мощный взрыв, на который только способен. Ты тоже погибнешь, поскольку дар обнуления, если пробудить Силу осколка, перестанет работать и не защитит тебя от порчи. Но выхода нет. Это единственный способ. Я также жертвую собой. Не ради спасения чьих-то жизней, но потому что мне надоело прятаться и убегать. Он найдёт меня, где бы я ни был. Я бы мог отдать ему себя, как отдаю тебе, но он выпьет меня слишком быстро, и от этого не будет толку.
— Хорошо, — произнёс Дазай и передал Чуе сообщение:
«Чуя, продолжай отвлекать его. И не вмешивайся в то, что сейчас будет происходить со мной. Тифон уязвим для порчи только тогда, когда перекачивает в себя Силу осколков. Именно в тот момент тебе нужно её активировать и уничтожить его».
«Что?» — прозвучало в голове Осаму, но он ничего не ответил.
Чуя вылетел из Тифона наружу и увидел Достоевского и Дазая. Левая рука последнего находилась внутри Фёдора, на открытых участках тела обоих можно было увидеть чёрные прожилки, похожие на струящиеся тоненькие ручейки, которые временами вздувались бугорками, опадали, затем снова вздувались.
— Дазай! — выкрикнул Чуя, бросаясь к возлюбленному. — Нет!
Неожиданный и довольно сильный удар сбил Чую с ног, а затем несколько щупалец подняли его вверх и забросили куда-то в сторону моря, а Тифон с рёвом двинулся в сторону Достоевского и Дазая. Перекачав в себя Силу осколка, Осаму запрокинул голову назад и расхохотался жутким, многоголосым смехом. Его глаза по-прежнему были черны, а по центру в них полыхало яркое, оранжевое пламя. Отбросив тело Достоевского в сторону, Дазай развернулся лицом к Тифону и, трансформировавшись в огромное чудовище с такими же огромными крыльями за спиной и десятками змеиных голов, расположенных на плечах и груди, а также множеством когтистых лап, бросился на Тифона.
Врезавшись в него на всей скорости, Осаму обхватил основную голову чудовища руками, вгоняя в неё свои когти, а также вонзая когти других лап в тело монстра, пытаясь рвать его плоть, используя для этого змеиные головы и свои многочисленные конечности. Тифон взревел, обхватывая Дазая огромными лапами и проникая щупальцами в его тело, пронзая ими его насквозь и добираясь до мозга.
***
Чуя плюхнулся в воду, подняв вверх сотни брызг и пошёл ко дну. Вынырнув, Накахара взлетел небо и на всех парах понёсся обратно.
Оказавшись метрах в десяти от Тифона, Чуя увидел рядом с ним ещё одного монстра, тот немного отличался от него внешне и был меньше раз в десять, однако Накахара без труда узнал в нём Дазая, так как лицо у того оставалось вполне человеческим. Чуя услышал рёв одного чудовища, а затем и второго, а потом и крик боли Дазая. Было не совсем понятно, что происходит, так как на тёмных телах не было заметно чёрных прожилок, однако Чуя не сомневался в том, что Тифон перекачивает в себя Силу осколков Дазая, тем более, учитывая то, что возлюбленный ему недавно сказал. Не зная, что предпринять и почти паникуя, Чуя мысленно обратился к Осаму:
«Дазай, ты меня слышишь?»
Ответа не было, и Чуя вновь его позвал:
«Дазай!»
«Да», — прозвучал в голове Чуи ответ, и он заметил, что Осаму немного уменьшился в размерах.
«Зачем ты это сделал? И что делать мне?»
«Я уже тебе говорил. Ты должен активировать порчу и уничтожить Тифона. Он сейчас уязвим для сингулярности. Устрой этот взрыв. Только так ты его можешь убить».
«И тебя тоже? Ведь дар обнуления тебя от порчи не защитит».
«Да. Но выбора нет. Ты должен сделать это сейчас, а когда произойдёт взрыв, сразу взлетай вверх, как можно выше. Это спасёт тебя».
«Нет. Я не сделаю этого», — упрямо заявил Чуя.
«Ты должен. Пока не поздно. Я чувствую слабость, а это значит, что он меня почти полностью выпил», — сказал Осаму ещё более уменьшаясь в размерах.
«Нет! Ты предлагаешь мне убить тебя и жить вечность в одиночестве?! Да ни за что! Я тебя ни за что не потеряю».
«Ты должен. Иначе всё было зря».
«Ну и что? Вирус по-прежнему в тебе, а значит, Тифон тебя этим не убьёт. Пусть забирает Силу этого проклятого осколка и убирается к чёрту, плевать!»
«Ты не понимаешь. Он не остановится. Он уничтожит всё живое не только на Земле, но и во всей вселенной. От него никому не будет спасенья, и никто его не победит».
«Зато он не сможет убить нас. Мы будем жить с тобой вечность. И мы будем вместе. Для меня это самое главное».
«Чуя, я не верю, что это говоришь ты. Я тебя знаю, ты не такой. Я понимаю, что ты сейчас расстроен, но ты должен это сделать. Я тебя умоляю, уничтожь его. Пожалуйста сделай это сейчас, иначе будет поздно. У меня нет сил. Это конец. Последний шанс, Чуя. Время идёт на секунды».
«Я люблю тебя», — прошептал Накахара, смахнув рукой непрошенные слёзы.
«Я тебя тоже», — сказал Дазай, принимая человеческий облик.
Засветившись красным, Чуя взлетел вверх и позволил Арахабаки прорваться наружу, после чего ринулся вниз, нанося сокрушительный удар по Тифону. Тот засветился красным, а затем произошёл олепительно-яркий взрыв. В то же мгновенье Чуя обхватил Дазая за верхнюю часть тела руками, того окутало красным свечением, и Накахара, словно ракета, взмыл с ним к облакам, оставив нижние конечности возлюбленного в лапах монстра.
Чуя летел на такой скорости, на которую и сам никогда не думал, что способен, посмотрев вниз, он увидел, как разрушительная белая волна проносится по острову, сметая с него всё, превращая в пыль, а затем вздувается огромным красным пузырём, поднимаясь вверх и почти настигая беглецов. А затем пузырь лопается, взрываясь ещё одной волной, на этот раз красного цвета и поднимается вверх бело-красным грибом.
***
Две одинокие фигуры сидели на огромном валуне посреди поля в золотистых сумерках заходящего солнца, лучи которого красиво играли на каштановых волосах, превращая рыжие в расплавленное золото.
— И всё-таки ты сделал по-своему, — произнесла фигура с каштановыми волосами.
— А ты чем-то не доволен? — спросила вторая фигура с рыжими локонами.
— Доволен, конечно, доволен, Чуя. Ты спас мне жизнь. Но ты рисковал, ведь мог не успеть выбраться.
— Ты иногда бываешь таким непроходимым тупицей, Дазай, — буркнул Накахара, приобнимая Осаму за плечи. — Если бы я не смог тебя вытащить, то мне было бы лучше тоже погибнуть, чем существовать целую вечность без тебя. Неужели ты бы смог так жить, окажись ты на моём месте, и сделал бы иной выбор?
— Конечно нет, милый, — произнёс Дазай, кладя голову на плечо Накахары. — Я бы тоже предпочёл смерть вечной жизни без тебя.
— Что будем делать дальше? — спросил Чуя.
— Радоваться жизни, что же ещё?
— Останемся в Австралии в Порт Хайленде?
— Почему бы и нет? Здесь красиво, к тому же сохранилась жизнь. Как это ни странно, ядерная война не коснулась Австралии.
— Ты уверен, что в тебе не осталось Силы осколка?
— Я её не чувствую.
— Но если бы он перекачал её всю до последней капли, я не смог бы его уничтожить.
— Ты прав, но после пережитого я не могу заставить себя попытаться воспользоваться ею. Я до сих пор не восстановил силы и чувствую себя, как выжатый лимон, несмотря на всю мою регенерацию.
— Это так странно, — произнёс Чуя.
— Да, я и сам удивляюсь, — ответил Дазай. — Он словно всю кровь у меня высосал.
— Ладно, спешить нам некуда. Нужно осмотреться, хорошенечко отдохнуть, а потом уже думать о том, как открыть портал и вернуть наших.
— А стоит ли возвращать? Хотя, конечно, они могли бы поселиться здесь, но экология всё равно испорчена. Может им в том мире будет лучше?
— Не думаю. К тому же, ты разве не будешь ни за кем из них скучать?
— Буду, наверное, но это не главное. Главное, что я знаю, что они в безопасности, а мы с тобой вместе. И мне этого достаточно.
— А я вот думаю, что Ацуши и Рюноске вряд ли с тобой согласятся.
— Ладно, подумаем об этом завтра. Нужно раздобыть денег и заселиться в какой-нибудь отель.
— Без документов? Вряд ли у нас получится.
— Тогда надо снять какой-нибудь дом.
— А где деньги возьмём? Хочешь кого-нибудь ограбить?
— А у нас есть выбор?
— Только без крови.
— Конечно. За кого ты меня принимаешь? Я давно уже не тот, что прежде.
— Ладно, тогда пойдём.
Парни поднялись с валуна и вскоре два силуэта скрылись в сумерках уходящего вечера.
***
Две недели спустя...
— Вы вернулись! — восторженно выкрикнул Ацуши, увидев Дазая с Чуей, которые только что прошли через червоточину. — Рюноске! Скорее иди сюда! Дазай с Чуей вернулись!
— Вернулись? — усмехнулся Осаму, с улыбкой глядя на Ацуши. — Так мы вроде бы никуда и не уезжали.
— Ой, я не то хотел сказать, — отчего-то смутился паренёк.
— Я знаю, — Дазай снова улыбнулся, неожиданно его спину обдало прохладным ветерком, а затем перед глазами материализовался Акутагава.
— Как я рад! — воскликнул вампир, светясь от счастья и глядя на Дазая.
— Ну иди сюда, — произнёс тот, раскрывая бывшему ученику свои объятья, тот несмело подошёл ближе, а затем бросился Дазаю на шею, обхватывая её руками, Осаму похлопал его по плечу, а затем вампир отстранился, спросив:
— Ты меня не обнуляешь?
— Нет. Обнуление больше не работает.
— Почему?
— Потому что я пробудил Силу своего осколка, правда сейчас её во мне осталось очень мало, Тифон почти всю выпил, но Сил для того, чтобы открыть портал вполне хватило.
— А что стало с Достоевским? — спросил Ацуши. — Он втолкнул меня, Брэма и Рюноске в портал, а сам остался там.
— Достоевский совершил странный поступок, пожертвовав собой, — ответил Осаму. — И, можно сказать, погиб, как герой.
— Правда? И что же он сделал?
— Он отдал мне Силу своего осколка, чтобы я пробудил свою и подсказал, как уничтожить Тифона. Если бы не он, мы вряд ли бы справились с этим монстром.
— Да неужели? — протянул Ацуши. — Никогда бы не подумал, что он способен на самопожертвование.
— Я тоже. Но чужая душа потёмки, как видишь. А что вы здесь делаете до сих пор, и где остальные?
— Остальные ушли в лес и к реке. Разбили там лагеря, живут на природе, охотятся и рыбачат. Здесь такой же животный и растительный мир, как и у нас, и, вообще, эта вселенная словно отражение нашей Земли. Мы с Рюноске остались здесь, так как надеялись, что вы придёте.
— Тогда ведите нас к ним.
— Пойдёмте, — сказал Акутагава и первым направился в сторону леса.
— А что стало с Японией? — спросил Ацуши.
— Остров утонул, — ответил Осаму.
— Как жаль, — произнёс Ацуши. — А что с тем порталом, через который лезла всякая нечисть?
— После того, как Тифон перестал существовать, он закрылся, а нечисть была уничтожена вместе с ним. Кстати, мы нашли людей. В Австралии.
— Это хорошо, — произнёс Ацуши. — Мне здесь не нравится, несмотря на то, что этот мир очень похож на наш. Он мне всё равно кажется чужим.
— Прекрасно. Значит, хочешь вернуться?
— Конечно. Пусть Японии больше нет, но есть Австралия. Я слышал, что там очень красиво.
— Это верно. Австралия не пострадала от взрывов.
— Это замечательная новость.
Вскоре эсперы вошли в лес, а немного углубившись в него, заметили с полсотни палаток и несколько костров. Людей здесь было немного, всего несколько сотен.
— Рампо-сан, Брэм, директор! — выкрикнул Ацуши. — Дазай с Чуей пришли за нами.
Фукудзава, сидевший возле костра рядом с Мори, обернулся к вновь прибывшим, из одной из палаток выглянули Рампо и Йосано, а затем откуда-то появился Брэм. Сотни пар глаз устремились на эсперов.
— Угроза уничтожена, — произнёс Дазай. — Но и Япония тоже.
По лагерю пронёсся неодобрительный гомон: кто-то разочаровано вздыхал, кто-то охал.
— Но есть и хорошие новости, — вмешался в разговор Чуя. — Австралия уцелела в ядерной войне, и всех желающих мы можем забрать с собой.
После слов Чуи люди вздохнули с облегчением, а Рампо подошёл к Дазаю, хлопнув того по плечу.
— Я знал, что всё будет хорошо, — произнёс он, а затем обратился к остальным: — Ну что? Возвращаемся домой?
— Конечно! — послышалось с разных сторон.
— А что? — тихо произнёс Мори, почти шепча на ухо Фукудзаве. — Австралия, так Австралия. Все наши здесь: и твои, и мои. Организую-ка я новую Портовую Мафию в каком-нибудь приморском городе, а ты откроешь новое детективное агентство где-нибудь неподалёку, и всё будет, как в старые добрые времена.
Юкичи посмотрел на Мори странными взглядом, а тот спросил:
— Что? — ответа не последовало, и Огай добавил: — Не, ну если не хочешь открывать Агентство, могу принять тебя и всех твоих эсперов в Мафию. Мне не сложно, — Мори усмехнулся.
— Иди ты, — буркнул Фукудзава.
— Да ладно, расслабься. Что ты такой напряжённый, Фукудзава? А хочешь пойдём в палатку, сделаю тебе массаж?
— Совсем с ума сошёл на старости лет? — Фукудзава раздражённо цокнул языком и закатил глаза.
— А почему бы и нет? Вспомним молодость. Помнишь, как мы с тобой... — Мори не договорил, так как получил ощутимый тычок локтём в бок от Юкичи.
— Замолчи, — тихо проговорил тот.
— Ладно, понял. Вернёмся к этому разговору позже.
Из дальней палатки вышел Анго и направился к Осаму и Чуе.
— Ну привет, дружище, — поздоровался Дазай, а Анго обнял его, похлопывая по спине.
— Рад, что вы живы, — сказал он, отстраняясь.
— Я тоже. Как вы тут?
— Неплохо, выживаем потихоньку.
— Как ты смотришь на то, чтобы вернуться к цивилизации?
— Прекрасно.
— Почему вас так мало? — спросил его Дазай, поглядывая в сторону бывшего босса и нынешнего, слегка улыбаясь.
— Не все ушли с нами. Примерно десятая часть выживших. Они, видимо, не достаточно серьёзно отнеслись к нашему предупреждению о том, что Япония может быть уничтожена, но уговаривать кого-либо, сам понимаешь, времени не было. Около десяти тысяч человек в первый же день после перехода ушли на поиски других людей и лучшей жизни, — ответил Анго. — Остальные рассредоточены по лесу и у реки, они разбили лагеря, разделившись на группы. Мы сообщим им.
— Я всех оповещу, — произнёс Акутагава и унёсся прочь.
— Сколько вас всего? — задал вопрос Чуя.
— Около тридцати тысяч, не считая тех, кто ушёл, — ответил Брэм. — Около двух тысяч человек погибли, когда с неба на них полилась какая-то кислота.
— Ясно, — произнёс Дазай. — По ту сторону портала нас ждёт лайнер. Все в него не влезут, поэтому придётся перевозить людей частями. Первая группа будет состоять из шести тысяч человек, за остальными мы вернёмся на нескольких кораблях дней через двадцать.
Вскоре к первому лагерю начали подходить люди, когда им сообщили о том, что могут сейчас забрать не более шести тысяч человек, а остальным придётся ждать двадцать дней, многие были разочарованы, но после долгих споров о том, кто войдёт в первую группу, всё-таки она была сформирована и отправилась к червоточине. Пройдя через портал, люди погрузились на корабль, и вскоре он отплыл.
На улице была ночь. Дазай с Чуей стояли на палубе, глядя на водную гладь и отражающиеся на её поверхности звёзды. Рядом с ними находились Рюноске и Ацуши, которые обнявшись, облокотились о борт корабля.
— Я смотрю, ты больше не мутант, Ацуши, — произнёс Осаму, подмигнув оборотню.
— Да. Хорошо, что Брэм взял у Достоевского кровь заранее. Когда мы перешли через портал, мне вкололи её.
— Это хорошо, наверное, — проговорил Дазай.
— Почему «наверное»? — спросил Ацуши.
— Ну, мы с Чуей оба бессмертны. Вампиры тоже бессмертны, а вот ты, увы, нет. Вас с Рюноске это не пугает?
— Мы говорили об этом, — произнёс Акутагава. — И решили, что лет через десять я обращу Ацуши. Он станет таким как я.
— Это прекрасно, — улыбнулся Дазай, приобнимая Чую за плечи и целуя его в висок. — Только Ацуши будет тогда старше тебя, Акутагава.
— Ну и что? — пожал тот плечами. — Десять лет — это не так много. Если он, конечно, к тому времени не превратится в дряхлого старика.
— Эй, — Ацуши ткнул Акутагаву локтем в бок, на что тот улыбнулся.
— А если и превратится, — продолжил Рюноске. — Я всё равно буду его любить.
— Рад, что у вас такие радужные планы на будущее, — усмехнулся Чуя и обратился к Дазаю: — Ну что? Пойдём в каюту?
— Пошли, — сказал Осаму, целуя возлюбленного в губы нежным поцелуем.