1.
Мониторы гудели, словно усталые пчёлы. Офис был душный, как консервная банка, где закипали нервы, кофе и чужие разочарования. Аделина сидела у своего стола в углу - не потому что её туда посадили, а потому что сама выбрала быть подальше от остальных. Менеджеры с наигранной бодростью перетаскивали папки, бросали заумные термины, обсуждали чужие жизни у кофемашины, а она просто делала свою работу. Без пауз, без интереса, без иллюзий.
Её день - это поток входящих писем, цифр в таблицах, и звонков, в которых никто не спрашивал: «Как ты?» Всё, что нужно от неё, - быть точной, вежливой и незаметной. Иногда она думала, что если исчезнет, её не хватятся, пока не понадобится срочный отчёт.
Пальцы бегали по клавиатуре. За стеклом плыли машины, будто город дышал в такт её усталости. Она открыла очередной документ, когда телефон завибрировал в сумке.
- Только не сейчас... - прошептала она, зная, чьё имя отобразится на экране.
«Дэмиан».
Она не брала трубку сразу. Каждый звонок от брата - это как выстрел в пустой комнате. Тишина после - только громче.
Вдох. Щелчок. И всё по новой.
- Адели... Слушай, только не злись, ладно? Мне нужно кое-что.
- Сколько?
- Я ещё не сказал...
- Сколько, Дэмиан? - её голос стал резким, как край разбитой чашки.
Пауза. Слишком длинная.
- Пятьдесят тысяч. До вечера.
У неё перехватило дыхание. Она выпрямилась, как будто спина вдруг перестала быть её. Шум офиса исчез. Осталась только цифра. И тяжесть под рёбрами.
- Ты в своём уме?
- Адели, я клянусь, это последний раз. Я... Я проиграл не то. Им нельзя отказывать. Они...
- Я отдала тебе всё. Я живу на макаронах и долбаных купонах. Я закрыла за тебя уже три кредита, и теперь... Пятьдесят? Откуда?
Он молчал. И именно это молчание было знаком - он не знал, как выкрутиться. Или знал. Просто выбрал её.
- Мне правда конец, если ты не поможешь, - хрипло выдохнул он. - Это не просто ребята с улицы. Это... люди, у которых правила другие. Они не звонят дважды. Только один раз. Потом приходят.
Аделина не ответила. Она смотрела в монитор, не видя цифр. Только пятна. Только пульс в висках.
В её жизни всё снова стало на круги своя: он играет, она платит. Он лжёт, она спасает. Он тонет - а тянет за собой её.
Но на этот раз было что-то другое. В голосе брата... не было притворства. Только страх.
И это пугало больше всего.
- Кто они, Дэмиан? - она пыталась держать голос ровным, но он дрожал. - Что ты натворил?
- Это неважно. Главное - мне нужны деньги.
- Я не дам тебе пятьдесят тысяч просто так. Ты хотя бы объясни, кому ты должен. За что?
- Адели, я не могу... - он запнулся. - Просто не могу. Поверь, чем меньше ты знаешь, тем лучше.
- Прекрати. Я не ребёнок. Если ты меня опять втягиваешь во что-то грязное, я должна знать. Ты должен сказать!
- Они не такие, с кем можно шутить, - глухо ответил он. - И не такие, кому ты будешь задавать вопросы. У них нет "почему" и "зачем", у них есть только "как быстро ты всё вернёшь".
- Так скажи имя. Хоть что-то. Я прошу.
- Адели... - он снова замолчал. - Лучше тебе не знать. Правда.
Тупик. Стена. Он, как всегда, ставит её перед свершившимся фактом и ждёт, что она пойдёт за ним с завязанными глазами.
Она откинулась на спинку офисного стула, сжала переносицу пальцами, чтобы унять нарастающее головокружение. На экране продолжали мигать цифры, будто насмехаясь.
- Ладно, - выдохнула она. - Вечером я поеду с тобой.
- Что?
- Ты слышал. Я поеду с тобой. И ты покажешь мне, куда ты влез. Хватит молчать, Дэмиан. Если ты действительно загнал себя к чёрту на рога, я хочу видеть, с кем мы имеем дело.
- Это плохая идея...
- Возможно. Но я устала быть последней, кто узнаёт, за что платит своей жизнью. Жди меня. После работы я приеду.
Она повесила трубку раньше, чем он успел ответить.
Руки тряслись.
Где-то внизу, у ресепшена, кто-то смеялся. В офисе жизнь шла своим чередом. Только у неё на душе было ощущение, будто в воздухе что-то дрогнуло.
Как перед бурей.
День тянулся бесконечно. Каждая минута ощущалась как груз. Коллеги расходились по домам, болтали о выходных, кто-то смеялся у кулера - а Аделина всё сидела, пока экран не погас, пока не осталась одна среди осевшего воздуха и пересохшего горла. Даже рабочий компьютер, казалось, выдохнул с облегчением, когда она закрыла крышку.
На улице пахло асфальтом и металлом. Воздух был тёплым, липким, как будто июль пытался задушить город в своих ладонях. Аделина шла к остановке, не чувствуя ног. Плечи болели от напряжения. В голове крутились всё те же вопросы: кто они, что он сделал, зачем снова звонит ей.
Автобус пришёл с характерным вздохом. Она села у окна, положила голову на стекло и закрыла глаза. Внутри - тяжесть. Знакомая. Такая, как перед каждой катастрофой. Интуиция, которая била тревогу ещё до того, как ум успевал собрать улики.
Дом встретил её тишиной. Панельный подъезд с облупленными стенами, старая дверь с хриплым звонком, ключ, провернутый в замке. Он был там. Она это почувствовала, ещё не зайдя внутрь.
Он сидел на диване, будто приклеенный к нему. Дэмиан подскочил, когда она вошла, как человек, которого застали на месте преступления. На лице - неуверенность, страх и тошнотворная попытка казаться невиновным.
- Ты пришла, - сказал он, как будто надеялся, что она не придёт.
- Я же сказала, что приеду, - ответила Аделина и закрыла дверь.
На кухне она налила себе воды, сделала глоток и вернулась. Прислонилась к дверному косяку.
- Ну?
Он провёл ладонью по лицу, будто пытался стереть с него усталость.
- Я не хотел тебя в это втягивать, честно. Думал, справлюсь сам. Но... всё вышло из-под контроля.
- Ясно. А теперь конкретно. Кто они?
Он поёжился.
- Люди, с которыми лучше не спорить. Я... взял у них сумму. Под проценты. Быстрые деньги, понимаешь? Но ставки были... неудачные. Они не прощают.
- Ясно. - Она не моргнула. - Сколько ты им должен?
- Пятьдесят. И это уже с процентами. У меня был срок до сегодняшнего вечера. Они сказали, если я не приду лично... приедут сами.
Аделина долго смотрела на него. В его глазах - напряжение, но не раскаяние. Не впервые. И, скорее всего, не в последний раз.
- Хорошо, - выдохнула она. - Поеду с тобой.
- Что?
- Ты не поедешь туда один. Я должна знать, с кем ты связался. Если они такие страшные - я хочу видеть это своими глазами.
- Адели, ты не понимаешь, это не место для тебя. Там... это совсем другой мир.
- Я поняла это, когда ты впервые заложил мамино кольцо. Теперь я просто хочу знать, сколько ещё мне будет стоить твоя лояльность к этим "другим мирам".
Он хотел что-то сказать, но промолчал.
Как всегда.
А она уже взяла сумку и надела куртку.
Ответов не будет. Только последствия.
Они ехали в молчании. Дэмиан нервно теребил рукав куртки, постоянно проверяя телефон и держа руку на шее, будто пытался сдержать пульс. Аделина смотрела в окно, не задавала вопросов. Ответов всё равно не было.
Такси остановилось у неприметного здания на тихой улице. Снаружи - обычная вывеска: «L'Arco». Даже фонари перед входом светили как-то лениво, тускло. Но внутри...
Внутри ресторан оказался неожиданно роскошным. Мягкий свет падал из подрезанных бронзовых светильников, отражаясь в стеклянных перегородках. Пол - тёмное дерево, лакированное до блеска. Шторы цвета красного вина, идеально отпаренные. Ни пылинки, ни запаха дешёвой еды. Только чистый воздух, мягкая музыка на грани слышимости и слишком много пустоты.
Ресторан был абсолютно пуст. Ни одного посетителя. Только тишина, будто заведение замерло в ожидании кого-то, кто по-настоящему важен.
Из-за стойки вышел мужчина в белоснежной рубашке и тёмном жилете - заведующий, по всей видимости. Вежливый, но с каким-то натянутым лицом.
- Господин Коста немного задерживается, - произнёс он мягко, как будто речь шла не о человеке, а о целой эпохе. - Но просил принять вас. Пройдите, пожалуйста.
Он жестом указал на дальний стол у огромного панорамного окна. Там, где никого не было поблизости. Где никто не подслушает. Где они будут хорошо видны - а видеть в ответ смогут только улицу.
Аделина почувствовала, как по спине пробежал холодок. Не от страха. От слишком правильной организации.
Она прошла за братом. Он опустился на стул первым, ссутулившись, будто хотел слиться с креслом. Аделина села напротив, скрестив руки на груди. Не было официантов, не было разговоров, не было тарелок на соседних столах.
Только она, он - и ожидание.
Заведующий снова появился у их стола, бесшумно, словно вынырнул из стены.
- Гости будут с минуты на минуту. Прошу вас, оставайтесь здесь.
Он чуть кивнул - и исчез.