Глава 2.
Стас Волков был красавцем и очень харизматичным парнем. Ему 25, а в свои 25 у него уже было несколько точек магазинов для мотогонщиков, карьера гонщика и шикарный спортбайк Yamaha черного цвета. Он был воплощением успеха, рискованным миксом адреналина и капитала.
В тот день он приехал к отцу, бизнесмену Андрею Волкову, раньше чем обычно. Звонить не стал - хотел застать врасплох, увидеть отца не в смокинге и при галстуке, а в домашней обстановке. Но отца дома не оказалось, только приглушенный свет и тишина, давящая своей роскошью. Скучающе прохаживаясь по гостиной, Стас чувствовал себя чужим в этом мире хрусталя и антиквариата.
Взгляд скользнул по левому крылу особняка, куда он не ходил никогда. Это было запретное царство, скрытое за тяжелыми дубовыми дверями, куда даже уборщики не смели соваться. Стас знал лишь, что там расположена отцовская библиотека и, возможно, кабинет. Зачем ему библиотека в эпоху цифровых технологий, Стас не понимал, но отец был человеком старых привычек. Движимый не любопытством, а скорее скукой и легким бунтом, он решительно направился туда. Дверь поддалась легко, словно ждала его. Он открыл кабинет.
В нос ударил запах старого дерева, книг и чего-то еще, неуловимо знакомого, но никак не идентифицируемого. На стенах висели портреты в тяжелых рамах - суровые лица предков, чьи глаза словно следили за каждым его движением. На массивном столе из красного дерева царил хаос: разбросанные бумаги, старинные карты, какие-то диковинные приборы с блестящими линзами. Стас почувствовал себя незваным гостем, вторгшимся в чужую и очень личную территорию.
И в этот момент глаза парня скользнули по мониторам камер, он присел за стол и увидел..на одной из камер в комнате врача лежала девушка с длинными белыми волосами и похоже без сознания...
Парень чертыхнулся..
В этот момент дверь бесшумно отворилась. На пороге стоял его отец. Но в глазах Андрея Волкова не было удивления или раздражения, только ледяная, пугающая пустота.
"Ты не должен был сюда приходить, Стас," - прозвучал его голос, ровный и лишенный каких-либо эмоций. "Этого не должно было случиться."
- " Что за черт здесь происходит?! "- вдруг спросил его Стас.
Стас Волков - красивый, дерзкий мотогонщик, сын Андрея, случайно узнавший сейчас о подпольном бизнесе отца....торговля красивыми девушками.
Стас в ярости. Он никогда не интересовался делами отца, но увидев Агату - хрупкую, испуганную - понимает, что не позволит ей стать очередной жертвой...
- Объяснись!!- выпалил парень.
Андрей Волков медленно вошел в кабинет, закрыв за собой дверь. Казалось, он ничуть не удивлен присутствием сына, словно давно ожидал этого момента. В его взгляде не было и тени раскаяния или смятения, только холодная, расчетливая решимость.
"Это бизнес, Стас. Жестокий, да, но очень прибыльный. Ты вырос в роскоши благодаря этому бизнесу. Ты катаешься на своем спортбайке благодаря этому бизнесу. Не суди, не зная всей правды," - спокойно ответил отец, словно оправдывая свои действия перед компаньоном, а не перед собственным сыном.
Стас закипел от гнева. "Ты говоришь о девушках, как о товаре! Как ты мог, отец? Как ты мог превратить жизнь в ад для невинных людей?" Он чувствовал, как внутри нарастает ярость, готовая выплеснуться наружу. Мысли метались в голове: Агата, страх в ее глазах, беспомощность... Он не мог этого допустить.
"Ты ничего не понимаешь, Стас. Это мир, где выживает сильнейший. Я всего лишь использую свои возможности, чтобы преуспеть. А ты... ты просто не должен был этого видеть," - произнес Андрей Волков.
- "Я её заберу", - говорит он отцу. Андрей пытается отговорить его, но Стас непреклонен: - "Я женюсь на ней. Ты её не тронешь."
Стас стоял, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Его взгляд, горящий яростью и отвращением, был прикован к отцу, который, казалось, превратился в монстра, недоступного для понимания.
"Ты действительно думаешь, что я позволю тебе продолжать это?" - голос Стаса был низким, почти звериным. Он шагнул вперед, и пространство между ними, наполненное тяжелым запахом старых книг и предательства, сжалось. Андрей Волков не отступил, но его глаза, обычно холодные и расчетливые, немного дрогнули.
"Ты не понимаешь, Стас. Ты никогда не поймешь," - произнес отец, и в его голосе впервые прозвучала тень сомнения. Но это не смягчило сына.
"Показать тебе, что я понимаю?" - Стас резко развернулся и направился к мониторам. Его пальцы пролетели по клавишам, активируя камеры, которые показывали комнаты с девушками. Агата, все еще лежащая на кровати, казалась хрупкой, как стеклянная фигурка. "Она не товар," - прошипел он, поворачиваясь к отцу. "Они не просто предметы, которые можно купить или продать."
Андрей Волков молчал, наблюдая за сыном, как будто пытался понять, что делать с этим взрывом эмоций. "Ты слишком мягкий, Стас. Это не твой мир."
"Мой мир?!!" - Стас засмеялся, но в его смехе не было радости. "Мой мир - это скорость, адреналин, свобода. А твой... твой мир - это грязь, отец. Я не позволю тебе уничтожить её."
Он шагнул к двери, уверенный в своих намерениях.
- "Я забираю её. И если ты попытаешься остановить меня..."
Он не закончил фразу, но в его глазах было все, что нужно было сказать.
Андрей Волков стоял, словно статуя, только пальцы, сжатые в кулаки, выдавали его напряжение. "Ты не понимаешь, что делаешь."
"Я понимаю больше, чем ты думаешь," - бросил Стас, открывая дверь и выходя в коридор. Его сердце колотилось, но он был уверен в каждом шаге. Он знал, что Агата ждет, даже если она не осознаёт этого...
- " Стас!!! Стас подожди..что мне сделать чтобы ты простил меня?!"- говорит вдруг Волков.
- " Ты отдашь ее мне.." - ответил парень.
- " Тогда женись на ней. И я отменю сделку! "- говорит Андрей Волков.
Стас замер на пороге, спиной чувствуя сверлящий взгляд отца. Он медленно обернулся, словно оценивая, насколько искренними могут быть слова человека, погрязшего в мерзости. Жениться на девушке, которую он едва знает... Брак, как сделка, как еще одна попытка для отца контролировать ситуацию. Но он готов. Он чделает все что угодно, ради этой милой девушки...
"Ты предлагаешь сделку, отец?" - процедил Стас, в каждом слове сквозило презрение. "Думаешь, я куплюсь на это? Агата - не разменная монета, чтобы торговаться ее судьбой. Я женюсь на ней, потому что... потому что не могу поступить иначе. Но это будет мой выбор, а не твоя сделка."
Андрей Волков, казалось, немного сбавил обороты, словно понял, что перегнул палку. "Я просто... хочу вернуть твое расположение, Стас. Я не хочу терять тебя из-за этой глупости. Она ничего не значит, пойми..."
Стас усмехнулся, горько и безрадостно. "Она ничего не значит? Тогда почему ты так упираешься? Почему готов отдать свой бизнес, лишь бы я оставил ее здесь? Потому что она для тебя - лишь средство, инструмент. А для меня... для меня она - живой человек, который нуждается в помощи." Не дожидаясь ответа, он отвернулся и решительно направился по коридору, прочь от кабинета, прочь от лжи и лицемерия. Его путь лежал к Агате, к ней, к тому хрупкому созданию, за которое он готов был бороться до конца.
Стас зашел в кабинет врача. Доктор подскочил и отошел в угол.
Агата спала...
- " Что с ней сейчас?! Что вы блять натворили?!"- выпалил Стас..
Андрей ворвался следом и замер, показывая видом доктору чтоб тот стоял на месте.
Доктор, стоявший в углу, нервно постукивал пальцами по корпусу стетоскопа. "Она в порядке, я просто... просто осматривал ее," - пробормотал он, избегая встретиться взглядом со Стасом.
"Осматривал?!!" - Стас повернулся к нему, и в его глазах вспыхнул огонь. "Ты её трогал?" - его голос был тихим, но каждый слог звучал, как удар хлыста. Доктор застыл, словно пригвожденный к стене этим вопросом.
Андрей Волков, стоявший у двери, небрежно оперся о косяк, наблюдая за сыном. "Стас, не драматизируй. Это стандартная процедура. Мы не можем отправлять товар без проверки," - произнес он с ледяной отстраненностью.
"Товар?" - Стас закричал, его голос разнесся по комнате, словно гром. "Она не товар! Она человек, черт возьми! Ты что, совсем с ума сошел?!!"
Он схватил стул, стоявший рядом, и швырнул его в стену. Деревянная спинка с треском разлетелась на куски. Доктор вжался в угол, а Андрей лишь приподнял бровь, словно наблюдал за истерикой ребенка.
"Ты думаешь, это изменит что-то, Стас?" - мягко спросил он. "Ты думаешь, что твоя ярость сделает мир лучше? Ты просто не понимаешь, как все устроено."
Стас подошел к отцу, лицо к лицу. "Я понимаю одно - ты монстр. И я не позволю тебе продолжать это."
Андрей устало вздохнул, словно объяснял урок непонятливому ученику. "Монстр? Возможно. Но это мой мир, Стас. И ты никогда не сможешь его изменить."
- "Документы на нее. И как ее зовут..живо! "- Стас был зол...
Доктор, окончательно сжавшись в комок страха, пролепетал: "Агата... её зовут Агата. Документы... в компьютере, сейф." Стас, не отрывая взгляда от отца, кивнул доктору, приказывая жестом открыть сейф и предоставить все бумаги. Андрей Волков, казалось, смирился с поражением, лишь легкая дрожь в скулах выдавала его внутреннее напряжение.
Документы оказались в аккуратной папке. Стас пробежал глазами сухие строки, констатирующие факт передачи "товара" Волкову. От одной мысли, что Агату рассматривали как вещь, его снова захлестнула волна гнева. Он скомкал бумаги и бросил их в лицо отцу. "Забери свои грязные деньги. Она свободна," - процедил он сквозь зубы.
Подойдя к Агате, Стас нежно коснулся ее щеки. Она была бледной и хрупкой, словно фарфоровая кукла. Сердце бешено колотилось в груди. Он чувствовал ответственность за эту девушку, ставшую жертвой чужой жестокости. Ему предстояло вырвать ее из этого кошмара и подарить новую жизнь. Аккуратно подхватив ее на руки, Стас ощутил, какая она легкая и беззащитная.
Развернувшись, он направился к выходу, не обращая внимания на стоящих в оцепенении отца и доктора. Перед самым порогом Стас остановился, бросив напоследок ледяной взгляд на Андрея Волкова.
- "Это только начало, отец. Я положу конец твоему бизнесу..."
- "Машина ждет тебя у ворот..но помни наш уговор. Ты сам сказал что женишься"- ответил Андрей, закурив сигарету.
- " Не вопрос. Я сделаю это.."- отозвался Стас.
- Она тебя не полюбит никогда. Потому что ты - мой сын.." - съязвил вдруг Андрей Сергеевич...наблюдая за реакцией сына.
Стас на мгновение замер, словно запнулся о невидимую преграду. Слова отца хлестнули, словно пощечина, оставив привкус горечи во рту. Он не обернулся, продолжая идти к выходу, сжимая в руках хрупкое сокровище..