Глава 8
Техён коротко пожимает руку Лисы, но меня из поля зрения не выпускает. А мне хочется уехать домой, чтобы никто и никогда меня больше не трогал.
- Приятно познакомиться, Техён. Джен, мы пойдем за столик сядем, присоединяйся, - вклинивается Лиса в паузу между тягучими мелодиями и исчезает.
- Я пойду к друзьям, - объявляю, но голос мой тонет в громовых раскатах музыки.
Надеюсь, он прочел по губам, потому что стоять тут, рядом с ним, мне совсем не хочется. И я пытаюсь отойти, но Техён цепко хватает меня за запястье, удерживая рядом. Мне не очень приятны его касания - они больно жгут кожу, слишком горячие.
- Постой, поговорить надо.
- Нетушки, - качаю головой и пытаюсь вырвать руку. - Однажды я уже купилась на эту уловку. Второй раз ты меня на это не возьмешь.
- Не бойся, - наступает, нависает сверху, отрезает своими широченными плечами вид на сцену, путает все мысли. - В этот раз я не сделаю тебе больно. Обещаю. Слышишь меня?
И я слышу, несмотря на грохот музыки, но все равно пытаюсь отстраниться, выпутаться. Техёна слишком много вокруг меня - с первой минуты его приезда много. Довлеет, пугает, выводит на эмоции. И сам ими будто бы упивается.
- Джен, пожалуйста, - в голосе нет мольбы. Он не просит, он предупреждает: или будет, как он сказал, или все равно будет, как он сказал, но с применением иных методов.
Его энергетика - мощная, резкая, хлесткая, как порыв ветра в декабре - сминает меня, превращает в крошечную песчинку. Но я не хочу так, мне это не нравится, потому я отступаю на шаг назад и отрицательно качаю головой.
- Я никуда с тобой не пойду.
Что это? Глупость? Попытка отсрочить неизбежное? Желание показать, какая я дерзкая и самодостаточная? Что могу сопротивляться ему? Не знаю.
Я снова отступаю назад, Техён шагает вперед. Назад-вперед и так, пока я не упираюсь спиной в какую-то поверхность. Стена, наверное, а вокруг темнота, и даже свет многочисленных прожекторов сюда не достает. Меня засасывает в какую-то иную реальность. Мне она не нравится: в ней душно и тяжело дышится, и резкий аромат туалетной воды Техёна снова забивается в ноздри.
Мы словно круг за кругом приходим в одну и ту же исходную точку.
- Я же не сделаю тебе ничего плохого. - Техён касается моих волос, пропускает прядь через пальцы, чуть тянет на себя, но быстро отпускает, словно мои локоны обжигают его кожу. - Тебе не нужно быть в этом клубе. Давай домой отвезу?
- Сумасшедший?! Я пришла сюда с друзьями, мы просто отметим сдачу экзамена, предпоследнего. Если ты боишься, что я буду изменять Каю, не буду!
Наверное, я слишком сильно нервничаю. Почти кричу, снова мечтаю сделать больно Техёну. Откуда во мне это? Глупости какие-то.
- Этого я не боюсь, - замечает, наклонившись ко мне так близко, что слышу биение его сердца. - Это я боюсь изменить Каю.
Не хочу понимать, что это значит. Мне неинтересно, совсем неинтересно.
- Отойди, я ведь закричу.
- Уезжай, Джен. - В голосе такая усталость, что даже больно становится. - Это нехорошее место.
Он все ближе и ближе, и воздух заканчивается. Но вдруг мелодию, что льется из колонок, прошивает бодрый голос диджея.
- Прошу аплодисментов для нашей обворожительной, необыкновенной, великолепной Саны!
Что-что?
Техён матерится сквозь сжатые зубы, я толкаю его в грудь, пытаюсь выглянуть из-за широких плеч, хочу увидеть эту самую Виолетту, но он ставит руки по обе стороны от моей головы.
- Не пущу, - констатирует факт. - Сам разберусь. Я же обещал, помнишь?
- Нет! - выплевываю с каким-то остервенением и, поднырнув под его руку, вырываюсь на свободу. - Это Сана ? Та самая?
- Дженни, послушай... - вздыхает, но кивает.
Я быстро иду к сцене, расталкивая на пути всех, кто неудачно под руку попался, спешу увидеть загадочную проститутку собственными глазами, разобраться наконец-то. Но, когда все-таки миную весь зал, в лучах софитов уже никого нет.
Сцена пуста, а я топаю ногой от злости.
Техён снова оказывается рядом, а нас двоих запирает в кольце чужих спин, рокота толпы и веселого смеха.
- Где она? Как мне ее найти? - требую, и сама не понимаю, что хватаю его за ворот рубашки. Отпустить будет глупо - не хочу казаться трусихой, и мы сплетаемся взглядами, будто иначе невозможно общаться. -Техён , ты же знаешь!
Он перехватывает мои запястья, прижимает руки крепче к своей груди и молчит. Просто молчит, и пауза эта кажется вечностью. Его энергия льется на меня водопадом, заставляет что-то внутри вибрировать от первобытных эмоций. Страх и любопытство сплетаются воедино, оставляя после себя горку пепла.
- Ладно, пойдем, - бросает отрывистое и тащит меня куда-то, ближе к барной стойке.
А я думаю, что вот сейчас решу самую странную загадку в своей очень простой, как казалось еще совсем недавно, жизни.
Pov. Tae
Рассекаю толпу, словно волнорез, и держу её за руку так крепко, что ей наверняка больно. Мне вообще рядом с ней очень сложно рассчитывать свои силы, и это слегка пугает. Такими темпами еще сломаю ей что-нибудь, а потом вовек не отмоюсь от штампа ненормального садиста.
У нас с ней просто все идет через задницу.
Ее ладошка тонкая и хрупкая, и я так отчетливо помню крошечный шрам между большим и указательным пальцем...
Нет, я точно не буду представлять, как коснусь губами этого места. Не буду, я сказал!
Чимина возле барной стойки уже нет. Зараза, смылся! Осматриваю зал, ищу друга взглядом, но все поиски оказываются напрасными.
- Пак Чимин в кабинете? - спрашиваю у мрачного бармена, а тот отрицательно качает головой.
- Его куда-то вызвали, обещал через час вернуться.
Ну вот что за пиздец? У меня нет в наличии целого часа, чтобы ждать его возвращения. Потому что и так не могу отделаться от мысли, что напрасно теряю время, что нужно торопиться.
Набираю номер друга, но в ответ лишь длинные гудки. И второй, и третий звонок не дают никакого результата.
Надо было эту Сану за шкирку со сцены стащить, а я придурок чертов сразу не сообразил. Сейчас бы уже все, что нужно знал.
Ну что? Придется, значит, переть напролом - другого выхода нет.
- Туда, - коротко командую, будто бы мы с Джен два солдата в стане врага, и взмахом руки указываю на лестницу, ведущую на второй ярус.
Она скрыта от посторонних глаз в надежной тени, но я лично помогал Чимину с проектом клуба, потому знаю тут все ходы и выходы.
Там вверху раздевалки, и если Сана не успела никуда смыться, искать ее нужно именно в этой комнате.
Дженни не спорит, лишь кивает. И я бы мог отпустить уже ее руку - никуда она не денется, - но разве я могу? Нет уж, пусть будет рядом, хотя бы под таким предлогом.
Хорошо, что она высокая - не отстает, а я перемахиваю через несколько ступенек разом, торопясь.
- Тут побудь, - прошу, когда мы минуем длинный коридор. В самом его конце находится неприметная дверь, за которой прячутся ответы. - Я сам.
- Нет, Техёнчик. Я тоже пойду.
Техёнчик... Так по-детски.
Но она непреклонна, но я не хочу, чтобы у нее тоже были проблемы. Потому что вламываться в служебные помещения, когда тебя в них не приглашали - то еще развлечение. Рискованная авантюра, но разве эту малышку переубедить?
- Джен, там может быть охрана. Это не шутка, - поддеваю пальцами ее подбородок, заглядываю в лицо, но натыкаюсь на полный решимости взгляд. - Упертая.
- Ты даже не представляешь, насколько.
Я усмехаюсь, наклоняюсь чуть ниже - почти касаюсь губ своими - и шепчу в уголок ее рта:
- Тогда держись меня. Развлечемся.
Она кивает, а в малахитовых глазах смешинки сверкают. У путаны они просто карие - глухой цвет без единой прожилки, без вкраплений, а тут смотрел бы и смотрел.
Так, все! Хватит о глупостях думать.
Усилием воли отрываю себя от нее и толкаю дверь. Она на удивление не заперта, и в небольшом абсолютно пустом помещении витает в душном воздухе приглушенный женский смех. Он взрывается и рассыпается искрами, и я ориентируюсь на него, выбирая одну из трех дверей.
А еще делаю мысленную зарубку промыть Чимину мозг, чтобы надежнее охранял своих птичек.
Ступаю первым в небольшое помещение. Здесь много зеркал, ламп и светильников. Везде валяются яркие шмотки, перья, какие-то шляпы. Ароматы самых разных парфюмов бьют по обонянию кувалдой, а Дженни за моей спиной громко чихает.
- Добрый вечер, дамы. - Я жадно осматриваю стайку полуголых девиц, пытаясь найти именно ту, за которой мы и пришли. Сану.
Девушки пищат, кидаются врассыпную, прикрывают обнаженные тела какими-то тряпками, прячутся за ширмы, будто бы мне вообще нужны их голые сиськи. Нет, это всегда красиво и глаз радует, но не в этой ситуации.
- Мне нужна Сана.
Коротко и ясно, а девицы прекращают визжать и переглядываются.
- Ну? Дамы, нет времени, честно.
Дженни выглядывает из-за моего плеча, а танцовщицы, завидев ее, становятся вовсе удивленными. Все-таки не только мне одному они показались похожими - вон как трясогузок перекосило.
- Вы кто, мужчина? - находится, видать, самая бойкая, и ее слишком высокий голос режет по ушам. - Сейчас охрану позовем!
- Это ж мистера Пака друг, - толкает в плечо смелую товарку другая девушка, но на меня смотрит с опаской. - Сана уехала. У нее сегодня укороченная смена.
- Давно?
- Да минут десять как. Оттанцевала и сразу домой. На тройничок ее, что ли, снять хотели?
Девушки задорно смеются, Джен икает, а я готов выматерить слишком языкастую девицу.
- Пойдем отсюда, - утаскиваю за собой малышку, пока плясуньи еще чего не наговорили. Хватит на сегодня.
Надо скорее уходить отсюда, пока действительно охрану не позвали - нас и так чудом пронесло.
Пока спускаемся по лестнице в зал, в моей голове усиленно крутятся шестеренки. И когда мысль практически оформляется во что-то дельное, звонит мой телефон.
Чимин! Ты-то мне и нужен.
- Ты что у девок моих делал? - он не злится, но беспокоится, и я его понимаю. - Снова Сана? Тебя заклинило на ней? У нее ободок бриллиантовый, что ли?
- Да, заклинило. Влюбился без памяти. - Нащупываю в кармане сигареты и взглядом прошу Джен далеко от меня не отходить. - Мне нужен ее адрес.
- Зачем, мать твою? - на этот раз он, кажется, выходит все-таки из себя, а я представляю его лицо в этот момент и тихо смеюсь.
- Цветы хочу послать. Говорю же тебе: влюбился.
- Придурок, она же шалава! Нахера тебе такая?
- Сердцу не прикажешь. Скажи адрес? Пока я весь город на уши не поднял. Ты же меня знаешь.
Он меня действительно знает, потому после долгой паузы, выматерив напоследок, обещает помочь.
И я знаю, что поможет, пришлет этот чертов адрес, какой бы на самом деле не была причина моего интереса.
- Действительно влюбился? - удивляется Дженни, когда я прячу телефон в карман.
- Может быть, - усмехаюсь и тяну ее за руку, притягиваю к себе поближе. - Давай потанцуем
?
Po. Jen
- Давай потанцуем?
Не дожидаясь разрешения, он кладет руку чуть ниже моих лопаток. От неожиданности резко подаюсь назад, практически падаю, потому что на мгновение выпадаю из реальности. Танцы с ним в полумраке ночного клуба - точно не то, чем я должна заниматься. Это неправильно, скандально даже.
Я непременно упала бы, но Техён надавливает на мою спину чуть сильнее, показывая: он держит, он надежный.
Мои глаза утыкаются в ямку под горлом Техёна. Приходится их отвести, потому что это неприлично - пялиться на кого-то, кроме Кая. Даже если это его родной брат - практически родственник. Нельзя так пристально рассматривать чужого мужчину, нельзя.
Мужчину, который мне даже не нравится.
Его рука теплая, и я ощущаю шершавость мужской ладони даже сквозь ткань топа.
- Танцуй, Дженни, танцуй. Я не кусаюсь, - в голосе прячется усмешка, и я злюсь на себя за секундную растерянность, которую он наверняка заметил. - Это просто танец, ничего больше.
И почему мне кажется, что он снова будто бы проверяет меня? Меня, мое терпение, мою выдержку.
- Я не боюсь, - заявляю и кладу руки на его грудь, четко очерчивая дистанцию между нами.
И он без слов понимает и не предпринимает попыток приблизиться. Лишь рука на моей спине сползает чуточку ниже и замирает в жалких сантиметрах от талии.
- Тебе пришлют адрес той шлюхи? - спрашиваю, и для этого мне приходится встать на носочки, чтобы не орать, срывая горло.
Снова и снова в мыслях крутится эта девушка. Знаю, что пока не увижу ее собственными глазами, пока не поговорю, так и не смогу успокоиться. Она - мое личное проклятие. Виновница моего дискомфорта, причина, по которой меня обозвали проституткой.
Он кивает, и в жесте этом, в его позе столько уверенности, что я верю.
- Она действительно так сильно на меня похожа? Правда одно лицо?
- Да, очень похожа, - соглашается и проводит костяшками пальцев по моей скуле. - Но ты красивее. И лучше.
Он не берет пауз, не пытается закрыться или отвести взгляд. Говорит, как оно есть на самом деле, и я благодарна ему за это. Ложь - убийственна, притворство - отвратительно, потому чаша весов в моем сознании кренится на сторону, где вензелями сияет гравировка: "Хороший человек".
И хоть его замечания о моей красота смущают, мне нравится, что он не лукавит.
- Расслабься, - шепот Техёна отвлекает от размышлений, и я на самом деле пытаюсь сделать, как он просит, но не получается.
Нервы натянуты корабельными тросами, а от моей кожи, кажется, искры разлетаются. Пытаюсь вслушаться в музыку, поймать ритм, но мне это, кажется, и не требуется: он ведет меня, запирая в кольце своих рук.
Одна мелодия сменяется другой, потом третьей, я закрываю глаза, впитывая музыку, и лишь горячее дыхание Техёна совсем близко держит на якоре в реальности. Позволяю выбросить из головы все глупости, все тревоги, и просто отдаюсь танцу.
В нем много темного и запретного, а руки его миллиметр за миллиметром опускаются ниже. Будто бы случайно, словно бы сами по себе. Но его грудь так сильно вздымается и опадает, что понимаю: все это не просто так.
Сама не понимаю, как расстояние между нами сокращается настолько, что даже сквозь слои ткани обжигаюсь о жар кожи Тэ. Мне отчаянно не хватает воздуха, а мозг отключается. Есть лишь музыка и неясное томление в груди.
- Мать его, - выдыхает он сквозь сжатые зубы и быстро целует мою макушку.
Я отталкиваю его от себя, потому что это неправильно. Не должно быть так! Но он уже не держит меня: он достает из кармана телефон и читает сообщение.
- Поехали.
- К Сане? - пищу, и голос меня совсем не слушается.
Он лишь коротко кивает и, развернувшись на пятках, уходит. А я? Мне ничего не остается, как следовать за ним.
- Ты куда? Джендыык! - догоняет меня почти на самом выходе Лиса.