- 72 -
- Ты уверен? - спросил Ду Таньчжоу.
- Конечно, - ответил Мо Чи. - Когда мы видели тех голубей, я еще тогда подумал, что их цилиндры выглядят знакомыми. Когда Ши Фаньян сказал, что эти голуби были выращены бандитами, я сразу вспомнил, что их цилиндры ничем не отличаются.
Ду Таньчжоу не сильно этому удивился, напротив он остался спокоен, чувствуя, что «все вполне ожидаемо».
- Ты ведь уже давно понял, что с семьей Ву что-то не так? - спросил Мо Чи.
- Я уже приходил в дом семьи Ву и видел Ву Чена и Ву Жуйлиня, когда расследовал дело об убийстве Ву Жуйцзя. Хотя они оба показались мне немного странными, я тогда не придал этому особого значения.
Ду Таньчжоу снял цилиндр с лапки голубя.
- Есть кое-что, чего я не понял, пока мы допрашивали бандитов. По словам Цяо Хечана, он лишь поставлял соль, но не занимался ее продажей. После того, как бандиты получали соль, им было нужно продать ее.
Он вложил пустой цилиндр в руку Мо Чи. Мо Чи снова посмотрел на него, и в его взгляде появилась уверенность.
- Если главарь бандитов был достаточно осмотрителен, скорее всего, он не позволял своим людям самим продавать соль на черном рынке. Вот я и думаю, может, был некто, кто продавал соль вместо них?
- И поэтому ты начал подозревать семью Ву? - спросил Мо Чи.
Ду Таньчжоу покачал головой:
- Я не сейчас начал подозревать их, я давно уже чувствовал, что у них не все чисто в делах.
Он рассказал Мо Чи об их разговоре с Ву Жуйлинем в тот день.
- Когда я просил, чем они занимаются, Ву Жуйлинь не сказал ничего определенного. Сначала я подумал, что он просто не хочет, чтобы я знал о романе его брата с проституткой, поэтому старался не болтать лишнего. Позже всплыла правда о смерти Ву Жуйцзе. Когда мы арестовали прежнего помощника министра Фучжоу, он сказал, что всю украденную им соль продавал Ву Жуйцзе.
Мо Чи сразу понял, в чем заключалась странность.
Ву Жуйцзе был человеком, который страстно любил рыбную ловлю. Он почти не вмешивался в семейные дела и бо̀льшую часть времени проводил на рыбалке или дома. А перед смертью у него появилось еще одно увлечение - его роман с девицей из борделя.
Как такой человек мог найти способ так быстро сбывать краденую соль?
Неужели такой любитель прожигать жизнь был способен ввязаться в дело, за которое он мог лишиться головы? Бездельник из богатой семьи вот так запросто смог наладить торговлю?
- Сначала я предполагал, что он мог быть посредником и передавать соль перекупщикам, - сказал Ду Таньчжоу. - Но, если семья Ву действительно продавала соль для бандитов, тогда все становится на свои места.
Ву Жуйцзе давно знал, что благосостояние его семьи зависит от продажи соли, поэтому, чтобы заработать денег, он вступил в сговор с помощником министра, и они начали действовать сообща.
Ему не нужно было беспокоиться о продаже, так как его семья уже давно проложила для него путь. Ему было достаточно просто появиться на рынке, как старшему молодому господину из семьи Ву, и люди сами приходили к нему за солью.
Ду Чжо слушал их в замешательстве, но Ши Фаньян быстро ухватил суть. Он немного подумал и сказал:
- Но у нас сейчас нет доказательств. Нельзя делать выводы, исходя лишь из того, что вы видели несколько почтовых голубей, сидевших на стене, так ведь? Если допустить вероятность того, что эти голуби случайно сели на стену дома семьи Ву, это означает, что мы можем оговорить порядочного человека.
Голубь слетел с руки Ши Фаньяна, опустился на землю и начал клевать в траве букашек.
Ду Таньчжоу поправил воротник и сказал с серьезным видом:
- Отправляемся на черный рынок.
***
С наступлением темноты на озере Линьчунь от берега отчалила небольшая лодка.
Лодочник был тот же самый, который отвозил Синь Ляньяо и его людей в бандитский лагерь, чтобы спасти Цяо Юань.
На этот раз в лодке был только Синь Ляньяо.
У его ног стояла большая коробка, довольно тяжелая на вид, и было непонятно, что в ней находится.
Лодка бесшумно плыла вперед, и ни один из них не произнес ни слова.
Когда они добрались до острова, лодочник остановил лодку у берега, и Синь Ляньяо, забрав с собой коробку, отправился прямиком в лагерь бандитов.
Лагерь был пуст, и над ним, казалось, даже птицы не летали.
Видя, что коробка очень тяжелая, лодочник засуетился и хотел помочь, но Синь Ляньяо остановил его.
- Не мешай, - Синь Ляньяо оказался намного сильнее, чем ожидал лодочник, он без всякого труда нес такой тяжелый ящик. - Подожди меня здесь, я скоро приду.
Он ушел в лагерь вместе с коробкой, а лодочник остался ждать его в лодке.
Как Синь Ляньяо и сказал, вскоре он вернулся обратно, но теперь коробки с ним не было.
- Вперед, - сказал Синь Ляньяо, забравшись в лодку. - И помни - никому ни слова о сегодняшнем вечере.
Лодочник кивнул в ответ и взялся за весла.
Лодка, рассекая воду, бесшумно поплыла вперед по направлению к городу.
А тем временем, Ду Таньчжоу и Ши Фаньян собрались войти в подземный черный рынок вблизи храма Яньтун, но Мо Чи вдруг остановил их:
- Что это вы собираетесь делать?
- Идем на черный рынок, - хором ответили Ду Таньчжоу и Ши Фаньян.
- Вот так вместе? И вы собираетесь выяснить, не торгует ли семья Ву контрабандной солью? - взгляд и тон Мо Чи были полны скептицизма.
- А почему нет? - удивленно спросил Ду Таньчжоую
- Да, что не так? - вторил ему Ши Фаньян.
- ... - Мо Чи с трудом удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу. - Один из вас выглядит, как молодой господин из богатой семья, а второй похож на простого рыбака с озера Линьчунь. Увидев такую странную парочку на черном рынке, торговцы, едва взглянув на вас, вмиг заподозрят неладное. Должен же кто-то сказать вам правду.
Мо Чи протиснулся между ними, прошел вперед и сказал Ду Таньчжоу:
- Будь я на месте Ву Жуйлиня, я бы удрал сразу же, как только увидел тебя на черном рынке.
Он повернулся у Ши Фаньяну:
- А у тебя слишком простодушный вид, у тебя на лице написано, что ты обычный добропорядочный гражданин. На месте перекупщиков я бы никогда не стал иметь с тобой дела. Ты можешь купить здесь соль, потому что никто не заподозрит тебя в злом умысле, но у тебя не получится встретиться с кем-то из боссов, прячущихся в тени.
- И что теперь делать? - снова хором спросили Ду и Ши.
- Ждать, - невозмутимо ответил Мо Чи и, развернувшись, вошел на черный рынок.
Ду Таньчжоу какое-то время постоял снаружи и больше не смог сдерживаться:
- Нет, я должен пойти вслед за ним и посмотреть. Господин Ши, останься здесь. Если увидишь Ву Жуйлиня, предупреди меня.
Не дожидаясь ответа Ши Фаньяна, Ду Таньчжоу развернулся и пошел в противоположном направлении от ворот рынка.
- Господин Ду, куда же ты? - крикнул ему вслед Ши Фаньян.
- Зайду с заднего хода, чтобы не столкнуться с Мо Чи и не выслушивать, как он критикует меня.
Ду Таньчжоу мгновенно исчез за углом улицы, а Ши Фаньян растроганно произнес:
- Господин Ду такой кроткий. Господин Мо ниже него рангом, к тому же, он его охранник, но все равно может свободно критиковать его. Надо же, как терпелив господин Ду! Похоже, мне есть чему у него поучиться!
Мо Чи, двигаясь легко и бесшумно, быстро прошел сквозь многолюдную толпу и обошел рынок. Когда ему было нужно избежать чужого внимания, он умел держаться незаметно. Он обошел весь рынок, и ни один из проницательных торговцев не обратил на него никакого внимания.
Прогулявшись по рынку, Мо Чи заметил, что там продается все, кроме железной руды.
Если бы ему сказали, что это из-за того, что Цяо Хечан так превосходно контролирует продажу руды, Мо Чи не поверил бы в это.
Каким бы жестким ни был контроль, рудник Чуан находился в десяти или двадцати ли от города, и еще дальше от резиденции Цяо.
Цяо Хечан не мог жить на руднике и приезжать туда каждый день. Если кто-то захотел бы красть руду и продавать ее на черном рынке, это было бы сделать проще, чем продавать соль черед бандитов.
И ключом ко всему был Синь Ляньяо.
Если подумать обо всем с хорошей стороны, Синь Ляньяо был честным человеком, строгим со своими подчиненными. Вся железная руда под его охраной доставлялась на причал, у него не было никаких дурных намерений, поэтому не было никакой утечки руды на сторону.
А если с плохой...
Мо Чи долго думал, но его мысли были такими же запутанными и хаотичными, как обстановка на черном рынке, и он никак не мог разобраться в них.
Если подумать обо всем с плохой стороны, что мог сделать Синь Ляньяо?
Мо Чи чувствовал, что он в шаге от того, чтобы прикоснуться к некой истине, которая все еще скрывалась в тумане.
Но он сам не знал - это из-за того, что у них пока мало улик, или же он просто не хочет посмотреть правде в глаза. У него не получалось проникнуть сквозь туман и увидеть правду, скрывающуюся за его сомнениями.
Му Чи развернулся и отошел к пустому прилавку.
Остальные прилавки были завалены различными товарами, и только этот прилавок пустовал. Его хозяин, здоровенный малый, сидел за ним, прикрывая лицом веером из пальмовых листьев.
Мо Чи встал перед прилавком и, напустив на себя холодный равнодушный вид, сказал ему:
- Хватит прохлаждаться. Мой хозяин хочет купить соль.
Ду Таньчжоу обнаружил узкий проход на задворках черного рынка. Деревянная дверь была приоткрыта, и за ней стояло множество корзин, набитых всякой всячиной. Нельзя было пройти через проход, не вытащив оттуда корзины.
Ему пришла в голову одна идея. Он достал платок и повязал его вокруг шеи, а его верхней частью он прикрыл нижнюю часть своего лица.
На нем была обычная одежда, в которую он переоделся прежде, чем пришел сюда, и на первый взгляд, его можно было принять за работника из какой-нибудь семьи.
Ду Таньчжоу вытащил несколько корзин, притворяясь помощником, который перевозит товары, а затем протиснулся на рынок через маленькую дверь.
Неся бамбуковую корзину, Ду Таньчжоу пробирался сквозь толпу и, если не считать нескольких человек, которые покосились на него из-за его роста, он не привлекал к себе особого внимания.
Все принимали его за носильщика, и их взгляды не задерживались на нем больше, чем на мгновенье.
Но, видимо, с Мо Чи у них была особая связь. Стоило ему войти на рынок, как он тут же увидел его.
Видя, что Мо Чи разговаривает с хозяином какого-то прилавка, он не рискнул подойти к нему, чтобы не вызвать подозрений, поэтому просто прошел мимо него, словно они вообще не были знакомы.
На черном рынке было так много народу, и все толпились в узких проходах так, что яблоку было упасть негде.
Ду Таньчжоу думал, что не вызвал никаких подозрений, но, проходя мимо Мо Чи, ясно почувствовал, как рука Мо Чи скользнула к нему в рукав и прикоснулась к его руке.
Этот жест Мо Чи был всего лишь намеком, что он заметил, что Ду Таньчжоу тоже здесь.
Однако, когда мозолистая ладонь Мо Чи царапнула его кожу, сердце Ду Таньчжоу захлестнули бурные эмоции.
Внешне он остался полностью невозмутимым, но, когда он прошел мимо Мо Чи, в его сердце разгорелся огонь.
Мо Чи едва заметно кивнул и с равнодушным видом продолжил разговаривать с хозяином прилавка.
Ду Таньчжоу мог лишь разглядеть краем глаза его белую шею.
Он стоял, слегка опустив голову, и проступавшие под кожей суставы образовали красивый изгиб.
Густые ресницы отбрасывали тень на его лицо, а его яркие губы, пока он говорил, напомнили Ду Таньчжоу о том поцелуе, который он решился запечатлеть у него на лбу несколько дней назад.
Жаркая волна поднялась у него в груди, вызывая нестерпимое желание позабыть обо всем и обнять Мо Чи сзади.
Но он так ничего и не сделал, а просто ушел с корзиной в руках.
... Потому что здесь появился Ву Жуйлинь.
Исходившая от Мо Чи аура убийцы и его уверенный взгляд быстро убедили перекупщика соли в том, что перед ним бандит, нанятый состоятельной семьей.
Количество соли, которое запросил Мо Чи, было настолько велико, что торговцу не оставалось ничего другого, кроме как позвать своего босса.
Ву Жуйлинь обычно не появлялся у прилавка. Он прятался в углу рынка и наблюдал за тем, что происходило возле прилавка.
Услышав разговор Мо Чи с хозяином прилавка, он вышел из укрытия.
- В ближайшее время соли не будет, - выражение лица Ву Жуйлиня было довольно угрюмым. - Поставки соли прекратились. Приходи позже.
Мо Чи должен был доиграть свою роль до конца. Он нахмурился и сказал укоризненным тоном:
- Ну зачем вы так? Если вас не устраивает цена, мой хозяин заплатит больше. Он скоро устраивает большое застолье, и ему нужно много соли, поэтому не станет торговаться.
- Если бы у меня была соль, разве я не захотел бы ее продать? - раздраженно сказал Ву Жуйлинь. - Сказано же тебе, поставки соли пока прекратились, и я не знаю, где мы будем брать ее дальше. У меня нет соли на продажу.
Но Мо Чи отказывался сдаваться:
- Что, совсем нет? Хотя бы мешка не найдется? Если я вернусь с пустыми руками, боюсь, мне достанется от хозяина.
Ву Жуйлинь не смог устоять перед его настойчивостью, он наклонился и достал из-под прилавка мешочек с солью и бросил его перед Мо Чи:
- Вот последняя, и вот моя цена, и ты не можешь торговаться.
Ву Жуйлинь показал на пальцах цифру.
Мо Чи, не говоря ни слова, сунул руку в рукав, чтобы достать деньги, и только тут осознал проблему.
... У него не было при себе никаких денег.
Он настаивал на том, чтобы купить мешок соли, только для того чтобы отвезти его в ямынь в качестве доказательства, что семья Ву незаконно торгует солью.
Но он привык, что возле него всегда был Ду Таньчжоу, этот важный богатый господин, поэтому, выходя из дома, не взял с собой ни единого таэля.
В этот момент он, сохраняя невозмутимый вид, как раз обдумывал, как ему выкрутиться, когда его вдруг окутал аромат орхидеи.
- Сколько? Я заплачу за него, - спокойно сказал Ду Таньчжоу, держа в руке мешочек с серебром.
Он убрал с лица платок, и Ву Жуйлигь узнал его с одного взгляда.
Второй молодой господин Ву обладал превосходной реакцией, и прежде, чем шок и ужас успели отразиться на его лице, он уже бросился наутек со скоростью и стремительностью выпущенной из лука стрелы.
Ду Таньчжоу хотел броситься за ним вслед, но Мо Чи схватил мешок с солью и запусти им в спину Ву Жуйлиня.
- Ай! - получив весьма ощутимый удар в спину, Ву Жуйцзя вскрикнул от боли и свалился на пол.
Казалось, люди на черном рынке уже привыкли к подобным сценам, и, когда Ву Жуйлинь начал падать, толпа мгновенно расступилась перед ним.
Когда молодой господин Ву свалился на пол, все вокруг снова вернулись к прежней суете. Все решили, что это обычная склока между продавцом и покупателем, поэтому не обратили на это особого внимания.
Мо Чи прошел сквозь толпу, завел руки Ву Жуйлиня за спину и, связав их заранее приготовленными веревками, с силой поднял его с пола.
Хозяин прилавка хотел воспользоваться хаосом и тихонько улизнуть, но Ду Таньчжоуу ребром ладони ударил его в затылок и вырубил его на месте.
Несмотря на поднявшуюся суматоху, люди вокруг вели себя так, словно к ним это не имело никакого отношения. Им и в голову не приходило, что это люди из ямыня произвели арест.
Это говорило о том, насколько здесь все распоясались, и насколько Жань Яо был неспособен навести здесь порядок.
Глядя на внушительную фигуру хозяина прилавка, лежавшего на полу, Ду Таньчжоу пробормотал, обращаясь к самому себе:
- После возвращения в столицу надо обязательно сказать его величеству, чтобы он заменил его на более подходящего человека.
Ши Фаньян все еще сидел на корточках возле рыночных ворот и внимательно всматривался в каждого, кто проходил мимо, опасаясь пропустить какого-нибудь сомнительного человека.
Увидев, как Ду Таньчжоу с Мо Чи выводят Ву Жуйлиня, он вскочил на ноги:
- Ваш подчиненный был так внимателен! Как же он вошел незамеченным!
- Потому что он все это время торчал на рынке, - Ду Таньчжоу кивком указал в сторону рынка. - Там на полу лежит один толстяк. Я отвезу Ву Жуйлиня в ямынь для допроса, а этого толстяка оставляю на тебя.
После того, как три человека ушли, Ши Фаньян вошел на рынок и увидел человека, лежащего на земле.
Ши Фаньян был очень силен, но он не мог в одиночку донести такого здоровяка до ямыня.
- Господин Ду и правда переоценил меня.
Ши Фаньян взвалил толстяка себе на спину и, сделав несколько шагов, почувствовал, как у него начинают трещать кости. Выбравшись на улицу, он исчерпал все свои силы и больше не мог ступить и шага.
Ши Фаньяну ничего не оставалось, кроме как положить толстяка на землю и встать на обочине дороги, опираясь руками о колени и тяжело дыша.
В этот момент мимо него проехали несколько молодых парней на пустой телеге. Ши Фаньян поспешно остановил их:
- Господа, не окажете ли мне услугу?
Телега остановилась, и Ши Фаньян сложил ладони в вежливом жесте:
- Я помощник министра Фучжоу Ши Фаньян, а этот человек - подозреваемый, который замешан в одном деле. Не могли бы вы довезти его до ямыня? Я один не смогу дотащить его туда.
Он поднял глаза и посмотрел на парней в телеге, после чего невольно застыл на месте от удивления:
- Это вы?!
Эти четверо человек были теми самыми солдатами со служебного корабля, которых он спас от рук бандитов.
Один из них почувствовал, что его голос кажется ему знакомым. Спустя мгновенье, его вдруг осенило, и он удивленно спросил:
- Вы... неужели это были вы...
- Да, это я! Это я тогда прятался в камышах и велел вам поскорее спрыгнуть с корабля. Какое облегчение видеть вас живыми и невредимыми!
Все четверо спрыгнули с телеги и, встав на колени, поблагодарили его за спасение жизни.
Ши Фаньян поспешно остановил их:
- Нет-нет, как чиновник, я обязан защищать наших солдат. Не нужно церемоний!
Он окинул взглядом всех четверых:
- Интересно, чем вы сейчас зарабатываете на жизнь?
После того, как бандиты были схвачены, все четверо спасшихся солдат были уволены из корабельной охраны, предварительно получив по двадцать палок за ненадлежащее исполнение обязанностей.
Один из них ответил Ши Фаньяну:
- Господин, после того, как нас выгнали из военного лагеря, мы устроились в охранное агентство и зарабатываем на жизнь, сопровождая грузы.
- Это же отлично, - сказал Ши Фаньян. - Вы как раз обучены боевым искусствам, и это то, что нужно для такой работы. Интересно, кто же из владельцев охранных агентств оказался таким дальновидным?
- Мы служим в охранном агентстве босса Синь Ляньяо, это самый богатый делец в Фучжоу.
Ши Фаньян застыл на месте.