- 46 -
В главной комнате Мо Чи лежал на кровати, а Ду Таньчжоу, который был на полголовы выше него, скрючился на предназначенной для слуг кушетке.
Мо Чи сделал несколько затяжек и, видя, что ему неудобно лежать на кушетке, почувствовал себя очень неуютно.
- Может, я все-таки пойду спать к Ду Чжо? - сказал он.
- А мне нравится спать на кушетке, - как ни в чем не бывало ответил Ду Таньчжоу и, повернувшись на бок, посмотрел на Мо Чи. - Мне кажется, тут спать удобней.
Ду Таньчжоу выглядел вполне искренним, и Мо Чи не мог понять, это он так пытался успокоить его или же ему и правда нравилась эта маленькая кушетка.
Мо Чи выпустил кольцо дыма, и ему в голову пришла вдруг одна мысль:
- А почему я сегодня еще не видел подарок от Ши Фаньяна?
Сегодня в дом семьи Цяо подарки шли непрерывным потоком. Их присылали все чиновники, большие и малые, и даже от начальника округа Фужчоу Жань Яо, но от Ши Фаньяна так и не было подарков.
Ду Таньчжоу небрежным жестом вытащил из волос заколку, и они окутали его черным облаком.
- Его действия не трудно предугадать. Его же только что перевели в Фучжоу по приказу императора. Если пройдет слух, что он за столько дней не попытался завязать дружбу с Гоцзю, его величество будет недоволен.
Видя, что Мо Чи все еще размышляет о чем-то с задумчивым видом, Ду Таньчжоу спросил:
- Ты так сильно интересуешься им?
- У меня такое ощущение... то, о чем он спрашивал меня перед отъездом из столицы, показалось мне немного странным.
Мо Чи нахмурился и постучал трубкой о край кровати, стряхнув пепел на пол.
- Может, в его словах и не было ничего необычного, а я просто навыдумывал лишнего.
Ду Таньчжоу, глядя на его профиль, спросил:
- Свадьба состоится через два дня. Ты когда-нибудь видел, как люди женятся?
Мо Чи покачал головой.
- Сегодня я слышал от госпожи Гоцзю, что этот ученый из академии Фучжоу очень богат, и приготовил для своей дочери роскошное приданое. Когда настанет момент, ты сможешь увидеть свадебную процессию.
Мо Чи выслушал его и лишь небрежно кивнул в ответ.
Ду Таньчжоу какое-то время смотрел на него, а затем неожиданно спросил:
- Мо Чи, в этом году тебе исполнится двадцать один год. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы жениться?
На лице Мо Чи на миг появилось растерянное выражение, словно такая мысль никогда не приходила ему в голову.
- У тебя... тебе когда-нибудь нравилась какая-нибудь девушка? - спросил Ду Таньчжоу.
- Нет, - на этот раз Мо Чи ответил сразу. - Откуда мне было взять на это время? Я с юных лет был занят только тем, что собирал сведения о враге, а, когда я прятался во дворце правителя Яньми, меня волновали лишь два вопроса - как выжить, и как выполнить задание. У меня не оставалось сил на что-либо еще.
Ду Таньчжоу, казалось, внезапно заинтересовался этим и даже сел на кушетке, вмиг позабыв про сон:
- Тебе никогда раньше не нравились девушки?
Мо Чи покачал головой:
- Нет.
Ду Таньчжоу немного поколебался, но все же спросил как бы невзначай:
- Может, тогда мужчина?
- ...?!
- Я просто так это сказал, - тут же начал объяснять Ду Таньчжоу. - Просто я подумал, что вы, лазутчики, столько времени проводили вместе, разделяя друг с другом все тяготы и рискуя жизнью, и, может быть...
Мо Чи выглядел так, словно муху проглотил:
- Ты думаешь, Цзень Суй или Ху Ли такие?
- Я просто подумал, что, может быть, лазутчики особенные и более привлекательны...
Мо Чи скривился от отвращения:
- Все лазутчики - неотесанные грубияны, им приходится месяцами скрываться за пределами Великой стены. У них нет возможности даже побриться, я уж не говорю о том, чтобы искупаться! Через пару месяцев они уже ничем не отличаются от нищих, которые побираются на улицах. В такой ситуации, даже если ты прекрасен, как фея, это ничем не поможет тебе.
Мо Чи стало не по себе, когда он вспомнил о тех неудобствах, которые им приходилось переносить.
Но Ду Таньчжоу расслышал в его словах иной смысл.
Мо Чи никогда не нравился другой мужчина. Это потому, что он считает их грубыми и недостаточно красивыми?
Он слышал, что женщины Яньми обладают сильным характером и крепким телом, а их мужчины грациозны и красивы.
- А как насчет людей Яньми? - не подумав, спросил Ду Таньчжоу.
- ...........
После минутного молчания Мо Чи сел на кровати и сердито сказал:
- Даже если меня будут убивать, мне не может понравиться кто-либо из людей Яньми!
Ду Таньчжоу знал, что совершил ошибку. Он несколько раз извинился, сказав, что просто не подумал как следует, прежде чем говорить.
- Хм, - Мо Чи не стал больше сердиться и медленно лег обратно.
Он мог спокойно лечь, а Ду Таньчжоу - нет, в этот момент его разум пришел в смятении, и он думал лишь об одном: Мо Чи не нравятся девушки, ему не нравятся люди Яньми и не нравятся лазутчики. Разве это не означает, что остаются лишь мужчины из Дашен, которые не являются лазутчиками?!
Ду Таньчжоу унесся далеко в своих мыслях, но Мо Чи думал совсем о другом.
- А ты? - вдруг спросил он через какое-то время. - Тебе ведь исполнилось двадцать шесть? Ты никогда не думал жениться?
Лицо Ду Таньчжоу сразу приобрело строгое выражение, и хаос в его мыслях мгновенно улегся.
Мо Чи будто решил поквитаться с ним и заодно разворошить прошлое:
- На прощальном ужине в честь Ши Фаньяна я слышал, что многие пытались сосватать тебя. Да и сегодня Цяо-гоцзю явно был заинтересован в том, чтобы обручить с тобой свою дочь. Разве не было бы здорово породниться с дядей императора? Тебе это не кажется соблазнительным?
Ду Таньчжоу ответил не сразу. Он улегся на кушетку, подложив руки под голову и закинул ногу на ногу.
Когда Мо Чи подумал, что он уже ничего не ответит, до него вдруг донесся низкий глубокий голос Ду Таньчжоу:
- А ты бы хотел, чтобы я женился?
Мо Чи, слегка опешив, заикаясь, произнес:
- Это... при чем тут я и то, что я хочу?
Ду Таньчжоу тихонько рассмеялся в ответ.
Мо Чи накрылся с головой одеялом:
- Давай спать.
Ду Таньчжоу задул свечи, и в комнате сразу стало темно, и только в воздухе витал слабый аромат орхидеи.
Два дня спустя, на двадцать пятый день второго месяца наступила благоприятная дата.
Процессия с приданым растянулась от самого дома ученого из академии Фучжоу до дома Гоцзю.
В тот день на праздничное застолье собралось множество чиновников. Ду Таньчжоу остался в доме семьи Цяо, чтобы помочь Гоцзю и его семье с приемом гостей.
Ду Чжо остался вместе с ним среди всеобщей неразберихи и, когда у них выдалась свободная минутка, он спросил:
- А почему Мо Чи здесь нет? Могло бы быть на одного помощника больше!
- Он с утра уехал в город. Он сказал, что никогда не видел, как выдают замуж дочь из богатой семьи, и решил присоединиться к веселью, - ответил Ду Таньчжоу, и в этот момент в дом пришел начальник уезда Жань Яо со своими поздравлениями.
Ду Таньчжоу подошел к нему и поприветствовал его:
- Господин Жань, давно не виделись.
- Шилан Ду, - Жань Яо расплылся в улыбке. - Последний раз мы виделись два года назад, когда я приезжал в столицу с докладом его величеству. Надо же, как быстро бежит время!
- Разве мы с господином Жань не виделись перед Новым годом? - после некоторого замешательства спросил Ду Таньчжоу. - Господин Жань не помнит?
- Оу, правда? - с озадаченным видом спросил Жань Яо. - Я тогда уезжал в такой спешке, и уже позабыл, как мы встретились с господином Ду.
Как Жань Яо мог забыть о той встрече? Он просто помнил ее слишком хорошо.
Он был очень умным и проницательным человеком и, когда он в последний раз видел Ду Таньчжоу, тот, должно быть, в чем-то провинился, раз стоял во дворце на коленях.
Для большинства чиновников было бы унизительным попасться ему на глаза в таком положении.
Жань Яо притворился, что ничего не помнит, тем самым намекая Ду Таньчжоу: я не видел твоего позора, я не стану насмехаться над тобой и не использую это во вред, можешь не беспокоиться на этот счет.
Ду Таньчжоу понял, что он хочет этим сказать и спокойно ответил:
- Господин Жань - благородный человек, он так занят государственными делами, что ему некогда обращать внимание на всякие пустяки.
Жань Яо рассмеялся в ответ, и слуги дома семьи Цяо пригласили его войти.
Ду Таньчжоу больше был похож на управляющего семьи Цяо, они с Ду Чжо были заняты все утро и не видели, чтобы Мо Чи вернулся к обеду.
Фучжоу располагался в провинции Цзяннань, и в местной кухне было много сладких блюд. Мать Ду Таньчжоу была родом из Цзяннаня, поэтому он привык к такой еде.
Но Ду Чжо, рожденный в столице, не мог приспособиться к ней.
- Господин, - съев ложку овощей, с горечью произнес Ду Чжо. - Ну ладно еще, когда в мясо добавляют сахар, но в овощи-то его зачем класть? Вчерашняя еда было нормальной, а сегодня...
- Когда уезжаешь куда-то, всегда приходится нелегко, так что потерпи немного.
Ду Чжо, не осмеливаясь выплюнуть еду, решительно проглотил выловленные из сладкого соуса овощи.
- Фу... Господин, ваш слуга не привык к такой еде, но ведь Мо Чи родом из Ючжоу. Может, ему нравится такая еда?
Рука Ду Таньчжоу, державшая палочки, замерла. Он долго смотрел на уставленный блюдами стол, так и не решив, какое из этих блюд может понравиться Мо Чи.
- Интересно... а в Фучжоу продаются печеные лепешки?
Пока хозяин и слуга все еще беспокоились по поводу еды и питья для охранника Мо, тот тихонько проскользнул в ворота.
Сегодня здесь было слишком много народу, и управляющий вместе с остальными слугами уже с ног сбились, встречая гостей, поэтому он без всякого труда протиснулся сквозь толпу.
В доме Гоцзю, внутри и снаружи всюду стояли столы с угощением.
Благоприятное время еще не наступило, и жених завершал последние приготовления у себя в комнате. Цяо Хечан вместе со своим старшим сыном принимал поздравления от гостей во дворе, а Нин Тун с Цяо Цунлу встречали дам во внутреннем дворе.
Император с самого начала прислал Ду Таньчжоу на помощь своему дяде. Но ему не хотелось отираться в этой толпе, поэтому он спрятался вместе с Ду Чжо в боковой пристройке и спокойно наслаждался обедом.
Мо Чи обвел взглядом толпу и сразу понял, что Ду Таньчжоу здесь нет. За долгие годы, проведенные в разведке, у него развилось животное чутье, и он не нуждался ни в чьих подсказках. Он направился прямиком к боковой пристройке и сразу же нашел там Ду Таньчжоу.
Глядя на его беспечный расслабленный вид, Ду Чжо мгновенно вскипел:
- Охранник Мо, господин и я с утра крутимся, как белки в колесе, а ты побежал развлекаться!
- Вот! - Мо Чи высыпал из рукава кучу каких-то вещей.
Они присмотрелись повнимательней и увидели, что это были свадебные конфеты.
Сегодня Мо Чи слонялся по улицам Фучжоу и смотрел на свадебную процессию с самого начала и до конца.
В этой процессии не только было множество шумных гонгов и барабанов, но также были люди, который разбрасывали повсюду свадебные конфеты.
Мо Чи последовал за группой ребятни и набрал много таких конфет.
Он развернул одну конфету и сунул себе в рот.
Видя, с каким удовольствием он ее ест, Ду Чжо тоже потянулся за конфетой, но Ду Таньчжоу с силой треснул его по руке.
- Ой!
Ду Таньчжоу подвинул конфеты к себе поближе:
- Ты разве не говорил, что не любишь сладкое?
- Ну, конфетку-то можно...
- Нет, - Ду Таньчжоу сгреб конфеты, которые принес Мо Чи, в рукав и продолжил есть.
«Надо было раньше сказать, что вы просто хотите заграбастать всё себе», - подумал Ду Чжо.
Мо Чи вышел во двор с конфетой во рту, а когда вернулся, сразу спросил:
- Почему я до сих пор так и не увидел Ши Фаньяна?
Ду Таньчжоу строго придерживался принципа «когда я ем, я глух и нем». Он медленно прожевал кусочек мяса, который был у него во рту и сказал:
- Может, он придет, когда настанет время ехать за невестой.
Мо Чи сел за стол, взял палочки и подцепил кусочек креветки.
Ду Таньчжоу поднял глаза и внимательно посмотрел на него:
- Похоже, тебя очень интересует Ши Фаньян?
- Тьфу! - Мо Чи сразу выплюнул креветку. - Почему она сладкая?!
Ду Чжо, увидев перед собой родную душу, немедленно встрял в разговор:
- И не говори! Это ты еще овощи не пробовал, они тоже сладкие!
Ду Таньчжоу:
- ...... может, для начала проглотишь конфету?
Мо Чи:
- ?!
Мо Чи:
- ... ой.
В тот день, когда завершилось грандиозное свадебное застолье, Мо Чи так и не увидел Ши Фаньяна.
***
Той же ночью.
Мо Чи уже погрузился в дрему, когда услышал сквозь сон чьи-то тихие шаги.
Он мгновенно проснулся и перекатившись по кровати, выхватил из-под подушки меч. Прижав его к груди, он прислонился спиной к двери и замер настороже.
Он проделал все эти движения очень плавно и на одном дыхании, полностью ошеломив Ду Таньчжоу.
Ду Таньчжоу весь день был занят, но теперь сон не шел к нему.
Даже Мо Чи, который засыпал с трудом, уже почти заснул, а он все еще лежал, глядя в потолок, и думал неизвестно о чем.
На самом деле, он хотел посмотреть на Мо Чи, когда тот заснет.
Он также опасался, что Мо Чи, как кот, прекрасно чувствующий себя в темноте, почувствует во сне его взгляд и проснется.
Как оказалось, Ду Таньчжоу был прав - он не успел даже посмотреть на него, и его шаги были так легки, что их заглушал звук ветра за окном, но Мо Чи все равно сумел уловить едва заметное движение и мгновенно перешел в боевое состояние.
Ду Таньчжоу, который ворочался рядом с ним от бессонницы, смог увидеть, как он повел себя сразу после пробуждения.
- Не нужно так нервничать, - спокойно сказал Ду Таньчжоу, успокаивая его. - Здесь Фучжоу, а не Яньми. Никто не осмелиться ворваться посреди ночи в дом Гоцзю и убить кого-то.
Он набросил на плечи верхнюю одежду и, взяв брошенный Мо Чи халат, протянул ему:
- Надень его. В Фучжоу не так холодно, как в Цзиньцине, но зима еще не прошла, и по ночам здесь довольно холодно.
Мо Чи надел халат, но не убрал меч, который держал в руках, он все еще прислушивался к шагам за пределами дома.
- Кто-то пришел за тобой, - мгновение спустя, сказал он.
Как только он договорил, снаружи послышался голос ночного сторожа:
- Кто там? Уже ночь на дворе! Шилан Ду сейчас спит! Если есть какое-то дело, завтра приходи!
- Дело не терпит отлагательств! - с тревогой воскликнул пришедший человек. - Начальник уезда господин Жань прислал письмо, ему нужно передать срочное известие господину шилану!
Ду Таньчжоу открыл дверь и вышел во двор:
- Зачем я понадобился господину Жань?
Посыльный бросился в перед и протянул ему письмо. На письме не было даже подписи, и это говорило о том, что Жань Яо писал его в большой спешке.
Жань Яо вернулся обратно после свадебной церемонии, и прошло всего несколько часов. Что могло такого случиться, что ему понадобилось отправлять посыльного посреди ночи?
Ду Таньчжоу развернул письмо и быстро пробежался по нему глазами, его лицо помрачнело.
- Что случилось? - спросил Мо Чи.
- Рыбаки обнаружили неизвестное тело на озере Линьчунь, - с серьезным видом сказал Ду Таньчжоу. - Жань Яо подозревает, что это может быть тело Ши Фаньяна.