Во благо отчизн

Пуля просвистела над головой. Аглая вскрикнула и прижала к себе автомат, дрожа в тесном окопе. Она одна! Одна на поле боя! Средневосточный альянс оказался сильнее и ее так невовремя зажало в угол. А свобода из-под самого обстрела была так близко!

— Блянство, — прострела она, дрожащими руками перезаряжая автомат. Казалось бы, за такое время можно и привыкнуть к бесконечным воинам. Нет, увы, к подобному привыкнуть ни один организм не в силах...

А она только начала жить, как нормальный человек! Сытость, достаток, нормальная одежда, так не похожая на ту, что носили элдийцы с острова. Да и к тому же, за время проведенное здесь, в Марли, девушка познала многое при этот жестокий мир, многое, если не все. Зик Йегер ежедневно упрямо рассказывал ей историю этого мира, ссылаясь на летописи и старинные сказания. Все это было так чудесно и захватывающе, что Аккерман и правда прониклась этим местом. Ну, три с половиной года, видимо, не зря прошли. Да и она сильно изменилась, как внешне, так и характером. Из вспыльчивого подростка в юную девушку, на которую порой заглядывались солдаты, однако взаимностью Аглая отвечать не привыкла, так что бродила почти всегда в одиночестве. Разве что ей удавалось найти контакт с Йегером, чему она сама крайне удивилась. Казалось бы,тот человек силой выкрал ее с Парадиза, подверг жизнь опасности, но было здесь что-то другое. Она сама не понимала, благодарна она ему за эту кражу мои нет. Вроде новый цивилизованный дом, а вроде и далеко от Родины, друзей, близких...

Грохот над головой вернул ее в сознание, и Аккерман быстро переползла в другой окоп, мысленно молясь всему и вся.

БАХ!

Ударная волна дичайшей силы заставила Аглаю кувыркнуться в воздухе и плашмя упасть едва ли не под колеса пронепоезда. Последнее время она что-то расксида...Эх, было бы здесь не УПМ, которое Зик забрал изучать, она бы устроила здесь строй-порядок...А кстати, где эта мартышка?

— Дотс! — услышала она, чувствуя как сильная рука нещадно вытаскивает ее из окопа за шкирку. — Дотс, как ты здесь очутилась?

— Бригадир Магат! — ахнула Аккерман, цепляясь за куртку солдата. Неужели этот марлиец решил спасти ей жизнь?! Вот как удивительно жить на этом свете.  — Вы же были глубоко в тылу.

— Планы изменились. Не стой столбом, — заорал мужчина, оттлакивая ее куда-то в пыльный туман. Аглая потерялась. Заметавшись, девушка не сразу сообразила, что влетела лбом кому-то в подбородок.

Зашипев от боли, она приложила руки ко лбу и уставилась на солдата.

— Ты! — она подавилась словами. Вспомнишь солнце, как говорится, вот и лучик. — Я думала, ты в тылу!

— Я думал о тебе точно то же самое! — закричал в ответ Йегер, пытаясь перекричать гул орудий. — Быстро в дирижабль! — скомандовал шифтер, и Аглая, скуля под нос от боли во всем теле, которое почему-то утратило волшебную способность к мгновенной регенерации, побежала по полю прямо к одному из дирижаблей, спотыкаясь о мелкие камушки. Второй же был на другом конце поля, куда, очевидно направился Тео Магат.
Тот же, к которому спешила Аглая уже взлетал, ступенчато набирая высоту. Впрыгнув внутрь, солдат откатилась по полу в сторону и уставилась в мельтешащий перед глазами потолок.
Боже, ещё бы чуть-чуть, и она бы погибла там. А Магат оказывается не такой же уж и мудак, как она думала о нем предыдущие три года...

— Дотс! — услышала на снаружи. Вслед за дирижаблем, набравшим уже протяную высоту, буквально летел носитель Звероподобного, помахивая рукой, чтобы обратить на себя внимание.

Не задумавшись ни секунды Аглая перекатилась к открытому краю и протятнула руку вниз. И только сейчас задумалась: а зачем она это делает...
Ведь прямо сейчас ей выдалась возможность убить человека, выкравшего ее с острова...Но ведь и спасшего ей жизнь единожды.

— Марта! — повторный призыв Зика заставил Аккерман деруться и едва не выпасть самой. Она чуть сползла вниз и протятнула руку ниже, чтобы Йнгер смог зацепиться.

— Хватайся уже!

И он схватился. Рука у Йегера была суховатой, сильной, но вместе с этим не наровила содрать кожу с ладони Аглаи.
Бывшая разведчица дернула на себя, и марлийский воин тут же оказался рядом, тяжело дышащий. Упав на то место, где пару секунд назад лежала сама Аккерман, он шумно выдохнул и, уставившись серо-желтыми глазами на дрожащую то ли от боли в мышцах, то ли от страха Аглаю, произнес:

— Спасибо, я думал, уже придется использовать силу гиганта, — признался он, почесывая крест-накрест за ухом. Аглая считала эту привычку довольно милой, хотя не предавала ей особого значения.

— Да ладно, все нормально. Взаимопомощь все дела, — она нервно рассмеялась, тут же поймав удивленный взгляд Зика. Ах да, она же ни разу не показывала при нем таких уязвленных чувств, как страх и нервозность перед опасностью. Она же солдат в конце концов. — Я уж думала на выберусь из этой битвы живой...

— В любом случае, твоя жизнь также важна, как и моя, — внезапно констатировал Зик, присаживаясь. Дирижабль уже влетел в облака, и пейзаж разрушенной долины исчез из виду.

— Эти ещё почему? — Аглая вопросительно изогнула темную бровь и уставилась на Йегера. Тут явно что-то не так, раз Зик сам начал такой разговор.

— Ты же не Марта вовсе, — он посмотрел прямо в душу Аглае, и та на секунду забыла как дышать. — Думаешь, я не запоминаю лица? Я, конечно, может, и выгляжу как старый маразматик, но память у меня отнюдь не дедовская.

— Так, ладно, в любом случае, почему ты не сказал ничего раньше?! — вспылила Аглая. И что он о себе возомнил?! Выкрал, называл чужим именем, да ещё и теперь выяснилось, что он ее помнит с того злополучного дня за стенами?!

— Мне было интересно, насколько тебя хватит, — хмыкнул Зик, почесывая бороду. — Но таки не выдержал я. Видишь ли, дорогая, — от такого обращения Аглаю передёрнуло, но смысла перечить она не видела, так что молча продолжала слушать, — во-первых, я помню тебя, очень хорошо помню твои глаза, и очень хорошо помню твое лицо, искаженное болью. В, Райнер Браун снабдил нас достаточной информацией о населении Парадиза, а конкретно о тебе мне поведали, что ты из рода Аккерман. В тот день, когда мы встретились первый раз, я отлично запомнил твое имя и внешность, жаль мне твоих волос, кстати, но тебе так больше идёт. И как следствие, когда я узнал твою истинную фамилию, мне осталось сложить один плюс один. Приятно наконец открыться тебе, Аглая Аккерман.

— То есть, ты три с половиной года просто по приколу наблюдал за тем, как я жопу рву, чтобы не узнали, кто я такая, а теперь говоришь мне это все?! Просто потому что?!

— Да, — улыбнулся Зик, и Аглая с трудом подавила в себе желание треснуть его чем-то тяжёлым по голове. — Согласись, занятная игра вышла!

— Очень, и кто выиграл?

— Ничья, — Зик пожал плечами. Аглая фыркнула.

— И как много людей знают о том, что я Аккерман? — спросила она, оглядываясь: мало ли кто услышит.

— Я, Райнер и, собственно, ты сама, — он достал из кармана сигарету и, чиркнув зажигалкой, закурил. — Никто из воинов Марли не в курсе, иначе бы тебя сразу убили. Они только рты разинув наблюдают за тем, как ты бодро исполняешь приказы, не понимая твоих истинных навыков.

— Чтож, значит, Пик и Порко ничего знать не должны, — рассудила Аглая, пропустив мимо ушей все лестные россказни.

— Правильно мыслишь, — щёлкнул пальцами мужчина и выдохнул сигаретный смог за борт. — Думаю, тебе будет чуть легче жить, если хотя бы мы с Райнером будем звать тебя по настоящему имени.

— Ладно, — не в силах спорить, согласилась Аглая и потянулась так, что захрустела спина. — Мы же сейчас возвращаемся в Либерио?

— Да, правда ненадолго, всего на недельки две-три, дальше останется лишь две точки и форт "Слава", и Средневосточный Альянс наш, — Зик задумчиво поправил очки и выкинул окурок в небо. Аглая проследила за его падением и перевела взгляд на Йегера. Раны на его шее и щеках медленно затягивались, немного дымясь. Аккерман вздохнула и поднялась на ноги.

— Ладно, я пойду вздремну до прилёта, хочу вернуться на квартиру полной сил, — она покачала головой и потерла переносицу.

— Кстати, могу я тебя попросить об одолжении? — подал голос Зик.

— Да? — откликнулась Аглая, оборачиваясь на блондина через плечо. — Что-то случилось? Мне принести что-то? — за три года общения с Йегером, Аглая привыкла, что он периодически оставляет очки где попало, и обычно их местоположение помнит лишь одна она, но сейчас очки были на Зике, так что повода ее тревожить не было. Так что случилось?

—  Научишь меня пользоваться Устройством Пространственного Маневрирования? Ты так много о нем трепалась, а мне было так интересно попробовать, но времени все не было, — он чуть приподнял брови, и стал похож на маленького любопытного ребенка, просящего у старших дозволения. У Аглаи улыбка сама по губам поползла.

— Как скажешь, научу, — от удивления она снова хмыкнула, удивлённо покачала головой и снова собралась уходить.

— О, спасибо, — Йегер с некой радостью повернулся на нее корпусом. — Хорошо отдохни.

— Ладно-ладно, — и это хорошее отношение было так удивительно, что Аглая на секунду забыла, где она. Вернувшись в свою неуютную каюту, солдат упала на жёсткую койку и задремала, пытаясь переварить все то, что произошло сегодня. А от слов Зика о ее происхождении становилось страшно. Неужели люди с континента зрают о ее роде куда больше, чем она сама знает о себе. Конечно, историю этого мира Аглая уже знала, и вопросов было чуть меньше, чем раньше, но ее все равно тревожил вот какой факт: Зик за все это время не удосужился и упомянуть об Аккерманах, однако сейчас внезапно завел этот почти бессмысленный разговор. И к чему это было?..
Под хор грозочащего железа, спутанных мыслей и шума голосов, девушка немного задремала, что удавалось ей последнее время все с меньшим успехом: до бессонница мучает томительными неделями, то она внезапно о Ханджи вспомнит, то об ужасах жизни на Парадизе и вылазках, то об Эрвина и его словах ей на прощанье, то о Кристофере, то об Эрене и Леви...То бесконечные мобилизации по вражеской, происходящие глубокой ночью, чтобы альянс не заметил их передвижений. Пропали оно все пропадом, — иногда думалось Аглае, однако какая-то внутренняя сила не давала ей все просто так забросить и умереть в ближайшем окопе...Возможно, это и есть та сила Аккерманов, при которую упомянул Зик в своем монологе. А может, она просто слишком привыкла вечно получать раны и также вечно бороться хрен знает за что...
За свободу людей от титанов, за свободу нации, за себя, за друзей...За что она борется - уже сама не знала, но знала одно точно, — не помрет ни в коем разе пока ещё хоть раз в жизни не увидит ту жизнерадостную женщину со сверкающим взглядом, преданность которой до сих пор хранила в сердце. Но что пугало Аглаю больше всего, так это то, что она больше не чувствовала этого трепета в сердце при одном воспоминании, она больше вообще не чувствовала ничего...Она банально тосковала, тосковала и ничего не могла с собой поделать. А умирать не хотелось. Жить, конечно, неуютно, но и умирать - не выход.

К тому же, например, Зик и Покко, и правда лишний раз из кожи вон лезут, чтобы заставить Аглаю хоть раз улыбнуться или лишний раз посидеть в компании молодых воинов попить чаю с чем-то сладким. И это Аглая и правда ценила, ведь за проведенное в Марли время, воины успели стать ей настоящей семьёй. Они не заменят разведку, однако в из присутствии также тепло, а это не может не радовать ее, тем более в такое время, когда каждый человек нуждается в минимальной поддержке сторонников...

______
извиняюсь за маленькую главу, писал в торопях. надо учить историю, а то я нахуй все экзы пролечу як фанера над Парижем.
попробую завтра также оперативно работать. мур. всех люблю