Искалеченная прошлым

Кэтрин.

На следующий день, то есть сегодня, я проснулась очень рано. Мне было страшно выходить из комнаты или вообще шевелиться. Над моей кроватью висели старые часы, чье тиканье я слышала сквозь сон и что напоминало мне о том, что я еще жива. Так я и пролежала все утро, смотря на них. Даниэль навестил меня ночью, я слышала его приход, но не подавала признаков, что все слышу. Я все еще нахожусь в своей одежде и даже не воспользовалась уборной. Мне страшно сделать здесь какой-либо шаг.

Убранство моей комнаты простое. Кровать, шкаф, рядом с которым туалетный деревянный столик с зеркалом. Есть один хлипкий стульчик в углу и пыльный вязанный цветной коврик, что скрывает потертости на полу. Все тут деревянное и даже пол. Стены покрыты обоями в сине-розовую полосочку, а на стене весят только эти часы и рядом со входом в комнату календарь. В некоторых местах обои разорваны и видна серая стена. Тут также есть одно окно, но оно обделано решеткой. Плюс в том, что окно можно открыть и проветрить помещение. В нем видна лишь пустырь и в далеке лес, вижу только как колышется сухая трава, не более. Я в какой-то глуши. Далеко от мира. Далеко от моих близких...

Я проревела не меньше часа ночью и не меньше часа как проснулась. Боль в груди разрывала меня на куски и я задыхалась от этой боли. Я вспоминала мамины черты лица, слышала в голове смех брата, сквозь слезы, вспоминала мамину улыбку. Улыбалась моментам, проведенные с Оливией и с Мелиссой за чашкой чая, как мы скупали все магазины и обсуждали разное. Также я вспоминала Феликса. Его прикосновения...

Как они там сейчас? Живы? В порядке? Никого из них не увезли в больницу? Не остановилось ли у мамы сердце? Не подвергла ли я остановке сердца Мелиссы? А как ведет себя Фил? Как он относится к этой ситуации после своих сказанных слов?

Но я знаю одно, они ищут меня. Да.

— Кэтрин? — отвлеклась я на зов Даниэля за дверью.

Я немного поежилась на кровати и быстрее поспешила стереть слезы с лица.

— Ты проснулась? — снова прозвучал его голос.

До предела милый и заботливый. Лицемер.

Я ничего не ответила, продолжила смотреть в потолок, который тоже был не в лучшем состоянии. С него сыпалась побелка. Повезло, что кровать была не завалена пылью и грязью.

Дверь начала скрипеть и когда Даниэль стал заходить сюда с пакетами, я приподнялась и села на кровать, смотря на него.

— Твой вид оставляет желать лучшего. Прими душ и вот,— приподнял он содержимое в руке, а после поставил на мою кровать, рядом со мной.

— Что это? — смотрела я на эти пакеты.

— Твои новые вещи. Купил все что тебе нравится. Даже шампуни, какими ты пользуешься. Я все еще помню,— ухмыльнулся он.

Купил? Или снова украл?

Но я не стала произносить это вслух, неизвестно как он отреагирует.

Я стала вытаскивать из пакета первую попавшуюся вещь. Платье или нет. Сарафан. И мне не нравится его вид. Он был слишком...вызывающий. Если я наклонюсь, то моя грудь легко выпрыгнет из него.

Я подняла глаза на Даниэля.

— Я не буду это носить,— твердо заявила я и убрала сарафан в пакет.

Улыбка Даниэля сменилась на серьезное выражение лица и я даже вижу как напряглась его челюсть. Скулы теперь четко выделены.

Во мне начинает просыпаться инстинкт самосохранения.

— Тогда будешь ходить нагишом. Мне даже лучше.

Мерзкий.

— Где душ? — зло спросила я, опуская взгляд на пол.

— За дверью в уборной. Можешь ходить по дому и делать что хочешь. Мне нужно будет уехать и не могу сказать насколько. В холодильнике есть еда и продукты.

Даниэль прошел к двери.

— Сбежать ты не сможешь, можешь не надеяться. На окнах везде решетки и также сигнализация. Дверь тоже под сигнализацией. А также выход из дома тоже через решетку. Ключ у меня,— приподнял он брелок с несколькими ключами и позвенел ими.

Мой лоб нахмурился.

— Развлекайся, детка. Скоро приеду,— бросил он и вышел из комнаты.

Я снова посмотрела на пакеты. Выбора у меня все равно нет. Куда лучше, чем ходить обнаженной перед ним. Я принялась рассматривать содержимое и замерла, когда вытащила оттуда пакет с нижним бельем. Извращенец. Наверное, вспоминал меня, когда покупал это. Я вытащила из пакетов еще пару нижнего белья, пару сарафанов, два джемпера и три пары джинсов, кардиган, футболки, юбки. Несколько пар носков и уходовая косметика, чьим брендом я всегда пользовалась. До сих пор. С колледжа. И он запомнил и это. Также как и запомнил, что одежду я ношу однотонную. Надвигался сентябрь, а это время первых холодов, еще учитывая дом в котором мы живем - джемпера будут как никак кстати.

Я взяла стопку вещей, на которых кстати были бирки, уходовую косметику и стала сползать с кровати. Я уже отлежала себе все бока, мне нужно размяться. Приму душ и может немного приду в себя? Надеюсь вода тут есть горячая? На душе итак погано , холодно и одиноко, горячая вода хотя бы согреет меня.

Я медленно подошла к двери и стала отпирать ее, будто ожидая, что сейчас раскрою ее и на меня нападет чудище. В лице моего урода-бывшего.

До сих пор не могу понять, как он смог так быстро выйти, также как и не могу понять его ненормальную одержимость мной.

Дверь ужасно скрипела, но раскрылась. Я также медленно стала идти по коридору, оглядываясь. Обстановка ничем не отличалась от моей комнаты. Те же обои, где-то запачканные, ободранные. Пыльные картины на стене до такой степени, что даже не понятно, что там изображено. По полу тут растилался такой же цветной вязанный коврик, как в моей комнате и он был такой же пыльный. Так как я была босонога, то я также чувствовала немного песчинки под ногами. Свою обувь я оставила в комнате. Может тут будет что-то еще из обуви?

Я решила осмотреть сначала весь дом, а потом зайти в душ. Двигалась я тише мышки, потому что боялась. Сердце прыгало в груди и это отдавалось в уши. Когда я дошла до кухни, то стала ее оглядывать. Тоже ничего удивительного. Старая деревянная мебель. Тоже вся в пыли. Очень старый холодильник, который был наклонен в сторону и на нем было множество разноцветных магнитиков. Здесь было два больших окна и тоже они были в решетках. С гардины свисали уже серые занавески. На улице такая же картина как и из моего окна - пустырь. Никаких домов поблизости. Даже лес далековато. Я повернулась в сторону уборной, но бросила взгляд в гостиную. Вздохнула и пошла в душ. В комнате тоже ничего примечательного. Старый диван посреди комнаты, шкаф с комодом по разным сторонам и телевизор перед диваном. Также ковер по комнате.

Когда я дошла до душа, то сразу же проверила воду здесь. Изначально потекла ржавая холодная вода, но спустя несколько минут вода стала светлеть, а из крана стала течь горячая вода. Здесь была ванная, но вид у нее был такой как у моего потолка в комнате. Обшарпанный и ржавый. Встав ногами туда, я подняла взгляд со своих пальцев на стопах и перевела на дверь. Даниэль сказал, что ушел и я надеюсь он не придет. Защелки здесь нет. Дверь еле держится на петлях. И еще в этой двери было маленькое окошко в трещинах.

Я стала наводить на себя струю горячего душа и погружаться в воспоминания. В те дни, когда мне также было тепло от объятий Феликса. Когда он грел меня и защищал собой на кровати.

Я не могу поверить, что он так подло поступил со мной. Не хочу в это верить.

Он мне так нужен. Как бы я не хотела забыть его, не смогу. Я так сильно люблю его. Люблю все что с ним связано.

Я стала греться под струями душа и с моих глаз снова потекли слезы, смешиваясь с водой. Слезы боли и отчаяния. Они будут моими спутниками на всю мою оставшуюся жизнь тут.

***

Когда я вышла из душа, я сразу же поспешила в комнату и села на кровать, переодевшись в джемпер и джинсы. Время было после обеда, я не ела ничего со вчерашнего дня и мне до сих пор не хотелось. Хотелось только придумать план, чтобы убежать отсюда. Я ни за что не приму жизнь здесь. Я хочу вернуться к своим родным. Я должна помочь им. Я уверенна, что они ищут меня.

Оглядев комнату, я снова погрузилась в мысли.

Но как? У меня нет не доступа к телефону, вообще никакой связи с миром. Я даже не знаю где я. Я не смогу сбежать, потому что система безопастности в доме на высшем уровне. И я также не уверена, что вколол мне Даниэль. Вдруг он куда-то вшил мне чип? Из окон я вижу только пустырь, и куда идти? Нет ни дороги, ничего. Вдруг здесь есть дикие звери, бешеные псы? Я словно маленькая мошка в этом большом мире.

Я посмотрела на свои колени и закусила губу.

Выход есть всегда. Не бывает безвыходных положений.

Мой взгляд упал на календарь. И первое что мне пришло в голову, увидев я множество цифр : день до месячных. Точно.

У меня поползла улыбка, сквозь стекающиеся слезы.

Я сыграю на них. Я также смогу обеспечить себя физической безопасностью. Даниэль всегда был брезглив, когда у меня они начинались. У меня будет пять дней, в которые Даниэль не подойдет ко мне, а далее я продолжу историю с месячными. Я скажу, что они не прекращаются, а он захочет близости и отвезет меня к врачу. Я буду требовать с него, давя на налаживание отношений между нами. Я должна буду убедить его, чтобы он вывез меня отсюда и я смогла получить доступ хоть к чему-то: телефону, помощи от человека. Только мне нужно быть осторожной. Я знаю, что Даниэль мне просто так не поверит. Четыре дня у меня будет настоящая кровь, а потом, когда я буду врать, что она до сих пор у меня идет, я должна ее буду откуда-то брать. Он потребует проверки, как противно это бы не звучало. Но он псих и сделает что угодно. Я должна раздобыть кровь, и только свою, но откуда? Место откуда я ее буду брать должно быть неприметным.

На фоне этой идеи у меня немного открылся желудок и я захотела чего-нибудь перекусить. Мне нужны силы, чтобы привести свой план в действие.

Мамочка, я скоро буду дома. Я даю вам слово, что я тоже помогу вам.

***

Три дня спустя.

У меня нет месячных уже три дня. Я убедила Даниэля пока не подходить ко мне с близостью, дать мне время забыть все плохое между нами, когда он вернулся. Мне везло, что он спал отдельно. В своей комнате. Раз уж я смогла убедить Даниэля в том, чтобы не делить с ним постель, то я и не начала свой план. Мне нужно столько времени, сколько я смогу выжать в полной мере. Три дня Даниэль не приставал ко мне, что меня удивляло, я не думала что он сдержит слово, но он все-таки не врал. Поэтому, я очень сильно надеюсь что на днях придут месячные и я смогу начать план, а также у меня будет уверенность, что я буду неприкосновенна.

У меня было покалывание внизу живота в день месячных, и я очень сильно ждала их, но они так и не пришли. У меня даже набухла грудь и появилась тошнота - но не следа красных дней. Покалывание до сих пор ощущается и я до сих пор жду их, но их нет...Я очень сильно нервничаю, так как мой план может выйти наружу и тогда я не смогу сдержать гнев Даниэля. С одной стороны хорошо, что они задерживаются и придут позже, я смогу еще больше протянуть с ними и мой план может работать дольше, но с другой стороны - я переживаю почему так случилось. Прежде у меня не случалось задержек, максимум день. И я не ощущала таких явных признаков, они были едва заметные. Но с каждым днем задержки признаки были все больше и больше заметнее. Может месячные уже на подходе и поэтому так? Это же может сбой из-за нервов ? Я перед месячными испытала огромный стресс и мой цикл мог сдвинуться. Почему когда они нужны, они никогда не бывают вовремя?

Эти три дня я почти не видела Даниэля, чему я была безмерно рада, но когда он был дома мне было тяжело играть хорошую девочку. Я старалась не ответить ему колкостью и прикусывала язык, делала все что велел мне Даниэль. Он был доволен, я видела его противную ухмылку. И кажется он верил в то, что я готова измениться и быть его. Конечно, пока он будет убежден в этом, ведь он пригрозил мне жизнью Лисс и Оливии и считает, что я буду пай девочкой из-за этого. Да, так оно и есть, но лишь на его глазах. Феликс научил играть меня, поэтому я вступила в эту тихую игру. Конечно же, я переживаю за жизнь девочек и в какой-то степени это и сдерживает мои острые высказывания. Но я совместила страх за их жизнь с попыткой своего спасения, и я пытаюсь не попасться. Пока план, конечно, не вышел на поверхность, но то, что я отодвигаю момент нашей близости тоже можно считать за план. Спонтанный. Импровизации тоже место быть.

В мой первый день здесь, три дня назад, я немного перекусила, а вот приготовленная еда закончилась сегодня утром. Мне пришлось сварить суп на ужин. Даниэль сегодня с утра дома и занимался починкой душа, поэтому особо он меня не доставал. Если не считать противные поцелуи в висок или лоб. Сегодня первый день как я что-то приготовила здесь. И жаль это была не отрава. Тут не было даже таблеток, чтобы я смогла сделать ему передозировку. Он все забрал. Даже специи были обычные и на несколько раз. Ничего лишнего.

Я накрыла на стол и решила уйти в комнату, как и делала все время, когда Даниэль садился за стол, но его голос пригвоздил меня к месту, когда он вошел сюда.

— Садись,— приказал он мне.

— Для чего?

— Я. Сказал. Сядь,— выкрикнул он со всей ненавистью и меня передернуло, но я послушалась и медленно опустилась на стул, напротив него.

— Ешь,— кивнул он на кастрюлю с едой.

— Мне не...

— Еще раз ты пойдешь против моих просьб и я втолкну в тебя это силой.

Он не прекращал говорить грубо. Меня поташнивало от этого.

— С этого дня ты будешь пробовать первая все то, что подаешь на стол. Каждый продукт, каждую приготовленную тобой еду. Я уже понял, что ты хитрая сука, тебе также не составит труда приготовить мне отраву,— он потянулся за половником и стал накладывать суп с тарелку.

— Это глупость. Ты все забрал из дома. Мне даже не с чего будет это сделать,— фыркнула я и только сейчас поняла, что зря это сказала.

Я замерла, сжимая ткань кардигана под столом, смотря на Даниэля и ожидая его реакцию на слова.

— Ты гребаный врач и ты можешь приготовить эту дрянь, даже из говна,— пододвинул он мне тарелку так грубо, что жидкость вылилась на стол.

Он также пододвинул мне ложку и я медленно, потянувшись к ней, взяла в руку и стала пробовать свой суп.

Даниэль смотрел на меня и я хотела закатить глаза. Еще от его криков у меня сильнее скрутило живот. Я не понимаю, что происходит с моим организмом. Месячные как никак кстати нужны, но они также как и я напуганы и боятся показаться.

— Вот. Видишь. Съедобно,— недовольно снова фыркнула я.

— Отлично. Теперь доедай,— сам опустился он на стул и стал накладывать себе еду.

Я лишь смотрела на свою тарелку.

— Что такое? Противно есть со мной рядом? Три дня избегала меня и думала так будет и дальше? Не держи меня за придурка,— озлобился он, но стал принимать пищу и издал довольный вздох. — Как я скучал по твоей еде. Кэти, ты чудо. Просто великолепные руки. Иди ко мне,— похлопал он по своему колену.

Я осталась сидеть на месте и смотреть на него без единой эмоции.

— Иди ко мне,— грубее произнес он и я, замешкавшись, встала.

Обошла стол и встала перед ним. Он не долго думая, вытерев лицо и убрав ложку в сторону, дернул меня за талию и опустил на свои колени. Его голова опустилась на мою грудь и он шумно вдохнул мой аромат.

Меня сейчас стошнит. Я не могу выносить его прикосновения и такую близость.

Его губы стали блуждать по открытому верху моей футболки, касаясь кожи на груди. Я сжалась и скривила лицо. Его руки стали двигаться по моему телу, играясь с ним. Как же это мерзко. Как противно быть игрушкой в его руках. Как противно ощущать на себе его мерзкие руки.

— Даниэль, пожалуйста,— не могла я больше сдерживаться и стала отстраняться от него.

— Я так скучал по тебе, Кити. Так скучал. Ты мне так сильно была нужна. Я хочу обнимать тебя и целовать. Хочу носить тебя на руках. Хочу иметь от тебя детей. Хочу полностью тебя. Мне так этого не хватало,— терся он своей щекой о мою грудь.

Напряжение в животе нарастает и я хочу освободить желудок.

— Даниэль, пожалуйста, дай еще время. Мне нужно это. Я не могу так быстро,— руками я вцепилась в его одежду и пыталась отодвинуть его от себя.

Он поднял взгляд и посмотрел в мои глаза. Его рука потянулась к моим волосам.

— Сколько еще? — спокойным тоном задал он мне вопрос.

— Я не знаю, Даниэль. Пока я не забуду. Пожалуйста,— также смотрела я на него и глотала ком в горле.

Он шмыгнул носом и заставил меня встать на ноги.

— Иди в комнату. Не попадайся мне на глаза,— проворчал он и снова стал принимать пищу.

Я, не долго думая, развернулась и побежала к себе в комнату.

В доме стало немного уютнее, потому что от безделья я прибралась здесь вчера. Весь день потратила на это, но так я хотя бы отвлеклась от грустных душераздирающих мыслей. Не могла дышать пылью, так как это давило на грудную клетку и мое состояние еще больше ухудшалась.

***

Два дня спустя.

Сегодня у меня сильно покалывал живот. Будто меня разрывали на части. У меня не было обезболивающих, чтобы облегчить боль и я не могла позвонить Даниэлю и попросить их. Я еле приготовила обед, стоять было невыносимо. Сейчас я лежу в постели и жду когда придет мой «хозяин». Вчера вечером он донес до меня то, что хочет меня. Но я снова воспользовалась своим спонтанным планом и Даниэль начал выходить из себя. Он разбил зеркало в гостиной и сильно напился ночью, но ни слова мне не сказал. Я боюсь снова дать ему отказ своей отговоркой. Он может взбеситься еще больше и тогда вместо зеркала буду я. Месячных так и нет, но мне пора приступать к плану. Я больше не могу сдерживать себя, больше не могу находиться здесь. На меня все давит. Мне противно быть с ним и ублажать его красивыми речами. Я решила начать план, взяв кровь со своей ступни, это самое малозаметное место для раны, только брать я ее буду между пяткой и подушечкой. Так я не буду хромать от заживления раны и не выдам себя. По крайней мере, я на это надеюсь. Пару дней я буду играть девушку, которую мучают месячные, а там может и они уже придут. Стресс явно сильно сказался на моем цикле.

Я услышала хлопок двери и мое имя прозвучало раскатом грома по всему дому.

— Кэтрин!

Почему он так кричит? Я смахнула слезы, которые стали моим обычным состоянием, и приподнялась, когда в мою комнату влетел Даниэль, распахивая дверь так сильно, что она чуть не сорвалась с петель.

Он был пьян.

— Даниэль? — шмыгнула я носом и переборов боль, присела на кровать.

— Уже готова? Решила встретить меня на кровати? Еще и это сексуальное платье надела. Будет проще войти в тебя. Задрать этот чертовый подол и...

— Даниэль, я..я не могу, ты ведь...

— Плевать мне. Я ждал пять гребаных дней, неужели я все еще не достоин насладиться тобой? Я молчал эти пять дней, но хватит уже. Я все понял. Ты специально это делаешь. Специально избегаешь нашу близость. Но пришел конец, иди ко мне, любимая, мой член жаждет насладиться твоей мокрой киской.

Он стал подходить ко мне, а я с диким испугом стала двигаться назад по кровати.

— Даниэль, прошу, не нужно. Пожалуйста, умоляю. Дай мне время.

— Оно у тебя уже вышло. Что я говорил на счет убеждения в твоей любви? Ты избегаешь меня и я не ощущаю отдачу. Сейчас я ее получу.

— Даниэль, прошу, ты пьян. Давай поговорим после?

— Я не пьян, я лишь принял дозу, которая продлит наш секс на долгое время. Трахать твое тело одно удовольствие. Знала бы ты как я ждал этого момента столько лет. Я хотел тебя трахнуть еще тогда, когда тебя спас придурок и твоя подружка, но мне помешали, а сейчас мне не помешает ничего.

Он схватил меня за ногу и дернул на себя. Подол моего платья задрался и глаза Даниэля вспыхнули.

— Даниэль, пожалуйста,— стала я прикрываться подушкой, но он смахнул ее.

— Молчи, сука.

— Даниэль, — захныкала я.

Его рука коснулась моих трусиков и как бы я не старалась задержать их, он сорвал их с меня. Меня пробрала дрожь от того, что он возможно увидел меня. Это было противнее всего. Быть открытой для своего похитителя, который угрожает тебе жизнью и насилием. Быть беспомощной в такой ситуации и не в состоянии дать отпор. Лежать под тяжелым телом, когда тебя насилуют и захлебываться слезами отчаянии и боли. Как физической так и психологической. Быть просто куклой для траха, будто у тебя нет своих чувств и страха. И глотать все это...

Я стала прижимать ноги друг к другу, стараясь как можно больше закрыть доступ. Слезы затекали мне под голову, пару слезинок попадали в уши, пелена под глазами. С моего рта срывалось рыдание и всхлипы. Я задышала ртом от нехватки воздуха, но продолжала раздирать горло истеричными всхлипами. В промежутке я пыталась шмыгать носом и давилась мокротой.

Даниэль хотел поднести мои трусики к своему носу, но остановился и замер, смотря на них. А я в этот момент прекратила попытку своими руками прикрыть себя. Мои ноги, согнувшиеся в колени, направленные в бок, были прикрыты длинным подолом. Я была уверенна, что снизу меня не видно.

Почему Даниэль замер?

— Это что еще, блять, такое? Кровь? — кинул он мои трусики в мою сторону.

Они упали в правой стороне от меня. Я перевела на них взгляд...И правда. Там была кровь.

— У тебя что, месячные? Какого черта, Кэтрин? Ты специально ждала этого момента, да? Ждала, когда они у тебя начнутся и специально не подпускала меня? Грязная сука,— он схватил меня за запястье и дернул меня с постели.

Мои волосы прилипли к мокрой коже лица и тоже стали влажными. А после по моей щеке пришелся удар такой силы, что я сразу же отлетела в сторону, к окну. У меня заложило уши и я потеряла координацию. Я поняла, что я упала на пол, но я не могла держать равновесие, даже сидя. Меня крутило по комнате и я ничего не видела четко, лишь отдаленно слышала голос.

— Видела до чего тебя довела твоя гребаная игра? Это тебе за те дни, что избегала меня. Сейчас ты не нужна мне такая грязная. Избавься от месячных, а потом я возьму тебя и мне похуй. Слышала? Готовь свою киску для моего члена. Она должна быть гладко выбрита и ждать меня. Должна быть чистой.

Я услышала, как он плюнул, но не увидела куда, а потом его шаги стали отдаляться и хлопнула дверь, от чего я снова вздрогнула.

Я припала к стене и подогнула колени к груди. Стала всматриваться вперед, пытаясь привести зрение в порядок, не смотря на сильную пронизывающую боль в челюсти и виске.

— Пришли? Вы немного опоздали,— обратилась я к свои месячным, издав разочарованный смешок и зарыдала в колени.

Мое тело сильно вибрировало, а звуки, исходящие из моего горла, напоминали жужжание жука. Я проклинала себя за то, что не отнеслась к угрозам серьезнее. Сделав я так, я бы сейчас была дома, не умирала от страха, не подверглась бы насилию и не составляла план по освобождению своей жизни.

Даниэль. Как я могла вообще такого любить? Конченная мразь.

Я снова зарыдала, обхватывая ноги руками. Я помню как сердцебиение Феликса успокаивало меня и я быстро засыпала. Поэтому сейчас я попыталась отнести себя в те дни и воспроизвести стук его сердца. Представить что я сейчас лежу на его груди, он обнимает меня и нашептывает слова утешения. Не знаю сколько по времени я так себя провела, но в итоге встала и направилась в душ. Мой сарафан испачкался кровью, также как и пол, а еще я хотела умыться и лечь спать. Я так часто начала спать, что сама себе не верю. Никогда так много времени не проводила в кровати. И уйти в сон мне хотелось не только потому что я не хотела проводить много времени в сознании в этом доме, а потому что у меня появилась некая сонливость. Мне не свойственная. Что происходит со мной? Меня это пугает.

Но сейчас я рада что месячные наконец пришли. Может это все побочка от задержки? И сейчас все наладиться. И что меня радует так это то, что я смогла пять дней держаться подальше от близости с Даниэлем и у меня есть еще пять дней в запасе.

Я медленно раскрыла дверь и стала прислушиваться к звукам. Было тихо. Где он? Я снова вытерла слезы и стала двигаться к уборной, как только отказалась рядом, быстро залетела туда.

Прижалась к холодной старой плитке и стала приводить дыхание в норму. Одного удара мне вполне хватило, не хочу чтобы Даниэль снова выместил на мне свою злобу. У меня был план спасти себя, а не убить.

Я снова стерла слезы и стала забираться в ванную. Лишь задрала платье, а не стала его спускать, вдруг этот психопат завалиться сюда.

***

Когда я закончила в душе, я также быстро вернулась к себе в комнату и забралась в кровать, переодевшись. Я опустилась на спину и попыталась заснуть. Сердце в груди бешено стучало, а мои ноги замерзли. Руки дрожали, держа плед, но я ждала когда меня одолеет сон. Даниэля я все еще не слышу, может он вышел на улицу? Я знаю, что тут есть еще подвал, там где я и была в первый день, но туда я больше не спускалась за эти дни. Мой путь был комната-кухня-уборная.

Я услышала щелчок внизу и приподнялась на кровати. От любого движения у меня сковывало внизу живота и я резко обрывалась в дыхании, задерживая его и хмурясь. В этот раз они очень болезненные. Ко всему этому у меня сейчас сильно болит челюсть и я все еще плохо слышу правым ухом. Его настолько сильно заложило.

Я расслышала шаги к своей комнате и укуталась одеялом, когда дверь распахнулась. Мое тело дернулось от вида Даниэля. Это уже было на инстинктивном уровне, я боюсь его и боюсь его действий. Что он хочет сейчас?

— Я не собираюсь тебя трогать. Ты уже отплатила за свою игру. Я иду в город, тебе что-то нужно?

Я опустила взгляд вниз.У меня даже не было прокладок или тампонов.

— Что-то от месячных? — спросил он, догадавшись.

Я слабо кивнула, все еще не смотря на него.

Тогда он быстро подошел к кровати и опустился на нее. Протянул руку, от чего я отодвинулась к краю кровати.

— Прости за это. Я был выпивший. Ты обидела меня и я не сдержался. Больно? — его рука стала приближаться к моей щеке и я отвела взгляд.

Больно. Но не там. А в моей душе, которую ты насильно привязываешь к себе. Никогда я так сильно не хотела смерти человеку, как сейчас.

Я снова промолчала, но он не прокомментировал это.

— Тебе дать таблетку? Болит живот?

Я снова кивнула. Живот болел очень сильно. Но не так как удар, который я получила. И я не хочу молчать. Я хочу получить обезболивающее и лечь спать.

— Там в аптечке я оставил три таблетки с обезболивающим. Прими.

— Мне нужны прокладки. Или тампоны,— помяла я платье и высказала.

— Я принесу. А ты лежи. Сегодня я куплю твой любимый десерт. С вишней. Ты любила раньше, — все же коснулся он моей щеки и я отпрянула. — Теперь ты понимаешь, что ждет тебя в минимальном наказании за твое непослушание? Если ты больше не допустишь этого, мы пройдем через все вместе и добьемся хороших отношений.

Какой он противно-мерзкий с этими сладкими речами. Он думает что удивил меня? Если бы это было так я бы до сих пор рыдала в углу, а не нашла в себе силы сходить в душ и вести с ним диалог, как делала это раньше, когда он первый раз ударил меня.

Пусть засунет себе в задницу свой пирог с вишней.

Даниэль приподнялся с кровати и стал выходить из комнаты, а я провожать его взглядом. Скорее бы сбежать отсюда. План начал свой ход и скоро я смогу выбраться на свободу. Осталось немного перетерпеть. Главное, что я смогла найти выход отсюда.

Скоро я вернусь, мамочка.

Если вам понравилась глава, ставьте звездочку⭐️🥹❤️