29 глава.
Кэтрин.
Я забежала домой и хлопнула входной дверью, попутно выкидывая сумку куда-то вглубь дома. Я еле сдерживала себя, чтобы не разрыдаться прямо на улице, лежа на асфальте. Я была обессилена, поэтому прислонилась к входной двери и стала сползать по ней, зарываясь лицом в свои руки и изливая душу. Я рыдала на весь дом так сильно, что, наверное, было слышно не только тут, но и на улице. Боль, что вырывалась из моей груди, выходя через горло, затмила звук тиканья часов на кухне, которое обычно было слышно в холле. Мое тело вибрировало, мне было холодно и я хотела укрыться в нечто теплое, нечто родное...я хотела укрыться в объятиях человека, который только что разбил мне сердце.
Мое сердце было разбито, но я никогда не думала, что оно может пострадать еще больше. Потому что с этого дня на его месте - пепел.
Я снова влюбилась и этим причинила себе боль, я была убеждена, что Фил не сделает это, что я смогу наладить с ним отношения, что смогу быть с ним вместе, но сегодня он все сказал. Оказывается, он играл мной все это время. Я не хотела в это верить, потому что я видела его искреннее отношение...Или это я влюбленная дура все себе придумала.
Я всхлипнула, вытирая слезы с щек и приближая колени к лицу, опустила на нее голову и снова залилась слезами, издавая рванные и глухие стоны из горла. Слезы капали на мои колени и капли стекали по ногам вниз.
Я хотела остановить боль в груди, мне было трудно дышать, будто из меня вырвали не только сердце, но и легкие.
Он играл со мной...Это так тяжело осознавать. Я надеялась, что он изменился и что мы будем вместе, я так хотела этого, но это был только моим эгоистичным хотением. Он и не планировал быть со мной.
Почему? Ну почему? Что я ему сделала? Чем я заслужила такое отношение? Я никогда не делала ему плохое, чтобы он так сильно ударил по мне. Я не думала, что он может применить такое действие в этой игре...И я до сих пор не могу окончательно поверить, что он играл. Он же был искренним.
С меня снова сорвался стон, в котором я пыталась выпустить всю боль, что разрасталась по мне. Из-за этого у меня онемели пальцы ног и рук, меня все еще трясло и мне было холодно. У меня начала болеть и кружиться голова. Но это не сравнится с той болью, которая сейчас находится там, где должно быть сердце. Тут словно дыра. Будто меня пристрелили и я хожу с этим, чувствуя каждую боль из-за этой дыры. У меня отяжелели плечи, словно на них кинули кирпичи, у меня свело желудок и я ощущала боль чуть выше пупка.
Да я вся, черт возьми, побита. Вся искалечена.
Я возненавидела его так сильно, как сильно полюбила. Я все еще люблю его, но мне так больно понимать, что он развлекался. И для этого ему стоило тратить столько денег, чтобы причинить мне боль? Чтобы так сильно заиграться? Он столько сделал ради меня просто для развлечения? Как же это...мерзко и противно. Я не думала, что он может быть хуже чем...чем Даниэль. Тот хотя бы не играл тем, что мне дорого. Дороже моей собственной жизни.
Я не хочу его видеть.
Не хочу его слышать.
Я хочу вырвать его из своей груди.
Я хочу забыть его.
Я думала, что смогу жить после своих прошлых отношений, но я так разочарована своей мечтой. Мне намного больно сейчас, чем тогда.
Я так хочу все забыть.
Мои колени уже стали мокрыми и я стала вытирать их, все еще не прекращая лить слезы. У меня запершило горло и я начала кашлять. Подняв голову с коленей, я стала растирать лицо, но кашель не прекращался и я решила встать и выпить воды. Вода поможет мне успокоиться.
Я стала приподниматься и когда выпрямилась, не ощутила силу в ногах. Они тряслись. На неуверенных и шатких ногах я последовала на кухню, я понимала, что меня шатает и не только из-за ног, у меня кружилась и болела голова, отдавая эту боль в виски и затылок. Мне нужно принять еще и обезболивающее. Я дошла до шкафчика и стала искать лекарство. Слезы все еще текли и я часто шмыгала носом, пока искала что мне нужно. Я даже не хочу смотреть что с моим лицом. Наверняка опухшее до предела. А еще мне сильно захотелось пить. Откапав обезболивающее, я налила воды и стала пить, немного притормаживая, потому что я захлебывалась из-за долгого плача. Трясучка все еще одолевала меня и я не могла побороть ее. Силы покинули меня.
Мне хочется бить и крушить все вокруг, но это ничего не даст. Это не излечит меня, не лишит меня памяти и не вернет мои старые отношения с ним.
Со мной поиграли и выкинули наигравшись. Как делают с разными игрушками и животными. Я использованная игрушка...второй раз. Я доверила свое сердце Феликсу, но он сжег его. Я рада, что я не рассказала ему о своем прошлом, как бы он потом это использовал в своей игре? Он применил убийственный ход, впуская в игру все что мне дорого, чтобы он сделал, если бы знал о моему прошлом?
Я переживу.
Спустя несколько месяцев.
А может лет.
Это сильно подбило меня.
Феликс Гарсия, я даю тебе слово, что ты больше и пальцем меня не коснешься. Ты убил во мне все живое. Я мертва внутри.
Я оставила стакан и решила подняться в свою комнату, но в голове начали вспыхивать слова Фила и я встряхнула головой.
Я даже не хочу слышать его фальшивый голос в своей голове.
Он неприятен мне.
Он до предела мне противен.
Пошел он нахрен.
Я была добра к нему, была мягка, я верила ему, я доверила ему свое сердце, которое итак пострадало, но он спалил все во мне.
Лисс была права, нельзя быть таким добрым человеком, нужна осмотрительность и осторожность, но Феликс нашел как раскрепостить меня. Он нашел мои слабые стороны и стал за ними ухаживать. Фальшиво. Он врал мне. Он развлекался, показывая картину наоборот.
И я не знаю, что послужило этому причиной. Я не делала ему что-то плохое. Видимо, он заигрался. Но спасибо что не продолжил это. Что нашел в себе силы признаться и интересно что способствовало этому? Проснувшаяся совесть?
Я ухмыльнулась, сквозь слезы.
Я просто хочу забыть все, что связано с ним. Объятия, разговоры, близость...Он был таким нежным в последнюю нашу близость, что осознание того, что это было от фальшивого человека сильнее разрушала меня. Я хочу забыть все с ним, но не могу. Пока не могу так быстро.
Я подняла свою сумку и стала подниматься по лестнице, держась за перила. Вошла в комнату и снова выкинув сумку, плюхнулась на кровать лицом в нее.
Чем я заслужила такое отношение к себе? Что за невезение с парнями? Почему они все такие мудаки? С ними что-то не так или со мной? Грудь защемило и я поморщилась в кровать. Слезы уже не лились, я все выплакала, но не думаю что это продлиться долго. Скоро я снова погружусь в мысли о ненависти к человеку, которого я полюбила также сильно, как всех остальных мне дорогих людей. И снова разрыдаюсь.
Я даже не думала, что насколько сильно я полюблю его, настолько сильно сейчас возненавижу. Мне не хотелось верить, что это все правда, но она есть. Он сам произнес ее. Мне останется снова собирать себя по кусочкам.
Мне хотелось сейчас высказаться Лисс, но я не хочу ей мешать, она уехала, а также мне стыдно признаваться ей в том, чем не делилась так долго. Чувствами к ее брату. Брат, который разбил меня.
Я шмыгнула носом и сжала в руках одеяло, вспоминая все моменты с Филом. Мне не хотелось вспоминать, но они проскальзывали картинками.
***
Неделю спустя.
***
Остальные дни я проводила в постели. Не желая даже делать уборку. Каждый день я плакала минимум пять раз. Смотрела слезливые сериалы и фильмы, и съедала все что было сладкое в моем доме. Я не наводила порядок и везде была гора одежды, банок от шоколадной пасты, мороженого, фантики от сладостей, повсюду стояли кружки, после выпитого чая, кофе или обычной воды. Я проходила всю неделю в одной и той же пижаме и расчесывала волосы через день. Мне не хотелось смотреть в зеркало, потому что там была другая Кэтрин. Я смотрела сериал и ела сладкое и плакала, лежала на кровати часами и плакала, валялась на полу и снова плакала. Мне было лень чем-то заниматься. Настолько сильно я себя запустила. У меня появилось куча прыщей, высыпаний, но мне было все равно. Я лежала на полу, залитая слезами и засовывала ложку с пастой в рот. Хоть что-то меня делало радостной. Немного. Совсем малость. Мама переживала за то, что я не звоню ей, даже матери не могла и не хотела звонить. Боль в груди все также ощущалась, но уже легче, чем было в первый день, когда он разбил меня. Я не хотя отвечала Мелиссе. Она допытывалась, но я игнорировала. Я игнорировала единственную близкую подругу, которая стала мне сестрой. Я вообще забыла о существовании телефона, я забыла о том, что я существую. Мои дни тянулись очень долго. Иногда спала днем по два раза, а ночью потом заливалась слезами из-за воспоминаний. И все связанные с ним. О нем я ничего не слышала эту неделю. Он не писал мне, а я уж тем более не писала и не хотела. Он все дал ясно понять. Мы никто друг другу и никогда не были кем-то друг для друга. Он лишь развлекался. Это я дура и идиотка, что приняла его игру за любовь. Мне плевать на него.
Ха, так я пыталась себя убедить.
Я не могла так быстро забыть все, что между нами произошло, но правда о том, что это и не было искренним - сводила меня с ума. Также как не хотя я отвечала маме и Лисс, я отвечала Коулу. Я просто всем сказала, что тяжело находиться в доме без мамы, сильно скучаю и поэтому у меня такое поникшее состояние. Мама пыталась подбодрить, сказав тем, что может отменить остаток отдыха и приехать, но я поспешила ее остановить. Мне нужна еще хотя бы эта неделя чтобы прийти в себя. Мелисса подбадривала тем, что скоро приедет. Вот приедет она и у меня тут разруха полная. Не отвертишься от ее расспросов. Я так и не сказала ей, что произошло. Все ее вопросы, направленные на отношения между мной и Филом, были благополучно мною проигнорированны. Мелисса молчала, что очень странно. Наверное, она составила целый список вопросов, когда явится сюда. И тогда я не уверенна, что смогу молчать. Мне очень хотелось высказаться и поделиться тем, что у меня на душе, я устала задыхаться от этих мыслей. Мне нужно их изложить, но я не хотела портить выставку Лисс. Она должна быть бодрой, а не такой вялой, как я. Но я чувствую, как только увижу ее - упаду в ее объятия. Мне они очень сильно нужны. Со дня на день она должна приехать и я еле провожу эти часы без нее. Мне так хочется обнять ее. Но тут такой бардак, мне следовало бы все убрать, но я не хочу. Мне плевать и на это.
А еще мне писал Джексон. Все зовет меня на свидание. Ну какое свидание? Я слышать и о парнях ничего не хочу. Феликс отбил все желание. Но Джексон был каким-то сильно настроенным. Он тоже понял, что у меня нет настроения и даже предлагал приехать. Поднять его. Ну нет.
Иногда были мысли, что Джексон не фальшивит. Если Феликс играл со мной, то Джексону я действительно нравилась. Ведь ему нет никакого дела играть со мной. Он искренен ко мне, не то что тот.
Но мне так не хочется думать ни о каких парнях. Мне хотелось им всем врезать.
Я спросила у Джексона как там мой дельфин и он отправил фото. Еще он сказал, что малыш скучает. Но вот такая я плохая, что сначала заслужила разбитое сердце, а сейчас наплевала на всех.
Я потянулась за конфеткой на полу и нашла ее. Открыла и положив в рот, стала жевать. Я за неделю превысила лимит сладкого за полгода. В моем доме уже не осталось практически ничего из них. Пачка шоколадных конфет с коньяком и одна банка арахисовой пасты. Ах, да, мне хотелось жестко выпить, но дома мы не держали спиртное. Поэтому я заполняла желание к спиртному - сладким.
Осталось протянуть немного. Я попрошу Мелиссу купить мне тонну сладкого, потому что я уже стала зависима от него и пару бутылок вина. А может мохито, а может все вместе. Выпить не помешало бы.
Я продолжила валяться на полу, заедая свою боль изнутри.
Феликс.
— Мистер Гарсия, завтра вы записаны на прием к психологу. Не пропустите,— переворачивала листы своего блокнота Ника, стоя напротив моего стола.
— Во сколько запись? — поинтересовался я, подписывая разрешение на покупку материалов.
— Вы просили записать вас к вечеру, мистер Картер ждет вас в шесть. Я отправила вам запись на прием на электронную почту. Там будет адрес,— проинформировала Ника.
Да, я попросил ее найти мне хорошего психолога. Эту неделю я сходил с ума. Я разрушил больше половины своего дома и только вчера у меня закончили ремонт и завоз новой мебели. Я даже заменил чертову плитку в своей ванной.
Я неделю ничего не слышал о Кэтрин. А смелости написать ей у меня не было. Она и не захочет мне отвечать. Я причинил ей огромную боль и сейчас в мою сторону скорее всего сыпятся проклятия. Осознание того, что она сейчас возможно плачет, страдает - сжимает мое нутро. Но лучше пусть она меня проклинает и посылает к самому дьяволу, чем я бы причинил ей физическую боль. У меня все костяшки пальцев в ранах. Это я бил плитку в четыре часа утра, потому что мне снова приснился сон. Мне надо было избавиться от злости и гнева и я стал ломать плитку в ванной, пока стоял под холодным душем. Так что Кэтрин в безопасности. Подальше от меня.
— Завтра утром у вас назначена встреча с клиентами, что заказывали проект на прошлой неделе через мистера Харриса. Они готовы внести полную сумму. Сказали что доверяют вам,— продолжила Ника,— в обед вы просили собрать инженеров в переговорном зале для обсуждения новых проектов и их распределения, после конференции вы просили меня подготовить отчеты за прошедший месяц и вы хотели провести проверку,— опустила она свой блокнот.
— Хорошо, спасибо, — поблагодарил я.
— Пожалуйста, мистер Гарсия. Вам принести кофе или чай?— стала она забирать остальные документы с моего стола.
— Кофе с молоком, пожалуйста.
— Пять минут.
Она стала двигаться к двери и я прокашлялся, заставив ее остановится у выхода.
— Ника, я бы хотел попросить, — обратился я к ней, откладывая ручку в сторону и скрепляя пальцы в замок перед на столе.
— Да, мистер Гарсия.
— Никто не должен знать, что я хожу к психологу,— со всей серьезностью в голосе произнес, я смотря на нее.
— Конечно, вы могли не беспокоится,— попыталась она улыбнуться.
— Спасибо,— сказал я и она кивнула и вышла.
Я доверяю Нике, за столько лет ее работы с Дареном она не выдавала даже мне его личные дела. Может, конечно, это было специально, чтобы я не подумал, что она может рассказывать о личных делах, но насколько припоминаю я не замечал такого, чтобы работники обсуждали позже все что было известно Нике. Так что да, я думаю она никому ничего не расскажет.
Я услышал стук каблуков по плитке за дверью, что приближался к моему кабинету, а после два женских голоса. Один Ники, другой...
Дверь в мой кабинет открывается и сюда влетает запыхавшаяся Мелисса. Ее прическа растрепанна; так как на улице сегодня дождь, то она была в пальто, которое не застегнуто и летает по сторонам; ее рубашка под пальто помята и маленький шарф-платок, обмотанный вокруг ее шеи, немного скрывает ее неухоженный вид. Выражение лица Мелиссы гневное, она готова вот вот бросится в атаку и сжечь все на своем пути. Не помню, когда последний раз видел ее такой. Что случилось? Она даже не предупредила, что приехала и уж тем более что заедет ко мне.
Со всей злости она поставила сумку на мой стол и облокотилась на него ладонями, гневно смотря на меня, прожигая во мне дыру.
— Мелисса? — позвал я ее и пытался приподняться, когда она, смотря на меня, пыталась отдышаться.
— Сиди на месте,— прогремел не менее гневный голос Лисс на весь мой кабинет и я остался сидеть на месте.— Какого черта, Феликс?
— Что? — я растерялся.
— Что случилось с Кэтрин? Что между вами опять произошло? — не отводила она от меня взгляда и все еще учащенно дышала.
— Ничего,— просто ответил я.
Понятно почему она пришла.
Кэтрин.
Кто бы сомневался.
Но теперь меня терзают вопросы: что с Кэтрин? Совсем все плохо?
— Не ври мне. Она неделю не выходит из дома. Неделю нормально не разговаривает. Это случилось с ней, когда она покинула твой дом. Что ты ей сделал? Отвечай мне!
Лисс стала повышать голос, но я пытался держать спокойствие. Хотя было очень тяжело.
— Я ничего ей не делал.
Она перевела свой взгляд на мои костяшки пальцев и ее взгляд больше потемнел.
— Что с твоими руками? Почему они такие?
Я слышал в ее голосе беспокойство.
Не думает же она, что я могу ударить Кэт...
— Мелисса, все в порядке.
Я не знал, что сказать, как успокоить ее, ведь я знаю свою сестру...
— Я не верю тебе. Феликс, черт возьми, ты что за идиот такой? Я молчала и пыталась не встревать в ваши отношения. Ты издеваешься? Она влюблена в тебя, а ты ведешь как мудак!
Это начинало меня злить. Мне уже тяжелее контролировать эмоции.
— С чего ты взяла эту чушь ? — сдвиг я брови на переносице, сжимая кулаки.
Пора заканчивать это. Если она переступила эту границу, она пойдет дальше. Она намерена поговорить со мной слишком серьезно и залезть в ненужный разговор.
— Это не чушь! Также как она влюблена в тебя, ты также влюблен в нее! — ударила она кулаком по столу.
Я вздохнул глубоко носом, плотно сжимая губы.
— Хватит нести это. Тебе все кажется.
— Мне ничего не кажется. Даже Дарен это заметил.
— Вам с Дареном надо прекращать видеть мир сердечками и спустится уже с розовым облаков,— повысил я голос и также ударил по столу.
Мелисса покачала головой.
— Ты влюблен в нее. Как хочешь отрицай это, но я вижу. Я твоя сестра и знаю тебя лучше всех. Я знаю твой взгляд и я вижу как ты смотришь на нее!
Я хмыкнул и со злости схватил бумаги и стал пытаться читать их, чтобы отвлечься. Они ничего не знают и я не хочу это рассказывать. Но если я не намерен говорить про свои чувства, значит нехрен лезть в них. Даже Мелиссе.
— Проверь зрение,— скривил я лицо и пытался вникнуть в документ.
— Не дерзи мне! Не смей разговаривать так со мной. Если ты не хочешь принимать правду, если ты не собираешься признавать свои чувства, я не дам тебе топтать ее чувства. Ты эгоист и живи со своим эгоизмом один. Не смей больше даже рядом стоять с ней. Не смей даже упрекать ее в чем-то. Не смей больше находиться рядом с ней! Закройся в своей комнате и наслаждайся своим эгоизмом! Ты меня разочаровываешь! Я просила тебя быть мягче с ней. Просила тебя не быть мудаком, но ты не хочешь этого делать. Я разочарована!
Я лишь молчал. Я выгляжу уродом в глазах окружающих меня людей и плевать. Пусть так считают все. Они давно держат меня в статусе мудака, мне не к чему привыкать. Только я знаю свои чувства. Также как и знаю, что сделал все правильно, отодвинув от себя Кэтрин. Я не достоин ее. Я всегда был для нее плохим и точка. Она не запомнит ничего хорошего во мне. А также мне важна ее безопасность и без меня она будет в ней.
— Надеюсь она быстро забудет тебя и найдет достойного парня. Я так мечтала, что она будет с тобой и мы породнимся с ней. Но ты просто разрушил все. Я много раз извинилась за тебя перед ней, но ты не исправим. Я зла и обижена на тебя, Феликс. Перестань так относится к женщинам. Перестань видеть женщину только во мне.
Я перестал делать это уже давно.
Мелисса начинала будить мой гнев. Он просыпался из глубины и вот вот готов вырваться.
— Кэтрин тоже девушка, она тоже заслуживает заботы и уважительного отношения. Как ты это не понимаешь?
Я все понимаю. Она заслуживает много. Она заслуживает хорошего. Не меня. Во мне нет ничего светлого. Я все понимаю. Кэтрин первая девушка, к которой я испытываю глубокие чувства и последняя, кем останется. В этом я уверен. На все сто. Даже если я изменюсь ради нее, стану хорошим, она все равно будет помнить мое конченное отношение к ней в начале. Не могу этого допустить. Хочу чтобы в ее жизни была светлость. Только свет. Без тьмы.
— Хватит! — поднял я глаза и грубым тоном обратился к ней.
— Я не понимаю почему ты противоречишь сам себе. Что с тобой?
— Со мной все в порядке.
Она вздохнула.
— Ты никогда не сможешь меня обмануть. С тобой что-то случилось. Ты хочешь отдалить ее от себя. Но в чем причина? Почему ты так жесток?
— Всегда был такой, — снова принялся читать документ.
— Нет. Я знаю какой ты бываешь. Не убеждай меня в другом. Я не буду давить на тебя, раз ты так хочешь стоять на своем, прошу об одном: оставь в покое Кэт. Однажды я смогла вернуть ее к жизни и надеялась, что она будет счастлива, но она снова впала в это состояние и я не думала, что причиной этого будешь ты. Я вытащу ее оттуда, но ты будешь держаться подальше от нее. Ты и понятия не имеешь что она пережила и я сейчас боюсь, чтобы она не впала в то состояние что раньше. Не трогай больше ее, Фил. Если ты захочешь поговорить со мной, если ты решишься рассказать мне свои чувства, я всегда рядом. Да, сейчас я разочарована в тебе и зла, но я хочу узнать мотив твоего поведения.
— Я уже все объяснил тебе,— не отрывал я взгляд с бумаг.
Я ничего не понял что прочел. Какой-то набор букв.
— А я уже сказала тебе, что не верю,— заключила она и взяла сумку, попутно поправляя себя.
— Как твоя выставка? — перевернул я листок, делая вид, что читаю и занят и мне абсолютно все равно на тему, что сейчас поднялась здесь.
Я должен убедить их всех в том, что у меня нет никаких чувств и не было.
— Я скажу тебе как только ты вернешь мне моего брата. Только тогда,— развернулась она и стала идти к выходу, цокая своими каблуками, приседая мне еще больше на нервы.
Но она остановилась за несколько шагов до двери и повернулась ко мне.
— Почему ты оплатил лечение ее матери и скрыл это?— спросила Мелисса, прожигая меня взглядом.
Я так и не ответил на этот вопрос ей тогда. Точнее ответил, но знал, что она не сочтет этот ответ убедительным для себя. Ответ был правдой на половину, вторую я скрыл.
И я снова повторил то, что говорил всем.
— Захотел, — пожал я плечами.
Захотел потому что я не хотел, чтобы Кэтрин было снова больно. Она потеряла отца, я не мог позволить чтобы она потеряла еще и мать.
Лисс снова вздохнула.
— Ответь мне честно на вопрос,— вздохнула она, но не смогла избавиться от напряжения.
Чувствую это пиздец а не вопрос.
— Ты с ней спал? У вас что-то было с ней? — серьезно спросила она.
Я напрягся и только лишь смотрел на нее, моргая.
— Значит ты с ней спал,— покачала она головой и закусила губу.
Я вижу, что она хочет спросить еще что-то и она решилась.
— Ты. Сделал. Это. Насильно? — запиналась она и отвернула взгляд, смотря куда-то в угол.
— Я мудак в ваших глазах, но не настолько,— лишь ответил я и тоже отвернул взгляд, немного злясь на ее такой вопрос.
Вот каким они меня видят. И так было всегда. Они легко поверят в то, что я не испытывал к ней чувства и то что я не влюблен в нее, если придерживаться такого поведения.
— Ты совершаешь ошибку, Фил. Если бы ты только знал, что она отдала тебе...
— Ты можешь не ходить вокруг да около и рассказать мне,— сделал я спокойный тон, но сказал так, чтобы наконец узнать.
Что случилось с Кэтрин?
— Если бы ты относился к ней серьезнее, если бы ты не поступал, как мудак, и не отвергал свои чувства, тогда бы она сама тебе рассказала. И ты бы все узнал. Но я тебе не собираюсь рассказывать.
Она повернулась к двери.
— Если надо, я отдам за нее свою жизнь, только чтобы она вернулась, была счастлива и светилась также, как в ту неделю. Когда мы все были словно одна семья
Полубоком она кинула недовольный взгляд в мою сторону и ушла, хлопнув дверью. Я только слышал как цоканье ее каблуков отдалялись.
И она теперь стала далека от меня.
Я могу быть спокоен. Я защитил их всех от себя. Мелисса не подпустит ко мне Оливию, а с Дареном я уж найду как разобраться.
Я решил отвлечься и погрузиться в работу, когда после нашего разговора с Лисс Ника принесла мне чашку кофе. Но не долго я был спокоен, в мой кабинет вошел Дарен и стал подходить к столу.
— Приветствую, чем занят? — спросил он, отодвигая кресло и садясь напротив меня.
— Только не говори, что Мелисса отправила тебя для слезливых разговоров по душам. Я не намерен этого делать,— сказал я, когда Дарен схватил пару документов и стал вчитываться.
— Не беспокойся, я не собираюсь подтирать за тобой сопли во время слезливых разговоров. Я знаю, что ты мудак и знаю обо всем. Мне просто надо провести где-то время. Лисс забрала машину и уехала к Кэт.
Я поднял на него глаза.
— Что ты знаешь? — выгнул я бровь.
Ухмылка поползла по лицу Дарена.
— Ты просто отстранил от себя ее и все. Причина этого - ты мудак. Разве не очевидно?
— Ты прав,— заключил я.
— Надеюсь карма не постигнет тебя.
Карма постигла меня, она приходит по ночам.
— Мне плевать.
Дарен лишь пожал плечами.
— Мелисса была всю неделю напряжена. Я боялся попасться ей на глаза, особенно последние дни. Кэтрин плохо отвечала ей.
— Ты сейчас так пытаешься скрытно меня проинформировать о Кэтрин? — исподлобья посмотрел я на него.
Дарен выдержал мой взгляд, но ничего не ответил.
— Я ведь знаю, что она тебе не безразлична, как знаю и то, что ты не в курсе что с ней. Ну вот, через пару часов и узнаем. Если, конечно, Мелисса не заявиться сюда с топором и не лишит тебя головы,— облокотился он на ладонь. — Жаль будет потерять такого друга и родственника.
Я решил игнорировать все провокации по счет разговоров о Кэт. Только так он перестанет меня провоцировать.
— Тогда я попрошу ее и твою душу отправить с собой на тот свет,— стал я ерничать.
— Боюсь нам не по пути: тебе вниз, мне наверх,— издал он смешок.
Я лишь закатил глаза.
— Ну так что, что ты тут разгребаешь? — снова поднял он листок.
— Покупка материалов. Проверяю отчеты и подписываю разрешения на закупку.
— Прогрессивно двигается дело,— осмотрел он стопку бумаг рядом со мной.
— На днях одни клиенты хотели, чтобы я работал совместно с одной фирмой по производству мебели. Те, которые пришли от тебя, — начал я, ставя свою подпись на бумаге и переходя к следующей.
— Какой фирмы? — отложил Дарен бумагу и потянулся за другой.
Я вздохнул.
— Джонсонов,— только сказал я, когда услышал шелест бумаги.
Я убрал документ в своих руках и смотрел на то, как Дарен со злым выражением лица сминал другой документ, который требовал моего изучения и возможно подписи.
— И что ты? — процедил он сквозь зубы.
Да, те самые Джонсоны, что подставили Мелиссу.
— Конечно, я отменил. Я не собираюсь ради денег идти против своих принципов,— стал я всматриваться в другой документ.
— Ни одна тварь из их поганного семейства не сунется в нашу сторону. Я перекрыл им доступ во все свои клубы и бары. Они вынуждены ездить в соседние города для этого. Если бы я смог вообще закрыть их предприятие.
Я вызвал Нику и она сразу же зашла.
— Да, мистер Гарсия?
— Ника, перепечатай мне документ,— указал я рукой на смятый шарик на столе у рук Дарена.
— Конечно,— она двинулась к столу и Дарен протянул ей сверток. — Что-то желаете, мистер Харрис? — спросила она у него, улыбаясь.
— Нет, нет, спасибо,— откинулся он в кресло и поднеся палец к губам, стал раскачиваться.
— А вам, мистер Гарсия? Повторить чашку кофе? — повернулась она ко мне.
— Нет, спасибо,— отмахнулся я и услышал ее шаги к двери.
Ника вышла.
Дарен поднялся с кресла и двинулся к моему мини-бару. Обычно он был пуст или заполнен одной бутылкой рома или коньяка, или соками. Но я уже неделю заполняю его несколькими бутылками разного алкоголя, от виски до текилы. И парочкой баночек сока.
— Ты будешь? — спросил он меня, задерживая руку над бокалами.
— Да,— быстро ответил я.
Мой организм нашел расслабление в алкоголе. Он прогоняет мою напряженность, которая сейчас присутствует и в Дарене. Я вижу как натянулся его пиджак на плечах и руках.
Дарен схватил два бокала и стал открывать холодильник, после чего присвистнул.
— Да у тебя тут выбор не хуже чем в одном из моих баров,— удивленным голосом произнес он. — Чего ты так затоварился? Подсел на алкоголь?
— Расслабляет.
— Еще бы, такое количество. Не втянись,— взял он бутылку виски и стал подходить к столу.
Такими темпами, какими я употребляю и сколько, у меня такой исход событий: я сопьюсь, стану алкоголиком, лишусь работы и фирмы, и подохну. Или поймаю шизу, поэтому я обратился к психологу. Думал смогу сам, но нет. С каждым разом все тяжелее.
— Не переживай. У меня все под контролем. Как там с выставкой у Лисс? — все же поинтересовался я.
Хоть это позволил себе, не мог оставить это без внимания. Она же моя сестра.
А также разгоню напряженное состояние Дарена.
Дар стал разливать виски и придвинул бокал мне. Я знал, что его напряг разговор о Джонсонах и пожалел что вообще закинулся об этом. Но это пожелали клиенты, которых он мне прислал, они могли ему рассказать сами.
— Отлично, заняла второе место. Немного расстроилась, но уже все забыла. Она отлично выступила. На выигрыш хочет обустроить один зал для занятий в своей школе.
Я кивнул.
Горжусь ею. Настоящая Гарсия, хоть и под фамилией Харрисов.
Ника занесла мне документ, что сжал Дарен и мы стали вместе работать над ними. Это облегчало мне работу. Я уже измучен мыслями, мне хотелось скорее свалить домой.
И мне хотелось узнать как она.
Если понравилось глава, ставьте звездочку🥹⭐️❤️