Часть 27
Из соседней комнаты слышны тихие шажки, скрип мебели и сбивчивый шепот. Миньярды переглянулись, и Аарон подошёл к двери, прислушиваясь. Римма напряжённо прижимала кулёк с вещами к груди и смотрела на брата.
«Почему же всё опять, не слава богу?!»
Волнение покалывало кончики пальцев и заставляло руки и ноги покрываться гусиной кожей. Тревожные мысли окутали разум молочной пеленой и безжалостно подкидывали самые ужасные сценарии развития событий. Все чувства сконцентрировались в точке под сердцем тяжелым стеклянным шариком, который больно перекатывался в груди, натягивая нервы до предела.
Любые ощущения, будь то холод половиц или запах пыли в углах, отошли на второй план, оставляя в поле зрения только дверь, за которой доносились тихие голоса и визг старой лампочки.
Вдруг Тильда отправилась в полицию, чтобы найти детей? Да нет, Тильде бы не хватило ни ума, ни выдержки, да и в угашенном виде она в участок не пойдет. Как минимум хочется на это надеяться. А вдруг кто-то из соседей заметили детей или услышали крики и позвонили в полицию? Тоже вряд ли, в этом районе вообще полицию не жалуют.
Девочка пыталась успокоиться, но недосып и перенасыщение впечатлениями слишком раззадорили глубоко подавленные страхи.
Бледный Аарон, чьи зрачки внимательно расширились в темноте, сосредоточенно прислушивался, стараясь держать Римму за собой. От нервов у него уже начинал дергаться глаз, и он мог поклясться, что за эту гребанную ночь в белокурых волосах появилась седина. Было ли ему страшно? Еще бы! Но теперь он не мог себе позволить боятся так, как он боялся раньше.
Грозно нахмурив брови, парниша приоткрыл дверь, готовый схватить сестру в охапку и бежать в ту же секунду. Аарон вновь подумал, что было бы неплохо иметь свой настоящий дом где-то на отшибе мира и быть там полноправным хозяином. Ореховые глаза внимательно посмотрели на притихших присутствующих в теперь открытой комнате.
Плечи блондина расслабились, и он выдохнул:
- Все в норме, это Селия.
****
Беспокойные глаза женщины впились в детей пронзительным взглядом, полным смятения и паники. Такой знакомый и такой отвратительный вид зеленых, синих и фиолетовых пятен синяков заставлял сердце делать болезненный кульбит. Как же она могла не заметить раньше? Неужели она такая же, как все те, кого она проклинала раньше за безразличие? Почему она даже сердцем не почувствовала чего-то очень дурного?
У обоих малышей не было затравленного взгляда, они не говорили о маме плохо, они не часто носили закрытое, они не боялись шума или ей казалось, что всего этого не было?
Селия лихорадочно начала вспоминать любые моменты с детьми и увидеть там хоть какие-то намеки, которые она могла упустить. Но если не знать, куда и когда смотреть, то ничего и не найдешь. Так и Селия, несмотря за свой плачевный опыт, могла что-то пропустить и не увидеть, как и любой человек.
Но сейчас женщина корила себя, а паника и сожаления раздирали сознание, как плесневелый сыр на ржавой тёрке. Воспоминания, которые она пыталась стереть и вытравить из себя хорошей жизнью, тасовались в голове, как самые дурные карты, которые уже давно надо было сжечь.
Глубокие темные глаза вдруг посмотрели на лицо Риммы, но не увидели её. Они видели маленькую дочку Селии. Ту, которую так хотелось защитить и ради которой она жила почти всю жизнь.
Селия не сможет забыть то, что сделало её тем человеком, которым она является. Как бы она не склеивала свое сердце, болезненные трещины и память останутся.
Она почувствовала, как шум в ушах сменился до ужаса знакомым голосом ублюдка, от которого кровь стыла в жилах, а в висках пульсировала злость. Прохлада ствола, приставленного по лбу в порыве ревности "супруга", ощущалась фантомным давлением в черепной коробке. Кости трещали, кожа вновь покрывалась синяками, а сама Селия вновь стала юной девушкой с малышкой на руках, которая так же бежала босиком из ада, чтобы потом вернуться в него через несколько часов.
Она не сможет забыть. Даже когда её волосы поседеют, лицо покроется глубокими морщинами, а взгляд станет мутным, она будет помнить. И если по старости её накроет мгла деменции, она будет помнить. Её тело и душа будут помнить. Её уши, её глаза, её пальцы будут помнить. Эта память навсегда выжжена в её сердце. Она въелась в само её нутро и не выветрится, сколько лет бы она не дышала свежим воздухом свободы.
Зыбкая и хрустящая крошка льда обжигало внутренности виной и глубинным одиночеством, которое Селия чувствовала еще совсем юной с младенцем на руках. Вдруг зрачки, чуть подрагивая, расширились.
Шрам над светлой бровью, вдруг из незаметного последствия детской игры стал доказательством слепоты всех вокруг. Клубок мыслей начал раскручиваться и путаться с бешеной скоростью. Это бутылка? Кулак? Край стола? Лезвие? Откуда этот чертов шрам?
Ледяными сотрясающимися от сдерживаемой паники пальцами женщина аккуратно взяла руки Аарона и почувствовала искривления, которые не должны быть ни у кого, кто не сталкивается с насилием.
Дыхание сперло. Будто в гортани застряла игольница или осколки битого стекла. Взгляд черных глаз метнулся на девочку, сжимавшую край футболки брата своими маленькими пальчиками. Весь вид этого ребенка напоминал бродячую кошку, у которой над головой поднялась злая страшная рука, которая вот-вот схватит за шкирку и кинет в темный холодный подвал.
Фантазию Селии уже нельзя было остановить. В носу начало неприятно колоть, а взор застелили наступающие слезы. И опять перед глазами мельтешило такое родное и знакомое лицо.
«Доченька...»
Селии казалось, что она вновь смотрит на свою малышку не в силах её защитить. Женщина лихорадочно захватила Римму в объятия, а после притянула Аарона, который неуверенно поморщился, но, увидев дрожащие плечи, недоуменно воззарился на сестру и разрешил себя обнять.
Темные кудри с редкой сединой спрятали смуглое лицо. Селия решила скорее взять себя в руки, чтобы не напугать детей еще больше, хотя это слабо получалось.
Серые глаза Риммы не выражали никаких эмоций, прилив адреналина вновь спал, окончательно выбив все силы этими качелями. Девочка поджала бледные губы и безучастно погладила женщину по плечу, пытаясь хоть как то повлиять на Селию. Сейчас блондинке было плевать на всё. Она смертельно устала. Хотелось впервые за последние месяцы или даже годы почувствовать себя в безопасности. Хоть раз чувствовать спокойствие и не волноваться за чувства окружающих. Как минимум не быть ответственной за чувства взрослого человека.
Осталось только одно русло, в которое Римма считала приемлемым тратить энергию сейчас – её семья. Странная смесь из эмоций высасывала все силы без остатка, оставляя только раздражение или безразличие.
Блондинка обвела потухшим взглядом комнату и, найдя мадам Жюли, вопросительно кивнула в сторону Селии. В ответ же француженка развела руками.
Римма вздохнула и сомкнула веки. Звук вздоха, который сорвался с самой глубины гортани, будто бы выдернул Селию из омута воспоминаний.
Испанка быстро вытерла слезы и начала нервно осматривать детей, замечая все новые и новые детали, которые отзывались болезненными ёканьями в сердце.
«Как все вокруг могли быть такими слепыми?»
Резким движением женщина смахнула со скул дорожки слез и прокашлялась, сжав губы.
- Почему... Нет. Как долго это продолжается?
Аарон сдавлено фыркнул:
- Сколько я себя помню.
- Еще кто нибудь знает о вашем положении? – отозвался скрипучий голос мадам Жули, которая сцепила пальцы и поставила на них дряблый подбородок.
- На сколько я знаю, нет, но, возможно, один человек догадывается, хотя прямо пока не спрашивает.
Аарон сложил руки на груди. Он пару секунд перебирал моменты, в которые его нутро визжало о том, что его маска нормальности трещит по швам в глазах окружающий, и немного нахмурился.
- Или не один... Скорее догадываются, но либо игнорируют, либо не лезут без спроса, без разницы.
- Bien... Допустим. У вас есть куда идти?
Дети переглянулись и в одинаковой манере подняли бровь, как бы говоря «А что мы по вашему тут делаем?». Отличие заключалось только в том, что Аарон смотрел с какой-то печальной иронией, будто все еще стыдясь своего положения, а Римма смотрела с некоторым раздражением человека, которого конкретно все достало, особенно "риторические" вопросы. Нет, они, конечно, могут быть к месту, но все же...
«Лучше бы уже к делу перешли. Причем активному» - мысленно фыркнула младшая.
Селия, поняв "тонкий" намёк, помассировала переносицу и громко втянула воздух носом, раздув ноздри. Взбушевавшиеся чувства застелили разум плотным дымом, но женщина снова постаралась взять себя в руки.
- Короче... Вы же не хотите возвращаться туда? Ну, в смысле домой?
Римма безразлично махнула рукой и чуть ли не легла в объятия мадам Жюли. Мягкими сухими руками француженка обхватила девочку и усадила её к себе на колени. Ребенок тут же обмяк окруженный человеческим теплом и давно забытым обволакивающим запахом, который присущ, кажется, всем бабушкам.
Старший Миньярд расслабил руки и шагнул к сестре. Его шершавая от мозолей ладонь опустилась на макушку маледшенькой и ласково провела по, таким же как у него, светлым и растрепанным волосам.
- Нет. Но у нас нет другого выбора. Вернемся, восстановим дверь и сделаем её крепче. И нет, - одернул блондин Селию, которая уже было открыла рот. – Не нужно говорить о том, что мы просто дети и вы все решите. Я не маленький ребенок.
Звук постукивания аккуратных ногтей испанки по рассеченному трещиной стеклу стола громыхал в абсолютной тишине комнаты. Напряжение ощущалось тонким слоем высохшей глины на коже, а каждых вдох был наполнен смогом общей боли. Молчание прервал скрипучий и глубокий голос, дополняющийся легким французским акцентом.
- Чтож... Присядь пожалуйста, и давай поговорим. Серьезно и по делу. По-взрослому.
Аарон несколько секунд просто смотрел на стул, придвинутый к нему Селией, затем перевел взгляд на Римму, а следом и обнимающую её мадам Жюли. Та убаюкивающее покачивала девочку на своих руках и прижалась губами к виску сероглазки, на котором прятался белесый шрам.
Ореховые глаза медленно сомкнулись на жалкую минуту, хотя это показалось вечностью.
Довериться или все же позволить себе принять хотя бы факт своей беспомощности перед его проблемой?
.
.
.
.
....
.
.
.
.
Подумав еще пару секунд, парень сел за стол и сложил руки в замок перед собой, готовясь впервые в открытую быть «взрослым».
____
Тг Автора: https://t.me/vitrajnieskasi