Египтус: Хрупкое равновесие

Наконец-то настало, то долгожданное время, которого ждёт каждый египтянин в стране, от фараона до бедняка. Великое ежегодное событие.

Упет-ренпет – период разлива Нила и начало Нового года.
(Начинался этот период примерно с конца июня или конца июля)

Уже смеркалось. Хатхор и Уаджит усердно приводили себя в порядок перед торжеством.

– Если у меня получатся неровные стрелки, я сегодня кого-нибудь убью. – говорила богиня любви сидя перед зеркалом и подводя глаза тонкой кисточкой. – И самое главное, весь Пантеон соберётся, напьётся и через время, каждый уедет обратно в свой храм и ном(район/город). Омбос, Фивы, Саис...

– Потому что люди приходят к нам, подносят дары и ждут от нас благосклонности и помощи. – богине царей очень нравился этот праздник, семейный и дружный, полный счастья и веселья. Ей было приятно, когда царская семья посещала её храм, восхваляя одну из своих любимых защитниц. Молились, одаривали её, а богиня, если ей того захотелось, могла предстать пред ними и выразить слова благословения. А ещё Уаджит любила, когда фараоны привозили с собой маленьких детей и внуков, с которыми она втихую могла пообщаться и поиграть, пока взрослые совершали молебны.

– Ну, как сказать, твой храм в Буто посещает только семья фараона. Тебе проще, ты никогда не видела набитый людьми храм. А с другой стороны, чем больше народу, тем интереснее, шум, танцы, музыка! Это так весело! – задорно и легко произнесла Хатхор, предвкушая поездку обратно в Дендер.

– Но ты ведь вернёшься в Чертог?

– Не раньше, чем закончится разлив. А ты кстати не боишься, что твой храм затопит?

– Не беспокойся, для меня в этом нет проблемы.

– Как скажешь. – Хатхор закончила краситься и украшать свои рога разными браслетами. Поэтому с хитрым выражение лица она повернулась к подруге и спросила. – А, как вы с Эксатоном планируете отпраздновать?

– Мы с этим до конца не определились. – Уаджит чуть помедлила с ответом, задумываясь.

– Слушай, меня вот какой вопрос интересует. – она села в расслабленную позу, закинув ногу на ногу и с прищуром смотрела на подругу. – Вы встречаетесь уже сколько? Месяца четыре? И ты говоришь, что у вас ничего в постели не было?

– Не было. – лицо девушки порозовело, она немного засмущалась, но ответила. – Просто... я ведь без мамы росла, папа всегда меня оберегал, воспитывал и очень беспокоился. Он говорил, что тело моё неприкосновенно и позволить к себе прикоснуться, я должна только тому, кого искренне полюблю и тому, кто так же будет любить меня.

– И ты его нашла, так? – Хатхор улыбнулась уголком губ наклонив голову чуть в бок.

– Так, но я пока не готова и Экс это понимает и не настаивает. – зная его характер, девушка боялась, что он будет наседать на неё и уговаривать, но когда этот разговор всё же возник, то после первого "нет" Эксатон к ней прислушался  и дальше поцелуев у них не доходило. Уаджит было приятно это понимание.

– Ха-ха! Ого, это ты так его надрессировала? – рассмеялась богиня любви, даже немного не веря словам подруги.

– Нет никакой дрессировки, это обычное взаимопонимание и уважение. – Уадж широко, но лукаво улыбнулась, вскинув бровь. – А теперь, поговорим о тебе, Хат.

– Что ты имеешь в виду? – с непониманием спросила Хатхор.

– Я про то, что Гор в тебя влюблён. Разве ты не заметила?

– Заметила. – дочь Ра как-то опечалилась, отведя взгляд. – Гор, мне очень нравится, но я так давно никого не любила. В плане нечто большего, чем секс.

– Этому есть причина? Хат, ты всегда можешь положиться на меня и излить душу, но я тебя никогда не будут принуждать. – Уаджит заботливо притронулась к её плечу.

– Спасибо. – кивнула она накрыв её ладонь своей, решая рассказать свою проблему. – Я никогда и никому не рассказывала об этом. Очень давно, мне было приблизительно лет триста. В мой храм каждый день ходил один молодой парень. У него умерла любимая, прямо перед свадьбой и каждый день, он приходил и говорил, как ему больно: в сердце, в душе. Он просил либо забрать его не имеющую смысла жизнь богам, либо послать ему новый смысл, новую любовь. Его звали Бэк. И в один из дней, я вышла к нему. Мы полюбили друг друга, очень крепко и нежно. Но ты ведь знаешь закон, богам запрещено быть со смертными, а если вдруг дети родятся, это ещё ужаснее. Этого бога ждёт страшное наказание. – Хатхор всхлипнула, стараясь не заплакать. – Но, я ничего с собой не могла поделать! Я любила! А потом, он вдруг перестал приходить, как оказалось, он умер от укуса скорпиона. И в этот момент, я замкнулась в себе, стала пытаться заглушить свою боль с помощью алкоголя и беспорядочных половых связей со всеми. Это в каком-то смысле помогало, но мне до сих пор больно об этом вспоминать. С тех самых пор, я не влюблялась. Из-за этого часть моих сил ушла. Ведь, когда бог всецело отдаётся тому, чем он повелевает, то и силы его возрастают. Я–богиня любви, потеряв любовь и перестав любить, я стала слабее. Мне кажется... что тоже самое я ощущаю к Гору. Он такой хороший, добрый, храбрый, верный, не хочу зря давать ему надежду, не хочу ранить.

– Мне очень жаль, Хат. – Уаджит обняла Хатхор, поглаживая её по голове и рогам. – Ты должна всё обдумать, разобраться в себе и поговорить с ним. Как мне кажется, с Гором ты снова сможешь ощутить любовь и счастье.

– Я попробую. – девушка сделала дыхательную гимнастику и резко встал со стула. – Так, нельзя раскисать, а то у меня тушь потечёт. – Хатхор посмотрелась в зеркало, убеждаясь, что с её внешнем видом всё в порядке. – Сегодня такой знаменательный и праздничный день! Надо быть повеселее! Пойдём скорее, а то ведь пропустим!

****

В покои Кефера постучали, зашли Гор и Эксатон.

– Что брат, решил обновить церемониальные наряды? – спросил старший брат, усмехнувшись и скрестив руки на груди.

Все трое одеты так, как подобает на празднике принцам. Гор был в чисто-белом одеянии, Эксатон в кромешно-чёрном, а Кефер в небесно-синем, у каждого за плечами развивался длинный в пол плащ. Сопровождались их образы золотыми украшениями: браслетами, усехами и перстнями.

– Я решил сделать подарок одной девушке. – решил сказать Гор и моментально порозовел.

– И кто же эта счастливица? – ухмыльнулся царь Дуата.

– Хатхор. – выпалил бог неба.

–  Будем делать ставки через какое время он повесится после её отказа? – обратился старший брат к младшему. – И не беспокойтесь, все заботы о похоронах, я беру на себя. – говорил бог Загробного мира едва сдерживая смех.

– Эксатон! – возмутился Кефер.

– Что? – продолжал стебаться старший принц. – Гор, она тебе откажет.

– А если нет? Почему ты так в него не веришь? – недовольно спросил Кефер.

– Боже! Кефер! Ты четыре месяца  назад, как уехал в свою Гезир, вернулся и теперь вечно хмурый и чем-то недовольный. Просто из нас троих я знаю её лучше и даже не потому что разок переспал. Она не хочет выходить замуж и не хочет детей.

– Я всё равно попытаюсь! – смело заявил сын Осириса.

Эксатон посмотрел на него как на придурка и добавил.

– А... ну удачи. Сегодня будет много алкоголя и будет, чем запить твоё горе. – продолжал язвить бог смерти.

– Заткнитесь и идите, нам уже пора. – сказал Кефер, вытолкнув братьев из своих покоев.

****

В Золотой Чертог всё прибывали и прибывали боги. Все они были разного ранга и у каждого были разные способности и принадлежности к чему-либо.

Весь Египет ждал, пока великая звезда Сопдет(Сириус) окажется в зените, а Нил наполнится водой так, что будет похож на море.

Проходящая сквозь толпу богов Уаджит была одной из узнаваемых, благодаря своему внешнему виду, а точнее головному убору.
На ней была надета корона Нижнего Египта–Дешрет.

Под этой высокой короной богиня уложила и спрятала свои чёрные волосы.
И платье на девушке надето такое же необыкновенное и красивое как она сама.

Уадж кто-то тронул за плечо, она обернулась и увидела Нехбет, на ней была надета белая корона Верхнего Египта–Хеджет.

– Бет! Рада тебя видеть! – воскликнула дочь Птаха, увидев родную сестру.

Нехбет радовалась не меньше.

– Я тоже! Как же могла не придти? Я всё никак не могу найти папу и Сехмет. Не знаешь где они?

– Папа там в компании Ра и Осириса время проводит, а Сехмет не знаю где. – пожала плечами девушка, улыбаясь сестре.

Хранительница Верхнего Египта кому-то помахала рукой и жестом подозвала. Уаджит увидела идущую к ним Сехмет и напряглась.

– Здравствуй, Нехбет. – сухо ответила львица, метнув быстрый взгляд на младшую сестру.

– И тебе привет, Сехмет. – также отрешённо говорила с ней Уадж.

– Ну вот, все сестрицы в сборе! Пойдёмте! – радостно говорила старшая, ведя остальных за собой.

Нехбет прошла чуть дальше, а Уаджит за ней, но когтистая рука Сехмет остановила её.

– Всё из-за тебя! – оскалившись говорила средняя сестра. – Ты увела у меня Эксатона!

– Не трогай меня! – огрызнулась богиня змей высвободив руку из львиной хватки. – Мы уже это обсуждали! Я не знала, что вы на тот момент были вместе! Эксатон тебе всё сказал сам! Отстань от меня наконец! – она выплюнула все эти слова ей в лицо и ушла. Злая на сестру Уаджит даже не сразу заметила, как её окликнул отец. Птах взял дочку за плечи и мягко повернул к себе.

– Дочка ты чего? Никак рассеянная, зову тебя, а ты и не слышишь. – улыбался он дочке. – Ладно, пойдём.

Уаджит решила не спрашивать куда именно её ведёт отец, просто послушно пошла за ним следом.
Они подошли к Ра, Эксатону, Кеферу и Нефтиде. Владыка Египта ударил посохом об пол и все до единого обратили внимание на царя.

– Боги Египта, да свершиться этот знаменательный день. Великая звезда взойдёт над нами и да окрасится она в цвет Нила, дабы счастливо и урожайно прошёл этот год у людей и богов. Пусть мой младший сын Кефер, наполнит реку водой и разольёт её по всему Египту. – закончил своё заявление Ра и боги радостно захлопали.

Кефер пошёл к открытому балкону, все расступались на его пути. Принц возвёл руки к ночному небу, появились тучи, затем гром и постепенно стала капать вода, которая наращивала свою мощь. И где-то в городах люди ликовали, кто-то под дождём бегал, кто-то по домам прятался, а Нил всё рос и рос, выходя из берегов, наполняя поля питательной водой. От наводнений египтяне строили мощные платины и водохранилища.

Зал был полон ликования.
К царской семье подошёл Бес.

– Ваше Величество, вы истину глаголете, да будет так! – воскликнул восторженный бог, держа кубок с вином и слегка подпрыгивая от радости.

– И тебя с праздником, наш дорогой весельчак, Бес. – улыбаясь говорила Нефтида.

Бог веселья чуть поклонился в знак почтения и ушёл освещая праздник своей улыбкой и настроением.

Уаджит подошла к любимому и взяла за руку, прильнув к нему.

– Я скучала. – она встала на носочки и поцеловала его в щёку.

– Мы ведь виделись вчера.– улыбнулся принц приобняв её за талию. На этот жест недовольно среагировал Урей. – Эй, чешуйчатый, не надо на меня тут шипеть, мог бы уже привыкнуть, что она теперь не только твоя.

– Хи-хи. Ну, что поделать? Он очень ревнивый и видимо не хочет делить меня с кем-то. – хихикнула богиня, погладив змея по носу, усмиряя.

– Ох, как я его понимаю. – юноша наклонился к уху Уадж, прошептав. – Я тоже не хочу тебя ни с кем делить. Урей–исключение. – он сузил глаза, словно довольный кот и оставил короткий поцелуй на её шее, поглаживая тыльной стороной пальцев вдоль позвоночника.

Уаджит вздрогнула, по спине пробежался табун мурашек, ей нравились его прикосновения, но она решила не таять, как снег под весенним солнцем, а взять себя в руки.

– Ну знаешь, я тоже приревновать могу. К Сехмет... например. – сказала девушка, наблюдая за дальнейшей реакцией бога смерти, тот измученно закатил глаза и ответил.

– Уадж, это старая песня. Она сама себе внушила эти серьёзные отношения.

– Я тебе верю, просто сегодня она снова затронула этот разговор.

– Давай забудем про всех и уйдём, туда, где будем только мы. – царь Дуата встал за спиной девушки, оставляя одну руку на талии, а второй взял за кончили пальцев, приподняв, потом медленно и аккуратно увёл в сторону.

– Было бы неплохо, но во дворце сейчас нет такого места. – она покрутилась, встав перед ним лицом и смотрела в его алые глаза.

– А я говорю не за дворец. – хитро улыбнулся принц. – Закрой глаза и доверься мне. Это сюрприз.

Девушка доверилась ему, она закрыла глаза и уткнулась носом в его широкую, мужскую грудь. В руке Эксатона появился уас их обоих окутала чёрная дымка и они исчезли.

1965 слов