Эпилог 2
Шесть месяцев спустя...
- Деталь один соединить с деталью два стянув конфирмантом, - читает Даша, хмурясь.
- Логично, - кивает Ярик, оглядываясь. - Про один и два. Ты видишь первую?
- Полагаю это изголовье. Если верить рисунку. А два? И что такое, мать твою, конфирмат? - спрашивает Даня почесывая висок кончиком того самого конфирмата.
- Шуруп, который у тебя в руке, балда, - пихает друга в плечо Ярик.
Я прикрываю рот ладошкой тихонько прыская от смеха. Благо мужчины этот смешок не слышат, увлеченно изучая всю глубину инструкции по сборке детской кроватки. Это выглядит забавно. Особенно растерянное выражение лица Милохина - живое воплощение фразы: смотрю в книгу вижу фигу. Прелесть.
- Нашел вторую, - бурчит мой муж.
- Отлично. Ставим и крутим, - командует Ремизов.
О, кажется дело сдвинулось с мертвой точки?
А, нет, упс. Что-то трещит и падает...
Мужчины делают новую попытку. Но на этот раз промахиваются с деталью. Не то прикрутили, и не туда. Третья тоже не увенчалась успехом. Шуруп, неожиданно отрекошетив, едва не прилетает Ярику в лоб. А спустя полчаса у этих красавцев идеально владеющих клюшками, но хреново инструкциями получается что-то, что мало походит на каркас будущей кроватки.
Я качаю головой, привалившись плечом к дверному косяку в детской. Интересно, как быстро им надоест возиться самим? У меня наготове уже номера, как минимум, трех фирм, где можно вызвать "мужа на час".
Слышу как в коридоре хлопает входная дверь. Оглядываюсь, улыбаясь:
- Приветик!
- Привет, - машет мне Релька, скидывая пуховичок и ботинки. - Бр-р-р, какая на улице холодрыга! Еле вытащила Ральфа на прогулку, представляешь? - стягивает с головы шапку и идет ко мне. - Даже наш любитель снега смекнул, что сегодня можно запросто отморозить себе хвост. А ты чего тут стоишь? - спрашивает, чмокнув меня в щечку.
- Вон, - киваю головой на наших мужчин.
- А-а-а, - тянет Ава, - о-о, а что они делают?
- Собирают кроватку, - пожимаю плечами я.
- Сами? - интересуется с изрядной долей скепсиса сестра.
- Представляешь.
- Давно?
- Кажется, м-м, - бросаю взгляд на наручные часы, - уже часа полтора возятся.
- Прости, что ты говоришь собирают? Кроватку? Тогда почему эта конструкция больше похожа на шкаф? Плохой, косой шкаф...
- Не мне одной кажется, что они делают что-то не так, да?
- Определенно. Знаешь, наши мужчины очень талантливые хоккеисты, но столяры из них весьма посредственные, - задумчиво произносит сестренка.
- Очень на то похоже, - поддакиваю я.
- Мы вас слышим, вообще-то, - оглядывается Ярик, отрывая взгляд от зажатой в руках инструкции. - И, давайте будем объективны, все не так уж и плохо. Привет, Птичка.
Аврелия кокетливо посылает мужу воздушный поцелуй.
- Привет, родной. Не обращай внимания. Мы вас любим. Даже таких.
- Каких это таких? - спрашивает Милохин одаривая уже меня возмущенным взглядом.
- Любых. Любим вас любых! - нахожусь я. - Детка, может все-таки вызвать мастера по сборке мебели, а? Один звонок и...
- Мы сами справимся! - в унисон выдают Ярослав с Даней и снова переключают свое внимание на злосчастную детскую мебель. С умным видом кружась вокруг оставшихся в коробке частей и деталей, явно плохо понимая, что следует прикручивать дальше.
Бедное дерево, я слышу как оно молит о пощаде.
Мы с Авой переглядываемся.
- Чаю? - предлагаю я.
- Спасибо, не откажусь, - кивает она.
Мы топаем на кухню, что находится в противоположной от детской комнаты части квартиры. Сестренка с улыбкой оглядывает обстановку нашего с Милохиным нового семейного гнездышка. Кстати, расположенного в том же ЖК, что и квартира Ремизовых.
Да, вы не ослышались, наши дома разделяет буквально один двор. И мы вполне можем гонять друг к другу в гости в пижаме и домашних тапочках. Нет, не в декабре месяце, конечно. Но в целом это не может не радовать мою тревожную, вот-вот готовящуюся стать матерью, натуру. Первые месяцы материнства мне жизненно необходимо будет присутствие рядом знающего человека. И лучшей кандидатуры, чем сестра - не придумаешь.
Это все так страшно и волнительно одновременно.
Я провожу ладонью по прилично округлившемуся животу. Даже не верится, что до нашей встречи с малышом осталось чуть больше четырех недель. Когда успели пролететь остальные?
- У вас здесь очень уютно, знаешь? - хитро улыбается Аврелия.
- Знаю, - улыбаюсь я. - Над проектом работал классный дизайнер.
- Насколько классный?
- Самый лучший в Москве.
- О-ой, да прекрати, - отмахивается смущенная Ава.
Я оглядываюсь на сестру, подмигивая. Мы с Даней приобрели эту квартиру три месяца назад и сразу же затеяли ремонт. Мне то было, откровенно говоря, все равно какого цвета на стенах обои и линолеум на полу. Главное, чтобы чистенько. Но Милохин задался целью свить свое гнездо от и до. И, какое счастье, что в нашей семье есть человек с чувством стиля и отменным вкусом. А еще знанием фотошопа и основ колористики.
Да, вы опять правильно поняли. Это Ава разработала нам с Милохиным дизайн-проект квартиры. От цвета стен до самого маленького светильника. Целых два месяца мы, под чутким руководством сестры, дотошно выбирали отделочные материалы и заказывали мебель. Мы обошли, кажется, все возможные в столице бутики и салоны. Обставляли квартиру не забывая даже про самые незначительные детали.
Результат превзошел все ожидания!
Апартаменты превратились в квартиру мечты. Во что-то волшебное, словно с картинки модного журнала. Но особое место в моем сердце занимала наша с Милохиным спальня, откуда открывался самый потрясающий вид на город. Я могла залипать у окна часами. Без шуток! Мой заботливый муж даже купил мне кресло-качалку, в которое я частенько забиралась, укрывшись пледом, с мурчащим на коленях Хаси и дремлющим, похрюкивающим у ног Питти, наблюдать за перемигивающимися в ночи огнями столицы. Это хорошо успокаивает нервы. Не пробовали? Попробуйте.
- Я серьезно, - говорю я, включая на кухне свет, - если однажды у тебя на заладится с иллюстрациями, ты можешь открыть собственное агентство. Отбоя от клиентов не будет.
- Я подумаю. Неплохая идея для стартапа.
Я ставлю чайник закипать. Ава достает из холодильника торт и тарелки из шкафчика над раковиной. Педантично нарезая медовик на кусочки, Релька спрашивает как бы мимоходом:
- А что с твоим?
- С моим чем?
- Стартапом.
Я в непонимании оглядываюсь на сестру, зависая с заварником в руках.
- Я про барбершоп, - поясняет она. - Помнишь, по весне ты хотела в столице открыть свой? Даже помещение присматривала в центре...
- А-а, это! Пока ничего. Сначала мне было финансово не по карману, а потом все так закрутилось. Кубок Дани, наша свадьба, квартира, ремонт, сейчас уже вот-вот и меня в роддом откомандируют. В общем, понятия не имею куда в такой плотный график впихнуть открытие собственного мужского салона. Салон в нашем городе, под чутким маминым руководством, приносит какой-никакой доход, и ладно. Хотя там тоже уже пора бы сделать небольшой ремонт.
- М-м, - тянет сестренка, расставляя тарелки с тортиком на обеденном столе, - тоже верно. Но ты же знаешь, что если попросишь Милохина, он тебе с радостью поможет? А то и сам все организует.
- Знаю, конечно. Но и ты знаешь, какой у них плотный в этот сезоне график игр, - закатываю глаза. - Этот засранец либо на выездных сериях, либо пропадает в ледовом. И небольшие остатки его свободного времени я предпочитаю занимать другими приятными вещами, - поигрываю бровями.
Ава смеется.
- Ясно, все с вами. Продолжаете спариваться как кролики.
- А вы нет?
- Ну-у, - передергивает плечами Ава, зардевшись. - Вообще, я до сих пор не могу восстановиться после медового месяца, - тут же перескакивает на другую тему. - В том плане, что у меня какая-то затяжная акклиматизация. Меня все время клонит в сон. И слабость эта жуткая. С ног буквально валюсь.
- М-м, - кусаю я губы, присаживаясь за стол напротив сестры. - Слушай, - начинаю осторожно, - а ты уверена, что это не... ну... - киваю, намекая на возможную беременность.
- Уверена, - обрубает Ава поспешно.
- Ладно, - отступаю я, грея ладони о кружку.
Тема беременности для сестры все еще болезненная. Уже прошел почти год, как они с Яриком пытаются сделать ребеночка, но пока безрезультатно. Вот как удивительно бывает: кто-то не хочет и залетает по щелчку, а кто-то жаждет и не может. Откровенная вселенская несправедливость.
Хотя, надо заметить, что последние месяцы сестра стала значительно спокойнее. Начала по-философски относиться к ситуации. Во многом благодаря Ярику. Я говорила, что ее муж - чистое золото? И мой. Мой тоже - настоящий алмаз. Прошу это запротоколировать!
- Своих мужчин - очумелые ручки - пить чай звать будем? - спрашивает Ава.
- Боюсь они слишком увлечены процессом, но попробовать стоит, - посмеиваюсь я. Семейство Ремизовых уходит домой уже в начале десятого. С горем пополам собрав несчастную кроватку, Ярослав с Даней расставляют мебель в детской по местам и гордо выпячивают грудь колесом, заявляя, что с такой душой ни один мастер по вызову мебель не соберет.
Бесспорно!
Мы с Даней упаковываем свои тушки в теплые парки, наматывая шарфы до самого носа и выводим Питти на вечернюю прогулку. В отличии от лабрадора Ремизовых - нашему французу морозы не страшны. Эта заводная пигалица скачет по сугробам, что в два раза выше него, роя мордой свежевыпавший снег. К слову, раньше я за ним такой любви к зиме не замечала.
- Хоть кто-то кайфует от температуры минус двадцать пять, - смеется Милохин, пряча поводок Питти в карман.
- И не говори. Моя бы воля, я бы свою жопку из квартиры до весны не выносила, - хмыкаю, скидывая варежкой тонкий наст снега на детской качели, присаживаясь.
- Звучит классно, - легонько раскачивает меня Даня, подталкивая, - но нереально.
- Почему это? - смотрю на мужа, поглядывающего на меня с непередаваемой теплотой во взгляде. Черт, так мягко и в тоже время страстно смотреть умеет только он. И это снова до мурашек. Точнее - всегда! Всегда до мурашек. Это вообще нормально?
- В век высоких технологий, доставки продуктов и клининга - самоизоляция в теплой квартире вполне возможна, - с умным видом заявляю я.
- Да, но скоро мы станем предками, забыла? Ежедневные прогулки с коляской станут для нас такими же естественными, как завтрак по утрам. Независимо от того: минус на градуснике или плюс.
- Ну не-е-ет! Это будет мой ребенок, который так же как и я будет ненавидеть морозы!
- Да, но у твоего ребенка отец - хоккеист. Морозы фактически моя стихия.
- Но ты же не какой-нибудь там полярник!
- Но я девяносто процентов времени провожу на холодной арене, гоняя по льду.
- Я протестую! Этот твой ген наш сын не унаследует, - качаю головой. - Только жара, только хардкор! Я уверена. Делаем ставки? - тяну ладошку в варежке с белым цветком.
- Мы правда будем спорить на собственного ребенка? - заламывает бровь Милохин.
- Мы ужасные родители, да? - с сомнением спрашиваю я.
- Самые лучшие! И победа будет за мной, - пожимает мою руку муж.
- Ой, - вздрагиваю я, хватаясь за живот. - Ой-ей... - напрягаюсь, задержав дыхание.
- Ой? - переспрашивает обеспокоенно Милохин. - Что за "ой", Юля? Все хорошо? - присаживается на корточки рядом. - Обезьянка? - накрывает своими ладонями мой живот. - Не молчи.
- Пу-у-уф, - выпускаю я воздух сквозь сжатые зубы. - Да, да, порядок. Просто твой сын пинается, - конючу. - Он еще не родился, а удар уже поставлен как надо. Звезданул прямо по ребрам! Футболистом будет. Точно тебе говорю.
- Хоккеистом, - непреклонно заявляет Даня.
- Опять протестую! - охаю я.
- Имеешь что-то против хоккеистов, жена? Подумай хорошо и выбери правильный ответ.
- Зять, племянник и муж, - загибаю пальцы. - По моему в моей жизни уже и так слишком много парней с клюшками. Не находишь? Да и хоть где-то у меня должно быть право выбора? Я же не хоккейный инкубатор!
Мой обаятельный муж в ответ только, не менее обаятельно, посмеивается. Телефон в его кармане начинает дребезжать. Я обиженно заряжаю ему по плечу варежкой. Милохин, улыбаясь, отскакивает, отвечая на входящий вызов:
- Да, слушаю... - отходит чуть в сторону.
Я поднимаю на руки скачущего у моих ног Питти, жалуясь:
- Нет, ты это слышал? Он собрался нашего сына отдать на хоккей!
- Гав! - вторит моему возмущению пес.
- Вот и я тоже против. Предлагаю диверсию.
- Вуаф! - тычется своей мокрой от снега мордой в мой живот.
- Да, да, будем отстаивать честь нашего ребенка заранее. Чур, твой ботинок - левый, мой - правый...
- Я вас слышу, - ржет Даня, оглядываясь. - Да, - бросает уже в трубку. - Спасибо, это отличная новость! Да... завтра буду...
- Где это ты завтра будешь? - поднимая я свою тушку беременного бегемота с качели, и подгребаю ближе к мужу.
Даня вскидывает палец, прося минутку тишины.
Я клацаю зубами.
Милохин закатывает глаза, но тут же довольный лыбится.
- Я вас понял, - говорит моя серьезная зараза собеседнику на другом конце провода. - Еще раз от души благодарю за оперативность. До связи, - сбрасывает вызов и смотрит на меня сверху вниз своими очаровательно-голубыми глазами, улыбаясь.
- Чего? - подозрительно щурюсь я.
- Детка, у меня есть новость, - еще шире улыбается муж.
- Какая? Надеюсь на этот раз хорошая для меня?
- А когда была плохая?
- Пару минут назад.
- Ты не объективна. Та новость тоже была потрясающая.
- И не говори, потрясло так потрясло! - язвлю я.
- Я серьезно, - обхватывает своими ладонями в варежках мои щеки Милохин. - Сосредоточься. Хотя-я-я, нет, - отмахивается. - Знаешь, я планировал сообщить тебе это только в новогоднюю ночь, так что...
- Эй, нет, - хватаю Даню за руку, - так не честно! До нее еще целая неделя, меня же разорвет от любопытства. Что у тебя там? Выкладывай! - воинственно выдыхаю облачко пара.
- Подарок у меня там.
- Большой?
- Достаточно.
- Это что-то съедобное?
- Не-е-ет...
- М, не живое надеюсь?
- Думаю сына, кота и собаки нам пока достаточно. Пятого ребенка на своих плечах я пока не вывезу.
- Вот тут я с тобой солидарна. Стой, а кто четвертый ребенок?
Милохин улыбается.
Погодите!
Я?
Это он на меня намекает? Это я-то ребенок?
Охаю возмущенно, резко качнув головой:
- Я твоя жена! - рычу, но выходит отнюдь не воинственно, а комично, потому что именно в этот момент моя шапка сползает мне на глаза.
Супруг - негодяй - угорает, тут же ее поправляя.
- Ку-ку.
- У нас в семье демократия! - бурчу я. - Равноправие полов. Партнерство.
- Вообще-то ситуация, когда ты командуешь, а я слушаюсь - больше похожа на матриархат. Но... ладно, - вскидывает руки мой зарвавшийся хоккеюга.
- Лучше говори, что там за подарок, пока мы не разругались! - воинственно складываю руки на груди, смотря на Милохина исподлобья. - У тебя остался мизерный шанс меня задобрить.
Он улыбается. Щелкает меня по кончику носа, заговорщицки прошептав:
- Я купил тебе помещение для открытия собственного салона. Как тебе такое?
Что?
Что он сделал?
Я теряюсь. Вокруг медленно кружатся пушистые снежинки и носится Питти. А я стою с глуповатым выражением на лице и, долгие пару секунд, прокручиваю в голове полученную информацию. Отвисаю. Округляю в неверии глаза, переспрашивая:
- Что ты сделал? - хлопаю ресницами. - Повтори, пожалуйста.
- Нежилое помещение. Купил. Для тебя. Помнишь тот зал, что ты смотрела под барбершоп по весне? Просторный, с классной транспортной развязкой, в самом центре города и прочие плюшки.
- Д-да, - сиплю. - Помню, конечно! - договариваю уже уверенней. - И аренда там была заоблачная. Я еще жаловалась тогда Аве... Ава! - осеняет меня. - Она тебе рассказала?
- Не без этого, - улыбается мой муж. - Я вышел на хозяина этого помещения и договорился по цене. Пришлось хорошенько поднапрячься, но у нас получилось найти компромисс. Так что, он нам его не сдал, а продал. Теперь оно твое, Царица. Осталось только оформить документы. А потом ты можешь делать там все, что твоей душе заблагорассудиться. Строить, перестраивать, клеить, красить, да хоть сносить.
- Ты... - открываю и закрываю рот, пытаясь подобрать слова, - просто... ты... сумасшедший, Даня! Господи! Сейчас. У меня слов нет. Но заче-е-ем? Ты чего? Это же очень, очень дорого!
- Как зачем? - сползает улыбка с губ мужа. - Я думал ты хотела...
- Очень! - выдыхаю. - Очень хотела, но это же... - морщусь, - Милохин! У-у-у, - всхлипываю, бросаясь в объятия мужа, прижимаясь настолько крепко, насколько позволяют мои беременные габариты. - Сумасшедший. Чокнутый. Ненормальный. Свалился же такой безумец на мою голову! - бубню, уткнувшись носом в его грудь. - Люблю тебя. Так сильно тебя люблю, что даже ненавижу!
Даня смеется, обнимает меня за плечи. В холодную щеку целует, согревая своим горячим дыханием. Так и замираем посреди заметенного снегом двора элитных многоэтажек. Окруженные успокаивающей тишиной и теплом друг друга. Я его не заслуживаю. Нет, правда! Мне всю жизнь придется тянуться, чтобы оказаться хотя бы на одном уровне с этим идеальным мужиком! А уж выше...
Люблю его. Все два метра: от макушки до мизинчика. От первого до последнего таракана. Всего люблю! И даже хоккей этот его, чертов, уже люблю! Командировки, правда, ненавижу. Скучаю всегда. Сильно. Но скоро вылупиться наш цыпленок и скучать будет некогда. А потом подрастет, пойдет на хоккей... тьфу! Футбол. Эх.
- Спасибо, - выдыхаю тихо, содрогаясь всем телом от прилива чувств.
- Мечты сбываются, по моему так говорится в рекламе?
- Ага, только спонсор сбычи мечт не рекламируемый банк, а хоккей-муж-банк. Нет, и все таки - это очень дорого! - отстраняюсь.
- Ну, знаешь, - улыбается Даня, - не дороже того шага, на который ты пошла ради меня, - стягивает варежки и обхватывает мое лицо широкими ладонями, стирая подушечками больших пальцев капельки талого снега с моих щек.
- То есть, - хитро щурюсь я, - если бы у тебя была физическая возможность выносить ребенка, то я должна была бы тебе подарить помещение стоимостью в кучу нулей? Знаешь, пожалуй, я начну копить. Потому что второй ребенок в нашей семье появится только в том случае, если ученые найдут способ оплодотворять мужчин.
Милохин запрокидывает голову и смеется.
- Я серьезно, - хмуро заявляю я, сама едва сдерживая улыбку.
- Посмотрим, - клюет меня в лоб Даня, увлекая в сторону подъезда.
- Милохин, никаких "посмотрим" в этом вопросе быть не может!
- Подумаем?
- И думать мы о втором тоже не будем!
- Как на счет время покажет?
- Это я тебе покажу, если ты вздумаешь подсадить в меня еще одного человека!
Муж, в ответ на это, только многозначительно хмыкает. У него на нашу жизнь определенно имеется какой-то коварный план. А все, что остается мне - расслабиться и получать удовольствие.
Что ж, ладно...
На этот раз не протестую!
Конец, ну очень милая история)