После них
Комната казалась мёртвой.
Т/И сидела на полу, обхватив колени руками, в одном из его — Тео — свитеров. Он пах им. Это разрывает ещё больше.
Никого. Ни Тео. Ни Драко. Только она. Та, что не смогла выбрать, та, что не удержала, та, что предала.
Она смотрела на свои руки, будто там были следы — следы прикосновений, поцелуев, вины.
— Я осталась, — прошептала она в пустоту. — Только я.
⸻
На занятиях она молчала. Пропускала встречи. Никто не спрашивал, почему. Даже Гермиона лишь один раз села рядом и мягко сказала:
— Хочешь, просто молчи. Я посижу.
Т/И кивнула.
Она перестала есть как раньше. Не потому что голодна — потому что вкус пропал.
⸻
Прошло больше недели.
Ни Тео, ни Драко не заговорили с ней.
Она слышала, как Тео смеётся в зельях — громко, почти показательно. С другими. Особенно с Пэнси. Они теперь часто были вместе. Слишком часто.
А Драко? Он стал холоднее. Отворачивался, когда видел её в коридоре. Как будто её никогда не было. Но она ловила его взгляд — иногда — и он был не ледяной. Просто мёртвый.
⸻
Однажды ночью она снова проснулась в слезах. Как будто тело всё ещё помнило. И захотела... никого. Не их. Себя.
Она встала, босиком прошла по спальне и встала у зеркала.
— Кто ты теперь? — спросила себя.
Взгляд был пустой.
— Ты разрушила всё.
Она заплакала. Но потом смахнула слёзы.
— Нет. Я попробую понять, кто я. Без них.
⸻
Прошло ещё время.
В библиотеке, она, наконец, села с книгой. Первый раз за недели. Никто не подошёл. Но тишина не пугала.
Она впервые не ждала, что кто-то спасёт её. Что кто-то придёт.
И в этой тишине — она услышала себя.