67
Клэр, пошатываясь, отступает, кровь хлещет из раны в ее шее. Рана диаметром два дюйма. То, что Клэр не свалилась, меня не удивляет. Я догадывалась, что ее тоже усилили, но надеялась, что мне повезет и я попаду в сонную артерию. Клэр сует руку в карман халата за своей переносной кнопкой смерти. Это я тоже предвидела. Отбрасываю в сторону обломок трубы, хватаю карниз для занавески, срываю с держателей и запускаю одним концом Клэр в висок.
Она только чуть пошатнулась. В одну миллисекунду - я даже не успеваю проследить за движением - она хватается за карниз. Я отпускаю его за одну вторую миллисекунды - когда Клэр дергает карниз, за другой конец его уже никто не держит. Она отлетает к стене и ударяется с такой силой, что трескается кафель. Я бросаюсь к ней. Клэр замахивается на меня карнизом. Это я тоже предвидела, даже рассчитывала на такой ход, когда при негаснущих лампах кадр за кадром прокручивала в голове эту схватку.
Я перехватываю карниз правой рукой за один конец, потом берусь за него левой. Хват на ширине плеч. Направляю карниз к шее Клэр, расставляю ноги для устойчивости и давлю изо всех сил, чтобы сломать ей трахею.
Наши лица в каких-то дюймах друг от друга. Я даже чувствую запах цианида из ее приоткрытого рта.
Ее руки держат карниз рядом с моими. Она отжимает, я продолжаю давить. Но я босиком, а она нет, так что я могу потерять преимущество до того, как она вырубится. Я должна повалить ее, и сделать это надо быстро.
Завожу ногу ей за лодыжку и делаю подсечку. Отлично. Клэр падает на пол, я следом за ней.
Она приземляется на спину, я - ей на живот. Крепко сжимаю коленями ее бока и вдавливаю карниз в горло.
Дверь позади нас распахивается. В душевую вваливается Джамбо. Достает пистолет и что-то бессвязно кричит. Три минуты - и свет в глазах Клэр начинает меркнуть. Это еще не конец, но я понимаю, что должна пойти на риск. Мне не нравится рисковать, никогда не нравилось; я просто научилась с этим мириться. Что-то ты делаешь по собственному выбору, но иногда выбора не остается. Это как с солдатом, обладателем распятия, из истории Салливан, как с Чашкой. Как возвращение для Зомби и Наггетса, потому что без этого возвращения все теряет ценность: и жизнь, и время, и обещания.
А у меня есть обещание, которое я должна сдержать.
Пистолет Джамбо. Двенадцатая система фиксирует оружие, и тысячи микроскопических роботов принимаются за работу. Чтобы нейтрализовать угрозу, они усиливают мышцы, сухожилия и нервные окончания в моих руках, улучшают зрение и работу мозга. За микросекунду объект идентифицирован, информация обработана, метод выбран.
У Джамбо нет ни единого шанса.
Я атакую так быстро, что его неусовершенствованный мозг не успевает этого осознать. Сомневаюсь даже, что он увидел, как карниз со свистом несется к его руке. Пистолет летит через комнату. Джамбо устремляется за пистолетом, я прыгаю в противоположную сторону - к унитазу.
Крышка бачка - из прочной керамики. Тяжелая. Я могла бы убить Джамбо, но не убиваю. Я бью крышкой по затылку, чтобы вырубить, и надолго.
Джамбо падает, Клэр поднимается. Я запускаю в нее крышкой. Она руками блокирует «снаряд». Мой улучшенный слух улавливает хруст сломанной кости. Серебристый девайс падает на пол. Клэр ныряет за ним, я выхожу вперед, одной ногой наступаю на ее вытянутую руку, а второй отфутболиваю кнопку смерти к противоположной стене.
Я победила.
И Клэр это понимает. Она смотрит мимо нацеленного ей в лицо пистолета, мимо крохотной дырочки, в которой умещается безграничная пустота. Она смотрит мне в глаза. Ее глаза снова становятся добрыми, а голос - нежным. Сука.
- Марика...
Нет. Марика была медлительной, слабой, сентиментальной, недалекой. Марика была девочкой, которая цеплялась за пальцы, размалеванные во все цвета радуги. Она беспомощно смотрела, как часы ведут обратный отсчет, и балансировала на краю бездны, беззащитная за крепостными стенами невыполнимых обещаний. Но я выполню обещание, данное ею Клэр, этой твари, которая раздела ее догола и поливала ледяной водой. Марика умерла, но я сделаю то, что она обещала.
- Меня зовут Рингер.
И я нажимаю на спусковой крючок.