Белый халат и Темные переулки

Сон все никак не приходил, но Альбина не ворочилась, думала что Костя спит, будить его как-то не хотела. А в голову постоянно приходили разные мысли, от будущего до прошлого, про бордель думала.

Знала, что так дела не делаются, но разве у нее поднимется рука выкрасть девочек и продавать их против их желания? Она не знала. Это был хороший и тяжелый для нее вопрос. Похитить? Да, рука у нее не дрогнет, а остальное?

— Чего не спишь, кукла? — Спросил Костя сильнее сжимая девушку в объятьях.

— Да так. Задумалась. — Сказала словно отрезала Альбина и повернулась лицом к Кащею.

Кудрявые короткие волосы спадали на лоб, а темные глаза смотрели на нее с интересом. Девушка прижалась к нему сильнее, холодными руками обнимая его теплую и подкаченную спину.

— О чём думаешь? — Поинтересовался авторитет, глядя на новоиспеченную супругу, точнее в ее глаза.

— Так дела не делаются...

Константин непонимающе уставился на Альбину, явно не понимая, что она имеет в виду.

— Я про бордель свой. Может... — Хотела сказать Альбина, только Кащей ее перебил.

— Нет, я знаю к чему ты ведешь, кукла. Поверь оно не нужно. Тебя это сломает. — Попытался направить девушку на трезвую мысль Костя.

— Возможно, но не попробую – не узнаю, не узнаю – не успокоюсь.

Кащей лишь тяжело вздохнул, понимая, что женушка настроена твердо и для себя уже все решила, хотя еще не полностью приняла свое решение, хотя мозг еще пытался отрицать это.

— Кадира спит? — Нарушив тишину спросил Костя, хотя и сам прекрасно знал ответ на свой вопрос.

— А ты будто не подглядывал. — Усмехнулась Альбина подкалывая Костю. — А так-то, да, спит.

— Надеюсь она ничего с собой не зделает... — Прикрывая глаза прошептал Костя.

Девушка вздохнула, ее руки обвили его торс, а щека притулилась к предплечью. Вот единственная кого было и вправду жаль, это Кадира. Девочка не заслуживала всего этого пиздеца, что Кащей, что Мурка это понимали.

— Все хорошо с ней будет, но только при одном условии. Если ты будешь рядом, поддерживать будешь ее, ты сам наверное догадываешься, ну по крайней мере должен, как тяжело когда человек которого ты любишь надругался над тобой, а потом ты его пристрелила. Это травма, Костя.

— Догадываюсь. — Вздохнул вор и ощутил как тонкие пальцы девушки зарылись в его кудри, поглаживая его по голове.

— Просто будь рядом с ней...

Костя лишь облегченно вздохнул и прижался у девушке сильнее. А раньше он и представить не мог, что будет вот так лежать в обнимку не с проституткой, а с красивой женщиной. Его женщиной.

А Альбина тоже никогда не думала, что ще когда-то будет счастлива с мужчиной, после того, что было с Романом. У нее и раньше были мужчины, но ни один из них не был в ее сердце. Только лишь Кащей смог добраться туда намертво.

Она полюбила.

***

Утро неслышно ступает по крышам домов, светя в окно своими лучами, будто говоря жителям города «Просыпайтесь». А в относительно новой панельке, все так же царило спокойствие, на пару с тишиной.

Костя еще спал, даже во мне прижимая в себе медсестру, обнимая ее мертвой хваткой, будто утопающий за спасательный круг. А вот Альбина уже потихоньку просыпалась, с пониманием, что надо на работу, было интересно, что сделают ей подруги после того как она резко испарилась из своего рабочего места.

Девушка попыталась вырваться из объятий возлюбленного, только он во сне сжал ее еще сильнее.

— Костя. — Прошептала Тилькина. — Пусти, мне на работу пора.

Костя вздохнул, но хватка ослабилась, выпуская девушку из охапки. Мужчина пару секунд еще пролежал с закрытыми глазами, в после охрипшим после сна голосом спросил.

— Тебя подкинуть? — Присаживаясь на кровати поинтересовался Костя. — Мне и так сегодня туда в район нужно.

Альбина лишь кивнула, в знак согласия и покинула комнату, ретировавшись в ванную, где умылась и привела себя в порядок. А после они с Кащеем поменялись местами, мужчина в ванную, а девушка одеваться в комнате.

Девушка надела то, что вчера успела захватить из дома за 5 минут. На ногах — черные клеш штаны, которые плотно прилегали к бедрам, а от колена начали расширятся. Сверху девушка надела розовую рубашку, плотнооблегающею худощавую фигуру.

А волосы распустила, пальцами расчесывая их, дабы привести хотя бы немного в приличный вид, чтобы выйти в люди. Передние пряди заколола сзади, дабы они не лезли в лицо.

Вот уже и Костя подтянулся, в своей излюбленной черной рубашке и такого же цвета брюках.

— Доброго утречка, кукла. — Раздался хриплый голос сзади, прямо у уха, девушка вздрогнула.

— Поехали? — Повернулась к нему блондинка. Вор лишь кивнул.

Супруги покинули квартиру, закрыв ее на ключ. А затем спустились к машине, пока она прогревалась Кащей и Альбина стояли около Волги, курили, да и размышляли о чем-то своем, о чем-то важном, глубоком. О чем же еще думать в обычное весеннее утро?

Кащей и Альбина наконец-то сели в машину, где тихо играло радио, да и было достаточно тепло. Двигатель загудел, в Костя выехал с дворика.

— Планы у тебя на сегодня какие, кукла? — Глядя то вправо, то влево, спросил тот.

— Не знаю, для начала отбыть чинну в больничке, а дальше погляжу.

Мужчина покивал, вписываясь в поворот.

— Надеюсь без глупостей все будет и ты не будешь делать то, о чем говорила вчера вечером.

Девушка шумно вздохнула, показывая свое недовольство. Кто она ему? Собака? Нет, сама решти, точнее уже решила все, что будет делать, просто пока отказалась это воспринимать и говорить об этом.

— Посмотрим. — Сказала, словно отрезала та.

Бандит лишь недовольно вздохнул, но перечить не стало, видел, что блондинку хрен переспоришь, да и зачем? В случае чего скажет, коль не так что-то будет, ну?

Тут уже и больничное здание показалось. Костя уже парковалась глядя то назад, то вперед, то по сторонам. Машина остановилась на парковочном месте, двигатель затих, оставляя между ними какую-то непонятную тишину, которая давила на голову.

Вершинин вышел из машины, захлопнув дверцу, в потом обогнув машину открыл дверь Тилькиной. И помог ей выйти из машины, все как полагается настоящему джентльмену. Их взгляды встретились, правда ненадолго, Альбина отвела взгляд. Непривычно ей это все было. Но неловкое мгновенье продолжалось, пока они не дошли до крыльца больницы.

— Хорошего дня, куколка. — Ложа руки на плечи Альбины сказал Кащей, глядя своими глазами в ее глаза, будто прям в душу глядел. — Я надеюсь, если надумаешь делать глупости меня предупредишь?

— Хмм... — Наигранно задумалась супруга. — Не знаю, не знаю, посмотрим. — Слегка прищурившись ответила девушка.

Костя шагнул к девушке ближе. Неприлично близко. Горячее дыхание обожгло лицо. Вор слегка наклонился и поцеловал девушку, теперь имел на это полное право, а не как раньше. А девушка ответила на поцелуй.

Сердце Альбины заколотилось как бешанное, словно вот-вот выпрыгнет из груди, да и нельзя сказать, что Кащей чувствовал что-то инное в этот миг.

Девушка отстранилась, и обняв мужчину на прощание направилась в больницу. Ой прилетит ей щас от девочек, за то, что вчера так вот внаглую свалила... Хотя на это были некоторые причины.

Девушка вошла через служебный вход и поздоровалась с вахтершей. Дальше пошла к начальству, которое вызвало ее несколько дней назад, все было настолько серьезно, что аж забыли зачем вызывали.

Альбина ходила по коридорам, из палаты в палату, некоторые пациенты жаловались на что-то, а девушка лишь сдержанно кивнула головой и записывала симптомы. К обеду все было более менее спокойно, а вот в обед девушка вернулась в ординаторскую и наконец-то пересеклась с подругами.

Дверь тихо скрипнула когда она вошла, а Татьяна и Наташа встретили ее недовольными взглядами, да такими, что по спине пробежал аж табун мурашек.

— Ты куда вчера сдрыснула? — Недовольно скрестив руки на груди ворчала Таня.

— Долгая история, и очень нудная. — Попыталась увильнуть от разговора Альбина.

— Не-ет. — Протянула Таня. — Рассказывай, у нас и так у всех времени вагон, правда, Наташ?

Рудакова кивнула, выглядела она менее вражески настроенной чем Татьяна, но что-то никто из них не был шибко любезно настроен.

— Моего супруга помнишь, Тань? — Задала риторический вопрос Альбина. — Так вот, у него с сестренкой кое-что приключилось, надо было срочно медицинская помощь, уже не обессудьте. — Конечно некоторые, а примерно большую часть деталей и истории девушка упустила. Не говорить же им, что Кадиру похитили и она застрелила своего похитителя и бывшего парня по совместительству.

***

КащейВечером того же дня.

Девушка проснулась, когда дома была абсолютная тишина, которая вроде бы и нравилась ей, а вроде и болезненно давила на виски. Кадира сидела пару минут в кровати, пытаясь прийти в себя после сна и привести мысли в порядок, дабы все не путалось в кашицу.

На глаза попалась книга, лежащая на столе, которую Альбина читала ей на ночь, только вот мозг упорно не хотел вспоминать о чем была сказка. Проспала Вершинина почти сутки, и ужасно хотелось есть.

Кадира еще так пару минут размышляла о чем-то как тут послышался звук открывания дверей ключами. Наверное Костя вернулся и судя по всему старался сильно не шуметь, думая, что Кадира еще спит.

Мужчина зашел на кухню, освещенную лишь тусклым светом луны, а сзади послышались тихие едва слышные шаги.

— О, проснулась уже. — Усмехнулся вор, обнажая щербатую улыбку. — Кушать будешь?

— Да.

Костя загрел еду, которую вчера приготовила супруга и брат с сестрой сели есть. Кушали они молча, каждый думал о чем-то своем. Кадире в какой-то момент стало интересно за родителей, а Костя же надеялся, что Альбина не будет творить глупостей.

— Ко-ость. — протянула Кадира, заваривая чай себе.

— Что такое?

— А наши родители хорошими были?

— Нет. — Кащей осекся вырываясь из мыслей. — То есть да. — Только вот звучало это не очень-то и убедительно.

— Неубедительно звучит.

— Хорошими были, оговорился просто. — Тяжело вздохнул Кащей прикуривая сигарету.

— Врешь ты все, говори правду. — Тон у нее да и взгляд был такой же как и у Кащея, когда тот отчитывал пацанскую шушеру.

— Ты кого во мне увидела, фраера комнатного? Думай чё и как ты говоришь.

— Достал ты меня, в первую очередь ты мой брат, потом уже старшой группировки, вор в законе и тому подобное. Рассказывай, я ж все равно не отстану.

— Ой бля... Кадира, отстань, а? — Затягиваясь сигаретой проворчал вор. Ему не нравились эту вопросы, да и до сих пор не любил об этом рассказывать.

— Ну, Костя. — Выдала девушка, звучало это обижено, даже немного сдавлено

Вор лишь закатил глаза, выдыхая дым, и последний раз затянувшись потушил сигарету в пепельнице.

— Ла-адно. Веревки из меня вьешь. — Вздохнул тяжело Вершинин. — Собственно папаня наш еще жив, а мама погибла той автокатастрофе, что я говорил. — В теории это была правда, но только частично, мать правде не умерла в автокатастрофе, а случилось кое-то другое.

— А перед этим, что ты ж сказал, что они плохими были.

— Знаешь как я появился? — Хрипло спросил вор, открывая дверцу холодильника и беря оттуда стеклянную бутылку пива.

Кадира лишь неуверенно покачала головой. Напряжение на кухне было густым, почти осязаемым, а Костя намеренно открыл пиво зажигалкой, продолжая напряженную паузу, а затем отпил.

— А я собственно ребенок изнасилования. — Изрек правду-матку Кащей. Все стало на свои места, глаза Кадиры стали по 5 копеек.

На кухне стало тихо, очень тихо. Холодильник перестал жужжать, а часы больше не тикали. Кухня погрузилась в напряженное молчание, Кадира нервно потирала ладони, согревая руки. Она пару раз хотела сказать что-то, но во рту застрял тяжелый ком.

— А... А я как появилась? — Спросила млачшая сестра, перепуганно глядя в глаза брату, которые не выражали абсолтно ничего, мол было и было.

— Потом как-то слово за слово, полюбили друг друга... — Солгал мужчина, а перед глазами всплыли обрывки воспоминаний.

***

В глазах все поплыло, он не мог двигаться, лишь сидел на кухне после очередного скандала дома. Папа был как некогда любезен, даже чаю сделал, что-то явно было не так, но с чаем или с отцом... Не понятно...

После нескольких глотков чая стало плохо, голова кружилась, а вот папа зло оскалился. Тело больше не слушало Вершинина-младшего, он хотел, но не мог пошевелится. Серце лихорадочно колотилось, а на кожу выступил липкий и противный пот.

Костенька даже не заметил как отец ушел, а затем притащил мать, мальчишка пытался двинутся, защитить мать, ведь та не виновата, что ее постигла такая участь. Но отец лишь нагло лыбился.

А дальше случилось непоправимое.

Он изнасиловал мать прямо на глазах у сына, которого накачал наркотиками.

***

Он помнил день рожденье Кадиры как собственное, он сам пошел забирать маму и сестренку из дет дома, а после ушел в качалку к пацанам.

Лучше бы не уходил.

В тот день, после того как Костя ушел, мать поыесилась от пережитого горя, сыну не сказала ничего. Лишь оставила предсмертную записку, которую Костя до сих пор хранил где-то в тумбочке.

Он конечно вернулся домой, но когда увидел сие зрелище, было уже слижком поздно.

Тело Лидии уже было холодным. Пульса не было, как и биения сердца. В ту ночь в 15-ти летнем парне что-то сломалось. Но он никогда никому ничего об жтом не расскажет.

***

— Кость? — после длительной паузы замялась Кадира. — А может когда-то съездим на могилу к маме, я там ни разу не была...

— Съездим, обязательно. — Согласился тот, вновь отпивая немного пива. Только вот совесть опять решила проснутся...

— Это все ты виноват. — Раздалось в его голове. — Если бы ты не ушел тогда, мама была бы жива.

***

Альбина.

Работа закончилась. И вот пятница закончилась. Подруги уже давно ушли с работы, а Альбила металась от мысли к мысли, не понимая, что ей делать: идти к Кащею, или все-таки сделать то, что задумала. Похищать людей просто, та знала это наверняка, помнила как похищала Ворона из Северных. А с женщинами все будет попроще.

Только что-то останавливало ее, то ли остатки здравого смысла, то ли что-то иное, а может и совесть, только откуда она у нее взялась, а? Она ведь в первом класе ее на яблочко поменяла.

Но все же темная сторона победила как-то. Альбина поднялась с дивана в ординаторской, надела верхнюю одежду, а затем сложила халат и положила его в дамскую сумочку, а затем порыскала там же, ища ключи от гаража, благо от больницы туда достаточно просто добраться.

А затем ретировалась из больницы и села на ближайший автобус за город. Девушка сидела где-то сзади, пассажиров практически не было, поэтому было тихо, никакого шума, лишь шансон из магнитолы, доносящийся слабо-слабо с кабины водителя.

Автобус остановился на первой остановке за городом, да и Альбина вышла. Холод обжег щеки, а девушка двинулась переходить дорогу, ведь увидела телефонную будку, решила все-таки Костю набрать, предупредить.

Девушка набрала заученный номер, а в трубке послышались гудки. Кто-то взял трубку.

— Алло? — раздался голос Кадиры по ту сторону провода.

— Звездочка, подзови Костю к телефону пожалуйста.

Девочка лишь сказала что-то похожее на "угу" и прикрыла рукой нижнюю часть трубки и позвала Костю.

— Алё, да?

— Привет... — Замялась девушка, а затем вздохнув продолжила. — Ты просил позвонить тебе если все-таки решусь ехать. Я еду прямо сейчас. — Выпалила как на духу Тилькина.

— Альбина. — Недовольно вздохнул вор. — Ну куда ты на ночь глядя прешь? Я тебе блять сказал, нет, не делай хуйни. Ты меня слушать должна. — Звучало это как упрек, грубый такой и бессцеремонный, будто и права возразить нет, больше на указание похоже.

— Нихуя я тебе, Кащей, не должна, если я по документах твоя супруга это не значит, что ты можешь мной управлять и разговаривать со мной в таком тоне. Я такого не терплю и ты это прекрасно знаешь.

— Ну и дура, пиздуй куда хочешь. Ду-ра.

— Козёл. — Не осталась в долгу Тилькина и повесила трубку на место, да и ушла.

В лес, где был ее гараж топать не долго, девушка дошла быстро к нему. Достала ключи из сумки и вошла внутрь. Ее встретило сырое и сухое помещение, с кучей всякого хлама и машиной, стоящей посередине черного гаража.

Девушка тяжело вздохнула и открыла ворота, дабы выехать из гаража машиной. На полу у выезда валялись номера, которые Альбина нацепила обратно на машину. Она толком не ходила из стороны в сторону обдумывая свои дальнейшие решения, ведь все уже решила, да и было холодно, что бы медлить.

Она завела зеленую девятку и выехала из гаража, затем вышла из машины и позакрывала все и уехала вдоль ночных дорог, туда где ее никто не ждал, туда, где она была никому не нужна. А фонари мне маячили впереди и удалялись, показывая следующие. В машине бьло тихо. Непривычно тихо.

Девушка включила радио, в салоне раздался знакомый мотив Арии, девушка прибавила громкость и подпевала тихо, глядя на абсолютно пустую дорогу.

Не зная горя, горя, горя
В краю магнолий плещет море
Сидят мальчишки на заборе
И на меня наводят грусть
Танцуют пары, пары, пары
Мотив знакомый, даже старый
И сладкий голос бас-гитары
Тревожат память мою
Ну и пусть, ну и пусть, и пусть

***

Альбина никогда бы не подумала, что московское утро встретит ее так холодно и пасмурно. За рулем блондинка провела почти всю ночь, еще и после ночной смены и ссоры с мужем... с любимым мужем, если точнее.

Совесть все колола свои болезненные уколы, да настолько много этих уколов было, что казалось вот-вот и передозировка будет. Но его вина тоже в это была, или все таки нет? Нагрубил, ни во, что не поставил, а как еще на такое ей надо реагировать?

Альбина никогда не умела говорить о своих чувствах и переживаниях. По посту не умела, некому было научить. Мама и папа погибли, бабушку она в свои подростковые годы нагружать не хотела, боялась. Да и по правде говоря не умела мирно решать конфликты, но и что замалчивала что-то тоже сказать нельзя было.

Девушка тяжело вздохнув припарковалась у отеля. Взяла себе номер и сразу пошла в номер. После дороги нужно выспаться, да и днем она не найдет подходящих кандидаток для того, что ей надо.

Номер встретил девушку лишь легкой прохладой, та постелила себе постель и плюхнулась в койку. Как только голова ее коснулась подушки, блондинка погрузилась в безмятежное царство Морфея.

Спала она так к вечеру. Если не к ночи, а дальше направилась в бар за углом. Знаком ей был этот бар. Была в нем когда-то, наверное еще когда встречалась с Ромой. Году так в 1983, на новый год как раз...

Девушка докурила сигарету, стоя на улице и затушив бычок об урну вошла внутрь. Атмосфера сразу сменились. В помещении было прохладнее чем на улице, в само помещение в синем освещение.

Здесь сидела много девушка и женщин, да и мужчин было не меньше. Кому-то было больше 18 на вид, кому-то меньше, но какая ей разница?

Девушка подошла к барной стойке, заказала себе что-то выпить и села на высоком стуле, около какой-то девушки и началась игра актера погорелого театра. Правильно ли это было? Нет.

— Прошу прощения, мы с Вами не знакомы случайно? — Спросила Альбина, но приходилось мало ли не кричать, чтобы быть услышанной, ведь ритм музыки били в уши так, что ничего не было слышно кроме музыки.

— Я думаю нет? — Перевела взгляд незнакомка на Альбину.

— Странно, Вы кажется мне знакомой, только вот имени вспомнить все никак не могу. — Вполне себе уверенно импровизировала Тилькина.

— Виктория. — Представилась девушка отпивая чего-то алкогольного, что было в стакане со льдом.

— Точно! — Улыбнулась Альбина. — Чего ж Вы такие грустные, Викуш? — Закуривая и предлагая сигарету темноволосой спросила Альбина.

— С работы уволили... Муж требует развод, нашел себе любовницу, родители что мои, что его, поддерживаю его.

Виктория закурила взяв от Альбины одну сигарету. Незнакомке куда проще высказаться, чем кому-то близкому, так проще, именно это сыграло на руку сутенерше. Альбина затянулась сигаретой слушая ее рассказы, поддержала ту немного, да и как-то расположила в свою сторону.

— Знаете, Виктория... Я бизнес открываю, в Казани. — Через час после начала разговора сказала Альбина, ведь стало понять, что у нее нет ничего. В лучшем случае темноглазая сопьется здесь в Москве, в в Казани сильно плохо не будет... Наверное.

— Я не знаю... У меня тут все кто мне важны, Альбина.

— А важны ли Вы им, Вик? — Задала вопрос девушка, зная, что ответ последует отрицательный.

Та лишь грустно покачала головой, даже не спросив ничего что за работа, что нужно делать. Ей не повезло оказаться не в то время, не в том месте, и Викуша согласилась показать в Казань вместе с Альбиной, даже не подозревая что там с ней будет.

Альбину уколол болезненный укол совести.

Не так ее бабушка воспитывала.

А Викуша ушла, собирать вещи и попрощаться со старой жизнью. А вот Альбине в то время казалось, что умершие мама, папа, бабушка, стоять у нее за спиною и так прожигают ее спину осуждающим взглядом.

Может она и вправду стала тварью?

Не забываем ставить звездочки и писать коментарии.
Заходите в мой тгк: «Комфортный уголок Теодоры». Там можно узнать больше информации о выходе новых глав, увидеть спойлеры. Продолжение следует на 10 звезд.