Глава 34
Лалиса
Когда я проснулась, мир качался. Впрочем, это имело смысл, учитывая то, что произошло прошлой ночью. Сегодняшний мир уже не был тем, что вчера. Он изменился навсегда.
Я села. Солнечный свет заливал кровать из окон под самым потолком.
Точно, теперь покачивание обрело смысл. Я была на яхте Чонгука.
Стук в дверь заставил меня рывком подтянуть простыню до подбородка. Дверь открылась, и на пороге появилась Тони.
— Доброе утро, миссис Чон. Я принесла Вам одежду. Если оденетесь, я отвезу Вас домой.
— Где Чонгук? — поинтересовалась я.
Лицо Тони ничего не выдало.
— Работает. Уже давно за полдень.
— Что? — У меня не было возможности определить чертово время, и в комнате не было часов. — Ты могла бы разбудить меня раньше! Не говори, что ты просто сидела и ждала, когда я проснусь.
— Бывают и менее приятные рабочие посты, чем палуба яхты, — чопорно сказала Тони.
Я начинала подозревать, что за ее невозмутимой манерой скрывается довольно ехидное чувство юмора.
— В любом случае, босс приказал не будить Вас. Он сказал, что Вы пострадали прошлой ночью.
— Я в порядке. Вам всем нужно прекратить беспокоиться обо мне. Это была не моя кровь. — Я завернулась в простыню и свесила ноги с кровати. — А как насчет остальной охраны Чонгук? Ты тоже работала прошлой ночью?
— Нет, у меня был выходной, так как босс был с Вами. Все на месте. Команду Чон так просто не уничтожить. — Тони одарила меня редкой улыбкой.
Я кивнула с облегчением. Мысль о том, что люди Чонгук могли пострадать, пытаясь меня защитить, терзала меня.
— Я оденусь и выйду, — сказала я Тони, вставая и направляясь к сумке, которую она мне принесла. Когда я увидела себя в зеркале, то чуть не вскрикнула. Волосы высохли мокрыми змеями на плечах, лицо выглядело диким с размазанной под глазами тушью, а губы распухли, как после укусов пчел. Но хуже всего были краснота от щетины на щеках и следы от укусов на шее. Чонгук не был нежен прошлой ночью... даже близко, и мне это понравилось.
Я сгорела в его жестоких руках.
Я собрала волосы в пучок, оделась и направилась к Тони.
Позже, после того как меня проводили домой с охраной, превосходящей президентскую, я долго принимала душ и провела слишком много времени, вспоминая каждое прикосновение рук Чонгука к моему телу. Затем я оделась в новую одежду и направилась в свою студию. Даже простое открытие двери вызывало у меня трепет каждый раз.
Я была занята сложной частью выкройки, когда Тони появилась с телефоном в руке.
Она передала его мне.
— Алло? — осторожно спросила я.
Глубокий, отрывистый голос Чонгука растекся по мне, как мед.
— Адвокат Альфредо на линии. Он настаивает на личном разговоре с тобой. Нам нужно знать, в чем заключается план твоего отца.
Мне тоже приятно с тобой поболтать.
— Ладно.
— Выжми из него все, что сможешь, Лалиса, — подсказал Чонгук.
Я вздохнула.
— Да, босс, есть еще какие-то распоряжения?
— Да, — ответил он, и его голос стал глубже, распространив огонь по моему телу. — Отдохни, тебе понадобится энергия позже.
Прежде чем я успела отреагировать на этот намек, звонок переключился, и на линии появился адвокат отца.
— Синьора Конти?
— Она теперь миссис Чон, — перебил Чонгук, все еще находясь на связи. В его голосе звучало неоспоримое, почти вызывающее собственничество.
— Конечно, миссис Чон. Вы можете говорить? Мне действительно нужно обсудить это наедине.
— Все в порядке. Мой муж может послушать... Я не возражаю.
— Дело не в Вашем желании, миссис Чон; я представляю интересы Вашего отца.
— Я пойду. Уверен, моя жена расскажет мне все позже, — спокойно произнес Чонгук и затем словно растворился.
Я прижала телефон к уху.
— В чем дело?
— Я звоню, чтобы сообщить, что Ваш отец получил послание от Ренато Де Санктиса. Я передал его лично. Теперь он готов обсудить сделку с прокуратурой, но семья Де Санктис не будет фигурировать в соглашении.
Я молча кивнула. Значит, план Ренато и Чонгук все-таки сработал. По крайней мере, как разменная монета в этой игре в пленницу я оказалась полезной – уже что-то.
— Ваш отец беспокоится о Вашем благополучии. Он хотел бы получить подтверждение, что с Вами все в порядке.
— Со мной все в порядке.
— Если это не так, только скажите, и я немедленно выдвину обвинения против Вашего нового мужа...
— Я сказала, что со мной все в порядке. Я в безопасности. Здесь я в гораздо большей безопасности, чем если бы была одна. Похоже, у моего отца все еще остались иллюзии насчет его значимости, если он думает, что может как-то повлиять на семью Де Санктис или моего мужа. Он не может. Мне придется жить с последствиями его поступков... и того грязного, незаконного дерьма, в которое он был втянут всю мою жизнь. С этого момента я буду принимать решения самостоятельно. Мне не нужна его помощь и я не хочу ее.
Адвокат на мгновение замолчал.
— Понял, — тяжело произнес он. — Если это хоть что-то значит... не думаю, что он предполагал такой исход после ареста. Он не думал, что Вы...
— Он вообще не думал обо мне. Я в курсе. Но он должен знать вот что... если бы главой семьи Де Санктис был не Ренато, а меня выдали бы замуж за кого-то другого, а не Чонгук, я бы, вероятно, уже лежала в земле. Я жива благодаря им. Не благодаря отцу.
Я замолчала, удивленная собственной злобой. Но правда была в том, что я кипела от ярости. Отец вел сомнительную жизнь, и в конце концов, чтобы спасти себя, он подверг опасности меня. Он – эгоист, и всегда им был. С того самого дня, когда он сказал мне, что Чонгук ушел, что-то сломалось между нами. Я не верила ему до конца. Никогда не верила. Это была трещина — и с каждым днем она рвала ткань наших отношений все сильнее.
— Я сообщу об этом своему клиенту, — сказал мне адвокат. — Я свяжусь с Вами, как только появятся новые подробности.
— Отлично. С нетерпением жду, — отрезала я и повесила трубку.
Я передала телефон Тони.
— Все в порядке?
— Даже отдаленно нет.
Я вздохнула и опустилась в кресло у стола. Мне осточертело все. Отец, который пытался манипулировать мной даже из тюрьмы, а теперь еще и делал вид, будто я ему небезразлична, хотя только по его вине я прошла через ад. Я была бы уже мертва из-за него, если бы не Чонгук.
Я закончила с попытками выбирать сторону.
Я знала, где мое место.