отряд "Феникс"

Этим же вечером «Феникс» вместе с Ву собрался в кабаке Соды. Пожилой бета тоже сидел с ними за одним столом, щурил подслеповатые глаза и внимательно слушал высокого незнакомца, с седыми висками и линиями шрамов, поднимающихся от запястий и скрывающихся под рукавами футболки. Ифань говорил громко, но неторопливо, крутил в руке стакан с вином и смотрел больше на потрескавшуюся крышку стола, чем на лица собеседников.

— С того момента, как вас отправили в «А», и до сегодняшнего дня, они держали меня в тюрьме, — невесело поведал альфа. — Суд решил, что я более не имею права командовать людьми, так как некомпетентен и совершил серьёзный проступок. Отправить же меня в расход они тоже не могли, всё ждали удобного случая, когда можно использовать с выгодой. И вот я здесь.

— А что стало с частью? — не отрывая взгляда от командира, спросил Тао.

Минсок, сидевший рядом и успевший задремать, резко распахнул ресницы и тряхнул головой, прогоняя остатки сонливости. Тогда Хуан заботливо поправил на нём одеяло и обеспокоенно покосился на Кёнсу. До был против, чтобы Мин шёл вместе с ними, но Тао приспичило побаловать омегу, который сейчас, после тяжёлого дня и дозы обезболивающего, неумолимо засыпал.

— За короткий срок там сменилось несколько командиров. Точно не знаю, но кажется около трёх недель назад её разбомбили с воздуха, в живых почти никого не осталось. — Ифань одним махом проглотил вино и зажмурился. — В столице творится хаос. Я слышал разговоры других заключённых, перешёптывания охраны… Вся верхушка власти планирует слинять в ближайшее время из страны. Кажется, они уже нашли государство, готовое их приютить — это где-то на другом конце света. Затеряются в горах, под крылом террористов, и пиши пропало. Мало того, что их не найти, так ещё и новый военный конфликт может развязаться.

— Надеюсь, что до этого времени я уже не доживу! — Сода с кряхтением поднялся и тяжело зашагал к подсобке. — Вы сидите, а я пойду. Спину что-то ломит.

Бэкхён проводил старика озабоченным взглядом и понуро опустил голову. Все видели, что бета сдал в последнее время. Для Бёна же он был не просто хозяином кабака, но ещё и человеком, подарившем ему частичку тепла в холодное военное время. Он был похож на доброго и справедливого дедушку, который и пожурить может, но и ласки не страшится. И сейчас, глядя на его сгорбленную спину и опухшие ноги, сердце обливалось кровью от осознания, что Бэк ничем не может ему помочь.

— А время-то действительно позднее, — Ифань взглянул на часы и поцокал языком. — Давайте расходиться, завтрашний подъём в шесть утра никто не отменял.

— Какой такой подъём? — недоверчиво фыркнул Сехун. — Тут встают, когда захотят…

— Вставали, — поправил его альфа. — С этого дня порядки в «А» меняются. Вы же хотите победить?

— Не думаю, что ранний подъём нам в этом так уж поможет, — фыркнул Лухан, помогая Тао выкатить коляску с Мином из-за стола.

— Дисциплина превыше всего. Хочешь поспорить со мной, рядовой?

Так и разошлись, посмеиваясь и подшучивая друг над другом. Правда, на полпути к казарме, Бэкхён резко свернул и заковылял в противоположном направлении. Чанёль, заметивший его манёвр, нахмурился и зашагал следом. Он не пытался спрятаться, потому что знал — Слюнявчик догадывался, чьи шаги сейчас раздавались за его спиной.

Они дошли до отдельно стоящего здания, двери которого, несмотря на поздний час, были открыты, пересекли выкрашенный зелёной краской коридор и остановились перед одной из комнат. Бэк деловито вытащил из кармана ключ, провернул его в замке и устало обернулся.

— Чего ты пришёл?

— Захотелось, — мрачно отрезал Пак, отодвинув Бёна и первым шагнул в кабинет.

Он нащупал выключатель и озарил небольшую комнату тусклым светом лампочки. Обвёл взглядом многочисленные инструменты и приборы, хранившиеся здесь, и остановился напротив стола в центре, накрытого тряпкой.

— Осторожнее! — взвизгнул Бэк, когда альфа резко сдёрнул ткань и недоумённо уставился на странное устройство, увитое разноцветными проводами. — Ты что, не слышишь меня?! Говорю же — осторожнее!

— Что это? — обходя вокруг стола, недоверчиво хмыкнул Пак.

— Лэй-стар.

— Чего?

— Выйди отсюда! Я хочу побыть здесь один!

Вместо этого Чанёль подошёл к полке, на которой ютились две грязные кружки. Брезгливо осмотрел их и с вызовом обратился к Бэку.

— Ты тут с кем-то встречаешься?

Слюнявчик закатил глаза и устало потёр виски. Понимая, что альфа всё равно не отступится, он решил быть откровенным.

— Я проводил здесь много времени с Исином. Лэй-стар — это бомба, придуманная им. Она может сжечь дотла всё, что есть на определённом участке земли, но через некоторое время почва восстановится и жить в этом месте снова станет возможно. И никакой радиации и ядовитых облаков.

— А-а-а… Точно! Чжан что-то говорил об этом в первый день знакомства! Поверить не могу, что он действительно её сделал, — восхищённо присвистнул Чанёль.

— Для командира ты слишком мало знаешь свой отряд.

— Ладно, не ворчи! Лучше скажи, почему ключи от комнаты он отдал именно тебе? Между вами что-то было?

— Чанёль, ты можешь не сводить все разговоры только к одному? Из нас двоих именно ты перетрахал половину отряда!

Бэк даже среагировать не успел, когда Пак схватил его в охапку и прижал к стене. Слюнявчик лишь сердито взглянул на него и больно ударил кулаками в грудь.

— Прости, но я правда тебя ревную. Хочу, чтобы ты был только моим, — не решаясь прикоснуться к бледному лицу напротив, шептал альфа. — Вот думаю о тебе и ком-то ещё, и перед глазами темнеет от злости. Извини, мой хороший.

— Какой я тебе хороший? Твой истинный — это Тэхён, и я плохо понимаю, что ты здесь забыл! Иди к нему и будь с ним, и не делай вид, что ты его больше не хочешь!

— Хочу, очень хочу! И именно поэтому сейчас я рядом с тобой. Только ты можешь меня удержать от этого безумства!

— Истинные должны быть рядом. Ты же это знаешь. И нам нельзя быть вместе. Потому что ты только измучаешь меня, а в итоге всё равно уйдёшь к нему.

— Тогда я не понимаю, чего ты хочешь! — неожиданно заорал Чанёль, ударив кулаком в стену рядом с ухом вздрогнувшего Бэка. — Операцию мне делать нельзя, с тобой находиться нельзя! А что мне можно? Я делаю всё возможное, чтобы мы смогли быть вместе, а ты постоянно меня отталкиваешь! Если у тебя нет чувств ко мне, то так и скажи!

— Идиот! Вспомни, сколько времени я пытался сохранить наши отношения, в то время, когда ты от меня отдалялся! А потом сказал, что мы поговорим и в это же время целовался с Тэхёном! Так что проваливай, я знать тебя не хочу!

— И уйду! И трахай себя сам, зачуханный бета!

Чанёль ушёл, оглушительно хлопнув дверью. И Бэк несомненно поубивался бы по этому поводу, но вместо этого дёрнулся к бомбе, рядом с которой упал с потолка огромный кусок штукатурки. К счастью, Лэй-стар не пострадала. И Бэкхён, чтобы не зацикливаться на только что устроенной сцене, погрузился с головой в записи Исина. Лучше доработать бомбу, пока есть время и возможность. Тем более, что зачуханным бетам только это и остаётся.

***

— Вызывали? — Тэхён заглянул в кабинет и неловко кивнул новому командиру.

— Да, проходи. И подожди минутку, — попросил Ву.

Омега тихо прикрыл за собой дверь и опустился за стол для переговоров. Он ещё толком не проснулся, хотя прозвучавшая в шесть утра сирена изрядно его напугала, и даже не успел позавтракать, как альфа уже вызвал его на разговор. Тэхён плохо представлял, что этому мужчине может от него понадобиться. Ещё накануне вечером «Феникс» обсудил сложившуюся ситуацию и решил, что говорить Ву о своём предательстве пока не стоит. Ведь ещё неизвестно, как он к этому отнесётся.

— А я думаю, что нормально! Ифань — мировой мужик! — доказывал Тао, сидя на кровати и прижимая к груди подушку.

— А тебя случай с полковником Кимом ничему не научил? — фыркнул Лухан, тщательно расчёсывая спутанные отросшие волосы, которые он с недавних пор забирал в аккуратный хвостик на макушке.

— Вот не надо, а? — буркнул Хуан, завалившись на спину.

— Я пробил информацию по своим источникам… Знаете, мне кажется, что ваш Ифань не будет в восторге от сотрудничества с страной, которая когда-то убила всю его семью, — ковыряясь в планшете, тихо произнёс Тэхён.

— Выходит, нергалийцы не такие белые и пушистые, какими хотят казаться? — лениво поинтересовался Сехун, глядя на омегу с верхней полки.

— Уроды есть повсюду, на каждой стороне.

И сейчас, сидя в таком знакомом кабинете, Тэхён чувствовал себя явно не в своей тарелке. Глупая мысль о том, что Ифаню, может быть, известен факт их предательства, и смешила, и пугала одновременно. Ву не мог знать наверняка, если только об этом не сказала его интуиция или не проболтался кто-то из «Феникса». И вообще, нет, точно нет! Это исключено.

Альфа же, словно не замечая замешательства Кима, продолжал писать от руки какой-то текст, одновременно заглядывая в разложенные на столе журналы и справочники. И чем дольше тянулась эта тишина, тем сильнее начинал нервничать Тэхён. А когда к страху примешался запах альфы, омега и вовсе чуть не ударил себя по лбу. Какой же он идиот, раз забыл впопыхах выпить подавители. В последнее время Тэхён значительно сократил суточную дозу, которая лишь уменьшала интенсивность запаха Чанёля, но не скрывала его полностью — заботился о здоровье и будущем возможном потомстве. Всё же лучше пить таблетки, чем лишать себя обоняния — к счастью, Пак это тоже понял. Но с омегой уже давно не было такого, чтобы он учуял запах постороннего альфы и тот, о ужас, ему понравился. Нет, здесь не было никакой природной тяги. Просто от Ифаня пахло мужчиной — взрослым, уверенным, сильным. Таким, за которым можно спрятаться от всех бед, утонуть в его запахе, плавать в волнах незнакомого аромата, не теряя при этом головы, а всего лишь наслаждаясь.

— Ты слышишь меня? — с нажимом, видимо уже не в первый раз, повторил Ву.

— Простите? — Тэхён тряхнул головой и натянуто улыбнулся. — Задумался!

— Я вижу, — недовольно нахмурился альфа. — Я спрашиваю, это ты был помощником Мину?

— Не совсем. Я являюсь руководителем информационного центра.

— Хорошо, ты согласишься быть моим помощником?

— Почему я? — растерялся Ким.

— Потому что ты имеешь доступ к информации, хорошо осведомлён о всех делах, творящихся в части, и являешься частью «Феникса». Этого достаточно или мне продолжить?

— Нет-нет! Я согласен вам помочь, — скрепя сердце, согласился Тэхён.

— Мой компьютер почему-то не работает. — Ифань ещё раз пощёлкал мышкой, словно это могло оживить экран. — Поэтому мне нужно, чтобы ты отправил эти письма в министерство Заорана.

— Да, конечно. Что за письма?

— Этим утром я прошёлся по складам «А», провёл ревизию и её плачевные результаты направляю в столицу.

— Извините, но вы считаете, что нам придут на помощь?

— Попытаться в любом случае стоит.

Тэхён не стал спорить — молча взял протянутые листы и уже пошёл к выходу, как альфа вновь его окликнул.

— И вышли специалиста, чтобы починили компьютер!

— Непременно, — кивнул Ким.

Омега уже знал, что заменит системный блок Мину, в котором он прошлой ночью ковырялся отвёрткой, на абсолютно новый. Ведь Ифаню пока рано знать, какие тайны хранились на жёстком диске его предшественника.

***

С приходом к власти Ву Ифаня всё изменилось. Сирена по утрам стала только верхушкой айсберга, за которой последовали ежедневные занятия отрядов по индивидуальному расписанию со специально отобранными тренерами, общественные работы по уборке мусора и ремонту зданий, общие учения под командованием самого Ву.

Солдаты, уже давно отвыкшие от такого контроля, с неожиданным удовольствием втянулись в старую новую колею. Имея перед собой чётко структурированный план, каждый начинал чувствовать себя увереннее. Уже не хотелось собираться по вечерам в кучки и жаловаться на судьбу. Напротив, хотелось бороться и что-то менять в лучшую сторону.

Обещанная комиссия из столицы так и не приехала — сослались на занятость. Три трупа, до этого покоившиеся в морге, были сожжены в печи. Поскольку официальными похоронами это нельзя было считать даже с натяжкой, то в крематории присутствовал только Ифань. Одноглазый бета загрузил по очереди трупы в печь, затем собрал пепел в три разные коробки и расставил их по пустующим ячейкам, коих в последнее время осталось крайне мало.

— Вот и всё, — выдохнул Ву, выходя из душной комнаты под холодный осенний ливень.

В части только один раз заговорили об убийстве в больнице. Дружки братьев пытались начать разборки с «Фениксом», но остальные солдаты неожиданно встали на сторону мальчишек.

— Да заткнитесь вы! Даже хорошо, что этих придурков больше нет в живых. Сколько они крови выпили, — ругались солдаты. — А Мину жалко. Нормальный мужик был.

Всем было сложно, но никто не показывал виду. Особенно Ифань. Для многих в части он казался героем. Ему неосознанно верили, за ним тянулись, мысленно благодаря за возвращение утраченного ранее желания жить. И лишь Тэхён, глядя на происходящее через глазок скрытой камеры, видел, как страдал Ифань, оставаясь в одиночестве. Сильные плечи опускались, на лбу пролегала глубокая складка. Мужчина был в замешательстве, он устал даже больше остальных. Но командиру нельзя давать слабину.

***

В один из вечеров, когда никому из «Феникса» не выпало дежурить, они собрались в казарме и лениво обсуждали события дня. Когда Кёнсу сообщил, что Минсока уже на днях выпустят из больницы, Тао значительно ободрился и даже чмокнул засмущавшегося омегу в щёку.

— А может, ему лучше там остаться? — осторожно предложил Лухан. — За ним ведь присмотр нужен.

— Я поговорил с Ву, он обещал пристроить Мина в столовой. Будет там помогать, а повара за ним приглядят в случае необходимости, — улыбнулся Тэхён.

— Было бы неплохо, — закивал Хуан, радуясь такой перспективе.

Чанёль же не сводил мрачного взгляда с Бэка, занятого пришиванием пуговицы к рубашке. Пак не отрывал взгляда от тонких пальцев, под ногтями которых забилась грязь, и боролся с желанием сломать их в своей ладони.

Грёбаный Слюнявчик невероятно его бесил своим дурацким упрямством. Он не разговаривал с ним с момента последней ссоры, даже не смотрел в его сторону, словно ему было всё равно. Чанёль тоже не предпринимал никаких шагов, решив пустить ситуацию на самотёк, ибо если Бёну не нужно, то ему-то зачем? Он альфа видный, без омеги не останется. А этот урод пусть до старости живёт один! И тут же на душе предательски заныло от неправильности происходящего.

— А как тебе, к слову, Ифань? — наклонившись к Тэхёну, тихо спросил Кёнсу.

— Мировой мужчина!

— Он тебе нравится? — не унимался До.

— С чего ты взял? — лицо Кима непроизвольно вытянулось. — Он, конечно, очень видный альфа, но по его глазам видно, что верен он будет только своему мужу, пусть даже того давно нет в живых.

— И именно поэтому ты перестал принимать подавители, чтобы лучше чувствовать его запах и позволять учуять свой? — хитро прищурился Лухан, как истинный омега, обожающий всякого рода сплетни.

— Просто эти таблетки вредны для здоровья!

— И ты даже не обращаешь внимание на Чанёля. Его запах тебе больше не нравится?

Пак явно напрягся и хмуро посмотрел на растерянного Тэхёна. Тот принюхался, словно пытаясь оценить собственные ощущения, а сидевший неподалёку Бэк заинтересованно проследил за его реакцией.

— Ну, начнём с того, что запах Пака изначально был так себе…

Договорить Тэхён не успел из-за взрыва хохота остальных. Лишь Чанёль хмуро клокотал от злости.

— Но я не лгу! Это моим инстинктам нравится его запах, а меня от него мутит! Прости, Пак, ничего личного. Я всего лишь достиг компромисса с внутренним «Я», и теперь даже ему не особо по душе твой запах.

— А может, вы не истинные? — подал новую идею Кёнсу. — Бывают же ложные пары. Да, я читал об этом! Случается, что люди даже женятся, а спустя пару лет понимают, что ошиблись с парой.

— Реально? — даже скучающий до этого Сехун заинтересовался поднятой темой.

— Ну да! — кивнул До. — Может, вам просто понравились запахи друг друга. И не забывайте, что мы на войне, где мало омег, поэтому любой запах будет казаться особенно сладким.

— Но я то повёлся на него, хотя альф вокруг хоть жопой жуй, — грубовато заметил Тэхён.

— Ты тоже ошибся. Тебе просто понравился его запах и на фоне стресса ты ошибочно принял Пака за своего истинного. Просто иначе вы бы не смогли продержаться так долго. Вас бы даже подавители не уберегли от близости!

Пару мгновений парни обдумывали произошедшее, а потом как-то довольно присвистнули и хитро засмеялись.

— Бэк, кажется у тебя есть все шансы быть вместе с командиром! — обняв друга за шею, громко прошептал Лухан.

— Не один истинный, так другой, — философски заявил Слюнявчик, разорвав нитку зубами.

— А может, истинный Пака ещё не родился или уже умер? Или вообще живёт на другом конце света?

— Да нужен мне этот придурок! — яростно перерывая рюкзак в поисках последней пачки сигарет, прорычал Чанёль.

— Все слышали? Дело не только в истинности, а в том, что этот человек совершенно не умеет держать себя в руках, а член в штанах! — не глядя на Пака, заявил Бэк.

Кёнсу и Лухан предпочли промолчать и сделать вид, что не услышали последней фразы.

— Завались, мелочь! — вскочив с кровати, заорал Чанёль. — Всю кровь ты мне уже выпил! Давай, рассказывай, какой я хуёвый и как тебя достал!

— Да я говорить с тобой не хочу!

— А я видеть тебя не могу!

— Ну и иди отсюда!

— Сам проваливай, раз что-то не устраивает!

— Парни, может, вы успокоитесь? — попытался их угомонить Тао, но на него даже не обратили внимания.

— Я никогда не буду встречаться с тобой, потому что ты меня достал своей грубостью, ревностью и изменами! С тобой невозможно спокойно общаться, потому что ты постоянно чем-то недоволен, вечно орёшь на меня! Даже сейчас ты не можешь нормально со мной поговорить!

— Да то время, что я провёл с тобой, было самым худшим в моей жизни! И я найду себе самого лучшего омегу Заорана и буду трахать его сочную ароматную задницу, а ты свою фригидную удовлетворяй сам!

Понимая, как его занесло, Чанёль остановился, проглотив остаток тирады, и в ужасе взглянул на мертвенно-бледного Бэкхёна. В его потемневших от обиды глазах стояли слёзы, но вопреки ожиданиям, Слюнявчик не разрыдался, не выбежал из казармы и даже не сказал ответной колкости. Он медленно поднялся, аккуратно сложил рубашку в тумбочку и накинул поверх футболки тонкую куртку.

— Ты куда? — спросил у него Лухан, пока остальные предпочитали не вмешиваться.

— Пойду, потрахаюсь с кем-нибудь. Наверное, и моя фригидная задница сможет кого-то привлечь! — Бэкхён улыбнулся и, помахав ладошкой на прощание, вышел из казармы.

— Чанёль, ты идиот! — ударив себя по лбу, протяжно выдохнул Тэхён. — Ты хоть понял, что ему наговорил?

— Он реально пошёл с кем-то трахаться? — шокировано обратился к остальным Пак.

— На твоём месте я бы его догнал, пока он не натворил дел, — посоветовал Сехун.

— Нет уж, Чанёль, сиди тут. Мы с Кёнсу сами его успокоим! — решительно поднялся Лухан. — До, пошли!

— Только не давайте ему ни с кем трахаться! — обеспокоенно крикнул вслед Чанёль, но омеги лишь закатили глаза на такое заявление.

Ушедшие так и не вернулись в казарму, поэтому оставшимся пришлось всю ночь слушать нервные шаги Чанёля, то и дело бегавшего курить. А на рассвете «А» разбудил сигнал тревоги. Сонные солдаты высыпали из казарм на улицу и в ужасе уставились на небо — к Заорану стремительно приближались чёрные точки беспилотников.