По следу Розы

В машину с ними попытался сесть и Гуэро, но одним взглядом и кивком в сторону Роза указала, что ему тут не место. Водитель не задал вопросов и газанул так, что Розу впечатало в спинку кресла. Кончиками дрожащих пальцев она нашла ладонь Рика, и он сжал её руку в своей. Она не посвящала его во все детали плана, и теперь Рик не видел в этом недоверия, скорее волнение. Если ей спокойнее в тишине — пусть так, он будет рядом, чтобы помочь или успокоить.

Под пытками вчера Фернандо назвал адреса нескольких мулов[1] Касильяса и имя Охотника, через которого он связывался с остальными. Сегодня ночью Кальва должен был наведаться ко всем этим людям. Рик подозревал, что к утру город будет в огне, но надеялся, что всё пройдёт тише и незаметнее. Что проезжая сейчас через порт Саут Бэй, они не увидят несколько пожарных машин, скорых и спасателей. Это лишь Касильяса. Бандиты, не заслуживающие ни скорби, ни второго шанса. Охотник, которого они вчера пленили, знал даже больше, чем Фернандо, хотя сознался, что поступил на службу меньше полугода назад. Он скулил о прощении, рассказал, как вербовал к ним мальчишек своей деревни, как учил их стрелять. Он рассказал о яхтах в порту, которые принадлежали высоким чинам Касильяса, о домах в пригороде, зарегистрированных на левых людей, о подружках, с которыми генералы изменяют жёнам, и ещё о многом-многом, что Кальва сегодня утром использовал против старого врага. Неожиданный и кровавый удар. Такой, как они и заслуживают после того, что сделали в Ла-Хойя. Как прочитал Рик вчера в докладе пожарных, в том взрыве погибли шестеро — домработница, водитель, садовод и трое солдат. Если солдаты Вергара знали, что однажды их может настигнуть такая участь, то простые работники вряд ли.

Но оба — и Охотник, и Фернандо — наперебой стремились рассказать всё, что знают о Пепе, ведь Рик пообещал им, что тот, от кого будет больше пользы, выживет.

Только Рик и Кальва не смогли нарыть то, что нашла сама Роза.

— Значит, в Мексике всё началось ещё вчера? — спросил Рик и вернул ей телефон. Заголовки на испанском он не мог прочитать, поэтому Роза включила автоперевод в браузере. В Тихуане, в Энсенаде, в Гвадалахаре и Кульякане, в Ла-Пасе — почти половине так называемого Тихоокеанского Коридора — со вчера разгорелись пожары, начались крупные стычки, взрывы складов, стрельба по барам банд и так далее.

— Ага, — безэмоционально бросила Роза. — Касильяса не смогут прислать сюда людей на подмогу, все заняты сейчас на юге. И Пепе туда не сунется, слишком опасно.

— Но его зеркало? — Рик нахмурился. От одной мысли об этих чёртовых магических штучках у него начиналась мигрень. — Он же может, как это называется, телепортироваться? Короче, прыгнуть на другой конец мира?

Роза повернулась к нему всем корпусом и оскорблённо спросила:

— За кого ты меня принимаешь?

*день назад*

На многоуровневой парковке бизнес-центра остановилась машина. Роза не торопилась выходить, пока от лифта не отделилась фигура, в которой узнавалась Виктория, распорядительница аукциона от дома Лото Бланко. Та, которая собиралась натравить Розу на Агилара для собственной выгоды, но в итоге облажалась, и Пепе ускользнул от них в последний момент.

После разговора с Бьянкой Розе всё ещё было сложно сфокусировать мысли хоть на чём-то другом, но один звук этих шпилек, цокающих по бетону, отрезвлял. Соберись.

— Сеньорита Вергара. — Виктория сдержанно кивнула. Роза молча ответила тем же. — Рада, что мы всё же сможем быть полез...

— Где? — отсекла Роза лишние расшаркивания.

Они поднялись на тринадцатый этаж — Виктория в сопровождении одного из своих охранников, Роза с Гуэро и ещё тремя парнями. Если только Виктория снова попытается что-то выкинуть, никакие бывшие морпехи не помогут ей. Терпение Розы закончилось ещё вчера, в палате у Тио. Сегодня врачи сообщили, что его состояние улучшается, возможно, скоро придёт в себя. Мысли о его выздоровлении Роза тоже оттолкнула. Сейчас не время и не место, сфокусируйся на деле.

Первыми из лифта вышли Гуэро и его напарник с оружием наготове, осмотрелись по сторонам, прежде чем кивнуть Розе, что всё чисто.

— Это здесь, — сказала Виктория и приглашающим жестом указала на коридор с серым ковролином и одинаковыми серыми дверьми. Хочешь спрятать что-то сверхъестественное и слишком привлекающее внимание? Засунь это в самый невзрачный недостроенный бизнес-центр, которым годами никто не пользуется.

Проходя мимо кабинетов с распахнутыми дверьми, Роза слышала как от ветра хлопал полиэтилен на окнах, заменяющий стёкла, и как вдалеке выли сирены. Если бы полы не были застелены ковролином, скрадывающим шаги семерых человек, то эхо разносилось бы по всему этажу.

Виктория остановилась перед дверью в самом конце коридора, остановилась, сделав глубокий вдох, будто собиралась нырять под воду, и открыла, пропуская людей Розы вперёд.

Комната была пуста и просторна, с окнами в пол и всё тем же рваным полиэтиленом, волнующимся от порывов ветра, хлопочущим по железным перекладинам. Должно быть, такое помещение задумывалось как кабинет большого начальника, тут даже площадка для мини-гольфа поместилась бы. Но стояло только гигантское зеркало. Высотой примерно с две Розы, резная деревянная рама шире ладони взрослого человека и украшена ракушками, водорослями, какими-то крабами и прочими морскими мотивами. Само стекло было мутноватым и с разводами по краям, словно зеркало изготовили несколько сотен лет назад. Точно такое же зеркало Роза видела на фотографии из выставочного зала Лувра. Того зала, который ограбил Пепе.

— Это... — Гуэро споткнулся на середине слова и шагнул ближе, забыв опустить оружие.

— Сейчас и узнаем, — ответила Роза и подняла телефон так, чтобы в объектив попала хотя бы часть зеркала. Два гудка — и Снежка ответила на звонок. — Привет, Джинни, у меня снова к тебе небольшая просьба...

— К приезду твоей прошлой просьбы я как раз готовлюсь, — ответил голос с британским акцентом. Сама Вирджиния на экране не появилась, только красная кирпичная кладка высокого потолка. На заднем плане кто-то неразборчиво ругался, раздались звуки борьбы, что-то врезалось в стену и смачно разбилось.

— Это быстро, — нетерпеливо сказала Роза и тряхнула телефоном, словно это были плечи Сноу. — Посмотри. Снежка? Посмотри, чёрт побери, в телефон! Это то, о чём я думаю?

Раздался звук, с которым захлопывается тяжёлая дверь, стало тише, на экране появилось лицо Сноу. Как всегда с идеально уложенным тёмным каре, а вот красный берет чуть съехал в сторону, и когда Сноу мотнула головой, с него осыпались осколки. Спустя пару секунд напряжённого молчания она ответила:

— Да.

— Спасибо, — ответила Роза и сбросила звонок.

— Вы в нас сомневались? — с толикой обиды в голосе переспросила Виктория и отошла обратно к двери. Неужто испугалась, что после того, как она поднасрала Розе, теперь её могут толкнуть в окно? Ну же, Роза не так мелочна. — Это единственное в своём роде зеркало из Подводного Царства. То, которым сеньор Агилара пользуется уже много лет и оставляет у нас на хранение.

Роза, наконец, отвела взгляд от разводов на стекле, напоминающих морскую пену у берега.

— Неужели всё это только потому, что он продавал свои артефакты вашим соперникам? — спросила она. Даже сейчас, чуть нервная и косящаяся на телохранителей Розы, Виктория выглядела идеально. Светлый волосок к волоску, бледно-розовое платье-футляр, выгодно оттеняющее бледность и взгляд не человека в западне, а бизнес-вумен на переговорах о выгодной сделке.

Виктория помолчала пару секунд.

— Сеньор Агилара подвёл дом Лото Бланко не впервые и на очень крупные суммы. Плюс наше руководство сочло, что ссориться с вами, сеньорита Вергара, менее выгодно, чем с ним.

Умница, подумала Роза, но вслух только хмыкнула и отвернулась обратно к зеркалу.

— Так что, оно заблокировано?

— С момента, как вы подали заявку на посещение аукциона, — с милой улыбкой ответила Виктория. Ха, Роза её недооценила.

*сегодня*

Машина остановилась в Шелтер Айленд[2]. Иронично. Кальва уже выпытал все адреса частных аэропортов, которыми пользовался Агилара, а у государственных его поджидали люди Розы.

Рик и Кальва ещё вчера это обсуждали — скорее всего, Агилара выбрал бы путь по воде, самый безопасный — через Шелтер. Здесь поблизости нет военных баз, а выход в открытый океан так близок, что легко потерять бдительность. До спасения рукой подать. Рик предположил, что Пепе не высунется до темноты, дождётся, когда движение в порту стихнет, но Кальва стоял на своём — когда огонь гнева Розы лижет пятки, ты рванёшь хоть в самую гущу копов.

Не надеясь только на чуйку своих подчинённых, Роза, конечно, расставила патрули в каждом чёртовом порту на побережье, кроме тех, что располагались рядом с военными. Может, Пепе и сам в прошлом был воякой, но мексиканской армии, в Америке никакие его связи не спасли бы. И вот пришёл сигнал из Шелтер Айленда. Он здесь.

— Пушку, — велела Роза, когда мотор заглох.

Гуэро без слов передал назад заряженный глок, слишком крупный в ручке Розы, и Рику захотелось отобрать его, запереть Розу в тачке и не выпускать, пока он лично с этим не покончит. Но Рик вышел из машины и подал Розе руку.

Сегодня её костюм был не просто красным, а цвета венозной крови, которая точно прольётся этим вечером. Закатное солнце подкрасило волосы, собранные в серьёзный пучок, бросило тень на мягкое лицо, почти почерневшие сейчас глаза и густые чёрные стрелки.

Плеск волн и стук бьющихся о пирс боков яхт заглушали хлопки дверей других машин. Вокруг них сейчас остановился десяток чёрных внедорожников, из них высыпали вооружённые люди в чёрном и белом и каждый с татуировкой розы на правой руке.

— Сеньорита, — Кальва вышел вперёд, и впервые Рик видел его обеспокоенным, —вам не стоило приезжать.

— Где он? — бесцветно спросила Роза. Ещё месяц назад Рик не разобрал бы, как дрогнул её голос. От нетерпения, волнения или страха?

— Почти забрался на яхту, — ответил Кальва, а сам поглядывал в ту сторону, откуда сейчас раздавались крики на испанском. Рик понадеялся, что горожане уже эвакуированы из порта. — Но мы прострелили её, и теперь корыто на дне гавани.

— Веди. — Роза кивнула, но Кальва выставил перед ней руку.

— Се ло дихе[3], сеньорита, — он глянул на Рика и продолжил на английском: — У него детонатор, мы не пустим вас к нему. Сами...

— Детонатор? — Рик шагнул ближе, и трое парней, окруживших Розу вздёрнули пушки. Кальва поднял руку, показывая, чтобы все успокоились. — Ты знала, что он может подорвать этот порт и приехала сюда?

— Потому что я должна лично с ним разобраться, — отсекла Роза. — И ждать переговоров не собираюсь, он слишком часто ускользал. Больше не сбежит.

Не дожидаясь больше никого, она сама направилась туда, откуда раздавалась ругань, и Гуэро нагнал её по левую руку, а Кальва — по правую. Рик выругался под нос и последовал за ними по коридору из выстроившихся солдат.

— Почему ты его не вырубил? — спросил Рик сквозь плотно сжатые зубы. Каждый раз, каждый хренов раз она сама лезет на рожон.

— Чтобы подорвать весь порт и своих людей? — бросил через плечо Кальва.

— А так вы только подорвёте своего босса...

— Заткнулись! — крикнула Роза, развернувшись к Рику. — Заткнулись оба, иначе я начну убивать прежде, чем увижу этого ублюдочного Пепе.

Они обогнули здание мотеля, и взгляду открылась просторная площадка перед пирсом. Обычно здесь стоял десяток дорогих яхт, но сейчас не осталось ни одной.

И только Агилара стоял там, держа в руке детонатор. Перед ногами у него валялась сумка со взрывчаткой — тонкие серо-жёлтые полоски, видимо Си-4, а рядом жгут с проводами. Много, слишком много. Он разнесёт в щепки половину порта.

— Это кто? — Роза бросила лишь взгляд на шестерых Охотников, стоящих сейчас на коленях перед её солдатами.

— Они сопровождали Агилара, — начал Кальва, — и...

— Убить, — велела Роза. Солдаты только и ждали приказа и шесть выстрелов привлекли внимание Агилара к ней.

— Рози-и-ита, — протянул он издевательски, будто не сомневался, что она явится, будто всё представление начнётся только сейчас, когда главный зритель сел в первом ряду.

Роза рванулась вперёд, и сразу несколько рук — Гуэро, Кальва и Рика — удержали её от этого. Она не поднимала пушку, только сжимала кулаки и переводила взгляд с рожи Агилара на детонатор в его руке.

Ему некуда бежать, все пути отрезаны, он окружён почти двумя десятками её людей, каждый из них держит его на мушке, а его напарники либо уже мертвы, либо прямо сейчас бегут из страны. Наконец, Роза зажала его в капкан, как всегда и хотела, но чёртова взрывчатка...

— Розита-Розита-Розита. — Агилара разочарованно покачал головой. — Неужели за все эти годы тебе не надоело? Неужели ты ни разу не подумала, что пора всё отпутстить?

— Ты убил мою мать, — процедила Роза сквозь зубы и всё же сделала медленный шаг ближе. Кальва её пропустил. — Ты убил моего отца. Отпустить? Отпустить?! — Она снова рванулась, и Рик удержал её за талию. Одно нервное движение, один дрогнувший мускул Агилара, и всё здесь взлетит на воздух. — Я отпущу тебя только с обрыва, вот тогда мне всё надоест! Как тебе такой расклад?!

— Я был о тебе лучшего мнения. — Агилара развёл руками. — Взрыв в доме Камиллы был предупреждением. — Он указал на сумку перед собой. — Тебе стоило проваливать сразу после. А ты только Бьянкиту увезла. Что, думаешь, мои парни до неё не дотянутся?

Рик почувствовал, как под его ладонью в Розе нарастает пышущая гневом энергия.

— Где бы ты её ни прятала, Бьянкиту ничего не спасёт. Она будет следующей после Мадера и после тебя.

— Ты блефуешь, — выплюнула Роза и выпрямилась. Она не даст так просто собой манипулировать. Искоса Рик поглядывал по сторонам, оценивал, какие позиции заняли стрелки. Нельзя изрешетить Агилара — это не гарант, что палец не сорвётся и не нажмёт на кнопку. Нужен один верный выстрел.

— Ты так себялюбив и так труслив, что ты ни за что себя не подорвёшь. — сказала Роза. На долю секунды она глянула на Рика. Подумала о том же?

— Но я достаточно ненавижу тебя, маленькая сука. А если это позволит покончить с родом твоего папаши — это благая цель. — Агилара ничуть не звучал нервно, нет, будто всё шло ровно по его плану. Рик сделал очень медленный шаг в сторону. — А к смерти Рейны я не причастен, Розочка. Она была чудесной женщиной, которая допустила ошибку, выбрав Иларио, но что теперь говорить. А его смерть... Ну, нельзя отказываться от своих заслуг. — Он поправил клетчатую жилетку. Рик оказался за спиной Кальва. — Всё-таки, благодаря этому мои друзья выбрались из своих клоповников под Мансанильо. — Он указал на уже мёртвых Касильяса. Рик обогнул Кальва, пистолет уже лежал в руке, пока спрятанный за бедром. Пусть ещё болтает, давай, Роза, потяни время ещё чуть-чуть. — Я велел никому не двигаться, агент! Ещё шаг, и от вашей драгоценной сеньориты ничего не останется. Скажи, Розита, ты ведь знаешь эту историю? Абуэла рассказывала тебе это как сказку на ночь? Знаешь, что папочка бы выжил, если бы не был так упрям? — продолжал Агилара, и Рик выжидал. — Мы предлагали ему сотрудничество, а не войну. Но Иларио не захотел перемирия, не захотел связываться с нами и... с разным товаром, которым мы предлагали торговать. Стоило это его жизни?

— Это будет стоить жизни тебе, — пообещала Роза тихо и злобно, и если Агилара не поверил этим словам — он абсолютно туп.

— Или твоим дружкам. — Он указал загорелой свободной рукой в сторону Рика. — Я могу понять, Кальва, это отребье, — раздался смешок теньенте, — но сраные федералы. — Агилара смотрел на Розу со смесью отвращения и насмешки, поморщился. — Розита, ты теперь всякий мусор по помойкам собираешь?

Рик выстрелил, быстро, чётко в сухожилие большого пальца, чтобы рука разжалась, и детонатор выпал так и не нажатый. Солдаты бросились к нему всем скопом, кто-то оттащил сумку, другие повалили Агилара на землю, скрутили за спиной руки. Остановившийся над ним Кальва упёрся каблуком в рожу с аккуратной бородкой и обернулся к Розе.

Все обернулись к ней, так и замершей на месте. Рик видел, как всего секунду дрожали её руки, но Роза поборола это и подошла ближе с гордо поднятой головой, в окружении своих подчинённых. Если прежде она и была их принцессой, то сейчас стала королевой.

— Роза, — позвал Рик. Он видел это, она готова спустить курок, даже не пытать его, просто убить на месте. — Роза, он должен выжить.

Несколько солдат, в том числе Гуэро уставились на него. В их понимании Агилара должен сдохнуть прямо здесь и сейчас от рук их госпожи. Кто-то поднял Пепе и усадил перед ней на колени, руки уже связали за спиной и теперь держали за плечи. В такой казни нет никакой чести, но он и не заслужил её.

— Если ты хочешь освободить Камиллу, он должен выжить, — повторил Рик твёрже.

— Он должен заплатить! — рявкнула Роза и с размаху ударила Агилара по лицу прикладом пистолета. — Он задолжал мне слишком много жизней! Слишком много, сука, лет! — С каждой фразой она била всё сильнее, всё остервенелее, и Кальва чуть отошёл назад, чтобы не попасть под горячую руку, но Рик поймал её за запястье и удержал.

— Послушай меня, — зашептал он. — От мёртвой крысы нет никакого толка. — Рик смотрел на Агилара с окровавленной рожей. — Его смерть не принесёт тебе облегчения. Не вернёт тебе семью.

— Облегчение точно принесёт! — У Розы задрожал голос, и она снова вскинула руку с пистолетом.

— Но тогда ты не сможешь оправдать бабушку! Послушай! Выбери будущее, а не месть за прошлое. Прошу, Роза. Если он выживет, ты сдашь его полиции, — Рик кивнул в ответ на вздёрнутые брови Агилара, — заставишь дать показания.

— С какого хуя это я буду давать показания? — прохрипел тот.

— Выбирай выражение при сеньорите, сучара! — Теперь ему врезал Кальва. Кто-то в толпе тихо посмеялся.

— С такого, что в противном случае, — Рик удержал Кальва за плечо и подвинул в сторону, чтобы Пепе смотрел в глаза сраному федералу, — мы схватим тебя сразу на выходе из здания суда. Она похитила агента ФБР на глазах у копов, ты думаешь, она не сможет запихнуть тебя в тачку и исчезнуть? У тебя хорошая фантазия? Можешь представить, что она сделает с тобой, как будет отрезать по куску гнилой плоти? Днями? Месяцами? Роза, как думаешь, док сможет поддерживать в нём жизнь, если ты отрубишь нашему другу Пепе все конечности?

— Конечно, — раздалось ледяное согласие за спиной.

— А если ты считаешь, что в тюрьме тебе будет безопаснее, и ты сможешь сознаться не во всех преступлениях, то вспомни, сколько парней из дома Вергара я отправил за решётку. Тебя будут судить по законам США, и посадят в местную тюрьму. Здесь твоих дружков-Охотников в разы меньше. Парни Вергара превратят твою жизнь в такой ад, какой даже Розита не смогла бы придумать. Так что ты выбираешь?

— Будто если я сяду в тюрягу на ваших условиях, её парни не сожрут меня!

— Не сожрут, ведь я отдам приказ, — ответила Роза. Неужели это... Победа? — Они проследят, чтобы твои дни за решёткой были долгими... И в меру мучительными. — Её глаза хищно блеснули.

— Напомни мне никогда не переходить тебе дорогу, — попросил Рик, обернувшись к Розе у которой в глазах стояли слёзы, но она сдержала их.

* * *

На суде, конечно, Рику нельзя было присутствовать, он всё ещё числился в розыске, как подозреваемый в смерти специального агента Сантьяго Переса, хотя Агилара и несколько его выживших Охотников должны были взять и это преступление на себя. В заявлении об увольнении со службы агента Ричарда Вулфа значилась дата за два дня до смерти Переса. Якобы, его уволили по подозрению в недобросовестной работе и связях с преступными организациями.

Роза спрашивала, что он чувствует после того, как вся прошлая жизнь оборвалась, и тогда Рик не знал ответа, но теперь мог бы сказать: он чувствовал свободу. Он почувствовал себя на своём месте. Да, это место ещё требовалось выгрызать и доказывать, что он достоин его занимать, но всё это мелочи.

Хосе Пепе Агилара сознался на суде во всех преступлениях, кражах, убийствах, подкупах, в том числе агента Сантьяго Переса, и многом другом, что Рик просто смахнул, читая отчёт. Главное, что он сознался в подкупе и запугивании свидетелей, в краже улик и преступном сговоре с целью подставить своего давнего врага, Камиллу Вергара. По словам Розы, адвокат бабушки тоже присутствовал на суде, и уже выдвинул обращение о повторном рассмотрении её дела. По прогнозам адвоката, срок могли сократить лет до восьми-десяти, но Роза настояла, что это слишком много, и если он хочет продолжить работать, пусть выбивает условия получше.

* * *

Будто спящая принцесса, проклятие которой было разрушено, Рафи очнулся в тот же вечер, когда Агилара передали на руки полиции. Рик настаивал, что после всего Розе нужен отдых, но она поехала в клинику, чтобы обнять Тио и рассказать, что с девочками всё в порядке, что Бьянка в безопасности в Лондоне, и это теперь проблемы Лондона. Тио посмеялся, хоть это и вызвало боль. Руки Розы он не выпускал из своей, шершавой и грубой, руки, которая направляла, как держать пушку, как стрелять, ориентируясь на ветер, как водить тачку. Руки, которая могла дать подзатыльник, хотя абуэла велела выпороть этих двух бандиток. Руки, которая каждый раз помогала ей подниматься, когда Роза оступалась.

Она сидела у его кушетки, положив лоб на их сцепленные пальцы, силилась не уснуть и помнила, что в коридоре ждёт Рик. Он отказался заходить, не время, не место, Тио нужно отойти от операции перед новыми потрясениями, и Роза согласилась. Он узнает обо всём позже. Если эти чёртовы сплетники, которые зовут себя её солдатами, не донесут.

Как только Тио встанет на ноги, они уедут. В Сан-Диего всем останется заправлять Кальва, теньенте отлично показал себя за последние дни, и даже Рик отзывался о нём только положительно, как больше ни о ком из солдат. Кальва позаботится не только о людях и территории, но и о собаках. Как владелец двух булли, он даже с Розиными монстрами нашёл бы общий язык.

Всё ещё находясь под прицелом ФБР, Рик и Роза и дальше жили в охотничьем домике под Сан-Диего, пока как-то вечером она не вернулась со словами:

— Качоррито[4], собираем чемоданы, для нас есть дело на Кубе!

Рик выглянул из кухни в одних только серых спортивных штанах, измазанный мукой от щёк до пресса.

— Ладно, дела могут и подождать, — мурлыкнула Роза и закрыла за собой дверь.

[1] Термин, обозначающий посыльных или торговцев.

[2] Дословный перевод «Остров-убежище».

[3] (испанский) Я же говорил, сеньорита.

[4] (испанский) Щеночек.