По следу Розы

Бьянка ждала её в придорожном кафе в пяти минутах езды. Времени мало, как только Вулф заметит пропажу, счёт пойдёт на секунды. Он взял с собой ноутбук? Если да, то сможет перекрыть доступ удалённо сам, даже без чужой помощи, но если торопился...

Роза влетела в кафе, чуть не разбив стеклянную дверь, и швырнула украденный телефон Рика на стол перед Бьянкой.

— Полегче! — шикнула та. — Он нужен нам целым.

Раздобыть отпечаток пальчиков Вулфа они пытались уже не один месяц, но прежде он был аккуратнее. А теперь не то новые напарники, не то громкое дело Пепе, не то французики, которых подослали ему на подмогу, ослабили защиту Вулфа. И взяв в клубе предложенный Тио стакан воды, Рик наследил достаточно, чтобы Бьянка сняла отпечаток его пальцев со стекла.

Айфон предпоследней модели, зная Вулфа, скорее всего, чей-то подарок, он не слишком-то следил за техникой и не особо с ней ладил. Но Роза всё же надеялась, что этот старик в теле тридцатилетнего не хранит все свои записи в жёлтом юридическом блокноте.

Бьянке потребовалась пара минут, чтобы подобрать из отпечатков нужный и разблокировать смартфон. Скрывая ликование, Роза сразу потянулась, чтобы забрать телефон, но сестра шлёпнула её по руке, не отводя взгляда от десятка иконок приложений. Первым делом открыла почту, сфотографировала экран на собственный смартфон, открыла пару интересных писем и тоже их зафиксировала.

— Шустрее! — шипела Роза, игнорируя официантку, которая подошла подлить им кофе. — Сейчас этот телефон превратится в кирпич!

Бьянка не отвлекалась ни на ответ, ни на презрительный взгляд, продолжала только открывать новые письма и фотографировать их. Наконец, очередь дошла до заметок, но те тоже были запаролены. Блокировка мигнула и исчезла, а Бьянка снова не выразила ни единой эмоции, словно все это было не только по её плану, но и абсолютно обыденно. На случай, если бы телефон потребовал пароль, рядом с Бьянкой лежал раскрытый ноутбук с какой-то запущенной программой для взлома. Но Бьянка предупреждала, что эта программа займёт больше времени на дешифровку. Ну же! Ну же! Хоть что-то полезное, а не просто пара рабочих переписок о том, кому и что на обед заказать!

— Эсо[1]! — тихо возликовала Бьянка, и Роза чуть не вцепилась в край стола от нетерпения.

На экране теперь появился небольшой список из имён, которые даже вверх ногами Роза смогла прочитать — слишком много знакомых. А рядом номера телефонов и адреса, либо страны, в которых те были замечены в последний раз.

— Это оно? Его спис..? — Не успела Роза закончить предложение, как экран потух. — Ты же сфоткала? Сфоткала их все?

— Да-да, — ответила Бьянка и расслабленно откинулась на спинку красного кресла из кожзама. Её лицо разгладилось от напряжения, между бровями исчезла морщинка. Бьянка редко подбирала волосы, но сейчас те были убраны в высокий пучок, чтобы ничего не отвлекало и не мешало. В нервные моменты ей мог помешать думать любой звук, любое прикосновение. Почему-то это не влияло на дрожь в её руке, когда нужно было в кого-то выстрелить. — Всё сделано. У нас есть его список свидетелей.

Только теперь Роза тоже выдохнула, и её плечи опали под плотным пиджаком. Отлично. Осталось избавиться от телефона, и когда разъярённый Вулф примчится обвинять её в краже — сделать самый невинный вид.

* * *

— Вергара, черт бы тебя побрал, где телефон? — не размениваясь на любезности, рыкнул голос Вулфа в трубке.

— Какой телефон, детектив? — переспросила Роза и переглянулись с молчащей рядом Бьянкой. Не прошло и получаса, как они выехали из кафе, и трижды проехались по смартфону Вулфа. Всё, что осталось от бесполезного теперь пластика, Бьянка зашвырнула подальше с утеса в воду. — И почему ты разговариваешь со мной, как с щеночком, который оставил лужу в твоей квартире?

— Мой телефон, Вергара, — продолжал Рик. На заднем фоне ревел мотор камаро, и Роза опасливо заглянула в зеркало заднего вида, не мелькнёт ли где-то позади эта чёрная развалюха. — Ты вынула его из моего кармана. Украла. Нихрена ты не ловкая и незаметная карманница.

«Достаточно ловкая и незаметная, чтобы мы успели собрать всю нужную инфу, пока ты его не заблочил». Вслух Роза, конечно, этого не сказала, не станет же она признаваться агенту в совершении кражи.

— Понятия не имею, о чём речь.

В ответ — очень долгий и тяжелый вздох.

— Новости видела? — вдруг сменил тему Вулф, и Роза глянула на экран своего телефона, будто могла увидеть и перемену в его лице.

— Что там? — Роза пощёлкала по магнитоле, но на всех радиостанциях, которые ей попадались, играла только музыка — никаких новостей.

— Всплыла китайская маска. Мёртв ещё один человек, — отчеканил Вулф таким тоном, будто винил в этом лично Розу. — Пепе торопится.

Пришлось резко свернуть вправо, заехав на тротуар, потому что Роза чуть не врезалась в машину впереди. Хорошо, что Бьянка не вылетела прямо через лобовое стекло — опыт езды с Розой научил всегда пристёгиваться.

— Сука! — Со всей силы она ударила по рулю, и тот отозвался «Бип!», будто в каком-то шоу, пытаясь заглушить её ругань. На соседнем сиденье Бьянка тоже тихо шипела под нос, стараясь не выдать перед Вулфом своего присутствия.

— Именно. У тебя... Кхм. — Роза не видела, но чётко представляла, как Вулф напрягает челюсть и жмурится, прежде чем сказать: — К черту, неважно.

Сзади Розе уже сигналили, кто-то с тротуара кричал, как резанный, хотя она ни на кого не наехала, лишь задела скамейку, большое дело. Они с Бьянкой переглянулись, обсуждая всё это без слов.

Уже завтра Розе нужно вылетать в Тихуану, разбираться с делами, которые наворотил Матео, выбивать сведения из старых покупателей Агилара, а она застряла в этом сраном Сан-Диего с этим упавшим на хвост Вулфом!

— Увижу ещё раз рядом со свидетелями или поймаю за руку — и ты будешь следить за моей охотой на Пепе из-под домашнего ареста, — пригрозил Вулф. — Это понятно, Вергара?

Ах, твоей охотой. Глотай пыль, сосунок.

* * *

Любовь к собакам девочкам привил ещё отец. Как позднее рассказывала абуэла, в день рождения Розы он привёз в дом щенка немецкой овчарки, но мама запретила держать собаку рядом с малышкой, а после и вовсе отправила пса в дом абуэллы — когда Роза захочет, будет ездить к ней и возиться там со своим питомцем. К рождению Бьянки папа тоже купил щенка, в этот раз малинуа, и тот тоже отправился в дом абуэллы. Когда мамы не стало, отец позволил забрать собак домой. Хоть какое-то утешение. Хоть кто-то составлял девочкам компанию, потому что следующий год отца они почти не видели.

Он отдалился, потому что был занят поисками того, кто убил его любимую, Рейну Вергара. Прямо на пороге их собственного дома. Тогда забота о Розе и Бьянке снова легла на плечи абуэллы. Ей не привыкать, она всегда была рядом с сыном, чтобы подстраховать, поддержать его семью или бизнес. Ведь прежде, ещё до рождения Иларио, картелем руководила именно она, Ача, Камилла Вергара.

Она пришла к власти в восьмидесятых. Финансовый кризис, расцвет криминала, картели, которые не могли утолить жажду крови. По словам бабушки, тогда днём на улицу было страшно выйти даже им, семье военных. Два бабушкиных брата погибли от рук картелей, один считался безвести пропавшим, но она долгое время была уверена, что он жив. Продан куда-нибудь в Америку, Колумбию или на Кубу, но жив.

— Радуйтесь тому, в какое время живёте, — повторяла иногда абуэла. Девочки понимали, что в такие моменты на неё накатывали воспоминания, и не спорили. Они тоже видели, на что способны картели, но потеряли не так много близких.

Младший брат абуэллы, Игнасио Вергара, как сын генерала сам служил, умел обращаться с оружием, а главное — собирать вокруг себя людей. Таких же замученных картелями и страхом, таких же готовых постоять за свои дома и семьи. Игнасио ничего не рассказывал отцу, но Камилла случайно подслушала его разговор с друзьями, когда они планировали обокрасть склад с оружием семьи Хименес. Это звучало как самоубийство, бабуля умоляла его не лезть на рожон, иначе она обо всём расскажет их отцу. Игнасио тогда было всего семнадцать лет, Камилле — девятнадцать. Он не прислушался, и в ту ночь они влезли на защищённый склад оружия, унесли всё, что смогли, и подожгли базу. Абуэла рассказывала эту историю с такой гордостью, говорила, что из их парней тогда подстрелили только одного, зато Хименес потеряли человек десять. Это был первый раз в Тихуане, когда кто-то открыто выступил против картелей. Это стало первой каплей, давшей такие круги по воде, что теперь, тридцать лет спустя, Камилла сама диктовала законы в городе и держала под своим каблуком и картели, и политиков.

А какая-то датская псина притащилась сюда и отправила несгибаемую Ача гнить в тюрьме.

Они называют её главой преступной организации, говорят, что она — воплощение всего того, с чем боролся её отец, от чего страдала её семья.

Семья Вергара боролась с наркоторговцами, с работорговцами, с теми, кто использовал людей, как пушечное мясо и вербовал четырнадцатилетних мальчишек. Игнасио не только возглавил местное сопротивление, он взял к себе и старшую сестру, которая уже тогда владела английским языком, помогала в связях с американцами, выуживала информацию, которую иначе бы они никак не достали.

Там же абуэла познакомилась и с абуэло Фелиппе. Роза и Бьянка не застали его, видели только на фотографиях, такого улыбчивого и красивого.

Никто тогда и не думал о том, чтобы заводить детей, слишком страшно, ты всегда на мушке, в любой момент можешь лишиться всего. Игнасио погиб, так и не женившись, даже не дожив до двадцати пяти. Его истерзанное тело с отрубленными кистями бросили к порогу семьи. Спасибо всем святым, его отец этого уже не увидел.

Это было обещание — такая судьба ждёт каждого из вас, не стойте на пути у картелей. Абуэла снова нашла деньги и оружие, сплотила людей, подняла их против преступников и собственноручно вырезала всю семью Хименес. Тогда-то она и получила своё прозвище, тесак.

Эту часть истории девочки узнали уже из интернета, а подробности — от Тио. Он всегда легко поддавался на их манипуляции и болтал много лишнего.

Фелиппе Варгас сделал предложение Камилле, когда всё более-менее улеглось. Конечно, избавиться от целого картеля, это привлечь к себе внимание десятков других, но теперь они нанесли себя на карту как опасных врагов, а значит, нужно было готовиться к настоящей войне. И хоть что-то хорошее нужно было всем, например, свадьба счастливой влюблённой пары, которая верила, что справится с любыми невзгодами.

У них родился только один сын, Иларио, а через год Фелиппе погиб. К этому времени семья Вергара уже насчитывала под своими знамёнами несколько сотен солдат. Простых горожан, которые когда-то пошли за братом Камиллы, военных, которые когда-то служили её отцу, молодых парней и девушек, которые увидели новую силу, способную противостоять злодеям. Да, они не сажают ублюдков за решётку и не судят их по закону. Потому что законы здесь бессильны, а решётки хрупки, только пушка, тесак и немного огня тебя могут спасти.

* * *

В своё отсутствие Роза приказала Тио присматривать за Бьянкой. Когда поблизости шастает Пепе, её нельзя оставлять одну. Её никогда нельзя оставлять одну, но её охранникам, этим придуркам, Зипи и Запе[2], Роза не доверяла и в более мирные времена. Бьянка сама их выбрала и нанимала обратно каждый раз, когда Роза их увольняла. Ещё один прокол, и она точно прострелит им головы, тогда-то Бьянке придётся смириться.

— Не понимаю, почему нельзя с этими покупателями созвониться или списаться? — спросила Бьянка, пока Роза закидывала вещи в чемодан. Хотелось бы думать, что она летит всего на пару дней, но как тут подгадаешь.

— Потому что с пистолетом у виска гораздо сложнее врать. Ты что, все бабушкины уроки прослушала? — ответила Роза.

— И стоять над ними с пушкой ты должна лично? — Бьянка оперлась плечом о дверной косяк.

Если бы Роза знала её чуть хуже, решила бы, что сестра боится остаться здесь одна.

— А кому это можно доверить? — Роза развела руками. Геворг, стоящий в коридоре в ожидании, когда ему передадут вещи, кашлянул. — Извини, — крикнула Роза.

— Да его начальница контрол-фрик, он привыкший. Да, Геворг? — Бьянка выглянула в коридор с лисьей улыбкой. Вот, ничего её не тревожит, просто ищет новый повод потрепать Розе нервы.

Соваться в Мексику вообще без охраны было бы самоубийством, поэтому Тио заранее раздал все указания. Кто будет сопровождать Розу в поездке, кто будет на борту самолёта, кто встретит, кто отвезёт, кто в ответе за охрану дома. Может, она и контрол-фрик, но в этом у неё был замечательный учитель.

Как-то раз Тио нужно было найти старые записи или дела, что он хранил в своём сейфе в кабинете. Тио жил в том же особняке в Ла-Хойя, ведь единственной его семьёй были девочки. И вот когда он отпер первый сейф, потом второй, потом открыл какой-то сложный замок отпечатком пальца и вынул, наконец, нужные папки, Роза стояла с выражением лёгкого шока на лице.

— Что? — спросил Тио со своим привычным возмущением в голосе. — Приятно познакомиться, Рафаэль Мадера, законченный параноик. Вопросы?

С этими густющими бровями и усами Тио всегда казался каким-то насупившимся и готовым защищаться. В детстве девочек это очень смешило, а теперь внушало спокойствие.

Первая встреча была назначена у Розы на следующее утро после прилёта. Спасибо всем святым, хотя бы хватило времени на сон и подготовку. В этом доме она не была... Кажется, со времён похорон папы, может, даже дольше. Прислуга во всех домах и особняках поддерживала порядок, временами здесь мог остановиться кто-то из близких семьи Вергара. У абуэллы не осталось родни, но по маминой линии ещё были кузены. Розе всегда хотелось, чтобы когда-нибудь в этих домах было так же шумно и оживлённо, как было ещё при маме. Полный двор народа, музыка, смех. Да, когда-нибудь.

В пустом тихом доме было невыносимо засыпать, и Роза бездумно листала соцсети, а после переписки с Бьянкой или с Тио. Проверяла фото, адреса, которые видела уже десятки раз, изучила всё вдоль и поперёк. И вот в переписке с Бьянкой попалась очень старая фотография, сделанная года два назад. Это был скриншот какого-то новостного портала, статья про то, как ФБР задержали крупную партию кубинского кокаина. На фото отмахивался от микрофонов Вулф. Бьянка тогда скинула это, чтобы позлить её, но теперь взгляд снова и снова возвращался к чёртовому Рику Вулфу.

Если бы её сейчас увидела Бьянка, назвала бы жалкой. Если бы её сейчас увидела абуэла, сказала бы, что ей стыдно.

При первом их знакомстве Роза едва ли запомнила спецагента Вулфа. Только то, что он был хорош собой и слишком языкаст. На такого точно не подумаешь, что он станет реальной угрозой, большим злым волком. Каждый раз, когда они пересекались позднее, Роза удивлялась тому, какой придурок он был в общении с ней, и как серьёзно вёл дела, как основательно подходил к расследованиям, как отвлекал её внимание от того, что действительно важно. Он опасен. Он враг, не хуже картелей, потому что его никто не поймает за руку, а убьёшь — так создашь в десять раз больше проблем.

Пока шёл судебный процесс над абуэлой, Бьянка несколько раз чуть не сорвалась в Сан-Диего. Она бы точно выпустила обойму в Вулфа, в этом никто не сомневался, но абуэле это бы уже никак не помогло.

— Поступи умнее, — бросил ей как-то раз Вулф, словно кость собаке, — оставь бабулин бизнес и займись... чем-то нормальным. — Розе даже показалось, что он говорил это с надеждой, а не злой насмешкой. — Ты ещё можешь из этого выбраться.

Не может. Никогда не могла и никогда не хотела.

* * *

В Мехико Альберто Мехия знали как владельца лучших отелей. Для семьи Вергара же он был старым клиентом. Партнёром назовёшь с натяжкой, не заслужил столько доверия, но после того как за дела взялась Роза, он, в отличие от многих, не прекратил их сотрудничество.

Встреча была назначена на десять утра, так что в 9:45 Роза уже была в фойе крупнейшего отеля Мехико.

Алые островки-диванчики контрастировали с чёрно-бежевым интерьером, красные лилии стояли на каждом столике в баре, на ресепшене, на стойке у входа и у лифтов. На лифты Роза отдельно засмотрелась — такие она видела прежде только в старом кино. Железные дверцы со сложным узором и решёточками, а внутри витражные стёкла. Мехия очень хвалился этими лифтами, якобы, купил их за баснословные деньги, а поддержание их работы стоило ему состояния каждый год, но такой раритет, такой стиль стоил любых вложений. Роза знала, что когда-то и эти лифты ему подогнал Пепе, лет двадцать назад.

Вот ещё одна из причин, по которым являться к этим людям нужно было лично. Не только посмотреть в глаза, не только угрожать оружием, но и увидеть что-то ещё.

— Сеньорита Вергара, — позвал учтивый голос от стойки регистрации. Симпатичная девушка в алом жакете улыбнулась Розе. — Вас будут ждать на двадцать третьем этаже.

— Номер? — переспросила Роза.

— Там находится кабинет сеньора Мехия. Вас проводят. — Девушка указала на парнишку-посыльного.

Перед кабинетом начальника посыльный откланялся и чуть не бежал до лифта. Роза постучала в дверь из светлого дерева с чёрной окантовкой — такой же, как весь интерьер отеля. Чёрный металл перил, чёрные колонны, поддерживающие ярусы этажей, чёрный кирпич, обрамляющий фасад бежевого здания.

К Розе вышла очередная девушка в алом жакете, как две капли воды похожая на первую. Также подобранные волосы, такие же алые губы и аккуратные стрелки на глазах. Здесь отточена каждая деталь.

— Добрый день, сеньорита Вергара, приношу извинения, но вам придётся подождать. — Она, наконец, отошла в сторону, пропуская Розу внутрь. — У сеньора Мехия сейчас гость.

Гость? Ей же назначено. Какого чёрта, Альби?

Всё же это оказалось номером, и первым Розу встретило что-то вроде гостиной с большими диванами, столиком с хрустальными графинами алкоголя и неизменными красными лилиями. Окна были занавешаны от утреннего, но уже палящего солнца. Две двери в разных концах комнаты, уводили, должно быть, в спальню и в кабинет. Обе закрыты, ни звука. Роза не успела осмотреть комнату дальше, потому что взгляд задержался на пиджаке, брошенном через спинку мягкого белого кресла.

— Что за гос... — Чёрный пиджак с мятыми рукавами, будто их часто закатывали, и с потёртыми локтями. Недорогой, но и не дешёвка. Из нагрудного кармана, там, где положено держать платок, здесь торчали водительские права и паспорт. Роза уже видела этот чёртов пиджак и эти чёртовы потёртые локти. Мог бы и обновить гардероб, деревенщина.

— Сеньорита Вергара, туда нельзя! — Девушка попыталась броситься ей наперерез, когда Роза направилась к двери, предположительно кабинета. Раз её так останавливают, значит, направление выбрала верное.

Роза распахнула дверь, будто ловила мужа на измене. Ну, почти. Альберто Мехия сидел за одним столом со специальным агентом Ричардом Вулфом, а это, пожалуй, даже хуже, чем измена.

— Ро-о-оза! — Мехия с натянутой приторной улыбкой поднялся ей навстречу, раскинув руки для объятий. Рик не обернулся, только замер на секунду, опустил голову и поверженно ею покачал.

— И она снова перебивает меня, — буркнул он едва слышно, но Роза разобрала.

— Прекрасно выглядишь, милая, хорошеешь день ото дня. Прости, я помню, дорогая, у нас встреча. — При Вулфе Мехия продолжил говорить на английском, вышел из-за стола и так и не опустил рук, пока не приблизился к ней. Роза не подошла, чтобы обнять его. Не заслужил. Мехия сжал ладони и всё же опустил руки. — Но это специальный агент ФБР, из Америки...

— Я его знаю, — бросила Роза презрительно.

— О. — Мехия обернулся к Рику, который так ни разу и не взглянул на Розу. Широкие плечи Вулфа ссутулились чуть больше обычного. Пойман на горячем, засранец. — Тогда, если ты позволишь, мы закончим нашу встречу, и...

— Да, конечно, — Роза захлопнула дверь, обошла Мехия и уселась в соседнее от Вулфа кресло. — Продолжайте. Я подожду. — Она закинула ногу на ногу, покачивая острым носком туфель. На это движение Рику всё же пришлось оглянуться, скользнуть взглядом вверх по её ногам в юбке до колена, по кружевному топу на тонких лямках. Рик снова отвернулся к столу перед собой и уткнулся в кулак. Июль в Мексике, что ей теперь, наряжаться в толстовки и джинсы, чтобы не смущать этих мужланов? Роза понадеялась, что подарит ему аритмию. И Альберту заодно, но так, из мелкой мести.

Тот остался на прежнем месте, глядя то на Вулфа, то на Розу.

— Но разве это...

— О, не обращайте на меня внимания, не думаю, что детективу Вулфу, — Роза склонила голову, заглядывая в напряжённое лицо, — есть, что от меня скрывать.

Мехия, наконец, вернулся в своё гигантское кожаное кресло.

— Детективу? — спросил Альби.

— Специальному агенту, — поправил Вулф.

— Ну, специальному агенту, — согласилась Роза.

— Сеньорита Вергара, — опять этот его идиотской говорок, так бы и затолкала зубы в глотку, — уже не в первый раз пытается мешать моему следствию. Похоже, очень хочет за решётку на пару дней. — Он перевёл взгляд обратно к Мехия. Смирился уже, что выставить её без скандала, рукоприкладства и наручников не выйдет. — Продолжим.

Он подался ближе к столу, поправляя блокнот, лежащий на его левом колене.

— И с тех пор мистер Агилара с вами не связывался? — Вулф что-то подчеркнул карандашом в блокноте, но с такого расстояния Роза не смогла прочитать.

— Нет, ни разу его больше не видел. — Это Мехия говорил уже Розе, которая взглядом прожигала в нём дыру. — Если бы он заявился сюда, — он развёл руками, — я бы обязательно сообщил об этом.

Роза чуть сощурилась. В отличие от всего остального отеля с аккуратным убранством и выдержанным стилем, этот кабинет был украшен по принципу «Надеть всё лучшее сразу». На широком дубовом столе свободное место было выделено только перед владельцем, ровно, чтобы помещался ноутбук или папка с бумагами для подписания. Всё остальное было заставлено фигурками, пресс-папье, фотографиями в рамочках, какой-то статуэткой божка, но явно не ацтекского, что-то восточное. Стены были завешаны картинами и парой благодарственных писем и грамот от правительства города Мехико. Чтобы рассмотреть узор на обоях, пришлось бы подойти вплотную к тонкой полоске между рамками. Роза прежде не была в этом кабинете у Мехия, только в особняке в южных кварталах, так что если здесь и появилось что-то новое...

— Интересно. — Карандаш в руке Рика указал куда-то на стену. — Точную копию вот этой картины Агилара украл полтора года назад. А по вашим показаниям — Роза, сядь — вы не виделись больше трёх лет.

Мехия заметно занервничал. Взгляд метался от Вулфа к Розе, прикидывал, похоже, сукин сын, спасёт ли его федеральный агент, или лучше сразу выпрыгивать из окна. Мехия стал нервно жестикулировать, поднял указательный палец, засомневался, сжал кулак, снова поднял палец. Роза медленно приблизилась к столу, краем глаза заметив движение Вулфа. Тот тоже поднялся следом, встал где-то сбоку.

— Я покупал эту картину не у Пепе, — сразу на клички перешёл, — через посредника! Я не знал! Клянусь!

— Имя посредника. Контакты, — скомандовал Вулф, будто гавкнул.

— Да, конечно, моя помощница...

— Вулф, выйди на минутку, — велела Роза. За это время про себя она успела насчитать до пятидесяти, но спокойнее от этого не стала.

— И оставить тебя наедине со свидетелем? В таком состоянии? — Он взял её за локоть и потянул за собой. — Вергара, пойдём, тебе надо подышать.

Роза глянула на него, взглядом обещая семь казней египетских и ещё парочку добавить от Мексики.

— Руки.

Вулф поднял обе ладони перед собой, в одной всё так же держа блокнот. Чёртов блокнот с его записями, уликами, показаниями свидетелей.

— Ладно, но ты пойдёшь со мной, и никому здесь не навредишь. Понятно?

Роза снова перевела взгляд с блокнота на лицо Вулфа. И правда, встревоженное.

— Понятно.

Она услышала, как от облегчения вздохнул Мехия, идиот, будто если она выйдет из комнаты, больше его не достанет.

Вулф обогнул своё кресло, дождался, пока Роза поравняется с ним около двери, но она споткнулась — ремешок на туфле отстегнулся.

— Иди, я сейчас... — Она присела, чтобы застегнуть туфли, и Вулф, наивная душонка, шагнул за порог. За его спиной захлопнулась дверь, повернулся ключ в замочной скважине, который Роза уже заприметила. В два шага она снова оказалась у дубового стола, теперь рядом с Мехия. Нож для писем, тонкий, но тяжёлый, с малахитовой рукоятью она сжала в кулаке и прижала к шее Мехия. Тот вжался в своё кресло, руками, пытаясь защититься, пропищал что-то, кажется, звал Вулфа, пока в дверь ломились с той стороны. Но если ты имеешь дела с такими людьми как семья Вергара или Пепе, комнаты ты делаешь звуконепроницаемыми, а двери укрепляешь, чтобы их нельзя было выбить с двух тычков.

— Что я тебе говорила? — Красными ногтями Роза впилась в правую руку Мехии, которой он попытался её оттолкнуть. Жаль, что она не взяла с собой оружие, да в сумочку не поместилось, а Геворг остался ждать на первом этаже. — Что я говорила про Пепе? Или недостаточно доходчиво? Надо на английском? На французском? На итальянском? Если родной язык не понимаешь, урод!

— Говорю же, я...

— Перед агентами будешь мямлить, сука!

— Роза, открывай сейчас же!

— Больше никаких поставок алкоголя. Мы больше не будем сопровождать твоих людей на юге. Пусть Касильяса раздерут и разграбят твои фуры! Больше никаких кубинских сигар. Никаких переводов денег через мои счета. Это ты уяснил?!

— Роза...

— Для тебя сеньорита Вергара, понял меня, говно на подошве? Твой долг удваивается. А если я ещё раз услышу, что ты имел дела с Пепе, и ничего мне не передал... Я знаю, в какой школе учатся твои дочки. — Роза кивнула на фото в рамке. Глаза Мехия округлились, вот теперь он по-настоящему испугался.

Раздался выстрел, дверь, наконец, распахнулась, и Мехия отдёрнулся от неё, будто это Роза стреляла ему прямо в лицо.

— Вергара, оружие на пол! — рявкнул Вулф.

— Да какое оружие, безделушка не заточенная даже! — Роза подняла повыше руку с ножом, на котором осталась пара капель крови. Она с такой силой давила на шею Альби, что даже небольшой надрез оставила. Рик в секунду перехватил её за поднятое запястье и защёлкнул наручники. Чёрт, можно было ожидать, но Роза всё равно попыталась отдёрнуться.

— Я понял, я всё понял, — скулил Мехия, когда Вулф выталкивал её прочь из кабинета и дальше, в коридор.

— Ты психопатка! — снова гаркнул Вулф ей в спину.

Роза шагала к лифту и пыталась выровнять дыхание. Конечно, она бы не навредила детям, не такая же она конченная, но этот козырь всегда хорошо играл против семейных людей. Угрозы тоже незаконны, но пока специальный агент не слышит, можно и заставить предателя одуматься. Сукин сын ещё что-то мямлит. Да если Роза будет каждый раз спускать подобное на тормоза, никакого авторитета не останется!

— Отпускай, не стану я больше на него бросаться, — сказала Роза, перебивая бубнёж Вулфа.

— Ты меня услышала?! — Вулф развернул её лицом к себе. Ого, как взбесился: волосы взъерошены, лицо такое, будто сейчас ей в горло вцепится.

— Нет, — честно ответила Роза и скривила губы. Пусть орёт, что ему там вздумается. — Отстёгивай свои хреновы браслеты, нет состава преступления.

— Ты на него напала с ножом!

— Когда ты ввалился, я просто стояла рядом с ним и — И! — держала нож. — Роза подняла указательный палец свободной руки. — Это, нахрен, не преступление! Отпускай, Мехико не в твоей юрисдикции, так что я тебя ещё по судам загоняю.

Они буравили друг друга взглядами несколько долгих секунд. Кровь пульсировала в ушах, от злости сводило челюсть. Вулф всё же потянулся за ключом и высвободил руку Розы так резко, будто пощёчину ей дал.

— Твоё счастье, что не в юрисдикции...

Опять только гавкает, а в пасти-то и клыков нет, чтобы кусаться.

— Да-да, отвали. — Роза пару раз нажала на кнопку вызова лифта. Дурацкие антикварные развалюхи добирались сюда слишком медленно.

— Какого чёрта ты делаешь? — Рик встал перед ней, закрывая спиной двери лифта. Попытается помешать ей уйти, познакомится с Геворгом. — Ты в своём уме вообще?

Роза шумно вдохнула через нос, прежде чем произнести прописные истины, которые усвоила ещё от отца:

— Тот, кто не уважает тебя и предает, должен понести наказание.

— Уважение не так заслуживают.

— Я сказала, отвали.

— Если ты хочешь найти Пепе...

— И найду.

Звякнул сигнал прибывшего лифта. Как же, сука, долго.

— Запугивая? — Вулф выставил перед ней руку, не позволяя пройти, и навис над её лицом. — Угрожая? Конечно, с такими методами люди сразу к тебе потянутся...

Раздался ещё один сигнал — оба замерли, пытаясь понять, что это за звук. Роза вынула телефон из сумочки, прочитала сообщение, и победная улыбка расплылась на её губах.

— Что ты говорил? — Она продемонстрировала Вулфу экран телефона с сообщением от Мехия: «Виктория, номер телефона...». Прежде, чем Вулф выхватил у неё телефон, Роза спрятала его обратно в сумку. — А теперь, с твоего позволения, не мог бы ты свалить нахрен?

Вулф опустил руку, дождался, пока Роза войдёт в лифт, и дверцы сомкнутся перед его всё ещё взбешённым лицом.

[1] (испанский) Вот оно!

[2] Персонажи испанского мультфильма и комикса. Схожи с Бибой и Бобой, Чуком и Геком и т.д.