30. Кровавый песок
- Моя Королева, - парень встал на одно колено передо мной и протянул свои руки, - Вы очень резко нас покинули. Правитель был недоволен, - главаря банды всегда называли Правителем, потому что он, подобно государству, решал твою судьбу: сегодня тебя помиловали, а завтра - кто знает. Если попасть под его зависимость однажды - выйти уже не сможешь никогда. - Возвращайтесь, все будут Вам рады. Мы долго искали Вас и вот, наконец, смогли это сделать, - не выдержав его притворства, я просто выдернула свои руки из его ладоней и направилась к выходу. - Куда же Вы?
- Если Он подослал тебя сюда, то передай, что разговаривать с пешками я не намерена, - так и закончился наш диалог.
Только пробравшись до машины и усевшись в салоне, я постепенно начинала понимать смысл фразы, сказанной мною раннее. Толпа гудела и плотнее сжималась, не давая мне проехать. Все кричали: кто-то от негодования за проигранный деньги, а кто-то радовался моей победе. Меня ослепляли фонари, оглушали люди, которые колотили по машине. Хотелось каждому вырвать руки за то, что посмели притронуться к моей собственности. Но всё это постепенно отходило на второй план. В глазах темнело, а звуки становились тише. Постепенно всё погрузилось во мрак.
Люди и рёв остались позади.
Полная неразбериха творилась в моей жизни до переезда в другой город, другой штат, и сейчас она вернулась вновь. Мы не смогли сбежать от проблем, и они нашли нас. Опять. Так уже было, когда я заявилась к Хэйдену в общежитие. На тот момент у него была девушка, которая занимала не последнее место в этой банде, и, благодаря ей, меня поймали; но мой брат помог мне выпутаться. Наверное, в этот раз он меня не спасёт. Пришло время разбираться самой.
Я выруливаю на главную улицу и мчу так быстро, насколько мне разрешают пробки. Нужно успеть добраться до дома, прежде чем это сделает кто-то из моих старых знакомых. Тот парень с гонок напомнил мне о том, что чем больше у тебя друзей, тем больше будет врагов. Я вполне могу сейчас приехать в свой дом, а там окажется всё перерыто, предметы будут лежать не на своих местах, а некоторые и вовсе не будут там находиться.
В один прекрасный (на самом деле ужасный) день я познакомилась с человеком, который заменил мне Джастина. Он был намного старше чем я и являлся настоящим прототипом плохого парня. Для меня это было просто мимолетное увлечение, но он воспринял всё серьезно. Я захотела уйти, но кто же знал, что место главы банды занимает именно этот парень. Это повлекло за собой некоторые трудности, с которыми я не могу справиться и по сей день.
Ему просто нужна была девушка, которая бы ему соответствовала, укрепляла статус и исполняла все его прихоти. Но я никогда не была безвольной куклой, которой можно управлять, просто дёрнув за веревочки. Я перетягивала ниточки на себя, высказывала свою точку зрения, почти всегда шла ему наперекор. Из-за этого мы много ссорились, но последний раз я перешла черту.
Выстрел ему в ногу был точкой невозврата. Это была банальная защита самой себя немного в экстремальной форме. Я прекрасно понимала, к чему всё идёт, и выбора просто не было: либо ты, либо тебя.
Это было одной из главных причин, почему я исчезла из Лос-Анджелеса. Я стала призраком, легендой местных гонок, как и мой брат. Первый раз было сложно сбросить хвост в виде целой банды, но я справилась. А затем проворачивала всё снова и снова, пока мой след не исчез до конца. Я думала, что смогла, но в очередной раз обманула сама себя, живя в иллюзии и не понимая того, что находилось на поверхности.
С заходом солнца город быстро погружался в темноту. Фонари, светящие противным желтым цветом, не справлялись с таким количеством главных улиц и небольших переулков, поэтому большая часть была поглощена мраком. Он правил в самых отдаленных уголочках и даже в тех местах, где находились светильники. Наступало время ночи, страха и монстров, живущих под кроватью и пугающих детей и взрослых.
Пятидесятое чувство мне подсказало, что сегодня машину нужно оставить как минимум за квартал от моего дома. Ну или просто я вовремя включила камеры наружного наблюдения и увидела тени, которых раньше не было. Забрав свой драгоценный пистолет из бардачка, я вышла из машины и направилась в сторону дома, одновременно набирая номер Челси. Спустя десять гудков я так и не получаю ответа, поэтому меня переправляет на голосовую почту, и, оставив сообщение со словами, похожими на предсмертное послание, продолжаю своё движение, постепенно ускоряясь. Сама того не замечая, я перехожу на бег.
Около дома стоит темная машина, загораживая мне вход через главные двери, поэтому приходится пробираться через чёрный ход. Ключ в кустах дикой розы, посаженный Ким тем самым днём, когда я только заехала сюда, я нахожу сразу, умудрившись несколько раз уколоться о шипы. С ладони падают маленькие капли, но это беспокоит на данный момент меньше всего. Нео почувствовал мой запах задолго до моего прихода, поэтому уже ждал у дверей и сильно удивился, когда я оказалась за его спиной. Он был очень рад меня видеть, но при этом подозрительно косился на дверь.
Приподняв опущенные жалюзи, я решила посмотреть на свой передний дворик. Несколько силуэтов, по всей видимости, мужских, выходили из машины. Их нервозность и раздражение я чувствовала даже здесь, внутри дома, поэтому медлить больше нельзя было. Я быстро взлетела на второй этаж. В спальне находилось то, что мне нужно было. Мой рюкзак на «чёрный день» со всеми необходимыми вещами лежал в шкафу, ожидая своего часа. И он пришёл. Засунув пистолет за пояс для быстроты движений, я схватила поводок Неона и запихала его поверх вещей первой необходимости. Пару обойм с тумбочки на первом этаже тоже не будут лишними.
Куртка была надета наспех, но главное, что в такой суматохе она вообще имелась; пистолет заряжен, но я надеялась, что до этого не дойдёт; Неон, словно всё понимая, ожидал меня у двери, из которой я появилась пару минут назад. Нервы были на пределе, руки тряслись, а зарядка на телефоне постепенно приближалась к отметке нуля. Безвыходная ситуация, но времени больше не осталось: была слышна какая-то возня за главной дверью.
Я вывела Нео через заднюю дверь, а затем заперла её, чтобы они начали с обыска дома, а не сразу погнались за мной. По звукам стало ясно, что моя входная дверь уже была выбита, и в дом кто-то ввалился. Уверена, что это совершенно не те дружелюбные соседи неподалёку. Каждая секунда, за которой следовали минуты, была на счету, поэтому мы побежали, что есть силы. Утренние пробежки были отнюдь небесполезными.
При попытке позвонить Челси мой телефон окончательно отключился, а позади слышались чьи-то спешащие шаги. Кто-то явно преследовал меня с того самого момента, как я выбежала из дома, но обернуться и посмотреть своему недоброжелателю в глаза, я не могла, потому что элементарно могла споткнуться, упасть и на этом всё бы прекратилось. Это было бы самым простым решением проблемы. Просто сдаться. Но не этому меня учили в детстве.
Постепенно шаги стихли, а впереди виднелась набережная, на которой сегодня было не так много народу, и каждый был занят своим делом. Стоило мне выдохнуть и подумать о хорошем, как раздался оглушающий звук, а после возникла острая боль в районе бедра. Все мысли превратились в кашу, а мышцы резко расслабились. От неожиданности я упала на песок, который подо мной окрасился в ярко-алый цвет.
Силы покинули меня на неизвестно какой период, а когда я осмелилась перевернуться, преследователя уже не было. Рядом лежал лишь Неон, ожидая, пока я пошевелюсь. Лизнув меня в нос, он начал наяривать круги около меня, пока я пыталась встать. Боль отдавалась во всем теле, как будто все мои органы засунули в мясорубку и теперь их снова вернули на место. Джинсы окрасились в темно-красный цвет. Такой себе новый кровавый дизайн.
Превозмогая боль и кое-как собравшись с силами, я доковыляла до ближайшей кафешки, в которой работал знакомый парниша. Буквально завалившись в кофейню, я обнаруживаю, что кроме перепуганной хозяйки тут больше никого нет. Жестом я прошу ее не паниковать и захожу в туалет, прося принести мне ножницы. Бинт, перекись, нейлоновые нитки и игла оказались как нельзя кстати.
Отрезав ножницами ткань одной штанины так, что стало видно рану, я занялась её обработкой. Руки дрожали, поэтому было очень сложно достать пулю девятого калибра из кровоточащей дырки в теле. От напряжения стало настолько жарко, что пришлось снять куртку. Забрала за уши волосы, крепче сжала пинцет и сильнее наклонилась к бедру. Я, как неумелый хирург, пыталась на ощупь найти инородный металл.
Пальцы были липкими от крови и слабыми. Пинцет то и дело норовил выскользнуть, но, собравшись с духом, я осторожно отодвинула края раны и проникла острием пинцета внутрь. Струйка крови хлюпнула, побежав на кафель. Я нажала на пинцет и, нащупав под ним что-то твёрдое, ухватилась за это. Шумный выдох. Рывок. Брызги крови и упавший на землю инструмент с зажатой пулей.
Дверь скрипнула, и за ней показалось лицо Маргарет. Смешанные чувства переполняли женщину: боль, сострадание, горе, желание разделить с тем человеком, который нуждается в помощи, его боль. В зеркале напротив были видны сухие светлые губы, абсолютно тусклое лицо, сомкнутые веки... И прерывистое дыхание, такое слабое, что казалось, словно девушка на полу не дышит вовсе. Пришлось вколоть ей шприц с обезболивающим, который она положила на крайний случай в аптечку, находящуюся рядом с ней в луже крови.
Маргарет не была медицинским работником и прогуливала уроки бойскаутов. Перевязывать рану ей было в новинку. Кое-как справившись со своей задачей, она перенесла девушку на диванчик за столик номер шесть. Через бинт было видно увеличивающееся красное пятно, поэтому нужно было что-то предпринять. Вариант вызвать полицию и скорую сразу отпал по двум причинам. 1) Ни тем, ни тем невозможно было объяснить произошедшее. Кафе бы закрыли до выяснения обстоятельств, и женщина осталась бы без возможности заработка. 2) Она давно знала Викторию и понимала, что будь она сейчас в себе, то сама ни за что не поступила бы так. С ранами всегда справлялась сама, точно так же как и с врагами.
Обыскав её, в одном кармане Маргарет нашла телефон, а в другом пачку сигарет, на уровне пояса вообще находился пистолет, который она положила на стол перед девушкой. Найдя зарядку для телефона, она стала ждать, когда экран загорится белым. Прошло пятнадцать секунд, тридцать, минута. На одном проценте телефон очнулся, оповещая об уйме пропущенных звонков. Нажав на имя первой попавшейся девушки, Маргарет стала ожидать ответа, который появился после третьего гудка. Быстрый разговор закончился адресом ее заведения и фразой, говорящей, что через минуту приедет помощь.
Это время тянулось неимоверное долго. Казалось, будто прошла вечность. Девушка держалась на последнем издыхании, а собака покорно ждала снаружи, поглядывая на свою хозяйку через стеклянные окна. Всем им повезло, ведь время уже было позднее, и шанс встретить лишние глаза в такое время ночи близился к нулю. Хотя бы случайные зеваки не составляли проблем.
Послышался резкий звук трения покрышек об асфальт, а затем быстрые и громкие шаги, переходящие в бег. За окном показались силуэты, и Мэгги поспешила к двери, настолько быстро, насколько могла. Закрывшись на десять минут пораньше, Маргарет могла бы лишить одного человека жизни. Кому-то она была подругой, кому-то любимой дочерь, а кто-то любил её до потери пульса, так же чисто, как и в детстве.
В кафе зашла группа молодых людей, во главе которых шёл парень с чёрными волосами. Его челка спадала на глаза и подпрыгивала во время очередного шага. Все были напряжены до предела, а, увидев практически безжизненное тело, в глазах парня промелькнул страх, в то время как девушки впали в ступор. Слёзы застыли прямо в глазах, старательно скрываясь за ресницами. Подхватив свою подругу на руки, они отблагодарили Мэгги и собирались уходить.
- Постойте, - близняшки развернулись, вопросительно глядя на незнакомую им прежде женщину, - тут её вещи, - она протянула им рюкзак и жестом показала на пистолет с пачкой отравляющего никотина, лежащих на столе. Забрав вещи и немногословно еще раз поблагодарив женщину с седеющими волосами, Ким и Челси пообещали ей звонить и рассказывать о самочувствии подруги и, если вдруг что-то произойдет, то обязательно ей расскажут.
Маргарет оставалось лишь надеяться на то, что организм этой миловидной на первый взгляд девушки справится со всеми трудностями, что она оправится и снова будет заходить к ней с утра перед парами за кофем. Проведя ночную генеральную уборку, Мэгги закрыла кафе и с тяжёлой душой отправилась в сторону дома. Кто-то уже мирно посапывал в кровати, а кто-то боролся за жизнь, не зная сможет ли ухватиться за последний шанс, который выпадал далеко не всем.