Глава 57
– Мы вылетаем к Дрейтусу! Они нападут, как только получат то, что хотят!
– И бросим Сорренгейл умирать?
– Кто сказал, что она вообще еще жива?
Голоса спорящих вооруженных всадников расплывались у меня в голове, когда я стояла между Ксейденом и Бреннаном в самом центре помоста, уставившись на обновленную карту боевых действий, висящую на стене зала Ассамблеи.
– Тысячи человек поднимаются от города к перевалу. Если Дрейтус падет, они все погибнут!
– У нас там отряд из шести драконов…
– Из десяти. Теперь, когда линия фронта подступила так близко к городу…
– Не забывай и про ночную стаю.
– Против сотен виверн?
– И по крайней мере дюжины темных заклинателей.
– Любой, кто отправится туда, не вернется.
– В таком случае отправьте нас!
– Мы не будем отправлять в бой кадетов!
– Нас разбудили наши драконы! Не о чем больше спорить! Мы летим!
Я практически не вдумывалась в их слова. Лишь одно имело значение: Теофании надоело меня ждать, и теперь у нее в руках Мира.
Моя сестра у Теофании.
А последние наши сказанные друг другу слова были брошены в гневе.
Страх грозил пересилить бурлящую в моей крови ярость, но я отчаянно ему сопротивлялась. У Миры не оставалось времени на мой страх. До Дрейтуса было четыре часа лету, и, если мы не вылетим через час, станет слишком поздно не только для моей сестры, но и для тысяч гражданских.
Как же это произошло? Ломаная красная линия на карте тянулась от того, что еще недавно было восточным фронтом, прямиком к Дрейтусу. Они ударили быстро, игнорируя все на своем пути и сосредоточившись лишь на одной цели. Менее защищенные города схожих размеров на их пути остались нетронутыми.
– Не все печати равны. Я знаю, что она мавен, но неужели она действительно сильнее тебя? – Бреннан скрестил руки на груди.
Остальные продолжали спорить.
– Да, – ответила я.
Какой смысл лгать?
– Мы угодим прямиком в ловушку, – заметил он, глядя на флажок на карте, символизирующий Дрейтус.
– Угодим. Но кто сказал, что ты полетишь с нами? – возразила я.
Расстояние между флажком и утесами Дралора казалось нереально маленьким для тысяч спасающихся бегством людей. А подъем в горы был действительно тяжелым. Не все с ним справятся.
– Она и моя сестра тоже, – заявил Бреннан.
Тут он был прав.
Ксейден молча стоял перед троном, скрестив руки на груди. Он изучал поле к северу от Дрейтуса – место, на котором Теофания назначила нам встречу.
– Нам не хватит всадников, чтобы вызволить Миру, отбить Дрейтус и защитить перевал.
– Нет. – Бреннан вздохнул и внимательнее вгляделся в карту. – Нам придется выбрать приоритетную цель. Может, две.
Ксейден кивнул.
– Мы не можем просто бросить людей на смерть, – возразила я.
Споры между кадетами и офицерами становились громче. Дыра в моей душе увеличивалась.
«Я должна быть со своим отрядом. Но будь я проклята, если останусь терпеливо ждать в сторонке, пока другие решают судьбу моей сестры».
– А если бы это были ваши граждане? По эту сторону границы? Что бы вы сделали?! – кричала Кэт в противоположном конце зала, где по команде «вольно» выстроился практически весь наш отряд. – Или теперь, надежно укрывшись за охранными чарами, вы все превратились в истинных наваррцев?
Какой-то умник-капитан что-то ляпнул в ответ, но я не смогла расслышать его слова из-за царящего в зале гвалта. А вот стоявшая ближе Слоун услышала – и бросилась в атаку. Я едва не перемахнула через стол, но Даин успел первым. Он обхватил ее за талию и, как раз когда она замахнулась, оттащил назад. Едва Слоун восстановила равновесие, как тут же набросилась с кулаками уже на Аэтоса, и я поморщилась, когда он позволил себя ударить. Затем Даин крепко перехватил запястья Слоун и наклонился вплотную. Я не знала, что он там такого сказал, но смысл его слов явно дошел до Слоун, так как она кивнула, обожгла капитана гневным взглядом и вернулась на свое место в строю. Ри сверлила ее взглядом, способным расплавить металл; Слоун явно ждала серьезная выволочка.
Даин взглянул на меня и изогнул бровь, а я с извиняющимся видом скорчила гримасу. Оценив это, Аэтос занял свое место рядом с Боди.
– И долго ты собираешься давать им спорить? – спросил Бреннан, покосившись на Ксейдена.
– До тех пор, пока мой тактик не предложит мне план, который не будет заставлять меня выбирать между целями, – ответил Ксейден. – Пыл их споров не обесценивает весомость доводов.
– Я не могу гарантировать выполнение даже двух целей, а ты говоришь о трех. – Бреннан поджал губы.
– А ты соответствуй своей репутации и попробуй, – велел Ксейден.
Бреннан выругался и оглядел зал.
– Тэвис! Каори! – рявкнул он.
Мужчины мигом отделились от толпы и быстрым шагом поднялись на помост.
– Вы были в Дрейтусе? – поинтересовался Бреннан у Каори.
– Однажды, – кивнул профессор.
– Можете создать для меня приблизительную масштабную проекцию города и территории вокруг?
Каори вскинул руки, и над столом возникла трехмерная проекция Дрейтуса и окрестностей.
В зале воцарилась тишина. Бреннан оперся ладонями о стол, наклонился вперед и принялся внимательно изучать изображение, пока Гаррик указывал на карте позиции нашей текущей обороны. Жуткого вида рана на голове и синяк под глазом бесследно исчезли – спасибо моему брату.
Город располагался на юго-западном краю межгорного плато, растянувшегося на пару десятков миль. Со всех сторон плато было окружено горными вершинами, и попасть сюда можно было либо через извилистую череду долин, либо по реке, текущей с запада на юг к океану Арктайл, либо же по воздуху, которым благодаря своей печати повелевала Теофания. И если отчеты Гаррика были верны, восточное поле тоже принадлежало ей.
– Какие бы расчеты ты ни делал, знай, что я отправлюсь с Вайолет, – предупредил Ксейден.
– Я так и думал, – ответил Бреннан.
Мое сердце сжалось.
«Ты будешь рисковать своей жизнью».
«Моя жизнь окажется под угрозой, как только ты покинешь зону действия охранных чар. И мы оба знаем, что ты отправишься за Мирой. И поэтому я предпочту с самого начала быть рядом, чем гоняться за тобой после того, как ты улизнешь тайком».
Он стиснул зубы.
«Теофании не нужна моя смерть, иначе она бы уже давно меня убила».
Я запоминала топографию поля, одновременно передавая информацию Тэйрну. Учитывая зубчатые пики, лес и ряд отвесных скальных образований вдоль западного края, оно, по сути, было природной ареной.
«Именно этого я и боюсь, – ответил Ксейден, когда вошли Феликс и профессор Трисса. – Есть вещи и похуже смерти».
– Сейчас подходящее время отметить очевидное? – поинтересовался Феликс, вместе с профессором Триссой приближаясь к нам. – Тиррендор не может позволить себе потерять герцога только потому, что ему взбрело в голову расстаться с жизнью на самоубийственной миссии.
– У меня нет намерения умирать, – ответил Ксейден. – Панчек уже отправился за подкреплением.
– Которого, как мы знаем, Мельгрен не пришлет. Видимо, его запоздалое предупреждение на самом деле было ранним предупреждением, – ровным тоном возразила Трисса, затем перевела взгляд сначала на меня, а потом на Бреннана. – Мне жаль, что ты потеряла сестру. Но Мельгрен уже предрек поражение в этой битве, а он никогда не ошибался.
В моем горле образовался ком размером с булыжник.
Я не брошу Миру, я никого из них не брошу.
– Наше будущее определяет выбор. Мельгрен видел результат только одного пути. – Я посмотрела на Ксейдена. – На котором не было трех меченых.
– Кадеты должны стоять в строю, а не участвовать в планировании битвы, – огрызнулась Трисса.
Я напряглась, вцепившись пальцами в край стола.
– Она будет стоять подле меня, – смертельно спокойным тоном командира крыла произнес Ксейден, положив свою теплую руку поверх моей. – Запомни это.
От меня не ускользнули ни комплимент, ни заложенное в нем давление.
– Я начинаю понимать насчет консорта, – пробубнил Бреннан себе под нос, а затем взглянул на проекцию под другим углом. – Если мы возьмем с собой в битву только офицеров, то проиграем неизбежно.
– Никаких кадетов, это исключено! – Феликс покачал головой. – Только не после того, что случилось в прошлый раз. Мы все еще заделываем пробоины в стенах после того, как эти двое, – он покосился на меня, – ушли в самоволку.
Ксейден поглядел на мой отряд, задержав взгляд последовательно на Имоджен, Слоун и Боди.
– Сделай другой выбор, получи другой результат, – предложил Гаррик. – Им придется жить с самими собой, так пусть уже примут свой выбор. Боги ведают: мы свой сделали.
– Только добровольцы. Первокурсники остаются под защитой чар, – решил Ксейден.
– Поставьте нас туда, где мы нужны! – крикнул Боди, затем покосился на Даина. – С разрешения нашего командира крыла, разумеется.
– Разрешаю, – не стал возражать Аэтос.
Ри пересчитала взмывшие в воздух руки… ну, то есть все.
– Второй отряд готов.
– Этого не может быть, – прошептала Трисса.
– Но это есть. – Тон Ксейдена не предполагал возражений. – Ассамблея хотела, чтобы я занял это место. И пока я сижу на нем, ты будешь мириться с моими решениями.
– Ты не готова! – рявкнул на меня Феликс.
– Даже если бы Дрейтус и беженцы не подвергались прямой угрозе, Мира – моя сестра. И я сделаю все возможное, чтобы ее спасти. – Я гордо вздернула подбородок.
– Наша сестра, – поправил меня Бреннан, склонив голову. – Что означает, что эта темная заклинательница знает о нас гораздо больше, чем мы – о ней.
Ксейден взглянул на задние ряды нашего выстроившегося отряда, где Боди стоял рядом с Даином.
– Гаррик, в чем конкретно заключалось ее требование? Зачем ей понадобился Боди?
– Я не знаю. – Гаррик почесал щетину на подбородке. – Она сказала привести Вайолет и твоего брата, и тогда они оставят Дрейтус в целости.
Оставят в целости сам город или его жителей? Анка тоже осталась в целости, когда они оттуда ушли.
Ксейден напрягся:
– Она сказала «брата»?
Гаррик кивнул:
– Все знают, что вы выросли вместе.
– Это, безусловно, самый быстрый способ избавиться от правящей семьи Тиррендора, – заметила Трисса.
– Точно.
Ксейден нахмурился.
«О чем думаешь?» – поинтересовалась я.
«Вэйнителям нет дела до престолонаследия».
«Есть еще один, кто может назвать тебя братом», – вмешалась Сгаэль, и ее слова ранили острее клыков.
«Еще один… – Я закусила губу. Единственным, кто еще мог претендовать на этот титул, был Лиам… Минутку. В нашу первую встречу Теофания меня не убила, но и цели своей не достигла. Я сглотнула. – Ей нужен Джек».
«Вот и я подумал о том же».
Взгляд Ксейдена метнулся к Каори, который целиком сосредоточился на поддержании проекции, затем переключился на Гаррика.
– Не хочешь немного прогуляться? – шепотом поинтересовался он.
Гаррик покосился на Каори и кивнул.
– Используй меня, – шепотом, чтобы не услышал Ксейден, попросила я Бреннана. – Как только я спасу Миру, я займу позицию между перевалом и Дрейтусом. Я смогу творить чары в обоих направлениях – в случае, если виверна сумеет проскочить мимо меня.
– Вот оно. – Бреннан устало закрыл глаза. – Все, кроме командования, вышли. Живо! – Его голос прогремел по всему помещению. – Оставайтесь в коридоре на случай, если вы мне понадобитесь.
– У нас нет на это времени, – возразил Феликс, пока вся толпа двигалась к выходу.
– Ты – переменная, которую я упускаю. И, что еще хуже, ты превращаешь в такую переменную Риорсона.
Зал Ассамблеи опустел, и Бреннан уставился на меня.
– Прости, что? – Я ошарашенно уставилась на него в ответ.
– Аккуратнее на поворотах, – предостерег его Ксейден.
– Вот об этом я и говорю. – Не сводя с меня взгляда, Бреннан ткнул пальцем в Ксейдена, и что-то мне подсказывало, что он имеет в виду не только его последнее замечание. Затем мой брат указал на проекцию. – Вайолет, выбери одну цель, необходимую для победы.
– Если мы выберем только одну цель, погибнут люди.
Мое сердце бешено заколотилось.
– Да. – Он кивнул. – Добро пожаловать в командование.
– Но почему я?
Я уставилась на проекцию. Мира должна была занимать первое место, но оставить гражданских на смерть, бросить наших собственных всадников и летунов умирать вместе с их драконами и грифонами? Это слишком невыносимо. Лиам погиб в битве. Мама пожертвовала собой. Трегеру банально… не повезло. Но нести ответственность за тысячи смертей?
– Потому что я не уверен, что ты сможешь, – мягко ответил Бреннан. – Теофания знает: ты попытаешься спасти всех. Точно так же, как ты это сделала в Рессоне, или в храме Данн, или в Басгиате до того, как мама… – Он сглотнул. – Вот почему мы потерпим поражение. Потому что ты выберешь всех вместо себя, а он – выберет тебя вместо всех.
Меня словно под дых ударили.
– Ты играешь нечестно, – шепотом сказал Ксейден.
– Мы с тобой знакомы много лет, но я ни разу не слышал, чтобы тебя заботила игра по правилам. – Бреннан вскинул вверх указательный палец. – Вайолет, докажи, что я неправ, и мы отправимся за нашей сестрой. Единственный способ выбраться из ловушки, которую эта темная заклинательница расставила для тебя, – это не попасться в нее. Одна цель. Один путь. – Он поднял брови, и его от его слов меня бросило в жар.
Тэйрн выбрал бы одну цель в мгновение ока.
Андарна выбрала бы их все.
Но ее больше не было со мной. Какая цель имела наибольшее значение? Если не брать в расчет Ксейдена… Дрейтус продержался бы ровно до тех пор, пока мы могли его защищать. То же самое касалось перевала. А если бы я спасла Миру, оставались бы все шансы, что Теофания…
Дело было не в Мире. Теофания охотилась на меня.
– Теофания. – Я сделала глубокий вдох. – Полагаю, я убью Теофанию.
– Я впечатлен. Этого в моем списке не было. – Бреннан уселся на краешек стола, и стол протестующе скрипнул. – А если кадета Сорренгейл похитят, пока она пытается выполнить свою цель?
У ног Ксейдена клубились тени.
– Из Боди получится отличный герцог.
– Ну, хотя бы один из вас поддается обучению. – Бреннан почесал шрам на ладони. – На этот раз ты доверишься своему командиру, когда она велит тебе удерживать позицию?
– Я доверю ей свою жизнь, – мгновенно ответила я.
– Хорошо. – Бреннан кивнул. – У меня появилась идея. – Он оглядел нас всех по очереди. – Я открою арсенал. Трисса, нам нужно, чтобы ты отперла свой маленький тайничок с рунами и наконечниками для стрел из маорсита. Ксейден, мне нужно, чтобы ты доверился Вайолет в том, что она не даст себя прикончить. – Не дожидаясь его ответа, Бреннан пристально уставился на меня. – И превыше всего прочего, нам нужно, чтобы ты поняла: ты не можешь спасти всех. И ты не можешь ослушаться своих же приказов.
Чтобы спасти Миру, я была готова на все.
– Поняла.