Ониксовый шторм

«Тэйрн!» – закричала я, а во рту стало горько от нахлынувшего ужаса.
«Нет!» – воскликнула Андарна.
Мы жестко приземлились в степной траве, и я вскинула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Фэйге устремляется в погоню за улетающей виверной Теофании. О Данн, нет! Как бы ни была сильна Ри, мы даже сообща не справимся с мавеном. А мы не были сообща.
«Андарна! Скажи Фэйге, пусть не преследует ее!»
Под Тэйрном затрещали кости, и я вдохнула чистое пламя.
«С тобой все в порядке?» – поинтересовалась я, нащупывая пряжку на талии, чтобы вылезти из седла и посмотреть, насколько сильно он пострадал. Легкие обжигал жар, и я потянулась за силой, готовясь к битве с Теофанией. Я не сомневалась: она ни за что не покинет это поле, не получив то, за чем пришла. А пришла она, как я подозревала, за мной. Так что она еще вернется.
«Прекрати, – потребовал Тэйрн, и под ним снова хрустнуло. – Ты выгоришь!»
«Но Теофания…»
Лед проломил мои щиты, словно их вообще не было.
«Вайолет!»
Не лед. Ксейден.
«Я в порядке. Держи себя в руках и не отвлекайся. Здесь Теофания».
Я захлопнула дверь библиотеки в моем сознании и вдохнула холодный ночной воздух, гася пламя, лижущее изнутри мои легкие. Оно слишком быстро вспыхнуло, и его было слишком много, но я не выгорела, лишь немного опалилась.
«Скорее доставь Тэйрна под защиту чар!»
Лед удалился.
«Занимаюсь этим».
«Это было нехорошо», – прорычал Тэйрн и отошел от трупа виверны, подволакивая левую заднюю лапу.
«Сказал раненый, – парировала я, пока Фэйге подлетала обратно к нам. – Насколько все серьезно?»
На востоке прогремел гром, и это была не я.
Проклятье, буря! Вот как они забрались так далеко незамеченными!
«Шпора ее крыла застряла в моей лапе. Я выживу. Она – нет. – Тэйрн повернул морду к Андарне и, слегка прихрамывая, направился к ней. – Твоя неспособность следовать простым приказам приведет Вайолет к гибели, а я не потеряю ее, как потерял того, кто был прежде!»
«Я в порядке. – Моя температура падала с каждым вдохом. В поле зрения появились высокие, искусно высеченные из мрамора колонны. – Я не выгорела. Я даже не была так близка, как в тот день…»
Я осеклась. Тэйрн остановился и опустил голову, чтобы мне было лучше видно.
Андарна стояла перед ступенями храма Данн в окружении полудюжины вооруженных мечами служителей, которые вертели головами, словно еще не решили, кого им стоит опасаться больше – безрассудного дракона рядом с ними, огромного дракона напротив или рычащего зеленого кинжалохвоста, который приземлился слева от меня.
«Что ты вообще здесь забыла?!» – закричала я на Андарну, наконец-то одолев пряжку ремня.
Мне нужно было вытащить эту шпору из лапы Тэйрна до того, как вернется Теофания.
«Принц сказал защищать храм Данн!» – заявила Андарна, дернув хвостом и опрокинув чан с горящими углями, которые зашипели, оказавшись на влажном мраморе.
Угли едва не долетели до двадцатифутовой статуи, которая выглядела почти в точности так же, как та, что на Аннбриэле.
«Аарик сказал это мне, – возразила я, идя к плечу Тэйрна, но он не стал его опускать. – Не тебе. И я отвергла его предложение».
«Как ты можешь злиться? Принцы не предлагают, а я – продолжение тебя. – Андарна шагнула вперед, угрожающе опустив голову. – Разве я не все, чем ты хотела меня видеть? Разве я не такая же свирепая и отважная, как он? Разве это не то, чем я должна заниматься? Точить свои когти о чешую врага?»
Поднялся ветер, и в моей груди что-то треснуло.
«Ты выбрала крайне неподходящее время для истерики, Золотистая», – пророкотал Тэйрн.
«Не называй меня детенышем», – прорычала в ответ Андарна, ее чешуя замерцала, но осталась черной.
«Так не веди себя как детеныш!» – рыкнул он.
– Это что сейчас вообще было? – крикнула Ри со спины Фэйге. – Мы могли их догнать!
И умереть.
– Это была Теофания, – ответила я.
– И? – Ри всплеснула руками.
– И я не могла лететь с тобой. Тэйрн ранен, – ответила я.
Она что, самоубийца?
«Опусти меня, чтобы я могла вытащить эту штуку из твоей лапы. Или я просто спрыгну».
Тэйрн с ворчанием опустил плечо, и я спешилась в паре шагов от Андарны.
«Мне вовсе не нужно, чтобы ты была кем-то еще кроме того, кто ты есть. – Я подняла летные очки на лоб и взглянула прямо в ее золотистые глаза. – Очевидно, нам нужно поговорить, когда мы будем не на поле боя. Ты всегда твердишь, что выбрала меня, но это я стояла перед тобой во время Молотьбы. И я бы поступила так еще раз».
Она фыркнула, и мы, косясь на небо, направились к задней лапе Тэйрна.
Никогда не пойму, что происходит в голове у подростка.
Когда я увидела рану, мой желудок скрутился в узел. Проклятье, шпора была всего раза в два меня меньше, и она застряла в его бедре. Тэйрн ни за что не сможет взлететь с этой штуковиной в лапе, и, даже если мы сумеем ее вытащить, рана может причинять слишком сильную боль. Лунный свет серебрился в каплях стекающей по чешуе крови. Как, во имя Данн, я должна вытащить эту штуковину?
«Мне так жаль».
«Выглядит гораздо хуже, чем есть на самом деле. Просто кончик застрял».
«Насколько сильно тебе больно?»
«Умственно или физически?» – рыкнул он.
«Ты выбрал крайне неподходящее время для своего сарказма».
Я вытянулась во весь рост, но не смогла дотянуться до шпоры.
– Куда он ранен? – спросила подбежавшая Рианнон. К счастью, она выглядела невредимой.
– Там, – указала я, и Ри ахнула. – Вернись к остальным. Здесь мы уязвимы.
– Я не уйду. Тебе не всегда нужно все делать самой.
Она отступила на несколько шагов и вскинула руки.
– Иногда нужно, – возразила я.
Ри покачала головой:
– Мы справимся.
– Ты правда… – начала было я, но тут она напряглась, и мои брови взметнулись вверх.
Мгновение спустя Тэйрн взревел, а я вздрогнула.
Рианнон держала в руках шпору.
Моя челюсть отвисла. Ри отшвырнула шпору, и крючковатый обломок упал на землю.
– Как ты это сделала?
– Я тренируюсь. – Рианнон ухмыльнулась и провела тыльной стороной ладони по лбу, вытирая пот. – Хотя это самая большая вещь, которую я когда-либо вынимала.
– Спасибо! – Я быстро обняла ее, затем пригляделась к ране Тэйрна. – «В темноте плохо видно. Нам нужно вернуть тебя в долину».
Его голова повернулась в мою сторону. Фэйге тоже посмотрела на меня.
«Уже слишком поздно для этого. У нас остались считаные минуты».
Звуки крыльев заполнили воздух, и я заметила трех стремительно приближающихся виверн, еще больше размытым пятном маячили вдалеке.
Мы с Рианнон на долю секунды переглянулись, а затем сорвались с места. Она рванула к Фэйге, я пробежала под Тэйрном, направляясь к его передней лапе.
«Улетай немедленно!» – приказала я Андарне.
«Но они останутся без защиты», – возразила она, и, когда я выскочила из-под лапы Тэйрна, у меня сердце сжалось в груди.
Десятки среброволосых служителей храма во главе с верховной жрицей столпились на ступеньках позади Андарны, не сводя глаз с ночного неба.
– Прячьтесь в здании! – крикнула я.
Хоть какое-то укрытие лучше никакого.
– Чтобы мы сгорели внутри? – поинтересовалась верховная жрица.
Шелест крыльев становился все громче, однако ее голос оставался устрашающе спокоен.
Проклятье. У меня не было времени с ней спорить, и я не могла их бросить. Андарна права – если мы поднимемся в небо, то оставим их без защиты, а Тэйрн уже был ранен. Но мне не нужно было сидеть в седле, чтобы творить чары.
«Скажи Фэйге улетать, – велела я по связи, затем взбежала по скользким от дождя мраморным ступенькам к более высокой точке обзора и взяла в руку проводник. – Я бы попросила и тебя улететь, но слишком хорошо тебя знаю».
«И все же ты это озвучила. – Тэйрн медленно развернулся, встав рядом с Андарной мордой к приближающимся вивернам и высоко задрал хвост. – Будь осторожна. Если появится Теофания, я предпочту твою жизнь жизням служителей».
Если появится Теофания, нам всем конец. Если какой-нибудь вэйнитель расскажет остальным, что они смогли подобраться к воротам Аретии и защитные чары их не остановили, они смогут перемахнуть через нетронутую Кровлу и добраться до гнездовий.
Нельзя дать ускользнуть ни одной виверне.
– Может, вы хотя бы рассмотрите возможность укрыться? – поинтересовалась я у жрицы, забравшись наверх.
– Даже не подумаем. – Она оценивающе посмотрела на меня, затем ее взгляд задержался на серебристой половине моей косы. – Ты тоже красишь волосы щелоком и соком цветка манваса, как и мы?
Я вскинула брови. Она хоть понимает, в какой опасности мы находимся? Сейчас было совершенно неподходящее время для этого разговора.
– Они всегда такими были.
– Неужели? – Жрица нахмурила татуированный лоб. – Ты проделала долгий путь, чтобы прийти к нам на помощь. – Жрица достала из ножен на поясе короткий меч. – Или Данн защитит нас, или мы встретимся с Малеком как ее достойные слуги.
– Данн сюда не явится и не возьмет в руки оружие, – возразила я, хотя и понимала, что спорить бессмысленно.
Затем повернулась и встала рядом с ней.
Тэйрн расположился слева, давая мне отличный обзор на трех приближающихся виверн, а Фэйге справа готовилась к взлету.
– Разумеется, нет. – Жрица усмехнулась. Ветер усилился. – Она послала тебя.
– Ну, ее никогда не почитали за трезвость суждений.
Я добавила пункт «служители храма» к все растущему списку уникальных мыслительных процессов, которые я никогда не смогу понять, и приоткрыла дверь библиотеки ровно настолько, чтобы проверить. Сила наполнила мои вены, словно горячая вода, выплеснутая на солнечный ожог, и я медленно сделала вдох, принимая боль и устанавливая новую отправную точку.
«Почему Фэйге не взлетает?»
«Командир отряда тебя не бросит», – ответила Андарна.
Проклятье. Я вскинула правую руку…
– Давай обойдемся без этого, – произнес знакомый голос откуда-то слева от меня.
Я резко повернула голову, и страх приковал мои ноги к полу храма. Я выхватила кинжалы.
Теофания.
Голова Тэйрна также повернулась на звук голоса. От драконьего рычания завибрировал пол, по нему запрыгали рассыпанные угли. Служители вокруг нас ахнули.
«Взлетайте, пока она вас не высосала», – попросила я Тэйрна с Андарной, но они оба, верные своей природе, остались на месте.
– Только подними клинок или попробуй сотворить чары, и я убью вас всех. Но если пойдешь со мной, я сохраню всем остальным жизнь, – произнесла Теофания, стоя у основания лестницы.
Ее темно-фиолетовая туника резко контрастировала с бледной кожей, красные вены у глаз пульсировали в такт биению сердца. Теофания устало улыбнулась, и ее улыбка еще больше встревожила меня из-за промелькнувшего в ней удовлетворения.
Темная заклинательница склонила голову набок:
– Давай не будем ссориться, Вайолет. Разве тебя еще не утомило все это насилие? Пойдем со мной. Я дам тебе то, чего ты хочешь больше всего в жизни.
– Ты понятия не имеешь, чего я хочу.
К горлу подступила тошнота.
И тут вперед шагнула верховная жрица.
– Отступница! Тебе здесь не рады! – воскликнула она, и ее голос сорвался на хрип.
Отступница? Мой взгляд заметался между двумя женщинами: потерявшие цвет татуировки на лбу, серебряные волосы, как у служителей на Аннбриэле… Такие же, как мои. Теофания когда-то была жрицей Данн.
Ход моих мыслей замедлился, когда среброволосая жрица трясущейся рукой вскинула меч.
Проклятье! Сила наполнила мое тело обжигающим огненным потоком. Вокруг было слишком много людей, чтобы я могла промахнуться, и если Теофания попробует высосать их силу так близко…
– Возможно, мне здесь не рады, – произнесла Теофания, покрепче упираясь ногами в траву. – Но им – точно рады.
Еще два вэйнителя, мужчины в красных балахонах, шли к нам по траве. Андарна перепрыгнула через хвост Тэйрна и выпустила струю пламени в сторону Теофании. Воздух наполнился ароматами пепла и серы, но, когда Андарна опустилась на землю у основания лестницы справа от меня, Теофания стояла как ни в чем не бывало.
«Но почему?!» – вскричала Андарна.
– Прекрасно, – с улыбкой произнесла Теофания. – Это заставило тебя почувствовать себя увереннее…
Внезапно Теофания вскинула взгляд к небу. Ее глаза округлились, и она отступила.
– Бросайте их, уходите! – крикнула она приближающимся темным заклинателям и кинулась в их сторону. – Немедленно!
Все трое взялись за руки. Тот, что стоял по центру, сделал шаг и просто… исчез.
Прямо как Гаррик.
«Они летят!» – проревел Тэйрн, и я переключила все внимание на восток.
Не было времени размышлять о том, что, во имя Малека, так сильно напугало Теофанию, если она просто сбежала. К нам приближались четыре виверны – одна впереди, остальные за нею.
Я снова вскинула правую руку. Призывая больше энергии, я чувствовала себя так, словно собирала разбросанные Андарной угли голыми руками. Но виверны достигли бы нас через тридцать секунд.
«В любой момент, Серебристая», – подсказала Андарна, отступая к Тэйрну.
Фэйге присела, готовая рвануться в небо и сражаться там.
Если темнота сбила мое восприятие расстояния, если они летели быстрее, чем я предполагала, все мы скоро поджаримся. Я прицелилась в ведущую виверну и мысленно взмолилась Данн. Затем я выпустила заряд энергии и опустила его пальцем вниз. На этот раз я не сдерживала себя – урок был усвоен.
Магия окутала меня, знакомой волной покалывая кожу, и молния поразила первую виверну. Она пылающим шаром рухнула с неба, но рано было праздновать, так как оставались еще три…
Какого хрена?
Они больше не летели в нашу сторону, они пикировали. Мое сердце бешено колотилось, пока они приближались, словно снаряды из катапульты. Земля содрогнулась, когда виверна справа врезалась в землю шагах в двадцати впереди и сила инерции буквально вбила ее в грязь.
«Приготовься!» – велел Тэйрн, прыгая на ту, что была слева.
Нашу связь затопило волной боли, когда он сшиб виверну с курса, и грязь разлетелась во все стороны слева от храма, где он приземлился.
Таким образом осталась лишь та, что была по центру, – размерами способная посоперничать с Фэйге.
Виверна ударилась о землю в шести шагах от Андарны и со всей грацией тарана заскользила к нам. И не останавливалась.
«Улетай!» – крикнул Тэйрн.
Страх стиснул мою грудь, но Андарна не сдвинулась с места.
«Она слишком велика для тебя!» – крикнула я.
Фэйге сделала всего один шаг в сторону и словно дубиной ударила Андарну головой в бок. Сила удара отбросила Андарну в сторону буквально за мгновение до того, как виверна пропахала то самое место, где она только что стояла.
Виверна продолжала ехать в нашу сторону – глаза невидящие, клыки оскалены.
– В стороны!
Я подхватила верховную жрицу под локоть и дернула на себя, оттаскивая ее с дороги, пока туша подлетала к лестнице. Послышались крики, служители начали разбегаться, а в следующий момент тело виверны снесло нижнюю часть ступеней, а ее голова врезалась прямиком в искусно высеченную колонну по центру.
Твою мать.
Колонна не пережила удара, и куски мрамора разлетелись во все стороны. Вскинув руки, я попыталась отбросить их со всей малой магией, на которую была способна, но ничто не могло остановить разлетающиеся по всем направлениям, включая наше, куски камня размером с драконий коготь.
Но затем именно это они и сделали – остановились.
Тот, который находился в паре ярдов от моего лица, просто завис в воздухе, его опаленные пламенем, вытравленные края оказались подвешены на черной полосе тени.
Ксейден.
От облегчения у меня подкосились колени. Обломок разрушенной колонны медленно, с глухим стуком осел на землю. Вокруг меня служители суетливо отскакивали от так же мягко опускавшихся других обломков.
Я повернула голову направо, проследив за отступавшими мимо уцелевших колонн и верховной жрицы тенями до их владельца.
Ксейден поднимался по единственной неповрежденной секции лестницы, перепрыгивая по две ступеньки за раз. Он как раз опускал правую руку, левая сжимала меч, с лезвия которого стекала кровь. В его глазах не было и следа красного, лишь решимость и страх, который медленно исчезал, по мере того как он оглядывал меня на предмет ранений.
Мое сердце сжалось при виде крови у него на лице.
– Это не моя, – произнес он за мгновение до того, как сгреб меня в объятия.
Я уткнулась носом в его грудь, глубоко дыша, чтобы успокоить сердцебиение. Он крепко поцеловал меня в макушку.
– И это всегда ты.
Не было смысла спорить – с учетом обстоятельств.
– Как ты так быстро здесь оказался?
«Ты позволила его ранить!» – рявкнула Сгаэль.
Я выскользнула из объятий Ксейдена и обнаружила в тревожной близости от себя прищуренные глаза и оскаленные зубы Сгаэль.
«Мне так жаль…»
«Она не виновата», – возразил Тэйрн.
Сгаэль резко повернула голову в его сторону, и нашу связь мгновенно блокировала толстая стена щитов. Сигнал к бою.
– Она отказалась удерживать позицию, как только почувствовала, что Тэйрн ранен, – ответил Ксейден, осматривая храм. – И я рад, иначе мы оба могли умереть. Мы были почти здесь, когда чары активизировались.
Чары? Мои брови взмыли вверх. Это объясняло прилив магии, падающих с неба виверн и страх Теофании.
– Но как?
В моей голове раздался пронзительный свист. Мы с Ксейденом оба повернулись, прижимаясь спинами к храму.
Слева от тела виверны, позади Тэйрна и Сгаэль, тьма преобразилась в дракона, чешуя которого была цвета ночи, но не совсем черной или фиолетовой. Рога у него на голове были закручены в спирали совсем как у Андарны.
«Показалось необходимым активировать ваши защитные чары», – произнес Леотан.
У меня сердце ушло в пятки. Ириды пришли.